Сборник «Доживем до января»

В этот момент раздался пикирующий звук, и все трое подняли глаза к небу. На них падал подбитый «Боинг — 747».

— Бежим! — закричал Пипец и рванул с места. Бандит и девушка, схватившись за руки, побежали за ним.

— Сюда! — втроём они юркнули в неизвестную нору. Самолёт упал, и вход засыпало обломками…

* * *

— Как же здесь…темно, — сказал Пипец.

— И холодно, — сквозь зубы добавила девушка.

— У кого-нибудь есть зажигалка?

— У меня есть! — послышался голос бандита, и вскоре пещеру осветил тусклый свет. Под потолком висели огромные сосульки. Каменные стены и пол покрывал толстый слой льда. Бандит поводил зажигалкой из стороны в сторону, и в слабом её свете различил голову кровососа.

— Ой! — девушка слегка отшатнулась, — Как настоящий!

Голова взревела, и когтистые лапы схватили девушку за талию.

— Он живой! — пискнула девушка, — отпусти меня!

Отважный Пипец схватился за щупальце на лице у монстра и, упершись ногами ему в грудь, оттолкнулся. Щупальце не выдержало и оторвалось, а его владелец с диким рёвом побежал вглубь пещеры.

— Пригодится, — Пипец положил щупальце себе в карман, — давайте выбираться отсюда.

* * *

— А вы уверены, что мы правильно идём? — обеспокоено спросила девушка.

— Конечно. Не беспокойтесь, я — опытный проводник, — соврал Пипец.

Девушка покраснела.

— Меня Анной зовут.

— Дима, — басом отозвался бандит.

— Пипец, — Пипец обоим пожал руки, — очень приятно.

— Вы знаете, где мы находимся? — полюбопытствовал Дима.

— Где-то под землёй, — сделал вывод Пипец, — это я вам могу сказать с уверенностью.

— Тогда пойдемте поскорее, — пожаловался Дима, — у меня клаустрофобия.

Пипец кивнул и повёл группу дальше. За следующим поворотом раздались странные звуки.

— Что это? — сделала круглые глаза Аня.

Пипец приложил палец к губам и выглянул. В середине хорошо освещённой факелами пещеры стоял золотой трон, больше похожий на кресло-качалку. На нём восседал кровосос… в костюме Деда Мороза. Рядом с ним стоял мешок. Подходившие к нему кровососы поменьше получали подарки — человеческие руки, ноги, головы. Кто-то даже залез Дедушке на колено и проговорил ему что-то на своём языке. Пипец дал знак группе, чтобы те незаметно уходили.

— Блин, я ноготь сломала! — во весь голос сказала Аня. Дед Мороз кровососов поднял голову и, заметив сталкеров, завизжал. Маленькие кровососы побросали свои подарки и ринулись прямо на группу. Пипец среагировал моментально — набрал в рот самогона из фляги и дунул на горевшую зажигалку. Яркий поток пламени вырвался из его рта. Маленькие кровососы остановились и с восторгом захлопали в когтистые лапки. Пипец не растерялся — и повторил процедуру. Теперь хлопал уже и Дед Мороз кровососов. Рыгнув огнём ещё пару раз, Пипец получил в награду голову бывшего «долговца» и был отправлен восвояси. К тому времени Дима и Аня уже нашли отверстие, ведущее на поверхность…

* * *

Когда они, наконец, выбрались на свежий воздух, уже стемнело. Дима и Аня обменялись телефонами и, поздравив друг друга, разошлись, оставив сталкера одного. Пипец стоял в раздумьях. Два добрых дела уже сделано — а как же третье?

— Дядя, дай конфетку.

Пипец посмотрел вниз и увидел маленького мальчика в бронекостюме и шапке-ушанке, который дёргал его за штанину.

— Чего тебе, мальчик?

— Дядя, дай конфетку.

Пипец порылся в карманах и извлёк застывшее щупальце кровососа. Пипец нагнулся и вручил щупальце мальчишке.

— Держи. Это новый вид леденца. С мясом внутри!

— Круто! — сделал большие от восхищения глаза мальчик, — спасибо, дядя!

И побежал по своим мальчишеским делам. Пипец стоял с гордостью и печалью. Всем он угодил — а сам что же? Внезапно он обратил внимание на крыльцо стоящего рядом бара — там справляла нужду псевдосабака.

— А ведь это неплохой плащ… — про себя отметил Пипец…

* * *

13.01.2013 года

Тёмная долина

Квартира Миши

— Эх, жаль, что Новый Год уже позади, — убирая грязную посуду со стола, пожаловался Миша, — я бы ещё праздновал и праздновал…

— Давай ты будешь честен хотя бы с самим собой, — ответила Алла, — тебе лишь бы напиться.

— Неправда. Мне лишь бы с кем-нибудь напиться.

— Кстати, я уже долго не видела твоего друга. Как он?

— Пипец? Я уверен, с ним всё в порядке.

Послышался звонок в дверь.

— Кто там?

— Кто-кто! Пипец в пальто!

02.11.2009 г.

Николай Грошев

Шапочка

Тут, в этом просторном и сухом подземелье, было очень тепло. Откуда приходило это тепло, сталкер предпочитал не думать. Он просто наслаждался последними минутами в уютном подземелье и совсем ни о чём не думал. Он мог бы отправиться в путь ещё утром. И всё же не отправился. По многим причинам. Одной из них было благоразумие, приобретённое здесь, в Зоне. Увидев десяток смертей, коих можно было легко избежать, просто прислушавшись к голосу разума и поступив согласно ему же — учишься благоразумию удивительно быстро. Те, кто не учатся, становятся учебным пособием и кошмарным предупреждением для других. Это Зона — тут иначе не бывает.

Идти днём, слишком рискованно. И сейчас, ещё рано. Лучше выдвигаться в путь ближе к двенадцати часам или чуть позже. Новый Год на носу и множество сталкеров, особенно новички, начинают отмечать любимый свой праздник. Отмечать в Зоне. По подвалам, полуразрушенным домам, подземельям, а особо смелые либо безрассудные (что зачастую одно и тоже) отмечают прямо на открытом воздухе. Последние, иногда даже доживают до утра. Редко, но случается, что утро нового года они встречают живыми и порой даже невредимыми.

Праздник так же загнал многих бывалых сталкеров (а, следовательно, способных убить, не моргнув глазом, и за пачку сигарет) и бандитов, весьма охочих до чужого имущества, под землю да за стол с доброй бутылью водки. Зима повымела с территории Зоны многих опасных мутантов. Но она же белым саваном укрыла землю и артефакты, лежащие на ней. В принципе, в Зоне зимой делать особо нечего. Особенно новичкам. Голодное для них время. Они ещё не в курсе, что к зиме следует готовиться. Услышат, что по зиме мутантов мало становится, а большинство аномалий видно невооружённым глазом и радуются. Идиоты. Никто из них, почему-то, не задумывается, как они будут собирать артефакты, болтаясь по сугробам. Кое-кто платит за отсутствие предусмотрительности жизнью, чаще всего своей. Опасное время для новичков и скучное для бывалых сталкеров. Но оно же идеально для некоторых щекотливых дел и тех, что в другое время просто невозможны.

К примеру, летом он не сунулся бы так далеко к центру Зоны ни за какие блага мира. И даже сейчас, когда путешествовать по Зоне не так опасно, он не пошёл бы к руинам Припяти без очень веских к тому оснований. Нынче таковые имели место быть.

В подвале, где он остановился, ожидая наилучшей возможности отправиться в путь, сейчас царило предпраздничное оживление. Электрические лампы, горевшие без видимых к тому оснований, освещали странную суету и счастливые сталкерские лица…

Дико это смотрелось — сталкерские лица, полные счастья. Покрытые шрамами, вечно угрюмые опытные бродяги местные, примеривали на лица улыбки — те, почему-то, получались кривыми и больше напоминали волчий оскал, нежели улыбку. Весело смеялись сталкеры с холодными глазами убийц. Вели беседы, тщательно подбирая слова. Приходилось: ведь у каждого имелось при себе оружие, и стоило сказать не тому сталкеру одно неосторожное слово, и можно было легко получить пулю в лоб или нож в глотку.

