Жена на время

– Уверяю вас, будь у меня репутация шулера, я не был бы и вполовину так удачлив.

– Я не то имела в виду, – с трудом выговорила она. – Просто… по вашим словам, вы догадались о том, что я благородного происхождения, и… вы не можете отказать мне в праве подумать о вас то же самое… или заставьте меня поверить, что это не так.

– Да, я происхожу из достаточно знатной семьи.

– Тогда странно, что вы стали профессиональным игроком, ведь представители определенного класса не считают достойным джентльмена выигрывать гораздо больше, чем проигрываешь, – если вы понимаете, о чем я… О Господи! Я совсем запуталась!

Знаменитый игрок устремил на нее непроницаемый взгляд, благодаря которому не один туго набитый кошелек перешел в его собственность за карточным столом.

– Напротив, вы выразили свою мысль очень точно, – произнес он. – Может быть, вы согласитесь разделить со мной мои приключения, если я скажу, что являюсь аристократом, которого обманным путем лишили прав, принадлежащих ему по рождению. Я решил, что настало время действовать без ложной скромности. Кроме того, я всегда хотел иметь титул. Какой именно? Дайте подумать… Пожалуй, герцогский. Да, я должен быть герцогом.

– А вы, в самом деле, герцог? – Хелен растерянно заморгала. – Несмотря на свою склонность к драматическим преувеличениям, я все же не такая наивная дурочка, чтобы поверить, что вы действительно герцог. О нет! Даже не маркиз, и скажи мне кто-нибудь, что вы граф, я бы отнеслась к этому весьма скептически. Теперь, когда я вижу вас и имею возможность говорить с вами, я чувствую, что вам не хватает чего-то такого, что трудно определить словами и что делает человека ну хотя бы бароном, – сказала она, лукаво глядя на него, – и, хотя все рассказы о таинственном мистере Дарси содержат намеки на его высокое положение, должна признаться, что, познакомившись с вами, не могу поставить вас по рангу выше… сквайра!

Мистер Дарси добродушно рассмеялся.

– Удивлен, что моя скромная персона вызывает такой интерес.

– Несколько лет ваше имя было у всех на устах, – сообщила Хелен, – еще года три назад. С тех пор я перестала бывать в свете и не в курсе последних новостей, поэтому не могу сказать, продолжают ли о вас говорить.

– От души надеюсь, что нет, – заявил он с видимым отвращением.

– Я знаю, каково это – быть предметом обсуждения, – посочувствовала она, – не очень-то приятно, когда о тебе болтают Бог весть что. Но долго ли длится интерес общества к чему бы то ни было? Дайте подумать… Когда я впервые услышала о вас? Не могу припомнить, говорили ли о вас в тот год, когда я впервые появилась в свете, – пробормотала она, напрягая память, и искоса взглянула на него. – В моей жизни был сезон, знаете ли.

– Я так и думал.

– Даже два! – уточнила она, движимая природной честностью.

– А потом для вас настали тяжелые времена.

– Именно так! Но, как я уже сказала, в свете я появилась шесть лет назад, поэтому меня нельзя винить в том, что я забыла, упоминалось ли в обществе ваше имя. Попытаюсь сообразить, когда же все-таки…

– У меня такое впечатление, что вы слишком молоды для того, чтобы быть профессиональной гувернанткой, – перебил мистер Дарси, не давая ей возможности точно определить начало его карьеры игрока.

– Мой первый сезон состоялся шесть лет назад, – подчеркнула Хелен, решив, что он ее не так понял. – А значит, мне двадцать четыре года, сэр!

– Я и говорю, вы слишком молоды, чтобы быть гувернанткой.

– Ничего подобного! А какое занятие вы бы мне предложили? – возмутилась она. – Нет, не отвечайте, я сама догадаюсь! Вы бы заставили меня странствовать по городам и весям, пообещав неправдоподобно высокое жалованье.

Мистер Дарси вежливо склонил голову.

– Бывает судьба и похуже, – заметил он. – Но у вас передо мной явное преимущество. Можно узнать ваше имя?

– Денвилл, – ответила она. – Хелен Денвилл. Моего отца звали сэр Гэрет Денвилл.

С минуту он молча смотрел на нее, словно пытался определить, встречались ли они прежде.

Стремясь помочь ему, Хелен с вызовом выпалила:

– Я тогда была потолще!

Мистер Дарси ничем не показал, что встречал ее прежде или слышал о разорении семьи Денвилл. Вполне возможно, подумала Хелен, что шесть лет назад он еще жил в Лондоне, но едва ли вспомнит толстушку дебютантку, если та и попадалась ему на глаза. Более того, не похоже, чтобы он посещал те салоны, в которых бывала она. Хелен даже не была уверена, что он вращался в высшем обществе, хоть и чувствовала интуитивно, что это так. Его сдержанность мешала ей спросить, знал ли он ее или ее семью, а сам он ничего не сказал, кроме:

– Детская упитанность? Бич всех дебютанток!

