Люди и разбойники из Кардамона (с иллюстрациями)

— Тётушка София говорит, всякие праздники и развлечения — это не для маленьких девочек. И поэтому мы обе, и я, и тётушка София, останемся дома.

— Это обидно и досадно, — сказал Томми. — Если бы тебе разрешили пойти в парк, ты бы могла покататься верхом на Понтиусе. — Так звали его ослика.

— Да, это досадно и обидно, — сказала Камомилла.

— А ты не можешь удрать из дома незаметно для тётушки Софии? Хочешь, я помогу тебе вылезти в окошко? — предложил Томми.

Но Камомилла грустно покачала головой:

— Нет, так я не могу.

— Ну, тогда надо ещё что-нибудь придумать. — Томми думал изо всех сил, но так ничего и не придумал — дело-то было не из лёгких. — Знаешь что, — сказал он, — влезу-ка я на башню да спрошу старого Тобиаса, уж он наверняка что-нибудь посоветует.

— Думаешь, посоветует?

— Конечно, вот увидишь!

И Томми помчался к старому Тобиасу.

— Маленькую Камомиллу не пускают на праздник, — пожаловался он. — Правда же это обидно?

— Конечно, ужасно обидно, — согласился Тобиас. — Мы непременно должны ей помочь.

И они стали вместе думать, как бы это сделать.

— Послушай-ка, Томми, — сказал Тобиас — я, кажется, знаю способ: нужно, чтобы кто-нибудь уговорил тётушку Софию пойти в парк на праздник. Потому что если она сама пойдёт, то нельзя же будет оставить Камомиллу одну дома. И придётся взять её с собой!

— Отличный способ! — обрадовался Томми.

— Отличный и вполне приличный, да только трудный. Тут главное — найти подходящего человека.

И они опять стали думать, кто бы мог уговорить тётушку Софию пойти на праздник.

— А что, если мне самому попробовать? — сказал Тобиас.

— Вот это и был бы самый подходящий человек, — одобрил Томми.

Не откладывая дела в долгий ящик, Тобиас надел своё воскресное платье, и немного погодя он уже стучался в дверь к тётушке Софии. Тётушка София открыла ему сама.

— Это вы? — удивилась она.

— Да, это я. Я пришёл пригласить вас на Праздник Лета и Солнца.

— Нет, благодарю. Я не могу. Мне придётся остаться дома с Камомиллой.

— Но почему же, разве маленькая Камомилла не может пойти вместе с нами? — спросил Тобиас.

— Нет! — строго ответила тётушка София. — Она ещё слишком мала для всяких праздников и развлечений.

— Вовсе она не мала и не велика, а в самый раз! Ведь там же будет праздничное представление для детей и взрослых. И я, например, обещал Бастиану, что тоже выступлю со своей песенкой.

— Вот как? — Тётушка София почесала себе переносицу и задумалась. — М-да! — сказала она наконец. — Что ж, тогда я, пожалуй, пойду.

— Очень приятно! — воскликнул Тобиас.

— Ладно, посмотрим, — буркнула в ответ тётушка София.

— Ура! — закричала Камомилла.

— Пожалуйста, никаких ура! — прикрикнула на неё тётушка.

И они все вместе отправились в парк; тётушка София, Камомилла, старый Тобиас и Томми со своим осликом Понтиусом.

— Если Камомилла хочет, она может покататься на Понтиусе, — предложил Томми.

— Ой, конечно, хочу! — закричала Камомилла.

И старый Тобиас поднял её и усадил верхом на Понтиуса. А Томми пошёл сбоку, держа ослика за уздечку.

— Камомилла теперь, чего доброго, будет делать без спросу все, что захочет, — недовольно ворчала тётушка София.

Вот так они все четверо и пожаловали на праздник, одна приехала верхом, а трое пришли пешком.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Кардамонский Праздник Лета и Солнца

Когда старый Тобиас, тётушка София, маленькая Камомилла и Томми с Понтиусом пришли в парк, то первым, кого они встретили, был, разумеется, сам Бастиан.

— Добрый день, Тобиас! — сказал он. — Спасибо за прекрасную погоду. Здравствуйте, тётушка София! Очень приятно, что и вы пришли.

И он побежал дальше, у него ведь было столько забот.

В парке играла музыка, крутились карусели, раскачивались качели, мелькали знакомые лица. А ещё там был слон, высоченный, ну прямо от земли до неба, и на самом верху, у слона на спине, были устроены места для сидения. Добрый старый Тобиас тут же купил билеты на слона, и они вчетвером прокатились по парку. А ослика Понтиуса пришлось привязать к дереву.

Когда время подошло к пяти часам, народ стал рассаживаться на скамейках перед старой театральной сценой. Все ждали большого праздничного концерта. Но Тобиас был не простой зритель, он ведь сам собирался выступить со своей песенкой. И поэтому он, а с ним и его спутники получили места в первом ряду. Старый Тобиас был очень доволен. И даже тётушка София чуточку подобрела и повеселела.

Перед самым началом концерта к первому ряду вдруг подбежал Бастиан. Было заметно, что он волнуется.

— Дорогая София, — сказал Бастиан, — случилась ужасная неприятность: наша певица так долго упражнялась, что совсем охрипла! Вы бы не могли спеть вместо неё какую-нибудь песенку?

— Нет! — сказала тётушка София.

— Ну пожалуйста, спойте, а? Нам было бы так приятно!

— Нет! Я знаю всего одну песню, и она совсем не подходит для праздника.

— Что вы! Нам любая песня подойдёт. Ну пожалуйста, не отказывайтесь, скажите, что вы согласны!

И, к всеобщему изумлению, тётушка София ответила:

— Ну ладно уж, спою. Но тем хуже для вас, потому что песня совершенно неподходящая.

— Огромное вам спасибо! — радостно воскликнул Бастиан.

Он весело вспрыгнул на сцену, раздвинул занавес — и праздничное представление началось.

Сперва оркестр сыграл марш. Потом вышел Бастиан п произнёс приветственную речь.

— Дорогие друзья! — сказал он. — Поздравляю вас c Праздником Лета и Солнца! Я очень рад видеть вас здесь, на нашем большом концерте для детей и взрослых! Первый номер, который вы только что прослушали, назывался» Кардамонский марш». Вторым номером нашей программы выступит наш общий друг Тобиас. Он споёт песенку о том, какая бывает погода, когда ветер дует с востока и с запада, с севера и… как его… ну, в общем, ещё с одной стороны, не могу сейчас вспомнить, с какой. Пожалуйста, Тобиас!

И Тобиас спел, и ему очень много хлопали.

— Огромное спасибо, Тобиас, очень хорошая песенка, — сказал Бастиан. — А теперь, дорогие друзья, перед вами выступит собачий хор города Кардамона в следующем составе: Джерри, Бубби, Лапка, Рекс и собака парикмахера Серенсена. Они споют песенку» Братец Яков, спишь ли ты?». Три-четыре!

Собаки запели, и у них получалось очень красиво.

— Огромное спасибо! — сказал Бастиан. — Четвёртый номер нашей программы будет тоже совершенно необычный: перед вами выступит говорящий верблюд! Верблюды, умеющие говорить, встречаются очень редко, а этот верблюд уж и вовсе редкий, потому что он ещё и петь умеет. Вот он перед вами, говорящий верблюд, который споёт вам свою песенку!

Верблюд поклонился и запел басом:

Я живу в пустынях Азии, Грузы тяжкие таскаю. Впрочем, для разнообразия Я и в Африке бываю. Что вы так глядите, зрители, Будто перед вами чудо? Неужели вы не видели Говорящего верблюда?

Верблюду хлопали до тех пор, пока он не спел свою песенку ещё раз. Только после этого Бастиан снова вышел на сцену и объявил следующий номер.

— Итак, дорогие друзья, — сказал он, — мне посчастливилось уговорить тётушку Софию, чтобы она тоже спела нам песенку. Правда, она говорит, что её песенка не подходит для нашего праздничного концерта, но я-то уверен, что она прекрасно подойдёт. Пожалуйста, тётушка София!

И София запела:

Ах, как я зла, ах, как я зла, Терпеть уже невмочь, Здесь в Кардамоне глупости Творятся день и ночь. Вот если б стали все, как я, Пошло бы все на лад. Но нет, об этом здесь у нас И слушать не хотят. АХ! Вот Бастиан — он очень добр, И всеми он любим. Таким ли надо быть ему? Нет, нет, совсем другим! Суровым быть и всех ругать Положено ему. Как можно чаще должен он Сажать людей в тюрьму. ВОТ! А наш вожатый день-деньской Смеётся и поёт. Но он совсем не должен петь И развлекать народ. Все знают, что вожатому Положено не петь, А молча свой трамвай вести И лишь в звонок звенеть. ДА! Мальчишки в нашем городе Овсянки не едят, А лопают пирожное, Пломбир и мармелад. Будь я на месте их мамаш, Умыла б их чуть свет И никому бы не дала Ни тортов, ни конфет. НЕТ! А наш прекрасный Бастиан Спокойно смотрит сон, Когда разбойники во тьме Крадутся в Кардамон. Но пусть они придут сюда — Подкараулю их И здесь без вашей помощи Поймаю всех троих. ДА!

— Вот такая песня! — сказала тётушка София.

Она быстро спустилась и села на своё место. Зрители смеялись — почти все. А кто не смеялся? Как ты думаешь?

Когда Бастиан вышел на сцену, он почему-то даже не улыбался.

— Огромное спасибо! — сказал он с серьёзным лицом. — Очень… э-э… забавная песенка, да, спасибо! А теперь опять выступят наши собачки, потому что собачий хор разучил ещё одну вещь. Это старинная песенка о спящей красавице, которая проспала сто лет.

Бубби и её друзья вышли и затянули на свой собачий лад песню о спящей красавице. И все шло хорошо, пока они не допели до середины. Но тут вдруг на сцене поднялась невообразимая кутерьма, вместо пения послышалось грозное рычание, а затем оглушительный лай. Публика хохотала, держась за животы. А Бастиан, красный от смущения, вышел и сказал:

— Извините нас, пожалуйста, произошло небольшое недоразумение. Во всем виновата чёрная кошка, которая забежала на сцену. Но сейчас её хозяин Силиус заберёт её отсюда, и мы попробуем начать песенку сначала.

Пожалуйста, три-четыре!

На этот раз все сошло благополучно, спящая красавица проспала сто лет и проснулась. И на этом концерт окончился.

Бастиан поблагодарил зрителей за то, что они не скупились на хлопки, и сказал, что в парке их ждут карусели, качели и другие весёлые развлечения.

— А если кому-нибудь захочется, то можно будет даже покататься верхом на говорящем верблюде, — добавил он. — Но только предупреждаю: разговаривать с верблюдом во время катания строго воспрещается!

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Про тех, кого не позвали на праздник

В парке продолжалось весёлое гулянье. А снаружи, за оградой, уныло вздыхали три человека, которых никто не позвал на большой кардамонский праздник. Это были разбойники Каспер, Еспер и Юнатан. Они залезли на высокое дерево, где их никто не мог увидеть, и оттуда смотрели На качели, карусели и на все остальное.

— Здорово они там веселятся! — сказал Юнатан.

— Подумаешь, мы здесь тоже веселимся, — проворчал Каспер.

— Ну нет, мы все-таки не так, — возразил Еспер.

— Я вот не разберу, что это они там такое едят? — спросил Юнатан.

— Небось обыкновенные сосиски, — буркнул Каспер.

— Нет, не сосиски. Это что-то белое, с круглым верхом, и они все время лижут его.

— Да ну, небось что-нибудь невкусное, — не очень уверенно сказал Каспер.

И они перестали об этом говорить.

— Глядите, какой слон! — сказал Юнатан.

— Везёт им, они и на слоне покататься могут! — позавидовал Еспер.

— Правда, вот бы попробовать проехаться разок, — сказал Юнатан.

— А знаете, что мы можем сделать? — оживился Еспер. — Мы можем подождать, пока кончится праздник, а потом ночью взять и украсть слона!

— Скажешь тоже! — ответил Каспер. — Никакой слон нам абсолютно не нужен!

— Как это — не нужен? Очень даже нужен!

— Да для чего он нам?

— Ну, например, когда мы разбойничаем, можно ехать верхом туда и обратно! И мешки тяжеленные на себе носить не придётся, — сказал Еспер.

— Конечно, — поддержал его Юнатан. — А главное, мы за один раз гораздо больше сможем украсть!