Помоги проекту - поделись книгой:
Темный Трон, бог Тени
Котиллион, покровитель ассасинов
Барен
Слепая,
Руд,
Шен,
Геара, Гончие Псы Теней
Блед,
Локон, новые Гончие
Каллор, странствующий воин
Готос, Джагут
Старший, строитель
Карса Орлонг, Тоблакай
Семар Дев, ведьма
Скиталец, чужак
Сэманкелик, умирающий бог
Скол, Тисте Анди, Глашатай Тьмы
Нимандер Голит,
Скиньтик,
Ненанда,
Кедевисс,
Араната,
Десра, Тисте Анди
Искар Джарак (Вискиджек), командир Сжигателей Мостов (погиб под Кораллом)
Брукхалиан Смертный Меч Фенера (погиб в Капустане)
Тук Младший, бывший малазанский солдат (погиб в Овл’дане)
Рулад Сенгар, вождь Тисте Эдур
Келланвед, первый император малазанский
Лейсин, императрица малазанская
Тавора Паран, Адъюнкт императрицы
Ганоэс Паран, ее брат, Владыка Фатида
Бен Адэфон Делат, малазанский боевой маг
Ков, Верховный Маг из Багряной Гвардии
Шкуродер, командующий одной из компаний Багряной Гвардии
Турбан Орр, политик-интриган, убитый Ралликом Номом
Симталь, его сообщница
Серебряная Лиса, шаманка Имассов
Ночная Стужа, малазанская колдунья, погибла при осаде Крепи
Беллурдан, малазанский маг, любовник Ночной Стужи
Хохолок, малазанский маг, погиб при осаде Крепи (душа его переселилась в куклу)
Апсалар, возлюбленная Резака
Икарий, подопечный Маппо
Скажи правду и замри, пока не очистится вода между нами.
Пролог
— Я не знаю имени этого города, — пробормотал оборванец, теребя края тряпки, бывшей некогда роскошным плащом. Он носил плетеный кожаный ремень; на ремне висел длинный поводок, тоже потрепанный и ветхий. — Думаю, какое-то имя ему нужно, — продолжил он, повысив голос, стараясь перекричать яростно лающих псов, — но что-то воображение отказало. Да и вряд ли кому — то еще это интересно.
Женщина, с которой он дружелюбно заговорил, только что прибыла. Она мало что помнила о прошлой жизни. Своей собаки у нее никогда не было — но сейчас она обнаружила в руках поводок со злобной тварью, которая тащит ее по улице странного города, не забывая по пути бросаться на каждого встречного. Наконец гнилой поводок лопнул, предоставив собаке возможность вырваться и напасть на пса, принадлежащего незнакомцу.
Два зверя старались убить друг дружку прямо посередине улицы. Вокруг не осталось никого, кроме их предположительных владельцев. Вместо пыли по сторонам уже летели брызги крови и клочья меха.
— Недавно тут был гарнизон, трое не знакомых между собой солдат, — сказал мужчина. — Но они один за другим пропали.
— Никогда не владела собакой, — отозвалась женщина, не сразу поняв, что это первые ее слова с самого… ну, с прошлого времени.
— Как и я, — поддержал ее мужчина. — До сих пор мой пес был единственным в городе. Как-то странно. Никогда особенно не любил этих злобных тварей.
— И давно ли вы… гм, здесь?
— Не имею представления. Кажется, всегда.
Она огляделась и кивнула: — Я тоже.
— Увы, ваша собака, похоже, сдохла.
— Ох. И точно. — Она нахмурилась, глядя на конец оборванного поводка. — Подозреваю, что новый мне не нужен.
— Не будьте так уверены, — сказал мужчина. — Кажется, здесь мы повторяем всё снова и снова. Слушайте, возьмите мой. Я им вообще не пользовался.
Она приняла свернутый ремешок. — Спасибо. — Поглядела туда, где скорчилась в пыли ее мертвая, порванная в клочья собака. Победитель полз к хозяину, оставляя кровавую полосу.
Все тут кажется странно искаженным, в том числе, как подумала она, и собственные побуждения. Она присела и бережно подняла изуродованную голову мертвой собаки, набросив на шею ременную петлю; затем опустила окровавленную голову на землю и встала, держа поводок в правой руке.
Мужчина уже стоял рядом. — Да, как-то непонятно всё, не так ли?
— Да.
— А мы думали, что жизнь непонятна.
Она метнула на него быстрый взгляд: — Значит, мы мертвы?
— Думаю, да.
— Тогда еще непонятнее. Меня должны были положить в склеп. Отличный, прочный склеп — я сама его видела. Богато украшенный, защищенный от воров, с флягами вина и сушеным мясом и фруктами для путешествия… — Тут она показала на свою рваную одежду: — Я должна быть в лучшем наряде, во всех своих драгоценностях.
— Богачка, значит.
— Да. — Она снова поглядела на мертвую собаку на конце поводка.
— Уже нет.
Она сверкнула глазами, но тут же поняла, что гнев теперь неуместен. — Никогда не видела раньше этого города. Он, кажется, распадается на части.
— Да, все распадается. Вы правы.
— Не знаю, где жила… ох, странно всё это звучит. — Она начала озираться. — Тут только гниль и прах. А это что — буря надвигается? — Она указала в конец главной улицы. Там над голыми холмами нависали тяжелые, но необычайно светлые тучи.
Некоторое время они смотрели на них. Казалось, из туч дождем падают нефритовые слезы.
— Когда-то я был священником, — сказал мужчина. Пес приполз к его ногам и лег, тяжело дыша и роняя из пасти капли крови. — Каждый раз с приближением бури мы закрывали глаза и громко пели хором.
Женщина поглядела на него с некоторым удивлением: — Вы были священником? Но… почему вы сейчас не со своим богом?
Мужчина пожал плечами: — Если бы я знал ответ — давняя иллюзия просветленности оказалась бы истиной. — Тут он резко выпрямился. — О, у нас гость.
К ним неловкой походкой приближалось высокое существо, столь истощенное, что руки и ноги казались древесными корнями. Лицо — гнилая, сухая кожа, натянутая на кости. Клочья седых волос беспорядочно свисают с бледного скальпа, плохо скрывающего череп.
— Подозреваю, — шепнула женщина, — мне нужно привыкать к подобным зрелищам.
Ее собеседник промолчал. Они наблюдали за тощим хромым пришельцем. Тот прошествовал мимо; обернувшись вслед, они увидели еще одного незнакомца, тоже высокого, облаченного в длинный серый плащ с капюшоном.
Казалось, незнакомцы не замечали, что за ними следят. Скрытый капюшоном сказал: — Ходящий-По-Краю.
— Однажды ты назвал меня героем, — ответил Ходящий-По-Краю. — Чтобы … унизить.
— Назвал.
— Долго же тебе пришлось ждать.
— Можешь и так думать, Ходящий-По-Краю.
Седовласый мужчина — очевидно, давно мертвый — склонил голову набок. — Почему сейчас?
Скрытый капюшоном чуть повернул голову; женщине показалось, что он смотрит на мертвого пса. — Отвращение, — ответил он.
Ходящий-По-Краю хрипло засмеялся.
— Что за зловещее место? — прошипел новый голос. Женщина увидела форму — не более чем размытую, тусклую тень — выплывшую из ближайшего переулка. Она двигалась бесшумно, хотя могло показаться, что тень опирается на трость. Вокруг нее внезапно появились огромные псы — два, три, пять.
Жрец, стоявший рядом с женщиной, буркнул: — Гончие Теней. Вот бы мой бог увидел это!
— Возможно, он видит вашими глазами.
— Ох, сомневаюсь.
Ходящий-По-Краю и его скрывающий лицо компаньон смотрели на приближение тени. Гость был невысок; с каждым шагом он становился все материальнее. Черная трость застучала по мостовой, поднимая облачка пыли. Гончие бродили неподалеку, опустив головы, обнюхивая почву. Ни одна не подошла к мертвой собаке и псу, хрипящему у ног священника.
Капюшон сказал: — Зловещее? Думаю, оно именно таково. Это, Темный Трон, своего рода некрополь. Селение отставников. Вневременное и одновременно бесполезное. Такие места, — добавил он, — встречаются везде.
— Говори за себя, — сказал Темный Трон. — Поглядите на нас. Выжидаем. Выжидаем. О, если бы я был человеком, жадным до славы и богатства! — Он внезапно хихикнул: — Если бы любой из нас был!
Тут Гончие подбежали к нему, ощетинились. Они не сводили глаз с чего-то, появившегося в конце улицы. — Еще один, — прошептал жрец. — Еще один, последний.
— Все это случится снова? — спросила женщина. Ее вдруг пронизал холодный страх. «Кто-то идет. О боги, кто-то идет». — Завтра? Скажи!
— Думаю, что нет, — не сразу ответил жрец. Он наконец оторвал взгляд от пыльного трупа собаки. — Нет, повторил он. — Думаю, нет.
Нефритовый дождь застучал по холмам, словно стрелы десяти тысяч битв. По улице разнесся скрип тележных колес.
Она повернулась к источнику звука. — О! — сказала она с внезапным облегчением, — вот и мой экипаж.
Поделиться книгой: