Помоги проекту - поделись книгой:
— Секретную лабораторию.
— Такой не было. — Тут же отреагировал директор СВР, но в его голосе проскользнули нотки неуверенности.
Монгол вновь пожал плечами. Он не собирался убеждать Шмелёва в собственной правоте, и тем более не хотел рассказывать историю Авалона сидящим здесь людям.
Шмелёв, как понял Азат, тоже не хотел посвящать всех в подробности этой истории, и потому перевёл разговор в другое русло:
— Мы отправляем в Зону группу для поиска и доставки сюда этого Спама — по документам Александра Вестова. Группой будет руководить лично Григорий Алексеевич Малышев.
Директор СВР указал на украинского коллегу. С виду представитель братской республики был куда здоровее того же Заречного, и напоминал скорее не директора секретного ведомства, а этакого громилу из охраны Шмелёва.
— Так же в группе будут Светлана Максимовна, мистер Кэммерли и вы, товарищ Хусаинов.
— Ясно. — Азат кивнул. — Вот только бабу с собой брать не стоит.
— Она специалист «Системы Жизнеобеспечения».
— Понятно. — Хусаинов улыбнулся. — Значит, я ищу Спама, а она передатчик, который мешает службе жизнеобеспечения?
— Именно. — Согласился Шмелёв. — И это не обсуждается.
— А вот тут не соглашусь. — Сталкер указал рукой в сторону Светланы. — Из-за неё мы будем передвигаться раза в три медленнее.
— Не обсуждается! — Шмелёв сверкнул глазами, и указал на дверь. — Господа, прошу покинуть кабинет, у нас с Григорием Алексеевичем серьёзный разговор.
— Кто он? — Проговорил Малышев, когда Хусаинов скрылся за дверью.
— Сталкер. Он хочет в Зону, и в этом наши интересы совпадают.
— Хочет в зону? — Украинец усмехнулся. — Впервые вижу человека, который хочет в Зону.
— У него жена умерла вчера. Теперь он либо сопьётся, либо уйдёт в Зону. Нам он полезен в качестве проводника, так что я согласился взять его в своё ведомство. Тем более, у него там есть личный интерес.
— В Зоне?
— В Зоне. — Подтвердил Шмелёв. — У него там сын.
— И кто он, этот сын, если не секрет?
— Адепт Зоны….
Настоящее время. Припять.
Зона контроля группировки Монолит.
Ночное небо над Припятью осветил прожектор, установленный на крыше гостиницы, и пулемётная очередь прошлась по толпе запоздавших зомби.
Чуть позже громыхнул одиночный выстрел и кто-то, бегущий по центральной улице, грязно выругался.
Сталкер внезапно остановился, вслушиваясь в затихающее эхо собственных шагов, и повернулся в сторону только что пройденного участка. Там, на сером фоне, мелькнула чья-то уродливая тень, и он выстрелил вновь.
Беглец стрелял не прицельно, а лишь чтобы отогнать преследователей, и, сам того не подозревая, становился лёгкой мишенью для снайперов. Но никто не стрелял. Розанов ясно дал понять своим сектантам, что парламентёра от Адепта нужно беречь как зеницу ока.
Мгновение, и беглец скрылся в здании.
— Прошел. — Сектант, сидящий на крыше пятиэтажки, сдвинул ПНВ на лоб, и указал вниз. — Теперь дело за малым.
Напарник кивнул.
— А там что? — Первый вновь указал в сторону многоэтажек. — Это не наши.
Второй несколько секунд всматривался в темноту оконного проёма, куда указал напарник.
— Сообщи на базу. — Наконец сказал он. — У нас снайпер.
Он помнил всё происходящее, как будто это было вчера…
Автоматная очередь эхом пронеслась над городом, и майор Хрусталёв снова замер под грузовиком. Трое арабов пробежали мимо него, и скрылись в полутьме сводчатой арки.
И занесло же его сюда.
Майор натянул на лицо защитную полумаску, поудобнее перехватил автомат, и выкатился из-под грузовика. Лазерный целеуказаьтель метнулся вправо, и его красная точка замерла на чалме человека с автоматом. Араб, стоящий спиной к Хрусталёву отреагировать не успел. На спине боевика взметнулся фонтанчик крови, и автоматчик упал.
— Минус три. — Прошептал Хрусталёв, и опять скрылся под машиной.
Грузовой армейский УРАЛ, затянутый тентом, стоял посреди улицы типичного восточного городка. Изрешечённая пулями машина была засыпана слоем песка, а буря всё не унималась.
Вот этим и воспользовался Шархан.
Хрусталёв перевёл взгляд на тело американского солдата, который, как и остальные не успел отреагировать на атаку боевиков. А ведь не прикрой его капитан Браун, и Хрусталёв бы сейчас был мёртв. Он посмотрел на уткнувшийся в стену дома хаммер, под которым лежал капитан. Молодец, американец, среагировал. Но им двоим ни за что не выбраться отсюда. Хотя, дуракам везёт. А Хрусталёв после этой засады считал себя таковым.
Как будто вчера….
Хрусталёв сидел на перевёрнутом ящике, и всматривался в ночную тьму. Мутанты бродили под окнами, и он мог поклясться, что уже дважды за последний час кто-то пытался вскрыть замок квартиры. И это был не человек.
К счастью, ума у этого существа не хватило, и оно отступило.
Майор положил винтовку на подоконник, и подошел к двери. Глазок он ещё вчера заклеил жевательной резинкой, и теперь, внимательно оглядел площадку, отлепив её. Лестничная клетка была пуста, но этажом выше кто-то явно скрывался.
Хрусталёв прижал жвачку обратно к стеклянному окуляру, и вернулся к созерцанию панельных пятиэтажек.
Припять оказалась совсем не такой, какой её себе представлял Хрусталёв. Серые громады перекрывали обзор, и всё, что видел майор в оптический прицел, вызывало лишь уныние. Пустые прямоугольники окон чёрными пробоинами смотрели на стрелка, а из пустых квартир глядели на него ещё более ужасные существа, чем те, которые населяли остальную Зону.
Хрусталёв зевнул. Такие ночные засады ему были не в новинку, и поэтому ещё одна ночь с оружием в руках была невыносимой. Майор начал считать окна, чтобы занять себя хоть чем-то, и в этот момент увидел, как на четвёртом этаже блеснул оранжевый огонёк. Хрусталёв прильнул к окуляру прицела, и теперь отчётливо разглядел, как пламя блеснуло вновь, осветив лицо и руки человека, держащего зажигалку.
Незнакомец поднёс зажигалку к сигарете, и как только табак занялся пламенем, потушил огонь. Теперь в темноте сверкал лишь огонёк сигареты.
Хрусталёв прицелился, и положил палец на курок. Одно движение руки могло стоить жизни незадачливому сталкеру в доме напротив. Он поискал глазами другие огни, но ничего не заметил.
Где же они? Хрусталёв отдёрнул рукав камуфляжа, и надавил на кнопку подсветки. Не успело синее марево осветить небольшой экранчик электронных часов, как Хрусталёв уже присел, прикрывая часы рукой. Нет, света от экрана никто не заметил. Он выглянул из окна — нет, ничего не изменилось. Пока всё в норме.
Человек, стоящий у окна в доме напротив, затушил сигарету о подоконник, и отошел вглубь комнаты. Он видел, как Хрусталёв маячит на фоне окна, и знал, что тоже раскрыт. Но это ему никак не мешало. Он получил приказ уничтожить снайпера в доме напротив, как только тот выполнит приказ.
Сталкер сел в кресло, прижавшись спиной к изодранной обивке, и подтянул к себе тумбу. На неё он выложил штурмовую винтовку типа «булл-паб», четыре магазина к ней. Извлёк из промасленной тряпицы небольшую трубку глушителя, а рядом с ним положил оптический прицел.
Высокоточная оптика нового поколения была особой гордостью стрелка. Этот прицел он использовал лишь однажды, когда группа мародёров попыталась отобрать добытые им артефакты. Особый датчик, встроенный в компьютеризированный прицел позволял фиксировать цель зелёным маркером, и не терять её из виду. Это давало возможность стрелять без предварительной подготовки, и добиваться результата. Сталкер зафиксировал Хрусталёва как цель уже несколько минут назад, и теперь готовил оружие. Через минуту прицел был присоединён и настроен, а ещё через несколько мгновений к винтовке был присоединён и глушитель.
Сталкер вставил рожок, и передёрнул затвор. Тяжелый разрывной патрон отправился в патронник, и боец отложил винтовку. Теперь он должен был ждать. А что может быть лучше, чем занять себя на время ожидания.
Сталкер вытащил из кобуры, располагающейся на пояснице пистолет с глушителем, и придирчиво осмотрел перемотанную синей изолентой рукоять.
Его звали Харон. Сталкер пришел в зону восемь лет назад, и был бы одним из лучших в системе жизнеобеспечения, если бы носил ПДА и состоял в клане. Но он не делал ни того, ни другого. Он был тенью, серым существом, выполняющим приказы Кардинала. Но он не был солдатом. Наёмником, в какой-то мере.
Ещё когда его поймали на Периметре, при попытке проникновения в Зону, офицер с седыми бакенбардами предложил сделку — новоиспечённый сталкер работает на него, и получает нешуточную зарплату. И он согласился.
Работа на таинственного Кардинала, как представился офицер, была не слишком обременительна. Спектр задач, которые офицер ставил перед подчинённым, был не слишком большим: убить сталкера, принести артефакт, добыть информацию.
Но некоторые из условий договора не очень-то нравились Харону. Во-первых, он должен был избегать контактов с обычными сталкерами, а иногда выполнять задания без помощи кланов было очень сложно. Но деньги, которые платил ему Кардинал, того стоили. Вторым, что не нравилось Харону — так это цепочка с двумя стальными пластинами.
Он запустил руку под одежду, и потёр медальоны. На одном была выбита его кличка, а на втором — число, соответствующее его личному коду, который он должен был вводить в компьютер на Седьмой отметке. Чтобы с ним переговорил Кардинал.
Цифра «13» была его счастливым числом.
Харон усмехнулся. Какой же порядковый номер у того снайпера, в доме напротив, которого Кардинал решил пустить в расход?
Сейчас он видел, как человек в доме напротив напрягся, заметив внизу движение, но сам паниковать не стал. Его датчик жизненных форм указывал на то, что это идёт группа зомби. Но Хрусталёв почему-то выстрелил.
Восьмикилограммовая «М40А3» выплюнула заряд свинца, и над домами грянуло раскатистое эхо.
— Вот придурок! — Прошептал Харон, и вытащил из рюкзака ноутбук. На экране, разделённом на три поля, были видны изображения с камер, установленных им снаружи. Высокоточная цифровая техника, в отличии от устаревшего ДЖФ[2], ошибиться не могла. На середине узкой улочки лежало тела человека в незнакомом Харону типе бронекостюма. Красные нити, вплетённые в ткань, слабо поблёскивали.
Сталкер включил тепловизор на одной из камер, и заметил, как ещё несколько человек в таком же обмундировании движутся по улице в сторону своего разведчика. На всех были странного вида шлемы, напоминающие скорее шлемы космонавтов, нежели снаряжение сталкеров.
И Харон понял — это не сталкеры.
Хрусталёв выстрелил вновь. На этот раз он промахнулся, и в ответ ему полетели пули карабинов «М-4».
Стрелявших было как минимум семеро.
Харон предположил, что не имеющий хорошего снаряжения вояка принял их за группу, которую тому следовало уничтожить. Третья пуля Хрусталёва заставила двоих визитёров отпрянуть, но лишь для того, чтобы достать гранатомёты. Огромная базука оказалась на плече противника, но выстрелить он не успел. Харон снял его метким выстрелом в голову. Он не помогал майору. Он обеспечивал свою безопасность.
Переведя ствол влево, Харон ещё четырежды оборвал жизни визитёров, и сменил позицию.
Отойдя к другому окну, он внимательно огляделся. Двенадцать фигур маячили в конце проулка. Всех их ДЖФ распознавал как зомби, но Харон не спешил укорять несовершенное устройство. Ему казалось, что это костюмы странных визитёров вызывают помехи.
Харон резко развернулся в сторону входной двери, успев заметить боковым зрением, как в квартире, где находился Хрусталёв, началась стрельба. Он и сам развернулся к двери, чтобы нажать на курок. Винтовка дернулась, и косая очередь прошла от левого нижнего к правому верхнему углу дверной коробки. Человек, открывший деревянные створки, вылетел на лестничную клетку, но тут же скрылся в темноте, не получив серьезных ранений. Харон шагнул вслед за ним. Очередь в спину срезала убегающего незнакомца в бронекостюме, и тот полетел вниз по ступеням. Тело его ударилось о стену, и осталось лежать на площадке, прямо под одной из видеокамер.
Второй боец мелькнул площадкой ниже, и Харон выстрелил на звук шагов. Стрелял он отлично. Кардинал говорил, что сталкер стрелок от бога, а Харон постоянно поправлял его — «не от бога, от дьявола». И сейчас он стрелял так, как будто нечистый держал винтовку вместо него.
Пуля ударила в стекло шлема, но и только. Человек отшатнулся назад, схватившись руками за голову. По стеклу шлема расползлась сеточка трещин. Харон отметил про себя, что даже самые современные костюмы, кроме разве что модернизированного «СЕВА», не способны выдержать прямого попадания. Но это из пистолета, а Харон выстрелил бронебойными, из мощной винтовки.
Он отставил «булл-паб», и выхватил «ГЛОК-18», но сделал это слишком медленно, так как незнакомец в суперкостюме уже скрылся внизу. Преследовать его Харон не стал. Он вернулся в квартиру, и заблокировал дверь. В квартире, где находился военный со снайперской винтовкой, было тихо. Харон видел, как Хрусталёв, держась за простреленное плечо, идёт к окну. Но тут же и без того тёмная бездна квартиры стала ещё темнее, и грянул выстрел. Даже на расстоянии нескольких десятков метров Харон увидел вспышку, и искаженное страхом лицо офицера.
* * *
Два часа спустя. Периметр.
Зона контроля группировки Чистое небо.
Автокооператив «Локомотив», или же просто АТП прекрасно просматривался со спутника. Изображение, которое Монгол запросил минуту назад не требовало точного наведения станции слежения на цель, и карта местности тут же отправилась на ноутбук Светланы.
— Вот. — Девушка с гордостью указала на красно-серое изображение.
— Не пойму, чего вы так радуетесь. — Перегнувшись через её плечо, проронил один из разведчиков. — Эти обозначения говорят, что на нашем пути сейчас небольшая заварушка.
Он перевёл взгляд на Монгола, ожидая, что сталкер добавит ещё что-нибудь, и вдвоём-то они поставят эту вертихвостку на место.
— А выстрелов ведь не слышно. — Наконец прошептал Хусаинов и вновь с подозрением поглядел на снимок. — Сколько вы говорите задержка спутника.
— Минута, не больше. — Отчеканил боец.
— Нет, не могли они так быстро закончить стрельбу.
Недавний собеседник принял из рук Светланы ноутбук и внимательно рассмотрел изображение.
— Постреляли и ушли. Чего вы так волнуетесь?
Монгол смерил разведчика взглядом. Он всё ещё не мог привыкнуть к тому, что знакомый с тактикой ведения боя человек в условиях зоны напоминает маленького ребенка, посаженного за штурвал Боинга.
— Так просто ничто не заканчивается, ну и не начинается, само собой.
Вконец запутавшийся боец СВР теперь внимательно глядел на Монгола.
Поделиться книгой: