Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie, которые обеспечивают правильную работу сайта. Благодаря им мы улучшаем сайт!
Принять и закрыть

Читать, слущать книги онлайн бесплатно!

Электронная Литература.

Бесплатная онлайн библиотека.

Читать: Том 7 Воин Снегов - Роберт Ирвин Говард на бесплатной онлайн библиотеке Э-Лит


Помоги проекту - поделись книгой:

Она всхлипнула. Я пожал плечами и перекинул ее через плечо. Она не сопротивлялась.

Кадрик и Нальд собирались зарубить мальчиков, но я остановил их. Без всякой видимой причины — мне просто показалось, что для девушки их смерть будет горем. Однако вслух я объяснил свое решение иначе. Из мальчишек можно сделать воинов айсиров или же продать их куда нибудь по пути на юг. Нальд пожал плечами и подтолкнул пленников ко мне, словно говоря, что теперь я отвечаю за них. На моей шее неожиданно оказались трое иждивенцев. Я связал мальчишек, и мы направились в лагерь.

Хьялмар был очень доволен, увидев золото и верблюда, и не меньше других озадачен моим решением сохранить жизнь мальчикам. Я привязал их рядом со своим шатром и велел принести им еды, а сам отнес девушку внутрь, где в полумраке валялись необработанные шкуры и покрытое запекшейся кровью оружие. Она снова начала что то бормотать, кажется умоляя меня о какой то милости и показывая то в сторону мальчиков, то дальше, в сторону юга.

Я покачал головой и выбрал из миски большой кусок верблюжьего мяса.

– Я не понимаю тебя, женщина.

Она заговорила медленнее, но акцент ее был настолько незнакомым, что я мог разобрать лишь одно два слова. Устав от бесплодных попыток, я протянул ей миску.

– Хочешь мяса?

Она вцепилась в меня, и похлебка выплеснулась. Я оттолкнул девушку, и она упала на доспехи и шлемы — трофеи моих многочисленных сражений.

Я снова протянул ей миску. Она покачала головой. Я жестом предложил ей раздеться, поскольку намеревался овладеть ею, как только закончу есть. Она снова мотнула головой и отползла к стене шатра. Я улыбнулся, закончил трапезу, подошел к девушке и начал ее раздевать.

Тонкая одежда слетела легко. Ни на что не похожий запах, казалось, заполнил шатер, вновь вызвав у меня странное ощущение. Девушка начала сопротивляться и даже укусила меня, но я был добродушен. Я издал низкий, властный рык, с которым волк самец обращается к своей волчице. Это возымело действие, и девушка подчинилась, позволив мне быстро и без лишних слов сделать свое дело. Затем я завернул ее в шкуры, чтобы она не замерзла.

Теперь можно было попытаться разобрать ее речь, но, похоже, девушке говорить не хотелось. Меня озадачила перемена в ее настроении, и я улыбнулся:

– Говори. Медленно. Я слушаю.

Она всхлипнула.

– Говори.

Она снова всхлипнула, на этот раз громче.

Продолжая улыбаться, я, сложив руки на груди и скрестив ноги, сел рядом с ней. Она начала плакать. Удивившись, я обнюхал ее лицо.

– Тебе больно?

Все ее тело затряслось, как в лихорадке. И снова странный родительский инстинкт заставил меня обнять ее за маленькие плечи и погладить по волосам.

– Говори, — сказал я.

Она продолжала плакать, время от времени глядя мне в лицо, словно пытаясь что то там прочитать. Я улыбался, и она снова начинала плакать. Однако в конце концов она успокоилась и рассказала мне всю свою историю.

Ее звали Шанара, а мальчики Ташако и Яшати были ее братьями. Их взяли в плен воины, которых мы убили. Воины были гирканцами, а Шанара и мальчики — детьми знатного немедийца, наследника трона. Судя по всему, Немедия находилась в постоянной осаде. Изо дня в день в страну вторгались пикты, а власти едва были способны оказывать хоть какое то сопротивление. Военачальники, никогда не видевшие сражений, хвалились своей доблестью, но их отваги хватало лишь на очередной заговор с целью устранения соперников. Гарак, отец Шанары, был единственным, кто смог возглавить армию. Пока Гарак воевал, его детей похитили, а жену и сестру убили. Непосредственными исполнителями были гирканцы, но Шанара утверждала, что ими руководил кто то из знатных немедийцев, кто завидовал героизму ее отца и уважению, которым он пользовался у народа, верившего в него как в единственного, кто способен остановить наступление пиктов. Она намекала, что ей известно имя преступника.

– А что было после того, как вас схватили? — спросил я.

Гирканцы направлялись в сторону восточной границы. Они не говорили своим пленникам, куда идут; впрочем, они все равно не достигли места своего назначения. По дороге они наткнулись на большой отряд странствовавших пиктов. Пикты убили большую часть гирканцев, а уцелевших вместе с пленниками загнали в густой непроходимый лес. Гирканцы долго путешествовали, пока наконец не попытались вновь двинуться на юг, но сбились с пути.

Подробности ее рассказа — как то описания всевозможных интриг — ставили меня в тупик, но суть его была достаточно ясна, и вскоре я утратил к нему интерес. Я вышел наружу. Дрожащие мальчишки почти не прикоснулись к еде.

– Вы, немедийцы, не страдаете излишним аппетитом. Заходите, — сказал я и показал в сторону входа. Они с трудом встали и, спотыкаясь, вошли внутрь. Увидев свою сестру, старший мальчик попытался броситься на меня, но веревка удержала его.

– Боги! Ты… ты… — Его голос сорвался на крик.

– Все в порядке, Ташако, — сказала Шанара, заговорщически глядя на меня. Я не смог понять значения ее взгляда.

Ташако завопил:

– Тебя, леди Шанару из Джелы, изнасиловал этот зверь! И ты говоришь, что все в порядке! Даже гирканцы не посмели сделать то, что сделал он. Все твои надежды на замужество… Она улыбнулась:

– Все мои надежды умерли в то мгновение, когда гирканцы схватили нас и убили мать и тетку. Этот полузверь спас нам жизнь.

– Теперь она моя жена, — сказал я, чтобы успокоить его.

Ташако уставился на меня. У него зуб на зуб не попадал от холода. Я понял, что немедийцы не так выносливы, как рожденные среди снежных просторов, и предложил мальчикам мои волчьи шкуры, и они как бы нехотя взяли их.

– Шанара говорит, что вашей стране досаждают пикты, что только ваш отец сражается с ними, — проговорил я.

– Да, — ответил мальчик. — Он и его воины. Наш дядя, Ушилон, ненавидит отца, потому что он наверняка станет королем после смерти регента. Регент стар, но он правил вместо четырех королей — они родились безмозглыми. Последний из них умер, не оставив потомства, за три недели до того, как нас похитили. Именно из за этого нас и похитили. Они хотели заставить отца отказаться от прав на престол — ведь народ предпочитает отца его брату.

– И пока соперники строили заговоры, на вашу страну напали враги, — сказал я. Ташако кивнул.

– Ты поможешь нам, вместе со своими воинами, прогнать пиктов? — спросил маленький Яшати.

Я рассмеялся:

– Зачем? Ведь нам пикты не враги.

– Я надеялась, — тихо сказала Шанара, — что ты… мой муж… послан богами нам в помощь.

И снова я испытал это странное чувство.

– Тебе заплатят, — сказал Ташако. — Золотом.

Полог шатра откинулся, и появился Хьялмар.

– Забавляешься с детишками, Гор? — улыбнулся он. — Не думал, что ты можешь быть столь нежным — ты, убивший своих братьев и мать. А может, твоя игра не столь проста, а? Я слышал, здесь что то говорили о золоте?

– Золото Немедии за войну с пиктами, — сказал я.

Хьялмар пожал плечами и, раскрыв ладонь, показал украшенную драгоценными камнями застежку.

– Я принес твою долю. Я объяснил, кто эти дети и что они мне рассказали.

– Все равно мы движемся в ту сторону, — сказал я. — Мы не первые айсиры, кто нанимается на службу к южному правителю, забывшему, как нужно сражаться.

– И не первые, кого такая служба заставляла забыть об этом, — сказал Хьялмар. — Нам нужны победы, а не работа. — Однако он не отрывал взгляда от золота. — Потому ты и сохранил им жизнь, а?

Я не стал разубеждать его.

– Отец будет рад нашему возвращению, — чересчур горячо сказал Ташако, — и хорошо заплатит.

– У него есть еще? — Хьялмар показал застежку.

– Это сокровища, которые гирканцы украли из нашего дома, — сказала Шанара, глядя в пол.

– Целые ящики. Целые сундуки, — сказал Ташако.

– Целые комнаты, — добавил Яшати. — Целые дворцы.

– Думаю, ты лжешь, — усмехнулся Хьялмар.

– Он преувеличивает, — сказала Шанара, — но не слишком. Мой отец считается самым богатым человеком в Немедии. Вот почему он может вести такую большую армию на борьбу с пиктами.

– Вашему народу платят за то, что он сражается? — удивился я.

– Иначе они не станут воевать — по крайней мере, большинство, — язвительно заметил Ташако. — Рядом с нами сражаются и воины из других стран, но их мало, и среди них нет таких воинов, как ваши.

– Айсирским воинам нет равных, — сказал Хьялмар как нечто само собой разумеющееся. Он взвесил золото на ладони, затем быстрым движением передал его мне и, уже выходя из шатра, сказал: — Может быть, когда нибудь мы возьмем вас с собой в Немедию.

Девушка не отрывала глаз от золотой застежки, но она глядела совсем не так, как до этого Хьялмар. В глазах ее таилась грусть.

– Это твое? — спросил я.

– Моей матери. Эту застежку сорвали с ее платья, когда она умирала…

Я положил застежку в руку девушки.

– Мне она не нужна, — сказал я.

– Похоже, варвар, мы перед тобой в долгу, — мрачно проговорил Ташако, многозначительно посмотрев на сестру. — Однако хочу тебе напомнить, что и ты нам кое что должен.

Похоже, немедийцы считали, что девственность их женщин чего то стоит.

– Ташако, не надо, — сказал младший брат. — Он запросто может тебя убить.

Я улыбнулся.

– Хватит с меня тех родственников, которых я уже успел убить.

– Родственников? Мы не родственники! — Ташако был явно сбит с толку.

– С сегодняшнего дня вы — мои родственники, и потому находитесь под моей защитой. Или вы не братья моей жены? Мы создадим свое племя внутри более крупного. И кто знает, может быть, со временем, когда Шанара родит мне сыновей, и вы тоже станете отцами, мы станем полностью самостоятельным племенем.

Никогда прежде я не замечал за собой такой сентиментальности.

Ташако что то пробурчал, но я не расслышал его слов.

Глава шестая

ИЗМЕНА В БЕЛЬВЕРУСЕ

– И так, о принц регент, вот мой совет: немедленно изгоните эту банду варваров из нашего королевства! Эти громкие слова вырвали меня из глубокой задумчивости. В разукрашенном логове, именуемом «дворцом», я сильнее обычного ощущал себя волком… к тому же волком, угодившим в ловушку. Живя среди айсиров, я и представить себе не мог более прочного жилища, чем шатер из конских шкур. Теперь же я стоял посреди приемной залы принца регента Немедии, в городе под названием Бельверус. Город… Никогда прежде мне не приходилось видеть в одном месте столько людей, кишевших, словно черви на падали! Если бы рядом со мной не было моей супруги Шанары, моего брата по оружию Хьялмара и других айсирских вождей, я бы уже давно умчался обратно в северные леса.

Говорил Ушилон, дядя Щанары. Он был очень толстым, а одежды на нем было столько, что хватило бы по крайней мере на два айсирских походных шатра. Ушилон обращался к дряхлому старику, сидевшему в каменном кресле, выложенном искрящимися зелеными, красными и белыми кристаллами, которые Шанара называла «драгоценными камнями». Позади кресла висело огромное знамя, на котором был изображен красный дракон — символ Немедии. По бокам кресла стояли сиденья поменьше — для тех, кого Шанара называла «послами» Кофа, Зингары, Аргоса, Офира, Шема, Аквилонии… Мне эти имена ни о чем не говорили.

Я смеялся, когда Шанара говорила, что вожак большой немедийской человечьей стаи так стар, что едва может передвигаться без посторонней помощи. Однако сейчас он сидел передо мной — трясущийся, с бессмысленным взглядом, истекающий слюной, словно щенок. Куда разумнее обычаи волков — у них правят самые сильные, а не старцы!

– Страна уже полна беженцами из других хайборийских земель, захваченных пиктами, — продолжал Ушилон. — Даже ненавистные аквилонцы сбежались сюда от угрозы, которой они не в состоянии противостоять. Стоит ли открывать ворота для новых предателей? Да эти айсиры — сами варвары, они ничем не лучше грязных пиктов!

– Вы забываете, что величайший правитель в нашей истории, не раз побеждавший вас, немедийцев, был варваром из Киммерии, — возразил посол Аквилонии. — И пикты вели бы себя куда тише, если бы не проповеди одного из немедийских жрецов…

– Ради Митры, придержи язык, Кай Валконн! Лишь благодаря доброй воле принца регента вам, неотесанным аквилонцам, позволено жить в Немедии. — Круглое лицо Ушилона покраснело.

– А также благодаря тому, что они добавили к нашей армии три тысячи мечей, — раздался новый голос. В противоположность Ушилону, говоривший был высок, широкоплеч и строен, с серебристо седыми волосами и бородой, в помятых боевых доспехах. Это был Гарак, отец Шанары, Ташако и Яшати, а теперь и мой отец… или «тесть». Еще один бессмысленный, загадочный обычай этой «цивилизации».

– Нам нужны любые воины, Ушилон, — продолжал Гарак. — А эти айсиры доказали свою отвагу, пробившись через северные рубежи пиктов в старом Пограничном Королевстве, они вернули мне моих детей. Старый король Горм отрубил бы тебе голову, услышав подобное! Взгляни на нас! Мы последнее из хайборийских королевств, не опустошенное размалеванными дикарями и не стонущее под пятой гирканцев. И ты хочешь отказаться от новых воинов? Да, они требуют платы за свои услуги. Но разве ты не предпочтешь потратить немедийское золото тому, чтобы проливать немедийскую кровь?

– Именно немедийская кровь меня и заботит, дорогой брат, — ответил Ушилон. — Ты хочешь, чтобы наш доблестный и благородный народ был уничтожен, смешавшись с теми, кто слишком слаб, чтобы сопротивляться пиктам? Должны ли мы, последний оплот хайборийских цивилизаций, превратиться в жалкую помесь с этими низкопородными? Но, может быть, ты, дорогой брат, и в самом деле предпочитаешь смешанные браки… Конечно, ведь твоя дочь заявляет, будто она замужем за этим неотесанным волосатым полузверем!

Моя рука метнулась к рукояти меча Делрина, и я прорычал, подобно волку:

– Хочешь попробовать отобрать мою жену, толстяк? Давай — один на один, клык против клыка…

Поднялся страшный шум, и я почувствовал, как на мои плечи легли две ладони. Одна была маленькой и мягкой — рука Шанары. Другая принадлежала Гараку, который, придя в себя после первого потрясения, что его дочь стала моей, уже успел проникнуться ко мне симпатией.

– Спокойно, Гор, — сказал он. — Позволь мне самому разобраться.

– Времена меняются, Ушилон, — сказал он брату. — Если мы не сможем быстро приспособиться, нас раздавят волки с запада и стервятники с востока. Пусть лучше Шанара будет женой воина, подобного Гору, чем любого из этих глупых отпрысков мертвых династий, что толпятся при нашем дворе. Если тебя беспокоит его происхождение, я могу сделать его герцогом. И не говори мне о возможной измене. Джела, может быть, и недалеко от восточной границы, но гирканцы, похитившие моих детей и убившие их мать и тетку, наверняка не обошлись без чьей то помощи…

– Ты смеешь обвинять меня в этом гнусном преступлении? — взревел Ушилон. — Да я…

– Закрой свой болтливый рот и послушай меня, — проговорил принц регент. Взгляд старика прояснился, его голос звучал четко и твердо. На мгновение мне показалось, что я вижу его таким, каким он был много лет назад. — Вы, ребята, готовы вцепиться друг другу в глотку с тех пор, как достаточно подросли, чтобы драться из за игрушек. Всю мою жизнь я видел одни только ссоры из за этого несчастного трона, и меня уже тошнит. Наследование по отцовской линии, право на трон по матери, четверо придурков наследников… Похоже, это королевство стало таким же дряхлым, как я. Пусть айсиры остаются, говорю я. Может быть, они смогут хоть что нибудь у нас изменить.

Внезапно старик вернулся в прежнее состояние, корона съехала набок на его лысой голове. Однако его слово было законом; Гарак крепко сжал мою руку и сказал:

– Дело сделано. Мы найдем жилье для твоих людей, а вам с Шанарой мы можем предоставить апартаменты, специально выделенные во дворце для правителей Джелы. Сам я всегда ночую в казарме вместе со своими воинами.

– А я со своими, — сказал Хьялмар. — Они обрадуются, узнав, что за сражение с пиктами получат еще золота. Твоя награда за то, что мы вернули твоих детей, достаточно щедра, и сумма, которую ты предложил за службу под твоим знаменем, наверняка удовлетворит их.

Хьялмар взглянул на меня.

– А ты, Брат Волк… почему ты отказываешься от своей доли? Ты заслужил ее! Немало пиктских черепов треснуло под твоим мечом в том сражении!

– Что мне делать с желтым металлом? — прорычал я. — У меня есть подруга, которая родит мне щенков, и добыча, которую я могу убивать. Что еще нужно волку?

Хьялмар рассмеялся, однако Гарак не смог скрыть растерянности. По настоянию Шанары, ему рассказали о моем происхождении и первых деяниях. Гарак озадаченно смотрел нам вслед, когда Шанара взяла меня за руку и повела туда, где мне предстояло провести первую в моей жизни ночь под каменной крышей.

Когда мы покидали приемную залу, мой проницательный волчий взляд заметил злость на лице Ушилона. Кроме того, я видел, что Ташако, старший брат Шанары, о чем то горячо заговорил со своим дядей.

* * *


Поделиться книгой:

На главную
Назад