Помоги проекту - поделись книгой:
Юлия Николаевна затаила дыхание, от ответа этой девушки зависело все — ее настоящее, ее будущее, и самое главное, ее прошлое. Время тянулось невозможно долго, Юлия Николаевна даже испугалась, что про нее забыли и что ей придется еще раз звонить.
— Да, — наконец вновь послышался голос в трубке. — Ваш заказ 352171 сохранен в памяти.
Юлия Николаевна судорожно вздохнула, пытаясь унять прыгающее сердце.
— Скажите, пожалуйста, сколько это будет стоить?
— Восстановление одного дня в прошлом… сейчас минуточку… а вот, реконструкция одного дня в прошлом по желанию клиента стоит двести тысяч.
— Сколько?
Юлия Николаевна не могла поверить своим ушам?
— Двести тысяч единиц — невозмутимый голос оператора спокойно повторил немыслимую цену.
— Но как же так? Это невозможно! Мы же в прошлый раз… мой муж платил вам вдвое меньше…
— Минуточку… Да, совершенно верно. Ваш заказ был осуществлен в апреле этого года, в это время у нас проводилась рекламная кампания по продвижению данной услуги на рынке. И ваш муж воспользовался нашим специальным предложением, в настоящий момент рекламная кампания закончена, и заказ оплачивается полностью.
Воспользовался специальным предложением, горько усмехнулась Юлия Николаевна. Это было так похоже на него, он всегда отличался практичностью, даже подарок на юбилей нашел со скидкой. Вот Вик, ее дорогой Вик никогда не сделал бы так.
— Скажите, пожалуйста, я уже второй раз обращаюсь в вашу фирму, может быть, предусмотрена какая-то скидка, ну, как для постоянных клиентов?
— Все лица, воспользовавшиеся нашей услугой, становятся постоянными клиентами, к сожалению, дополнительных скидок не предусмотрено.
У Юлии Николаевны закружилась голова и пересохло в горле, даже если она и снимет все деньги со счета в банке, продаст все украшения и меха, ей все равно не собрать огромной суммы. Эта сумма, набор бездушных цифр, разом отменяли ее мечту, какое там мечту, чего уж врать самой себе — ее единственную цель и смысл жизни!
— Как же так, — дрожащим голосом заговорила Юлия Николаевна, — у меня нет таких денег, это же целое состояние… Может быть, можно сделать что-то, поймите, мне очень, очень надо…
— К сожалению, ничем не можем помочь, — ответил вежливый голос с оттенком стали. — Всего доброго!
На линии возник обрыв, затем снова посыпалась отчаянная дробь гитары, и чувственный бархатный баритон сообщил о невероятных возможностях, открывающихся перед клиентами магазина романтических путешествий. Он говорил о воплощении мечты в жизнь, о счастливых мгновениях, проведенных в прошлом, и о многом, многом другом. Но Юлия Николаевна уже ничего не слышала, она рыдала во весь голос, выплескивая из себя боль и отчаяние, накопившиеся за шесть бесконечных месяцев, прошедших с того дня…
"Я, Юлия Николаевна Покровская, находясь в твердом уме и памяти, по доброй воле предоставляю в оплату за оказание мне услуги по воссозданию дня в прошлом (24 часа 00 минут 00 секунд) находящиеся у меня в собственности дом площадью 150 кв. метров (Загородное шоссе, 36), а также земельный участок в объеме 30-ти сотых гектара…"
Юлия Николаевна еще раз перечитала написанный ею текст и без колебаний поставила свою подпись.
Все! Слава богу, все!
Она поудобнее устроилась в кресле, закрыла глаза.
— Внимание, дышим глубоко!
Еще немного — и она окажется там, вновь увидит волнующе прекрасное море, легко взлетит по лестнице наверх, услышит скрип тормозов и еще раз проживет тот день, перевесивший всю ее жизнь.
— Начинаем обратный отсчет…
Конечно, она нехорошо поступила с мужем, большая часть денег на покупку этого дома принадлежала ему, но при оформлении он настоял, что дом будет оформлен на нее, на предмет непредвиденных случаев, так ему будет спокойнее. Но она не испытывала ни малейших угрызений совести: если бы не он, ее жизнь сложилась бы совсем, совсем иначе. Это он, ОН обманул ее, пусть даже не нарочно, он виноват и пусть за это несет наказание.
— Три!
Увидеть Вика еще раз, почувствовать его близость, прожить этот день с ним, а потом… потом, когда надо будет возвращаться обратно, она знает, что делать, в этот раз в карман пиджака она положила совсем другие таблетки. Хорошо бы принять их там, на склоне горы, на пике счастья и не видеть этого ужасного света, бьющего в глаза.
— Два!
Ярко, слишком ярко! Солнце…
— Один!
Слепит глаза! Сейчас должно пройти!
— Выход!
Юлия Николаевна почти ослепла от яркого света электрических лампочек, светивших прямо ей в лицо, все тело ныло, как после побоев, перед глазами плавали зеленоватые круги и сердце прыгало в горле, словно хотело выскочить. Она сидела в кресле, опутанная проводами, склонившиеся над ней юноша и девушка в синих халатах внимательно смотрели на большой экран.
— Что… что случилось? — прерывающимся голосом спросила Юлия Николаевна.
Девушка протянула ей таблетку и стакан воды.
— Вам лучше принять!
— Что это?
— Нитроглицерин! У вас повышенное сердцебиение.
Трясущимися руками Юлия Николаевна приняла таблетку, запила
водой, затем откинулась на спинку кресла, пережидая дурноту. Только бы скорее обратно! В тот день! Навсегда! Внезапно яркий электрический свет погас, и юноша в синем халате начал отсоединять провода.
— Что, что вы делаете?
— Как вы себя чувствуете? Вам лучше?
— Почему вы отключаете… это?
— Не волнуйтесь! Вам вредно волноваться!
— Почему вы все выключили? Что происходит?
На лице юноши проступило какое-то странное устало-насмешливое выражение, словно он не первый раз наблюдал всю эту картину.
— Сейчас придет наш менеджер, он все объяснит!
— Что объяснит?
Юноша вновь принялся за провода, не обращая на нее никакого внимания.
— Что объяснит?!
Юлия Николаевна почувствовала настоящую панику, происходило что-то ужасное, непоправимое! Что-то, что могло помешать ей, лишить ее последней возможности встретиться с Виком.
— Верните… верните меня туда! — вдруг взвизгнула Юлия Николаевна, уже не помня себя. — Немедленно! Слышите! Сейчас же! Я, кажется, заплатила вам сполна! Я требую!.. Вы обязаны!
Дверь в комнату распахнулась, и в нее ворвался энергичный молодой человек с длинным лицом, какой-то резиновой улыбкой и совершенно неуловимым выражением бледных глаз. На нем был темно-синий костюм с большим оранжевым галстуком, поперек которого большими синими же буквами было выведено непонятное слово "Gamer".
— Уважаемая Нина Петровна, хочу поздравить вас с окончанием эксперимента, в котором… — затараторил молодой человек, глядя куда-то вбок.
В голове у Юлии Николаевны гулко пульсировала кровь, шумело в ушах, она изо всех сил пыталась понять, что говорит этот молодой человек, но улавливала только отдельные слова.
"…фирма благодарит… бесценную помощь… согласившись принять… эксперименте… дорогая Нина Петровна…"
"Нина Петровна" — зацепилось наконец за что-то ее внимание, почему молодой человек все время называет ее Ниной Петровной, это явно какая-то ошибка. Юлия Николаевна уже открыла рот, чтобы возразить молодому человеку, как внезапно перед ее глазами возникли сначала неясные, а затем все более четкие картинки воспоминаний.
"Эй, Нина Петровна, чего застыла-то! Роман, что ли, читаешь?" — кричит соседка с первого этажа, то есть и не кричит вовсе, просто голос у нее такой — большой, неуправляемый. Настолько большой, что Нина Петровна, стоящая возле почтового ящика с рекламной листовкой в руке, вздрагивает. В листовке серыми буквами напечатано, что пожилые семейные пары приглашаются для участия в психологическом эксперименте, связанном с испытанием компьютерной программы, и что фирма гарантирует хорошее вознаграждение…
Картинка поблекла, но вслед за ней появилась новая…
Они с мужем стоят напротив большого серого здания, с множеством табличек возле стеклянной двери и не решаются войти, слишком ярко и неприступно сверкают золотом названия фирм, среди которых они не сразу, но все-таки находят: "GAMER (Новая реальность)".
Вот они вместе с другими семейными парами сидят в просторном зале и этот самый молодой человек в синем костюме с оранжевым галстуком объясняет им условия психологического эксперимента, и она, Юлия Николаевна, то есть… нет… Нина Петровна подписывает какие-то бумаги… А потом ее ведут в большую комнату и усаживают в кресло… в это кресло…
"Виртуальная программа… совместимость… исследование поведения…"
Вновь горохом посыпались слова назойливого молодого человека, из которых выходило: все, что она пережила, что полностью перевернуло ее жизнь, было только какой-то программой, по сути дела ничем. А ее единственная настоящая любовь и не существовала вовсе, как, впрочем, и она сама, Юлия Николаевна, с ее респектабельным домом, солидным мужем и счетом в банке. Это был всего лишь ее виртуальный двойник, вернее, это она была экспериментальным двойником будущей солидной клиентки фирмы приключений, отрабатывающей свою новую уникальную программу. Нина Петровна почувствовала, как легкое онемение постепенно стало охватывать ее тело, поднимаясь от пальцев ног все выше и выше. Она испытала облегчение и радость, глядя сквозь чудесную, обволакивающую ее пелену, как стал уменьшаться и отдаляться от нее страшный молодой человек, а мучительные звуки его голоса стали тише и слабее, пока не исчезли вовсе…
Очнувшись, Нина Петровна вновь услышала голос, вернее, два голоса — мужской и женский. Приоткрыв глаза, она поняла, что все еще лежит в том самом кресле, перед потухшим экраном монитора, рядом с которым сидели уже знакомые юноша и девушка в синих халатах, они тихо переговаривались между собой.
— Да говорю же тебе, полный абзац! Из пятнадцати пар — семь отравлений, пятеро душили свою вторую половину подушками и только трое продали или отдали в залог имущество… Вот тебе и суггестия!
— Да, веселые старички! Ничего не скажешь!
— Это уже в который раз! Шеф в ярости, программу нельзя продавать. Столько бабок впустую!
— Почему впустую, по-моему, программа работает прекрасно, стопроцентная отдача, все подсаживаются на нее, как на наркотик, согласны платить любые деньги, разве шеф не этого хотел?
— Ха! Бабок само собой хотел. Но только кто мог предвидеть, что после встречи с "идеалом" они так люто возненавидят своих реальных партнеров! Представляешь, если и в действительности после нашей виртуалки они начнут душить и резать друг друга?
— Ну, и чего теперь?
— Не знаю, наше дело маленькое, я себе на всякий случай присматриваю местечко…
— Слушай… а тебе не жалко этих?
— Кого?
— Ну, старичков подопытных, мне кажется, им совсем плохо после этого!
— Сами на это пошли, не маленькие! И вообще, бесплатный сыр только в мышеловке!
— Ну да, наверное…
Молодые люди замолчали, задумавшись о чем-то своем. В коридоре послышались быстрые шаги, и кто-то прошел в помещение напротив. Из-за приоткрытой двери Нина Петровна успела увидеть красного как рак пожилого мужчину, нелепо размахивающего руками, что-то страстно говорящего молодому человеку с бледными глазами. Нина Петровна узнала в этом мужчине своего мужа, своего настоящего мужа, Василия Николаевича. Ей стало невыносимо стыдно, и она снова закрыла глаза, чтобы только не видеть этого. Нелепость, жестокость и безобразие происшедшего вновь навалились на нее.
И уже позже, выстояв очередь и получив конверт с положенным вознаграждением, Нина Петровна шла со своим мужем по направлению к метро и, искоса поглядывая на него, пыталась разгадать — что же он сделал? Задушил ее подушкой, отравил или, как она, сбежал, продав несуществующее имущество? Он ведь тоже встретил свою "единственную и настоящую любовь", женщину, которая открыла и воссоздала его, идеальную совместимость, которой никогда не бывает в реальной жизни. К горлу внезапно подкатил ком, и глаза заволокло слезами — от жалости к самой себе, а еще больше от жалости к этому одиноко бредущему, потерянному человеку. Нина Петровна приблизилась к нему, осторожно взяла его под руку и почувствовала, как он в ответ крепко прижал локтем ее руку к себе…
По направлению к метро неторопливо шла пожилая пара. Осторожно ступая по опавшей, уже успевшей пожухнуть листве, они крепко держали друг друга под руку, для того чтобы не пропасть, не потеряться и не сгинуть в этом непонятном, не поддающемся никакому осмыслению эксперименте под названием — жизнь.
Сергей Синякин
Основной вопрос
Поделиться книгой: