Русский кулачный бой

Но сразу стоит оговориться, людей, которые реально способны оказывать психокинетическое воздействие на живые организмы, настолько мало, что говорить о серьезном значении боевого психокинеза по меньшей мере недальновидно.

Существует несколько экспериментально подтвержденных случаев дистанционного психотравмирующего воздействия, которое было настолько сильным, что могло привести к летальному исходу одного из участников эксперимента. При проведении экспериментов тот, кто осуществлял воздействие, находился на расстоянии нескольких кварталов от того, на кого проецировалась его сила. Стоило психоэнергетику сконцентрировать свои эмоции на мысли о том, что он сильнее своего перципиента, как тот испытывал приступы удушья, падал на пол и начинал физически чувствовать на себе грубое силовое воздействие. Безусловно, такие способности можно считать уникальными и очень интересными, независимо от того, каким образом их обладатель подчинил себе эти загадочные силы.

Но как бы ни любопытно было рассуждать на интересующие самые широкие слои населения темы боевого применения психокинетических способностей, зададимся вопросом — а каков действительный практический эффект от подобного умения?

В условиях современной войны эффект нулевой. Причины, надеюсь, объяснять не нужно, и так все понятно. В условиях спортивного поединка такое воздействие применить тоже крайне сложно, так как владеющие психокинезом почти всегда весьма немолодого возраста и спортом почему-то никто из них практически не увлекался, по крайней мере, не занимался им профессионально. Да и времени на предварительную подготовку нужно много, поэтому мгновенно мобилизовать свой навык в моментально возникающих и ежесекундно сменяющихся ситуациях спортивного поединка и тем паче в условиях бескомпромиссного уличного столкновения просто невозможно.

Куда проще прибегнуть к физической силе, скорости реакции и умению максимально эффективно применять техническую базу рукопашного боя. Конечно, это вовсе не так романтично и привлекательно, по сравнению с системой мобилизации духовных возможностей по тибетскому или латиноамериканскому образцу. Однако предпочтения даже большой группы психопатизированных псевдомистиков не в состоянии повлиять на фактическую основу человеческого существования. Как не в состоянии большинство практикующих контактные системы единоборств согласиться с тем, что их стремление к вершинам физического и боевого совершенства якобы ущербно и духовно убого, по сравнению с энергетическим самокопанием, лишенных нормальных человеческих инстинктов приверженцев потусторонних феноменов.

Коль ясновидение, психокинез и телепатия могут быть использованы в боевых и, вообще, военных целях лишь отчасти, в основном как вспомогательные средства, и могут оказывать лишь крайне малое влияние на достижение результата в сравнении с более привычными и обыденными средствами, можно сделать вывод об их малом значении для большинства, практикующих боевые искусства.

Таким же исчезающе малым практическим эффектом обладает способность к телепортации. При всей феноменальности этого достижения его коэффициент полезного действия можно оценить только с помощью отрицательных величин. Феномен телепортации — это высшее выражение идеи избежания конфликта. Его предельная реализация, возможная в земных условиях, так сказать, бегство от проблем парапсихологическим способом.

Недаром подобные феномены всегда связывались именно с восточными единоборствами, сама суть и техническая начинка которых пропитана духом недеяния, избегания любых способов силового регулирования и крайней оборонительности.

Идея вечного бегства — скорее всего результат разложения общественного сознания и духовной деградации, а уж никак не маяк всеобщего согласия и бесконфликтного существования.

В сознании большинства к идее вечного избегания острых моментов плотно пригнана идея спасителя от проблем. Причем спасителем может стать любой, кто возьмет на себя эту роль. Но, чтобы понравиться людям, нужно говорить только то, что они хотят услышать, предупреждать только о тех трудностях, которые они в состоянии преодолеть без усилий, и еще (это обязательно!) нужно показывать чудеса. Например, ходить по воде, телепортироваться или, на худой конец, гасить свои психоэмоциональные реакции так, чтобы окружающие на них не реагировали, тогда у наблюдателей сложится иллюзия вашего исчезновения. Что и говорить, ради общественного признания можно потратить десятки лет, главное, чтобы усилия окупались с лихвой.

Все это никоим образом не имеет отношения к воинству и воинским практикам. Несмотря на широкое использование оккультно-парапсихологических феноменов различными тайными обществами, их реальное значение всегда оставалось за гранью понимания рядовыми последователями.

Поскольку во главе каждого тайного общества так или иначе всегда находятся жрецы, то для управления рядовым контингентом они использовали именно те способы, которыми располагали. Как собрать людей для выполнения определенной социальной задачи, при этом оставшись в тени? Понятно, что создавать легальную политическую партию не имеет смысла, так как народ им открыто не доверяет. Провозглашать политические и, стало быть, сиюминутные цели тоже недальновидно. Примерно так же обстоят дела с общественными организациями, деятельность которых всегда ограничена правящим режимом.

Но ведь ничто так не манит человека, как тайна. Значит, нужно создать именно тайное общество. Любое подобное общество всегда имеет тайных руководителей, о которых даже не догадываются рядовые члены. Они лишь видят руководителей внешнего звена, которые, по существу, таковыми и не являются. Система управления должна включать в себя как можно более яркую и неправдоподобную мифологию, сложную обрядность и психотехники.

Психотехники всегда просты и незатейливы, так как всегда базировались на культивировании стадных инстинктов, группового гипноза и массовой истерии. В таком состоянии толпе или отдельным ее членам достаточно показать направление и сформировать цель, а все остальное будет сделано участниками церемонии. Обряд в таких случаях органично соединен со стадиями психического воздействия. В качестве оправдательной теории служит комплекс мифов.

Для поддержания собственного авторитета и властного влияния высшему эшелону тайных обществ всегда нужно иметь в запасе некоторые реальные способности, годные на роль чуда. Если таковых не имеется, то сгодятся и просто хорошо отработанные трюки. Но основная сила тайных обществ — это связи и деньги. Власть имущие стараются не переходить дорогу деятелям тайных обществ из-за вполне закономерных опасений за собственное благополучие и жизнь. Ведь у тайных объединений достаточно фанатичных приверженцев, ради идеи готовых пожертвовать собственной жизнью или пролить чужую кровь. Средства достижения экономической мощи тоже не отличаются разнообразием и законностью. Источники финансирования тайных организаций располагаются в теневом и откровенно криминальном секторах экономики.

Многие тайные союзы занимаются исключительно бандитской деятельностью, которую, при желании, можно выдать за исполнение воинских сакральных обязанностей в русле борьбы за социальную справедливость или сделать ставку на эксплуатацию благородной идеи.

Единственная общая стратегия всех тайных союзов — это приход к явной власти. Для этой цели представители тайных обществ внедряются в политические структуры, добиваясь государственных постов. Иногда политическая партия целиком и полностью зависит от какого-либо тайного ордена. Но настоящие цели всегда тщательно скрываются от рядовых членов секретных организаций.

К слову сказать, практически все информационные войны вызваны именно столкновением идеологий, которые формируются тайными обществами. В основном суть идеологии не меняется, меняется только форма подачи, ставка на ту или иную социально-политическую силу, способную воплощать и регион распространения.

Практически все ниши общественного сознания экономически развитых стран уже завоеваны различными формами универсалистского идеологического ряда. Поэтому для охотников за людским сознанием Россия всегда была вожделенным Эльдорадо.

Паломничество заграничных идеологов, проповедников и "духовных учителей" напоминает о том, что духовные силы русской нации на исходе. Людей, способных целенаправленно сопротивляться идеологической и психологической обработке течений, целиком и полностью враждебных русской духовной традиции, почти не осталось. Не последнюю роль в перечне их стараний занимают самые разные формы психотренинга. Разумеется, их нужно изучать и практиковать обязательно, с точки зрения их наставников. Взять хотя бы пресловутую практику остановки мышления. Мои старательные соотечественники, безусловно, преуспели в этом, не таком уж и сложном для них, умении. Очень просто перестать думать, если думать никогда не умел. За остановкой мысли должна следовать стадия полного освобождения от эмоций и желаний. Все эти эффекты достигаются в расслабленной сидячей позе, нужна для овладения «космическим» сознанием. Обладатель последнего якобы может овладеть психоэнергетическими ресурсами своего существа. Все вроде бы хорошо. Только подумайте: человек, который отучает себя думать, чувствовать, что-либо делать и чем-либо интересоваться, очень удобен для использования в любой сфере — это уникальное бездумное и бездушное орудие в чужих руках. По сравнению с этой психической заразой примитивный экстатический фетишизм христианствующих сект и конфессий выглядит как легкое и вполне обратимое расстройство.

Практика умственно-психического опустошения своего существа, даже взамен на обретение инфернальных способностей, напоминает тягу к наркотическим переживаниям.

Кстати, многочисленные школы духовного совершенства вовсе не брезгают применять в своих занятиях наркотики и вещества похожего действия. Строго говоря, эта практика уходит корнями в седую древность. Времена, когда различные по составу, но одинаковые по действию травы применялись в мистических целях, простираются глубоко в историю всех современных народов.

Изначально интерес к растениям был исключительно практическим. Их свойства познавались на непосредственном опыте употребления. Множественные суеверия и соответствующие мифологические свойства, связанные с действием растений, были созданы людьми гораздо позднее. А поскольку в древности способ объяснения реальности лежал исключительно в русле символизма и мифотворчества, то настоящие магические2 свойства растений превратились в мифические, т. е. не существующие.

И хотя большинство обрядов, связанных со сбором, приготовлением и хранением растений, почти всегда имеют строгое рациональное обоснование, объяснительные сюжеты этих действий могут быть интересны только с фольклорно-этнографической точки зрения. Сфера применения разного рода дурманов была крайне широкой. Их употребляли жрецы (для вхождения в экстатические состояния), а также участники празднеств и церемоний. Многие вещества признавались священными, поскольку усиливали то или иное физиологическое свойство человеческого организма. Но нас интересуют те растения и препараты, которые могут оказать влияние на увеличение объема свойств, нужных воину.

Из истории известно, что валериана издавна использовалась как средство, придающее человеку мужество. Семена белены применялись для окуривания воинов, готовящихся к сражению. Этим средством для поднятия боевого духа пользовались практически все варварские племена Европы. Запах семян белены (вернее, дым, идущий от них) вызывал гнев. И конечно же нельзя не упомянуть о самом нашумевшем галлюциногенном средстве, всегда бывшем в большом почете у воинов-варваров. Это напиток из настоянных на молоке красных мухоморов.

Собранные шляпки мухоморов особым образом вымачивались в молоке не менее суток. После чего настой выпивался, вызывая у человека состояние опьянения, сопровождаемое причудливыми галлюцинациями. Известно, что к этому настою особое пристрастие имели воины-одиночки. Однако существовали и другие способы приготовления мухоморов — например отвары.

Травы и другие представители растительного мира использовались в магической практике не только в виде порошков для окуривания или отваров и настоев, но и в виде амулетов.

Так, вербена использовалась древними германцами в качестве талисмана при объявлении войны и заключении мирного договора.

В узкопрактическом смысле травы чаще всего использовались как лечебная основа для мазей и бальзамов, которые были незаменимы для воинов, постоянно получавших ранения и травмы.

По существу, вся древняя магия, базировавшаяся на естественных свойствах растений и минералов, заложила основу современной фитотерапии, ароматотерапии и классической фармакологии. Хотя настоящие фармакологические процессы, происходящие в человеческом организме благодаря биологически активным веществам, содержащимся в растениях, были в растительной магии неизвестны.

Так, колдуньи средневековой Европы (впрочем, как и аборигены Центральной Америки) верили, что после употребления магических снадобий они могут летать. Все их отличие состоит в том, что практика натирающих себя мазью и садящихся на квашню колдуний давно канула в Лету, как не вызывающая доверия, а москалиновые мистерии индейцев продолжают завораживать современность своими мифами.

Не подлежит сомнению тот факт, что переживания, вызванные с помощью психостимуляторов, целиком и полностью субъективны и не имеют никакого отношения к реальности.

Любое психофармакологическое вещество прежде всего призвано воздействовать на различные центры нервной системы человека и вызывать изменения ее порога возбудимости. Успокаивающее воздействие лекарственных средств на психику основано на повышении порога возбудимости, то есть на увеличение объема невосприимчивости нерва по отношению к раздражающим факторам, стимулирующим нервную реакцию. Успокоительные средства могут применяться в воинской практике для удаления чувства страха, в качестве поддерживающих средств. Однако нельзя увлекаться успокоительными, так как они вызывают привыкание и зависимость. Кроме того, при постоянном и даже разовом применении наркотических препаратов может вызвать быстрое привыкание, психическую и физиологическую зависимость от их употребления. Наркотики, в том числе и алкоголь, вызывают различные по времени протекания, но одинаковые по результатам коренные изменения всей структуры личности человека, вплоть до потери ее идентичности. Психофармакологические средства всегда оказывают только симптоматическое действие. Они никогда никого не излечивали, а только улучшали общее состояние человека. Поэтому их употребление в целях боевого совершенствования может принести только временный эффект. Или может стать ступенью к вашей психической деградации.

Что касается проблемы влияния на процесс расширения сознания с помощью психостимуляторов, то здесь нужно отметить некорректность самой ее постановки. Сознание под действием химических веществ никогда не расширялось и не расширится, но оно может претерпевать серьезные изменения, которые ошибочно могут быть восприняты за рост объема сознания.

В не меньшей степени этот вывод касается и многочисленных психотехник, якобы преследующих цели расширения сознания.

Все, что касается способов опустошения сознания различными дыхательными и физическими упражнениями, можно считать аналогами психостимулирования посредством употребления наркотических и других средств, путем влияния на нервную систему человека. Только необходимо учитывать, что лекарственная зависимость сознается человеком как пришедшая извне и может восприниматься только как искусственное средство изменения своего сознания. А вот постоянное повторение психотехник, требующих предельной мобилизации психических ресурсов занимающегося, приводит к тому, что любое достигнутое изменение обыденного сознания воспринимается как серьезное достижение и великая ценность.

Но как бы ни происходило изменение сознания: с помощью употребления психостимуляторов, с помощью молитв или мантр, до одури повторяемых на протяжении долгого времени, или же благодаря упражнениям по концентрации на символах, идеях или пустоте, — все это не более чем способы изменения и затуманивания своего сознания, а в конечном итоге — это всего лишь способ бегства от проблем, которые ставит перед людьми реальность существования.

Этот вывод вовсе не теряет своей силы даже потому, что многие упражнения по мобилизации психических ресурсов приносят обещанные результаты. Например, многие последователи тибетской традиции с полной убежденностью доказывают, что способны "выделять во время сна свое тонкое тело и путешествовать в различных реальностях". Лично я не вижу в этом, во-первых, никакого особого достижения, а во-вторых, никакой практической ценности, прежде всего, для своего здоровья. Так как, по личному признанию большинства мистиков, для того чтобы стать "настоящим оккультистом" — а физическое здоровье и психическое равновесие в этом деле являются тормозом, а не стимулом, — нужно быть либо больным физически, (это якобы способствует повышению частоты вибрации тонких тел), либо страдать нервными расстройствами.

А нервных расстройств можно добиться уже двумя известными читателю способами — с помощью психотехник и психостимуляторов. Максимальная зависимость человека от какой-либо формы идеологии всегда возникает на грани соединения мифа, церемониала, психотехник и наркотических веществ. За этой глобальной иллюзией можно спрятать любые истинные идеологические предпосылки.

Чем, собственно говоря, с успехом занимаются многочисленные тайные общества, религиозные конфессии и даже государственный аппарат любой страны. Итак, мифы создаются средствами массовой информации, церемониал — детище государственного аппарата, идеология — инструмент политики, психотехники безраздельно принадлежат религиозным и оккультным организациям, а разного рода одурманивающие средства состоят в ведении индустрии развлечений.

Никакая традиция, даже самая сильная и агрессивная, не в состоянии противостоять современности. Не в состоянии противостоять новым веяниям и русская традиционная культура, в том числе и традиционная культура психотренинга. По крайней мере, до тех пор, пока на эту сферу нашей жизни не обратят внимания.

Итак, первой (если хотите, сакральной) задачей для нас как для потомков великой культурной и воинской традиции станет обращение своего внимания к опыту, накопленному тысячелетиями. Рассматривать этот опыт мы будем очень внимательно со всеми его плюсами и минусами.

Первый значимый соблазн для современного человека — предаться убаюкивающему очарованию древнерусских преданий, как на ладье вечности уносящих наш разум и чувства в прошлое. Сразу вспоминаются ощущения детских переживаний после столкновения с русскими сказками. Детская душа проста и наивна, она верит сказкам буквально, ничуть не сомневаясь, что так вот оно все и было. С годами восторг проходит, и его место начинает занимать желание узнать, что в сказке правда, а что ложь. Те, в ком прошлое его народа умерло, начинают думать, что сказка, как и все прошлое, — вымысел. Те, кто посвятил свою жизнь установлению истины, выбирают для своего исследования конкретную науку, сквозь методы которой рассматривают и прошлое, и настоящее, и будущее. Самая обширная область изучения принадлежит культурологии. Эта наука изучает закономерности обретений и потерь всей человеческой истории.

Многие явные закономерности истории, несмотря на их множественную констатацию самыми разными отраслями человеческого знания, так и не сподвигли их творцов к пониманию причинно-следственных связей, влияющих на ход потока событий.

Например, тот факт, что ценность истории народа прямо пропорциональна тому объему практического опыта, который из нее наследуется, укрылся от пытливого взора потомков.

Впрочем, неумение запоминать свои ошибки и достижения не так уж и печально по сравнению с фатальной неспособностью делать из своего опыта правильные выводы.

Во многом именно эта национальная особенность русских привела к синдрому заимствования, поразившему всю традиционную культуру России.

Теперь почти немыслимо представить себе, что подавляющее большинство традиционных норм было занесено в ареал русской культуры чужеродными культурными потоками. Именно так. Русские никогда и ничего не заимствовали по своему горячему желанию, по крайней мере, до последнего времени. Буквально во всех сферах жизни, начиная от идеологии и заканчивая бытовым укладом, действовал принцип навязывания чужеродных норм извне. При этом способность генерировать собственные культурные достижения сводилась на нет собственной же системой управления.

Благо потенциальная возможность к культурной регенерации обусловлена не столько сохранностью исторических свидетельств и традиционным институтом национального воспитания, сколько генетическим соответствием народа с порождаемой им идеологией. Быт и нравы могут и должны меняться под влиянием времени. Сохранность древнего быта в современных условиях не более чем анахронизм. Соответствие национальному образу должно выстраиваться по наследственному физическому признаку и способности соответствовать тому глобальному комплексу внечувственной информации, который осмысливается через категорию русской души или русского духа.

Русский дух имеет свои исконные символы, с помощью которых он воплощается в его носителях. А поскольку мы ведем речь о русском воинстве, наиболее последовательно воплощавшем в себе на протяжении веков исходные формы социальной духовности, — то нельзя не рассмотреть ключевые этапы реализации программ национального сознания русского воинства.

Языческий символизм, возникший как форма осмысления природных процессов, может быть использован и сегодня. В данном случае мы будем придерживаться древней символики для лучшего запоминания информации и получения ощущения исторической перспективы.

Рассвет. Время Яровита. Багрянец зари ложится на землю. Красный диск солнца величественно вздымается по небосводу, заявляя о том, что время нави кончилось и в права вступает явь. Красный вепрь неба, взрывая сумрак ночи своими огненными клыками, гонит демонов тьмы, словно испуганное стадо. Крик Ярилиной птицы подал весть земным жителям об очередной победе света над тьмой, яви над навью.

Одновременно со своим небесным покровителем пробуждаются воины северной земли. Потягиваясь после ночного оцепенения, стряхивая остатки дремоты, они первым делом вдыхают свежесть раннего утра полной грудью, как при своем рождении. Сколько раз происходила эта встреча пробудившихся ото сна огненных начал неба и земли? Это не важно.

Важно другое. Так же, как и вся окружающая природа, человек начинает свою жизнь с напряжения сил. Чтобы ребенку родиться на свет, ему нужно совершить много усилий, иначе сил матери может не хватить и новая жизнь не состоится. Так же, как росток, пробивающийся сквозь земную твердь, с таким же трудом и напряжением прокладывает себе дорогу любая жизнь.

Напряженные усилия ~ символ и качество пробуждения, начала, рождения, роста и расширения. Просыпаясь и начиная новый день, человек повторяет свои жизненный цикл в миниатюре: рождение (напряжение сил) — рост (зарядка) — созревание (разгрузка) — смерть (расслабление).

Период жизни воина, которому покровительствует Ярило, закономерно соотносится с периодом его выживания — выживания в семье, выживания в коллективе сверстников, выживания в природе, выживания в общественной системе управления. Чтобы выжить в природе, нужно сопротивляться болезням, развивать свои физические, точнее, телесные качества. Для выживания в семье нужно закалять свою психику через умение подчиняться требованиям более сильного и опытного старшего брата или отца. Для выживания в коллективе нужно уметь сопротивляться постоянным попыткам сверстников оттеснить слабейшего на периферию иерархии. Для этого нужно напрягать и телесные, и душевные силы, проявляя стойкость, терпение, а зачастую и жестокость по отношению к ближнему. Чтобы выжить в системе глобальных общественных отношений, нужно быть беспристрастным к нормам морали и человеческим законам, вырабатывать понимание того, что сохранение целостности личности возможно достичь только через равнодушное отношение к общественной несправедливости, направленной на становление молодого члена этого общества.

В этом цикле развития напряжение сил часто достигает максимума. Чувствуя это, более слабые начинают объединяться в ватаги, получая численный перевес над одиночками. Молодой коллектив активен, его энергия рвется наружу и требует общего дела. Как правило, внутри объединения идет война за место вождя, побеждает самый сильный в каком-либо отношении член команды. Именно он указывает пути реализации тем, кто хочет идти с ним рядом. Ватага без вожака — всего лишь стая, которую легко рассеять даже одиночке. Стая, подчиняющаяся вожаку, — дружина. Сила вожака возрастает с каждым прибывшим.

Внутренние столкновения прекращаются при достижении равновесия между инстинктом стаи и целеустремленностью каждого отдельного ее члена.

Поскольку человек является самым агрессивным и универсальным хищником среди всех живых видов земли, его природный инстинкт охотника приобретает в социальном измерении новое качество — инстинкт войны.

Страсть к бою, вкус опасности, привитый с детства, желание победы — все это в палитре чувств воина. Яростная атака, быстрая и неотвратимая, способная в мгновение ока сломать чужое сопротивление, — вот стиль войны юного поколения. В современных условиях это стиль русского штурмового боя. Юность сильна тем, что не думает о цене победы. Победа или смерть! Третьего не дано.

Бескомпромиссный императив выживания, сформулированный самой природой, вел не одно поколение воинов, подстегивая их решимость и желание действовать. Воины Яровита — активные деятели. Пусть расчет и праздность посторонится, ибо огонь проложит себе дорогу через любые препятствия.

Взрыв, поражающий всех, кто находится в пределах досягаемости, краток, как вспышка молнии, и разрушителен, как ураган. Ярость мгновенно возникает и так же быстро затухает, и на ее место приходит огненная мощь горения пламени. Чтобы выживать, необходимо иметь высокую возбудимость, что сказывается на утрате психического равновесия. В характере яростных людей преобладает взрывное начало, агрессивность и прямолинейность, энергичность и деятельность. Психика таких людей циклична. Они быстро увлекаются, загораются каким-либо делом и, израсходовав свой ресурс, затухают, дожидаясь нового прилива сил.

Какая-либо долговременная, целенаправленная парапсихологическая работа для них не выполнима. Однако именно эти люди в своем большинстве обнаруживают спонтанные парапсихологические способности, возникающие во время пиков нервно-психического возбуждения.

Это качество делает их относительно управляемыми, так как в периоды накопления сил их психическая и во многом телесная защитная система открыта для чужого волевого контроля. Но в момент пика их активности они моментально избавляются от посторонней зависимости и становятся совершенно неуправляемы.

Полдень. Солнце в зените. Время Световита. Хозяин неба на ослепительно белом коне являет собой триумф светоносного начала. Явь сильна и властна. Ее очарование заставляет думать, что навь побеждена на века. Это действительно время явного преимущества. Содержание реальности становится открытым и ясным, она вывернута светлой стороной наружу. Солнечный огонь господствует надо всем, тени практически нет.

Символ этого времени — воин-победитель в золотых доспехах. Прошло время яростного боя. Пора выживания в напряжении сменилась на силу, которой можно спокойно распоряжаться. Огонь взрыва уступил место огню всеохватного пламени силы жизнеутверждения. Воины Световита, выжившие в кровавых столкновениях юной поры, вступили в пору максимальной творческой активности. Они уже завоевали свое место под Солнцем, превратившись из ярых отроков в сильных мужей. В их распоряжении опыт и знания. Теперь они не выживают — они живут полнокровной жизнью. Это время, когда нужно отдать свою дань роду. Должно появиться сильное, жизнеспособное потомство. Ибо выживает сильнейший, и только сильное начало способно дать жизнь. Теперь воин думает не только о своем выживании, не только о своей победе, он заботится о выживании своего рода. Но обзавестись семьей — это вовсе не знак к тому, чтобы перестать быть воином. Жизнь со многими обязанностями как раз и начинается тогда, когда человек имеет запас сил и терпения, не раньше и не позже. Только теперь зрелый воин начинает вести войну всеми известными ему способами. Наука юности не проходит даром, и безрассудство уступает место трезвому расчету. Раньше главными были телесные качества, которые являлись основой искусства выживания. Теперь главным становится умение совмещать физическую активность с выверенными психологическими реакциями на события, основа науки побеждать.

Чутье и боевой опыт всегда приносят обильные плоды победы. Быстро схватить суть происходящего и немедленно отреагировать, умение приспособиться к изменившимся условиям, легко переключить внимание, не теряя психического равновесия, или избавиться от угнетающих переживаний — все это умения, добытые в боях. Только теперь внутренний огонь воина настолько силен и постоянен, что позволяет согревать тех, кто находится рядом.

Воинов Световита могут увлечь практические стороны парапсихологии, то есть то, что может увеличивать силу и приближать победу. Как только эта деятельность перестанет приносить ощутимые результаты, превращаясь из практики в теорию, воин Световита к ней остывает, переключая свое внимание на более полезное направление.

В плоскости русского рукопашного боя этот темперамент идеально соответствует классическому разделу славяно-горицкой борьбы, требует от него именно того, в чем он является непревзойденным мастером — бой, требующий моментальной реакции при полном сохранении психического, физического и технического равновесия.

Именно представители этого сильного, уравновешенного психотипа в какой-то мере способны контролировать и сознательно вызывать паранормальные феномены, которые еще относительно просты, но не теряют от этого своей эффективности и полезности в области практического применения. При этом, в случае вхождения в состояние ярости, все так же вероятны неуправляемые спонтанные проявления.

Всегда наступает момент, когда сила постепенно начинает покидать природу, день клонится к закату, человеческая жизнь к осени.

Бог осени, в побуревших от пролитой крови доспехах, устало едет на вороном коне, спокойно глядя в будущее и с теплотой вспоминая свое славное прошлое. Троян — хозяин третьей половины жизни воина. Минуло время, когда воин был самым сильным, теперь он стал самым опытным. Уже нельзя тратить себя на многочисленные способы достижения победы. Сейчас он спокойно выбирает один-единственный способ — именно он приведет к победе.

Теперь главное — спокойствие. Враг начинает поднимать голову. Демоны тьмы чуют приход своего времени. Навь наползает на землю, обволакивая серым липким покрывалом вечерних сумерек все вокруг. Уставшее от долгих боев Солнце сияет в вечернем небе ярко-красным щитом воина. Жизнь по капле уходит в землю, сочась из старых ран победителя. По пятам уже ползут те, кто почуял свой час. Конец творческой активности человека делает его спокойным в любых жизненных ситуациях.

Распорядок его жизни уже не изменится. Ничто не сможет отвлечь воина от главного дела его жизни. Никто дольше воина Трояна не сможет терпеливо и спокойно ожидать врага в засаде, долго и напряженно всматриваясь в туманную дымку начинающегося утра, когда всех остальных уже сморил сон. Он никогда не подведет товарища и не предаст друга. Ему хорошо известна цена чести и цена жизни. Воин осени все делает вовремя и до конца, ведь ему нельзя ошибаться. И хотя он уже не может соперничать с молодыми — он один стоит десятка молодых. На стороне ветерана его ум и опыт.

Такой психотип наиболее подходит для занятий в разделе тотального боя. Со свойственной людям осеннего темперамента осторожностью и методичностью, без намека на деланную эстетику они добиваются безоговорочных выразительных побед. При этом, вынося серьезные психические и физические нагрузки, они способны идти до конца, чего бы им это ни стоило. На этом этапе особую актуальность для них могут приобрести программы боевого применения своих паранормальных способностей, так как у них с легкостью начинает получаться то, чего они не могли добиться раньше.

Однако все проходит. Проходит день и проходит жизнь. Сил остается мало. Держать в руках оружие престарелый воин уже не в силах. Вековой дуб уже не выдержит сильного порыва ветра, а колесо жизни все ближе подкатывается к концу пути.

Наступило время заката. На землю спустилась ночь. Тьма лишает сил и заставляет старца готовиться к своему последнему сражению. Воин, сложивший оружие, входит под покровительство ночного Солнца. Хоре — единственный смертный бог из всего славяно-русского пантеона. У него тоже нет коня, нет оружия, не осталось сил и обязательств перед родом. Все, что должно было быть сделано, — сделано. Воин превращается в отшельника, старца, равного по положению жрецу. Старость делает когда-то неуязвимых победителей чувствительными и ранимыми, а опасные ситуации будят уже забытый страх, но не за себя, а за своих потомков,

Всякое сильное воздействие перестает иметь значение для хорсова пространства, оно просто перестает замечаться людьми, попавшими в него. Созерцательность достигает пределов, немыслимых ранее. Даже слабые и ранее незаметные воздействия могут вызвать волну сильных переживаний. Хоре готовит людей к приходу в навь. Они больше принадлежат потустороннему миру — миру смерти.

Жизнь воина протекает внешне похожей на жизнь людей, воинами не являющихся. Но качество и содержание жизни воина воплощает собой путь, описанный выше. Разумеется, не все и не всегда доживают до старости и по порядку проходят вышеозначенные стадии. В конечном итоге темперамент может не меняться на протяжении всей жизни, как и характер деятельности. Но, как правило, в миниатюре все проходят четыре этапа: исполнитель — руководитель — воспитатель — учитель.

Думаю, представленная вашему вниманию периодичность качественных изменений сознания воина станет для вас вполне конкретным и зримым ориентиром.

Истина подвижна. В разные периоды жизни воин постигает разные стороны истины. И каждый акт ее постижения заменяет ранее постигнутые законы и взаимосвязи, поскольку всему свое время. Каждый раз, познав очередную сторону истины, воин остается прав в своем взгляде на жизнь, но всякий раз этот взгляд выхватывает только то, к чему видящий готов. Истина всегда изменяется, ведь жизнь не стоит на месте, поэтому каждый постигает только то, чего он достоин.

Отсюда свастика.

Разница между магией и мифологией указана в книге "Русская Здрава".

Послесловие

Хорошо то, что полезно. Бесполезная вещь или явление в лучшем случае бесплодны, в худшем случае разрушительны.

Традиция русского рукопашного боя целиком и полностью подчинена идее полезности и целесообразности.

Русский стиль боя организован для решения конкретных практических задач. Установки славяно-горицкой борьбы можно было бы сравнить с учебником реализма и целесообразности — конечно, если бы такой существовал.

Хотя учебник реализма и не написан, но им в избытке насыщена наша жизнь. Поэтому, несмотря на невероятное обилие систем и идеологий, обещающих неземные достижения в области рукопашного боя, не затрачивая при этом ни малейших усилий, всегда останутся люди, способные отличить реальность от больных фантазий.

Русский кулачный бой на протяжении десятков веков выручал русского мужика в драках и войнах. Ведь на земле не так уж часто можно рассчитывать на обоюдное понимание и мирное решение конфликтов. Несмотря на развитие цивилизации и рост достижений во многих областях человеческой деятельности, вечным приоритетом русского воина остается его КУЛАЧНОЕ ПРАВО.