Впрочем, большинство в таких случаях старались не пользоваться оружием — кулаки оставались самым ходовым инструментом выяснения отношений, в обществе до зубов вооружённых людей. Так было в далёком прошлом, когда пьяные воины бросали мечи и отвратительно варварски били друг друга по лицам. Так было в не столь далёком прошлом, когда на одну револьверную дуэль, приходилось около сотни драк на кулаках. Так было и сейчас. В любом обществе появлялась и шлифовалась та мораль, что помогала ему выжить. Редкие скандалы заканчивались чьей-то смертью — мёртвый сталкер не прикроет тебя, случись нападение мутантов или солдат, что, по мнению большинства сталкеров почти одно и тоже: просто мутанты разные. Конечно, стрельба и поножовщина не были редкостью. И иногда всё это кончалось трупами. Здесь, в этом подвале, такое случалось. Тут кровь, бывало, вёдрами лилась. Эти высокие потолки, этот просторный тёплый подвал видел немало смертей, а его земляной пол испил немало сталкерской крови.

Опытный сталкер, приходя в это место, держал глаза широко открытыми, а руку на рукояти пистолета. Новичок просто глупо хлопал глазками и пытался понять, что именно он видит: то ли у него галлюцинации, то ли все истории слышимые им о враждующих группировках, намертво грызущихся друг с другом бандитах и свободных сталкерах — другие жутики повседневной жизни Зоны, просто байки. И конечно, такой новичок ошибался, не важно какой он сделал вывод. Тут всё было намного сложнее, нежели казалось на первый взгляд. Местечко уютное, немногим известное и здесь были рады всем, независимо от рода деятельности, пола, вероисповедания и уровня психической и умственной неполноценности. Можно было здесь выпить, поесть, поспать, найти работу (особенно легко её могли получить симпатичные девушки) и кров. Не за так, конечно. Но и выгнать страдальца на улицу просто так, тут не выгоняли. В оплату оказанных услуг принимали то, что сталкер мог предложить — артефакт, оружие, патроны, еду или даже, вот, могли предложить полы помыть, взамен полученной чашки супа. И здесь не любили убийств. Драться — пожалуйста, хоть до посинения. Но если убил, даже защищаясь, больше не появляйся… Если нечем тебе оплатить моральный ущерб, полученный из-за тебя хозяевами этого подвала.

Хорошее место, но жуть до чего сумасшедшее. Особенно под Новый Год. На глазах млеющего в тепле сталкера, внутрь вошёл «монолитовец». И сел за один стол со «свободовцем». Так они и сидели сейчас друг напротив друга, стараясь смотреть в разные стороны, чтобы избежать искушения прирезать один другого. А раньше бывало, «свободовцы» тут с ними даже выпивали…

Сталкер выпил остатки своего заказа и последний раз оглядел огромную комнату — вряд ли он сюда явится в ближайшие годы, что значит, скорее всего, никогда. Прожить настолько долго он даже и не загадывал. Зона, тут долго не живут.

— Эй! Удача! — Сталкер замер у самого выхода. Повернулся и тут же пожалел об этом. — Удача! Это в натуре ты! Ё-моё, я думал ты помер давно! Удача, братан, пойдём за встречу тяпнем! Бли-и-ин, да ещё под Новый Год встретились! Удача, это точно удача!

Удача не смог уйти из этого уютного подземелья за час до начала праздника. Старый друг повстречался очень и очень невовремя. И конечно, он был не один. Сяпка и Бутс и даже Тяпка — почти вся старая бригада. Вместе одно время, в общем-то, всё лето, бродили по Зоне, искали артефакты. Друзья. Узнай эти друзья, какого он делает так далеко от своей любимой норы, той, что у самого Кордона — навязались бы сопровождать, а там по горлу ножичком чик и его имущество подарили бы себе. В честь праздника. Не выкидывать же, правильно?

Вот такие друзья в Зоне. Других Удача не знал и не думал, что они у него когда-нибудь будут. Удаче слишком везло по жизни. Таких не любят. Но с такими вместе стараются идти в Зону — в надежде, что удача перейдёт и на них. Иногда так и бывало. Иногда нет. Как-то довелось ему идти с группой сталкеров через всю Припять и обратно. И ни один человек не погиб. Даже ранило только двоих, а ведь половина группы новички были.

Вот так повезло.

А как-то ходил он с пятью бывалыми сталкерами, кажется, даже в тот же год, через мост к бывшей стоянке учёных — болтались они там чего-то, а чего, никто и не знает. Не далеко стоянка была. Километра два, наверное. Так одному ему и пришлось обратно идти. Все пятеро на этих двух кэмэ практически ровных полей и полегли.

Вот так не повезло.

Удача выпил. Уже не первый раз и уже слишком много, чтобы всерьез думать о ранее намеченном походе. Он уже и не думал о нём. Пусть его — в другой раз заберёт свои вещички. Тут ведь друзья, в Новый Год встретились!

— Удача! — Что-то очень уж радостно кричит Тяпка. Молодая она совсем, красивая. Чего она забыла в этой дыре? — Держи! Это мой тебе подарок!

И нацепила на него шапку. С помпоном. А ребята начали сползать под стол от смеха. Даже за соседними столами ржать начали. Удача поспешил снять с головы эту дурацкую штуковину. Но выкинуть не смог — так Тяпка на него смотрела… А её ведь Ирой вроде бы звать. Шапку он в рюкзак засунул. Торопливо и потому, даже не заметив, что верх шапочки, с помпоном, торчит наружу.

— Спасибо, Ира! — Сияя кривой улыбкой, поблагодарил её Удача. Другая улыбка, почему-то, не получалась. Может потому, что тот ублюдок из «Свободы», что за столом у стены сидит, ржёт не переставая?

— Я не Ира. — Зло как-то ответила Тяпка.

— Ой, извини. А как твоё имя? — Пытаясь загладить свою оплошность, сказал Удача.

— Тяпка! — Рыкнула девушка и повернулась к Бутсу. Больше она с ним не говорила.

Удача с расстройства выпил ещё. Он-то, было, подумал, ему с Тяпкой чего обломится, раз она к нему так сегодня — с подарком и вообще… И всё вот так испортилось. Как вот так с именем лажанулся? Жалко-то как! Удача выпил ещё. О нём постепенно забыли. Затеяли какой-то спор. Он даже прислушался. Спорили о бюрерах. Кто они и откуда.

— Да это точно! — Воскликнул Бутс в особо трудный момент спора. — Бюреры, результат эксперимента над зэками. Я, вот как вас сейчас, видел одного учёного, который лично занимался этим и он мне всё это рассказал. Для военных их делали…

— Чушь! Бюреры это совсем особые мутанты: новая раса. У них под землёй город есть…

— Нос, ты бы закусывал, что ли…

— Отстань, Сяпка! Я знаю, что говорю!

— Вы все не правы. — Сказала Тяпка. — Бюреры, это следующая стадия мутации кровососа.

— А я говорю вам…

Удача не слушал этого спора, не собирался в нём участвовать, но он увидел хорошую возможность незаметно уйти и продолжить свой поход. Друзья увлеклись спором и вряд ли заметят его бегство. Удача поднял свой рюкзак и покинул стол. Кажется, они даже не заметили. Он вышел из подземелья, не подумав о том, что слишком пьян для столь опасного похода. Как всегда это случается, повстречавшись с Алкоголем, Благоразумие жутко возмутилось и упорхнуло куда-то в поля…

Удача быстро двигался к Припяти. Бегом. Если бы он выпил не так много и вышел чуть раньше, он бы двигался пешком. Но теперь, будучи пьян, он утратил осторожность. Удача, даже не особенно смотрел по сторонам. Просто бежал и наслаждался морозным воздухом Зоны. Пошёл снег. Большие пушистые хлопья медленно летели к белой земле. Видимость резко снизилась. Расплылись некоторые детали ландшафта. Но и сейчас, Удача не снизил скорости бега и не прибавил в осторожности. Этот праздник, первый день нового года, мог стать для него последним…

Удаче везло. Он не даром носил такое интересное имя. Сталкер Удача, несмотря на своё безобразное для этих мест поведение, остался жив. Его не изловили мутанты, с целью плотно покушать его худым, но мускулистым, а, следовательно — мясистым, телом. Он не угодил в одну из сотен аномалий Зоны. Даже не поскользнулся ни разу. Ему всегда везло…

Удача вошёл в город под покровом густого пушистого снега, медленно падающего с новогодних небес. Он успел немного протрезветь и потому, почти сразу сориентировался среди руин некогда большого города. Он даже сумел наладиться красотой Припяти, погружённой в ночь и укрытой белым одеялом, новогоднего снегопада. Руины Припяти были по-настоящему прекрасны в эту ночь — единственная ночь в году, когда мёртвый город Зоны, казался вовсе даже и не мёртвым, а просто уснувшим ненадолго. Вон он и белым одеялом укрылся, чтобы спокойней было спать. Но придёт время, и он проснётся… И в это время надо быть отсюда подальше. Несмотря на приятное впечатление, новогоднее пробуждение Припяти несёт лишь смерть. Поднимется солнце, и мутанты вылезут из руин, ища чего покушать. А кушают они всё. Но особую страсть питают, почему-то, к человеческому мясу.

Нужное здание Удача нашёл быстро. Он и раньше не рисковал забираться в Припять дальше окраин, так что и тайник у него был в ближайшей, относительно целой высотке. Удача, наконец, вспомнил, где он находится, и в здание, точнее его безжизненный скелет, вошёл, держа автомат наготове, а глаза широко открытыми. Сумел погрустить о том, что всё же напился. Недолго грустил — вспомнил, что он исключительный везунчик и чуть смелее двинулся в тёмный лабиринт здания. Впрочем, не шибко-то и тёмный. Здание само по себе напоминало сыр, луна светила ярко, а снег был удивительно белый и будто сам светился… на всякий случай Удача проверил датчик радиации, висевший на поясе. Работает, нет? Работает. Молчит — безопасно, значит. Радиации нет. Это хорошо — кто знает, вдруг снег и правда сам светится? Потому что радиоактивный. А что? Зона — здесь всё может быть. Даже то, чего не может быть в принципе в Зоне есть. Не верите? Добро пожаловать! Идите и посмотрите, а мы, так уж и быть, могилку вам сами выкопаем.

Ни аномалии, ни мутанты не помешали ему добраться до тайника. Темнота, в которой он ни разу не включил фонарик, тоже не особенно ему помешала. Только в конце. Тут было по-настоящему темно — стены, потолки, пол сохранились целыми, почти невредимыми.

Удача включил фонарик и осторожно вошёл из обшарпанного коридора, в квартиру, не имевшую дверей. Держа фонарь, плотно прижатым к стволу автомата, он осмотрелся. Гнилые лохмотья обоев. У одной стены стоит здоровенное, старое и очень тяжёлое зеркало. Пол густо усыпан обломками, как древесными, так и бетонно-металлическими. Бумаги ещё много. Пыль. Кое-какие из обломков, чем-то ещё напоминают мебель. Точнее её бренные останки. В Зоне даже бездушные предметы обстановки умеют умирать.

Удача закинул автомат на плечо и двинулся внутрь квартирки. Там, за тем большим треснувшим зеркалом и есть его тайник. Не шибко богатый, но и не бедный — в общем, есть за что глотку перерезать. Стараясь не сильно шуметь, Удача прошёл по завалам из мусора и хлама, обходя самые большие и страшные на вид кучи. Оно может и глупо их обходить, да только никогда не знаешь, кто на шумок поглядеть прибежит. Может брат-сталкер прискачет: поздоровается, хабар увидит и пулю в лоб загонит, если успеет, конечно. А может мутант какой, с нижних этажей, проснётся и придёт выяснять, что за скотина ему спать мешает — за одно и поужинает возмутителем спокойствия.

Удача добрался до тайника и присев на корточки начал шарить рукой за тяжёлым и, наверное, антикварным зеркалом. Никак не получалось дотянуться. Он положил автомат на пол, рядом с уже лежавшим там фонариком, и засунул в зазор между зеркалом и стеной ещё и плечо. Тяжело пыхтя от напряжения, Удача активно тянулся за своей нычкой. Сдвинуть зеркало он даже и не думал — когда тайник искал, он попробовал его сдёрнуть с места. Тогда зеркало даже не шелохнулось, так что тайник было решено устроить именно здесь, ввиду высокой надёжности места. Сталкеры тут редкость, мутанты мебелью и хабаром не интересуются, а появившиеся аномалии помеха временная — рано или поздно всё равно исчезнет.

Удача, по причине опьянения, провозился у зеркала минут пять. В конце концов, он сумел нащупать сумку и вытащил её на свет божий. То есть свет карманного фонарика. Только порадоваться этому он не успел. И как не услышал его? Ведь они большие, шумные. Почему не посмотрел во второй комнате, той, что поменьше? Ведь следовало прежде заглянуть туда, но, увы, Удача был пьян.

Он его сначала не увидел, но с кем имеет дело, понял сразу. Мусор по всей квартирке пришёл в движение. Бумаги взлетели вверх и теперь кружились по комнате в причудливом танце. Обломки мебели, стен, потолка, другой хлам, стали разлетаться в разные стороны. Один обломок просвистел в сантиметре от его головы. Кто-то громко и тяжело вздохнул. Кажется, даже тоскливо вздохнул.

Удача вскочил на ноги, забыв про сумку из тайника и вскидывая автомат. Бюрер медленно выходил из второй комнаты. Здоровый, очень толстый, в рваной серой робе. Кажется, роба из тех, какие носят преступники, осуждённые по особо тяжким статьям. А может и нет. Уже неважно. Удача направил автомат на мутанта. Почти успел нажать на спуск. Оружие с необыкновенной силой дёрнулось и вылетело из его рук.

Вскрикнув от ужаса, уже совершенно трезвый Удача кинулся к выходу. Его автомат, выкрутив в воздухе красивую восьмёрку, полетел вслед за хозяином. Приклад лёг точно меж лопаток. Со стоном боли, Удача рухнул лицом вниз. Он попытался подняться, едва осознал себя в своём теле и ещё живым. Но не вышло. Нечто тяжёлое опустилось на плечо. Обхватило его и грубо рвануло вверх. Удача был поднят и поставлен на трясущиеся ноги. Фонарик лежал на полу и его широкий, довольно мощный луч, частично освещал комнату. Но, лучше бы у него сели батарейки. Бюрер и так чрезвычайно мерзкое на вид существо, а уж в таком призрачном освещении, полном теней и отблесков — так и вообще сам Ужас воплоти. Учитывая бешено вращающиеся вокруг Удачи горы всевозможного хлама, до того мирно лежавшего на полу — атмосферка прямиком из Ада.

Бюрер повернул его лицом к себе. Удача не сумел сдержать крика ужаса — он уже видел бюреров, даже убил одного, но вот так близко видел впервые.

Широкое лицо. Толстые обвислые губы. Необыкновенно огромная голова и чрезмерно выпуклый лоб. Насупленные брови, реально толстенные брови и надбровные дуги, достойные черепа мастадонта. Глаза посажены очень глубоко — не видно их. Может, будь сейчас день… Впрочем, дня, Удача, похоже, уже не увидит.

Бюрер тяжело вздохнул и поднял вторую руку. Толстые неуклюжие пальцы легли на глотку Удачи, и парень перестал кричать, теперь он только хрипел и пытался отдернуть от себя страшные руки мутанта. Уже не надеясь спастись — бюрер был очень силён, Удача продолжал бороться за жизнь, но он уже понял, что сейчас умрёт. Странно, но ужас пропал, и стало очень легко…