Помоги проекту - поделись книгой:
Гусев, ругаясь про себя на чем свет стоит, отправился в рубку — просматривать досье на непрошеного гостя, которое перед отлетом должна была передать борткому Хельга.
…Кают-компания на «Белокрылом» была немногим больше капитанской каюты — помещались в ней всего-то два кресла, стол, на котором капитан с бортинженером играли в шахматы, большой монитор борткома и несколько миниатюр с изображениями средневековых морских кораблей Земли. Кресла сдвинули и на освободившееся место поставили койку, но теперь в каюте попросту негде было повернуться. Все-таки «Белокрылый» был всего лишь космическим почтовым ящиком и предназначался для двух человек, а присутствие на нем четырех живых существ уже к концу первого дня тяготило всех, кроме, пожалуй, шалуа.
Алиса заглянула в кают-компанию, в надежде увидеть там отца — говорить с ним в рубке у неё не хватало смелости, — но обнаружила только гостя. Шалуа сидел на койке, скрестив ноги — похоже было, что он медитирует. В тесной комнате Кейр ан’Аранта уже не казался таким хрупким, а от взгляда его черных глаз Алису бросило в дрожь.
— Из-звините, — пробормотала она. — Я нечаянно…
— Я испугал тебя, милое дитя? — Шалуа, к счастью, не стал улыбаться. — Прости. Ты здесь хозяйка, а я фсего лишь гость. Тфой отец дал мне понять, что я должен сидеть… как это у фас гофорят?… тише фоды, ниже трафы, фот так. И, по фосможности, не сходя с места до самой Земли.
Он произнес это с таким понурым видом, что испуг Алисы улетучился и она, все ещё немного робея, спросила:
— Так вы не ужинали? Я попрошу Марко, он…
— О-о, не стоит, что ты! — Кейр ан’Аранта всплеснул тонкими руками. — Не надо беспокоиться, я очень хорошо себя чуфствую. Будет сложно сидеть неподфижно дфе недели, но я постараюсь…
Алиса не сдержалась и хихикнула.
— А я про тебя фсе знаю, — вдруг произнес шалуа, плутовато прищурившись. — Только думал, ты останешься на станции, а ты решила фернуться на Землю. Тебе там больше нрафится?
Она пожала плечами.
— Нет. Просто… я должна учиться.
— Разфе ты на станции ничему не научилась? — невинно удивился Кейр ан’Аранта.
Алиса растерялась.
— Хочешь, я расскажу тебе про хрустального ангела с планеты Лорелия? — спросил шалуа и подвинулся, освобождая ей уголок…
…— Марко!
— Да, шеф?
— Что наш гость? Не докучал тебе?
— Не-а… даже не заметил его присутствия. В машинное не заходил, только заглянул, а сейчас в кают-компании рассказывает Алисе сказки.
— Сказки? — Артем нахмурился. — Ладно… глянь-ка сюда… этот Кейр ан’Аранта, оказывается, родился ещё до того, как человечество вышло в космос…
— А ты не знал? — Бортинженер улыбнулся. — У них же цвет шкуры — первый признак возраста. Говорят, маленькие шалуа — желтые, как цыплята. Потом они становятся оранжевыми, а красная шкура означает расцвет сил. К старости она становится все светлее, пока не превращается в чистое серебро, как у нашего пассажира. Так что, он даже по меркам своего народа глубокий старик, а ты посадил его в угол и велел заткнуться!
Гусев, хмурясь, посмотрел на развеселившегося бортинженера.
— Шути, дошутишься… ладно. Я хотел узнать его послужной список, а тут досье всего-то из одной даты рождения. Странно, не находишь?
— Странно, — охотно согласился Марко. — Но с ними нет и не было ничего понятного, такой уж это народ. Интересно, он родился до того, как шалуа потеряли свою планету, или после?
Гусев пожал плечами.
— Пойди, спроси его сам. Слушай, Марко, я не могу отделаться от мысли, что наш странный гость на самом деле летит на Землю вовсе не потому, что его там ждет какое-то срочное дело.
— А почему?
Артем тяжело вздохнул. Предположение казалось бредовым, но других вариантов у него не было.
— Он очень торопился, так? И хотел попасть именно на наш корабль. Даже пригрозил, что меня лишат должности, если я его не возьму на борт, хотя я всего лишь предложил ему отправиться в путь на комфортабельном корабле через каких-то два часа. Ничего не приходит в голову, а?
— Кроме того, что… уж извини, шеф, предложение твое прозвучало немного грубо… нет, ничего.
Гусев опять вздохнул и подумал, что Хельга бы сейчас заявила с чисто компьютерной невозмутимостью: «Вы распустили команду, шеф…»
— Я подумал, что на борту «Белокрылого» находится какой-то груз, который Кейр ан’Аранта хочет сопровождать.
Марко недоуменно заморгал.
— И… простите, шеф, но я не вижу смысла. Отчего он сразу не приехал вместе с грузом? Отчего весь этот цирк? Странно как-то…
— Странно, — охотно согласился Артем. — Слушай дальше. Он попытался сегодня проникнуть в грузовой отсек, а когда я его не пустил, принялся выспрашивать, кто имеет доступ к письмам, кроме меня. Когда убедился, что никто, успокоился и пробормотал: «Ну, можно и так». Думал, что я не слышу. Теперь смотри. Раз он, как ты говоришь, устроил весь этот цирк и чуть не опоздал к отправке, раз он так заинтересован в сохранности того, что находится в грузовом отсеке, я подумал… ох, Марко, знаю, как глупо это прозвучит… я подумал, что его вовсе никто не посылал. Он сам узнал о грузе и решил его сопроводить. Он действует
Бортинженер долго молчал, а потом в его темных глазах загорелся огонек.
— Позволь, шеф, я проверю кое-что… — он деловито забарабанил по клавиатуре, и через некоторое время повернулся к Артему с несколько озадаченным выражением лица. — Вышло проще, чем я думал. Смотри, это даты отправлений писем и грузов, которые мы везем. Они шли партиями, и ни об одной из этих партий в Центральном не могли узнать раньше, чем о них узнали мы… если не считать вот эту. — Марко ткнул пальцем в строчку на экране. — Нифльхейм. Экспедиция какого-то Земного музея передает домой отчет о проделанной работе и какие-то мелкие находки… их почта шла к нам через три станции и о ней вполне могло стать известно в Центре…
— Экспедиция музея Пирамиды, оболтус ты некультурный! — Артем принялся искать полный список писем и посылок, а Марко виновато развел руками. — Ох… не так уж все и просто. Тут двадцать три письма и восемь контейнеров с антиквариатом, все — суперхрупкие. Мы их не то что открыть, сдвинуть с места права не имеем.
— Разве что, в случае угрозы безопасности… — рассеянно начал Марко.
— Типун тебе на язык! — Гусев осёкся. — Постой-ка, о чём мы говорим? Собрались почту вскрывать, подумать только…
— Не-ет, — Марко покачал головой. — Если ты прав, и шалуа выполняет не приказ, а собственную прихоть, надо быть готовыми ко всяким неожиданностям.
— Да, ты прав, — растерянно пробормотал Артем. Он и не подумал, что пребывание на борту странного пассажира может представлять опасность.
За себя он не боялся…
5
Алиса так и не поговорила с отцом в тот вечер.
Кейр ан’Аранта оказался отменным рассказчиком. Она и раньше слышала и читала множество легенд разных планет — библиотека Хельги была огромна, но ей мало кто пользовался, — и все-таки те же самые истории из уст шалуа звучали совсем иначе. К тому же, он рассказал несколько легенд, которых ей раньше слышать не приходилось. Алису немного смущало лишь то, что шалуа о некоторых откровенно сказочных историях отзывался как о случившихся на самом деле. А ещё он пару раз оговорился — начинал вести рассказ от имени главного героя, как будто это именно с ним происходили волшебные, невероятные события…
Время в компании шалуа текло незаметно, и, в конце концов, Алиса почувствовала, как у неё слипаются глаза. До постели она добрела с трудом, и всю ночь ей снились хрустальные лорелианские ангелы с прекрасными лицами и когтистыми лапами.
…— Солнышко! — отец легонько тронул Алису за плечо, и она тотчас проснулась. — Мы возле первой точки перехода. Я подумал, ты захочешь посмотреть.
— Конечно, конечно! — Сон как рукой сняло. Алиса принялась одеваться, одновременно пытаясь разложить по полочкам, какая часть волшебных историй была рассказана ей накануне, а какая — просто приснилась.
Точки перехода стали тем средством, благодаря которому человечество — как и все остальные расы обитаемых миров, — сумело передвигаться в космосе так, словно межзвездное пространство являлось всего-навсего новым океаном Земли, покорить который было сложно, но возможно. Переход как физическое явление изучали множество институтов, но большинству людей известно было лишь одно: за считанные секунды зоны перехода позволяли перемещаться на расстояния, преодоление которых со скоростью света заняло бы не один десяток лет. Происходящее во время перехода никто не помнил, все системы кораблей на этот период отключались, и многие считали, что корабль, равно как и живое существо, попав в зону перехода попросту разбирается на атомы, а потом в нужной точке пространства собирается обратно — и, значит, каждый
«Разбирают тебя в зоне перехода или нет, неважно, — любил повторять предыдущий начальник станции, обучая Артема премудростям работы. — Главное, чтобы почта дошла вовремя!»
Точками перехода пользовались все, но у них были истинные хозяева…
— Джезу спрашивают, куда мы направляемся, — доложил Марко, когда Артем и Алиса появились в рубке. — Я сообщил — на Землю…
— И что?
— Пожелали счастливого пути и приятного перехода. — Бортинженер пожал плечами. — Знаешь, я никогда не пойму, наверное, зачем они ставят станцию возле каждой точки перехода и болтаются там круглогодично. Ведь никто ни разу не побывал на этой станции — это не таможня, не зал ожидания, так зачем? Чтобы желать всем счастливого пути?!
— Мне в это не верится, — ответил Артем и покосился на Алису. Девочка во все глаза смотрела на пылающее алое колесо, сквозь которое им предстояло пройти. — Давай потом поговорим, а то я всегда нервничаю, когда джезу поблизости. Все время вспоминаю о том, что если им вдруг взбредет в голову закрыть все точки перехода, мы останемся отрезаны от Земли и от остального мира…
— …и ффаши опасения небеспочфенны, — послышалось сзади. — В языке джезу отсутстфует слофо «подарок», поэтому они когда-нибудь потребуют за фсе заплатить.
— С нас потребуют? — добродушно, но не без иронии поинтересовался Артем. — Ведь не только мы пользуемся переходом…
— Кое-кто уже заплатил, — охотно пояснил Кейр ан’Аранта. — А ффаша очередь ещё не пришла, но это лишь фопрос фремени.
Марко кашлянул.
— Артем, открывается окно. Ну что, поехали?
Гусев кивнул.
Казалось, только что они подходили к вратам перехода — и вот уже врата позади. Не те, другие, но точь-в-точь похожие.
Алиса перевела дыхание. В прошлый раз она все переходы проспала и даже ничего не почувствовала, но теперь её переполнял восторг, к которому, однако, примешивалось смутное ощущение тревоги.
— Ну вот, все в по… — Гусев осекся, во все глаза уставившись на монитор.
— А-арте-ем? — Глаза у бортинженера стали совершенно круглые. — С этой стороны, что, нет станции джезу?
— Бортком, — севшим голосом произнес Гусев. — Сканировать звездную карту. Определи наши координаты…
Дожидаться результата пришлось минут пять, и все это время они молча смотрели на мониторы. Алиса понимала, что происходит что-то странное, но не осмеливалась даже рот открыть. Она искоса поглядывала на шалуа — тот стоял, подпирая стену, совершенно спокойный, и таинственным образом его спокойствие передалось девочке.
— Здесь какая-то ошибка, — сказал Марко, когда бортком выдал результат, прозвучавший для Алисы как бессмысленный набор цифр. — Мы преодолели расстояние, в три раза большее, чем должны были… и совсем не в ту сторону. Что делать, шеф?
— Проблема не в этом. — По лбу Артема потек пот, хотя в рубке было прохладно. — Ты сам сказал, что возле каждой точки перехода вертится станция джезу. Марко, ворот в этой точке НЕТ — то есть, их не было до того, как мы вошли в зону перехода. Джезу говорят, что контролируют все возможные точки входа-выхода, а мы открыли здесь НОВЫЕ врата. Марко, ты понимаешь, что это значит?
— Понимаю, — прошептал бортинженер. — Либо мы совершили то, что невозможно с точки зрения современной физики, либо… джезу нам лгали.
Гусев оглянулся и увидел, что шалуа стоит очень спокойно и смотрит на него, словно ожидая дальнейших действий. Выгонять Алису из рубки было поздно, но она хотя бы не испугалась…
— Поворачивай, Марко. Посмотрим, куда нас вынесет на этот раз…
…а звезды в точке нового выхода горели ярче и были расположены ближе друг к другу — это заметила даже Алиса.
— Мы ближе к центру галактики, — сказал Марко нарочито ровным голосом. — Знать бы ещё, какой…
— Не шути так, — попросил Артем. — Тем более, у нас на борту есть тот, кто знает, что происходит. Я прав?
Шалуа молчал, не улыбался. Гусев начал нервничать.
— Что я должен сделать, многоуважаемый Кейр ан’Аранта? Попрыгать на одной ноге? Упасть ниц? Поклясться в вечной любви?…
Шалуа закрыл глаза и сказал, отбросив дурашливый акцент:
— Достаточно просто попросить прощения. Впрочем, можете и этого не делать — вы же говорили, что «все под контролем». Так зачем же вам я?
— Затем, что вы знали, что нам угрожает опасность, и не предупредили. Вы…
Кейр ан’Аранта предостерегающе поднял руку.
— Не надо искажать факты. Вам не угрожала опасность — по крайней мере, до сих пор. Нужно было сделать лишь одно — обеспечить сохранность груза. Вам это оказалось не по силам.
— Но я… — Артем осекся, натолкнувшись на взгляд Алисы — её глаза были полны слез.
— Прости… — прошептала девочка. — Я нечаянно…
Молчание стало гнетущим, когда шалуа, наконец, заговорил.
— Я расскажу вам одну историю, — сказал он тихо. — Мы, шалуа, издревле славимся своими историями. Когда-то — задолго до того, как ваши предки взялись за каменные топоры и даже до того, как джезу впервые вышли в космос, — существовала раса, которая покорила вселенную. Это было так давно, что от них не осталось никаких артефактов, ничего кроме полузабытых легенд, искаженных и неполных. Крупицы правды рассеяны в них, как золотые чешуйки в морском песке. Но эта раса была, и она умела путешествовать меж звезд. Для этого использовали… существ, которых вы бы сейчас назвали ИскИнами, а тогда их звали
Он ненадолго умолк, а потом продолжил чуть громче:
— Так вышло, что эта раса выродилась. Можно сказать, она прекратила свое существование, потому что когда что-то или кто-то изменяется до неузнаваемости… это все равно что маленькая смерть.
Шалуа присел на корточки и посмотрел на Алису, склонив голову набок.
Поделиться книгой: