Тор. Разрушитель

Урд незаметно подобралась к нему поближе.

— Видишь того парня? — шепнула она, не шевеля губами. — В порванном пальто.

Он кивнул.

— Это с ним говорил Лассе. Этот тип и рассказал нам о проходе в горах.

— Откуда у вас эти лошади? — осведомился Бьерн.

— А тебе какое дело до этого?

Бородач поднял руку, подавая знак нескольким оставшимся в седле людям. Те развернули коней и галопом поскакали прочь.

Только сейчас он заметил, что за этими всадниками следует еще одна группа, поменьше. Ситуация становилась все опаснее.

— Скажем так, эти лошади мне кое о чем напоминают, — ответил Бьерн. Теперь в его голосе явственно звучала угроза. — Вы случайно не видели тут с полдесятка всадников на таких же лошадях?

— На ломовых лошадях? — холодно переспросил он. Ему не нравился тон бородача, да и вообще, все происходящее ему не нравилось.

Он осторожно перехватил молот и незаметно перенес вес с одной ноги на другую, чтобы встать поудобнее. Впрочем, от Бьерна его перемещения не ускользнули. Как бы то ни было, бородач улыбнулся.

— Нет причин ссориться, друг мой. Есть человек, который сможет прояснить это недоразумение.

Вскоре всадник вернулся. С ним приехала темноволосая, очень грустная женщина, едва державшаяся в седле лохматого пони. Глаза женщины казались пустыми — до того момента, пока она не увидела лошадей.

— Это они! — с ненавистью прошипела она.

Теперь и остальные всадники обнажили оружие, атмосфера явно накалялась, но Бьерн махнул рукой, останавливая своих спутников.

— Эти трое? — спросил бородач, указывая на него, Лива и Урд.

Женщина, с трудом оторвав взгляд от лошадей, повернулась к нему. Теперь в ее взгляде полыхала ярость. «Да она же на самом деле не видит нас, — вдруг понял он. — Этой женщине просто нужно найти кого-то, чтобы сорвать злость из-за случившегося».

Но женщина покачала головой.

— Этих я первый раз вижу. Но лошади точно принадлежат тем, кто напал на нас.

— Значит, у нас проблема, — заметил Бьерн. — Видите ли, эта женщина вела мирную жизнь, исполняя заветы богов. Ее семья разводила скот и обрабатывала окрестные поля.

— На хуторе в дне езды отсюда, — вставил он.

Глаза Бьерна сузились.

— Откуда ты знаешь?

— Мы были там, — ответила вместо него Урд. — Там все сожжено.

— Ее мужа и детей захватили и куда-то увели. — Ладонь бородача покоилась на рукояти меча, но оружие он так и не обнажил. — Ей удалось спастись, и она побежала к нам. По ее словам, там было семеро всадников, тяжело вооруженных громил, ездивших на таких лошадях, как эти.

— Да, на таких, — подтвердила женщина. — Это те же самые лошади, я их узнала.

— Это правда, — сказал он.

— Вы знаете этих убийц? — удивился Бьерн.

— Мы с ними встречались.

— Они мертвы. Он их всех убил. — Лив опять высунулся из телеги.

Вокруг стало еще тише.

— Это правда? — спросил бородач.

Он промолчал, но Лив никак не мог успокоиться.

— Он их всех убил. В одиночку!

Двое всадников рассмеялись. Бьерн удивленно поднял брови и повторил:

— Это правда?

— То, что они мертвы? Да. Но я не убивал их. По крайней мере, не всех. И не в одиночку.

— Но это так! — настаивал Лив. — Он убил их всех. Скачите туда и посмотрите сами. Вы найдете их тела!

— Мы так и поступим, мальчик мой, — протянул Бьерн. — Это уж точно. — Он задумчиво покосился на молот. — Так что же произошло на самом деле?

— Я убил… двоих. А с остальными… кое-что произошло.

— Два воина в доспехах, с мечами и щитами, — заметил Бьерн. — А у тебя был только молот?

— Мне повезло. Они недооценили меня, и, по правде говоря… я был не совсем честен в этом поединке.

— Не совсем честен? — Бьерн покачал головой. — Шестеро против одного. Это трудно назвать честным боем. — Он указал на молот. — Видимо, ты хорошо обращаешься с этой штукой. Ты кузнец или воин?

— Он воин, — с гордостью выпалил Лив. — Величайший воин в мире. Ты что, не узнаешь его? Это же Тор!

— Да уж, конечно, — насмешливо произнес Бьерн. — Я, пожалуй, должен извиниться, не сразу тебя узнал. А твоя спутница, значит, Фрейя[6].

Несколько мужчин тихо рассмеялись, и Бьерн поднял руку, заставляя их замолчать.

— Но кто знает, может быть, ты и вправду бог грома, спустившийся к нам из Валгаллы, чтобы пожить среди людей. Говорят, боги иногда так поступают.

— Ты что, пытаешься совершенно серьезно сказать нам, что тебе удалось победить двух всадников в доспехах и с хорошим оружием… вот этим? — презрительно осведомился всадник с топором. Посмотрев на сломанную рукоять молота, он криво усмехнулся.

— Ты хочешь знать, умею ли я обращаться с молотом? — Он снял оружие с пояса и, медленно повернувшись, указал на одинокое дерево, стоявшее шагах в тридцати от них.

Воин покрепче сжал топор, готовясь вступить в бой в случае необходимости, другие спутники Бьерна тоже напряглись — судя по всему, они не были согласны с решением своего командира.

Не замахиваясь и не думая о том, что делает, он швырнул молот. Тяжелое оружие пролетело по воздуху, словно брошенный камешек, перебило ветку толщиной с руку, а потом продолжило путь и легло в ладонь хозяина. Толпа изумленно охнула. Честно говоря, он и сам был немного удивлен. Он не знал, как ему это удалось.

— Невероятно, — пробормотал Бьерн. — Это… — Какое-то время бородач пытался подобрать подходящие слова, но потом лишь пожал плечами. — Ты сможешь это повторить?

В этот раз молот перебил ветку еще толще и в конце по широкой дуге вернулся к своему владельцу.

Бьерн не сводил с него глаз.

— Это… поразительно. — Бородач, ошеломленный, покачал головой. Увиденное явно произвело на него впечатление.

Все остальные — и даже парень с топором — молчали. Урд не сводила с него глаз.

— Могу бросить еще раз, — усмехнулся он, хотя голос разума нашептывал ему, что сейчас не время для шуток.

— Не стоит. — Бьерн озадаченно переводил взгляд с тяжелого молота на его лицо и обратно. — Я просто хотел убедиться в том, что действительно это видел.

— Это же фокус, вот и все! — наконец нашелся парень с топором.

— Свериг, успокойся! — осадил его бородач.

— Но это же фокус!

— Конечно, фокус, — спокойно ответил он. — И готов тебя заверить, что мне понадобилось довольно много времени, чтобы научиться проделывать такие штуки.

— Я настаиваю на том, чтобы… — взвился Свериг, но Бьерн не дал ему договорить.

— Это действительно впечатляет, друг мой. — В голосе бородача по-прежнему звучало изумление, но он уже взял себя в руки. Впрочем, взгляд от молота так и не отвел. — По крайней мере, теперь мне ясно, почему мальчик думает, что ты Тор. Так ты действительно бог? — Его вопрос прозвучал совершенно серьезно.

— Ты же видишь, Лив еще ребенок, — уклончиво ответил он, — чего только дети не придумают.

Бьерн кивнул и в замешательстве улыбнулся.

— Да, но довольно часто они говорят правду.

— Но ты ведь не веришь этому типу, Бьерн? — возмутился Свериг. — Это все колдовство! Черная магия!

— Кто знает… — Бородач пожал плечами. — Он прав, друг мой? Ты действительно колдун?

— Будь я колдуном, я сейчас прочитал бы твои мысли и понял, какой ответ ты хочешь услышать.

Глаза Сверига зло блеснули, а Бьерн ухмыльнулся.

— Может быть, ты действительно бог, — наконец сказал бородач, глядя на его раненую руку. — С другой стороны, я никогда не слышал, чтобы у бога шла кровь. Позже мы все спокойно обсудим, друг мой.

— Позже?

— Я собираюсь поехать на хутор и найти тела воинов, о которых говорил мальчик, — ответил Бьерн. — Если мы поторопимся и погода не переменится, то вернемся через два дня, может, даже раньше. А до тех пор ты и твои спутники смогут погостить у нас… Тор.

— Это весьма великодушно с твоей стороны, Бьерн, но…

— Я настаиваю, — перебил его бородач. — Гостеприимство очень важно для нас, Тор. Отказавшись от предложения погостить, ты обидел бы нас. А ты ведь не хочешь нас обидеть, так?

Он промолчал, всерьез задумываясь о том, не вступить ли ему в бой с этими двумя дюжинами воинов, но потом отбросил эту нелепую мысль. Даже настоящему Тору было бы трудно справиться с таким количеством противников, а если у него и были шансы на победу, то Урд и ее дети наверняка не переживут этот бой.

— Нет, конечно же, мы не хотим вас обидеть. Напротив, мы уже давно в пути и устали с дороги. Мы с удовольствием примем твое приглашение.

Тор?..

Да уж. С другой стороны, почему бы и нет?

Глава 4

Через несколько часов они прибыли на место. К этому времени и Урд, и дети, и Тор уже очень устали.

Бьерн разделил свой отряд и отправился с большей частью спутников на хутор, взяв с собой и жившую там раньше женщину. Вторая группа всадников вместе со Сверигом двинулась в противоположном направлении, сопровождая семью Урд.

Всадники подъехали к горам и свернули прямо к одной из скал. Даже Тор с его отменным зрением не заметил бы небольшого отверстия в скале, и, только присмотревшись, он разглядел небольшую трещину, издалека напоминавшую тень. Когда они приблизились вплотную, тень превратилась в проход, куда едва могла проехать телега. На снегу перед расщелиной не было следов, хотя снег шел только вчера.

— Где мы? — спросил Тор, когда Свериг спешился и подал знак своим спутникам последовать его примеру.

— Это вход в нашу долину. Он скрыт от посторонних глаз и хорошо охраняется, хотя тебе так, должно быть, не кажется.

И действительно, Тор только сейчас понял, что они тут не одни. Впрочем, он все равно не видел и не слышал ничего особенного, но чувствовал на себе чужие взгляды, следившие за каждым его движением.

Пришлось отпустить уздцы и пройти перед тележкой, а не рядом с ней — расщелина в скале была очень узкой.

Далеко впереди виднелись проблески света и тонкая вертикальная линия, отмечавшая край совершенно прямого коридора в скале. Тут кое-где были заметны следы работы каменотесов, подравнивавших проход, но в том, что трещина была естественного происхождения, сомневаться не приходилось. Созданный самой природой проход способен был защитить один-единственный человек, выйдя против целой армии.

Ну вот, он опять начал рассуждать как воин и думал о стратегии обороны. Теперь Тор окончательно уверился в том, что раньше был воином или, по крайней мере, долго жил среди солдат и научился думать так, как они.

Свериг смерил его тяжелым взглядом, словно прочитал эти мысли, и с нарочитой небрежностью перебросил топор с правого плеча на левое.

— Что за этой расщелиной?

— Почему бы тебе не подождать, Тор? — неприветливо отрезал воин. — Вскоре сам все увидишь.

Тор решил промолчать. Во-первых, Свериг был совершенно прав, а во-вторых, он чувствовал, что этот тип пытается его спровоцировать. Судя по всему, Свериг был категорически не согласен с решением Бьерна привести сюда чужаков. А может быть, Сверигу просто нравилось скандалить…

Как бы то ни было, Тор дождался конца перехода и обомлел. Перед ними простиралась огромная овальная долина, края которой поднимались к горам. Тут поместилась не только довольно крупная деревня, но и несколько хуторов. Спали под снегом поля, где летом взойдет урожай, зеленели верхушки хвойного леса, извивалась подо льдом речушка. На другом конце долины, затянутом туманной дымкой, возвышалось какое-то довольно большое строение, скорее всего крепость.

— Поразительно! — Урд остановилась, наслаждаясь восхитительным видом.

Ее спутники не возражали против неожиданной заминки, и через пару мгновений Тор понял почему. Слева и справа к ним приближались вооруженные мужчины.

— Наверное, это Асгард![7] — Глаза Лива сияли. — У нас получилось добраться сюда! Папа был прав!

— Молчи, Лив! — строго осадила сына Урд. — Лучше позаботься о сестре.

— Она спит, — запнувшись, ответил парнишка. Он явно был вне себя от радости. — Это Асгард, точно! Так папа и рассказывал.