– О да! – подхватила она, обрадованная его готовностью понять ее проблемы. – Это было ужасно! Все на тебя смотрят, самые модные платья не можешь носить из-за размера! Конечно, с тех пор я сильно похудела. В конечном счете, вынужденная диета – единственное преимущество бедности, которое я пока обнаружила! Давненько я не баловала себя желе и взбитыми сливками!

Мистер Дарси благоразумно оставил при себе свое мнение относительно ее постройневшей фигуры.

– А что послужило причиной разорения вашей семьи? – поинтересовался он.

– Неразумное вложение капитала и ухудшение здоровья моего отца. – Хелен сделала неопределенный жест. – Так что в свете я больше не появлялась. Видите ли, – объяснила она, – к концу моего второго сезона поползли слухи, что Денвиллы на грани разорения. Правда, мы обанкротились только год спустя и почувствовали нечто похожее на облегчение, когда наступил конец! Но о замужестве нечего было и мечтать, как обычно и бывает, когда девушка не может похвастаться красотой или не имеет других достоинств.

– Или состояния, – добавил он.

– Именно об этом я и говорю, – кивнула она.

– Понятно, – невозмутимо сказал он. – Значит, никаких предложений руки и сердца бедняжке мисс Денвилл?

– Не очень-то приятно оказаться всеми забытой, мистер Дарси! – воскликнула она, обиженная его бестактностью.

– Прошу прощенья. Я не знал, что вы нуждаетесь в жалости.

– В вашей жалости – нет, сэр! – парировала она. – Однако немного сочувствия не помешало бы.

– Сочувствую вам всей душой. Но разве вы не получили сочувствия от своих родственников?

Хелен потупилась.

– От родственников я получила столько лицемерной жалости и… снисходительного презрения, что в конце концов начала их избегать. Все что угодно казалось лучше, чем роль бедной родственницы!

– Даже профессия гувернантки?

– Нет другого приличного занятия, которое может найти женщина моего сословия, – сказала Хелен.

– Почему же? На континенте всегда требуются женщины, умеющие играть в кости и бильярд, – подсказал он.

– Я сказала “приличного”, – обиделась Хелен.

– Не сомневаюсь, что ваше происхождение придало бы особый шик любой профессии.

– Нет уж, благодарю покорно! – рассмеялась Хелен, забыв об обиде. – Не говорите глупостей. Не люблю полагаться на волю случая; я уже говорила, что не склонна к азартным играм. Профессия гувернантки представляется мне более надежной.

– Несомненно, – согласился он. – Скажите, вы знакомы с будущей хозяйкой?

Хелен ответила отрицательно. Ей нашли место через агентство.

– Пусть так, но разве тот, кто нанимает служащего, не встречается с ним лично для предварительной беседы?

– Моя будущая хозяйка не выезжает из дома. Она инвалид, – ответила Хелен после секундного колебания.

– А-а, вон оно как!

Дальнейшие комментарии не требовались. Ужас ситуации был вполне очевиден. Мисс Денвилл придется выполнять обязанности не только гувернантки, но и сиделки.

– Вероятно, в доме не меньше семи детей? – продолжал он.

– Нет, только один.

– Это в самом деле большая удача. Можно ли надеяться, что ваша подопечная – милая, послушная девочка, с которой вы непременно подружитесь?

– Нет, это десятилетний мальчик.

– В таком случае вы продержитесь там года четыре, в лучшем случае пять.

Мисс Денвилл опустила глаза. Намек был понятен. Подросток скоро превратится в юношу, а мисс Денвилл слишком молода и привлекательна, чтобы не стать для него источником искушения, особенно если учесть, что они будут находиться в постоянном тесном контакте. Она бы предпочла работать в доме, где есть девочки, а значит, иметь некоторую гарантию безопасности, но выбора у нее не было. Перспективе стать никому не нужной приживалкой у богатых родственников она предпочла положение гувернантки в поместье леди Хэппендейл.

– Вы меня удивляете, мисс Денвилл, – заметил мистер Дарси. – Глупой вы не кажетесь и, тем не менее, упорно стремитесь занять положение, недостатки которого очевидны, отвергая гораздо более выгодное предложение с моей стороны.

– Мое решение неизменно, – улыбнулась Хелен и начала натягивать перчатки. Похоже, мистер Дарси обладал досадной особенностью всегда оказываться правым, но она не могла позволить себе поддаться искушению. Если она сейчас же не уйдет, ее решимость ослабеет и к тому же она опоздает на свой рейс. – У меня много причин, по которым я не могу согласиться помогать вам.

– Не сомневаюсь, но не буду заставлять вас перечислять их.

– Очень уж все необычно!

– Если необычность моего предложения является достаточным основанием для отказа, – вежливо поклонился он, – мне остается лишь принять его.

Хелен рассмеялась и поднялась на ноги.

– Вы упорный человек, мистер Дарси. Однако уже почти четыре часа, мне пора уходить. Благодарю вас за чай и великодушное предложение. Искренне надеюсь, что вы найдете то, что ищете.

Она протянула руку. Мистер Дарси пожал ее, всем своим видом показывая, что смирился с поражением.

– Я прикажу Кейтли помочь вам.

Однако это не понадобилось. Сей достойный джентльмен без церемоний ворвался в комнату.

– По-моему, я его видел, сэр! – возбужденно затараторил он. – Прямо глазам своим не поверил, но это определенно был он. Завернул за угол гостиницы. Точно соответствует описанию того, кого мы ищем. Я просто должен был прийти и доложить вам. Одно ваше слово – и я вышибу из него дух!

Слова Кейтли, задиристая поза и воинственный блеск в глазах свидетельствовали о его готовности немедленно завязать драку. К удивлению мисс Денвилл, хозяин остался равнодушным к боевым намерениям своего слуги.

– Ты хочешь сказать, что видел Винченцо? – уточнил он.

– Ну да! Провалиться мне на этом месте! – вскричал Кейтли, ничуть не обескураженный холодным приемом. – Сам удивляюсь, сэр. Ладно, барышню поймали, но чтобы обоих – такой удачи я не ожидал.

– А я нисколько не удивлен, – ответил мистер Дарси.

При этих словах Кейтли, который с каждой секундой воодушевлялся все больше, оторопел. У него чуть челюсть не отвисла.

– Не удивлены, сэр? Вы же не могли знать, что они путешествуют вместе. Помнится, вы даже выражали уверенность, что они каждый сам по себе.

– Так оно и есть.

Кейтли на секунду растерялся, но потом его лицо прояснилось.

– Барышня проговорилась, да? – понимающе сказал он, кивнув в сторону мисс Денвилл.

– Нет, – ответил мистер Дарси, с трудом удерживаясь от улыбки, – но благодаря ей я понял, что Винченцо обвел нас вокруг пальца.

– Надул нас, сэр? – изумился Кейтли.

– Да, пока. Но думаю, отныне мы поменяемся ролями. Само Провидение послало нам мисс Денвилл. Теперь он от нас не уйдет!

– Вот сейчас вы дело говорите, – отозвался чрезвычайно довольный Кейтли, потрясая пудовыми кулаками.

– Не будь таким кровожадным, прошу тебя, Кейтли, – урезонил его мистер Дарси. – Помни, Винченцо гораздо слабее тебя.

Кейтли чертыхнулся себе под нос, выражая тем самым горячее желание переломать кости злосчастному Винченцо.

– Тебе не хватает утонченности, Кейтли, – упрекнул его мистер Дарси.

– Истинная правда, сэр, – охотно согласился тот, восприняв замечание как комплимент. – Вот я и говорю, давайте отловим его и разберемся с ним по-мужски.

– Не так-то это просто.

– Не сомневайтесь во мне, сэр!

– Ну что ты, – успокоил его мистер Дарси. – Видишь ли, я чувствую, что должен сообщить тебе нечто очень важное: Винченцо – женщина.

Изумление, отразившееся на лице слуги, показалось мисс Денвилл вполне оправданным: она была потрясена не меньше Кейтли.

– Временами, – уточнил мистер Дарси. – Теперь я абсолютно уверен, что команды “брат-сестра” не существует, потому что…

– Да вы так никогда и не думали, сэр!

– Потому, – невозмутимо продолжал тот, – что Винченцо и его “сестра” – одно и то же лицо. Этот чемодан определенно принадлежал кому-то из пассажиров почтовой кареты, но не мисс Денвилл. Мне пришло в голову, что находящаяся в нем одежда может подойти по размеру мужчине такого телосложения, как Винченцо, а парик он прячет где-то еще. Если моя догадка верна и Винченцо иногда переодевается в женское платье, становится понятно, почему нам было так чертовски трудно гоняться за этой “парочкой” по всей Европе. Странно, почему я не подумал об этом раньше? Мы же знали, что они никогда не появляются вместе, и всегда получалось так: упустив одного из них, мы тут же нападали на след другого.

– Все это чрезвычайно интересно, – вставила мисс Денвилл. – Видимо, вы приняли меня за женщину, которая на самом деле мужчина, который иногда переодевается в женское платье, но мне действительно пора уходить.

– Минутку, мисс Денвилл. – Мистер Дарси придержал ее за локоть. – Прежде чем вы нас покинете, я должен удостовериться, что этот мужчина – тот, кого мы ищем, и разработать наилучший план действий до того, как он нас увидит.

Кейтли еще не вполне оправился от шока, вызванного неожиданным открытием хозяина, поэтому последнему пришлось повторить свой вопрос.

– Как он выглядел, сэр? – словно эхо отозвался слуга, продолжая пребывать в состоянии остолбенения. – Да он это, будьте спокойны! Невысокий, гибкий как женщина, белобрысый и дерганый как черт… прошу прощенья, мэм!

Пораженная внезапной догадкой, мисс Денвилл воскликнула:

– Неужели?.. Да, вы наверняка говорите о французе-беглеце!