Файл N389. Проклятый "Мустанг"

– Когда он приезжал?

– В марте девяносто первого года.

– Вы шутите! – вскинул голову лейтенант. – Пять лет назад! Да кто же сейчас его вспомнит? Мы, мистер Молдер, не имеем привычки устанавливать слежки за гостями нашей страны. Даже за богатыми туристами с кристально чистой биографией, каковым, насколько я понимаю, был ваш подозреваемый.

Дуглас Маргелос вернул снимок и документы.

– Но, может быть, есть какая-то возможность попытаться установить хоть что-нибудь о его пребывании в Коста-Рике?

– Ну-у… – полицейский задумчиво прикусил губу. – Попробовать, конечно, можно. Пойдемте со мной.

Кабинет лейтенанта Маргелоса представлял из себя комнатенку примерно пятнадцати футов в длину и пяти в ширину. Окрашенные синей масляной краской стены, большой железный сейф с торчащим из замочной скважины ключом, застекленный шкаф, плотно набитый картонными папками. На потрепанном письменном столе стояла древняя, как линкор «Меримак» [3] печатная машинка. Вместо привычных жалюзей на окнах висели обычные занавески, кондиционер заменяла открытая форточка. Единственным техническим оборудованием был вентилятор – да и тот за ненадобностью стоял на шкафу.

– Однако, у вас прохладно, – уже в который раз отметил Молдер.

– А что вы хотите, мы же в горах, – пожал плечами хозяин кабинета. – Километр над уровнем моря. На равнине и у нас духота. Присядьте на стул, пожалуйста, я сейчас вернусь.

Полицейский спрятал лежащую на столе папку в верхний ящик, запер его на ключ и вышел. Вернулся он почти сразу с толстым, засаленным, потрепанным, измызганным журналом:

– Какой, говорите, месяц?

– Март.

– Хорошо… – Дуглас Маргелос уселся за стол, быстро пролистал его до нужной страницы, после чего начал внимательно просматривать записи.

Молдер отошел в сторону, выглянул наружу. Окна кабинета выходили в какой-то двор, напротив стояло здание в два этажа, неотличимое от полицейского управления. По небу ползли уже не просто облака, а плотные густые тучи.

– Похоже, скоро будет дождь.

– А у нас с мая по декабрь дожди чуть не каждый день льются, – отозвался лейтенант. – А с декабря по май почти ни не случаются.

– А где вы так хорошо научились разговаривать по-английски? – не удержался от вопроса Молдер.

– Я родился в Пуэрот-Лимоне. У нас почти все побережье на английском разговаривает. Но без испанского тоже обойтись трудно. Вот и приходится всем нашим горожанам с детства на двух разговаривать. Однако вам, похоже повезло. И еще… – полицейский удивленно приподнял брови. – Еще, еще… Ничего себе, турист. Одну минуточку.

Он вынул из кармана ручку, сделал на лист бумаги несколько выписок, потом закрыл журнал и поднялся.

– Что там? – поинтересовался Молдер.

– Сейчас вернусь. Принесу подшивку с рапортами.

В этот раз офицер тоже не заставил долго себя ждать, но вернулся уже не с журналом, а с несколькими скоросшивателями.

– Ваш чрезвычайно мирный, судя по справке, клиент, мистер Молдер, пять лет назад умудрился отметиться сразу в нескольких местах. Я бы сказал, что он исхитрился устраивать по скандалу едва ли не каждый день. К большому сожалению, приехал он слишком поздно. В восьмидесятых, до прихода президента Ариаса Чантроса, его бы наверняка пристрелили уже на второй день и списали бы все на никарагуанцев, – полицейский открыл папку, отстегнул замок сшивки, начал раскладывать рапорта. – Ага, вот первый… Или, точнее, третий. Седьмого марта тысяча девятьсот девяносто первого года сержант Публио Хачатис выехал по сигналу о драке в бале «Пуэрто». Пострадавших с легкими травмами – двадцать один, тяжелых – два. Убитых нет. При расследовании выяснилось, что американский турист Роберт Бартуолок обещал выплатить пять тысяч американских долларов тому, кто поймает и принесет ему пустую бутылку из-под рома. Поскольку сам турист участия в драке не принимал, его задерживать не стали. Восьмого марта патрульный наряд обнаружил бегущих по улицам городка нескольких совершенно голых девиц. После их задержания выяснилось, что Роберт Бартуолок купил прямо на улице их одежду, каковую сразу и забрал. Сумма не указана. К сему, мистер Молдер, могу присовокупить, что шестого марта в бассейне отеля «Хилтон» неожиданно появилось два десятка пираний, которых вылавливали на протяжении всего дня. Правда, покусать они никого не кусили, но панику среди отдыхающих устроили. Виновного найти не удалось. Пятого марта по улице перед отелем половину ночи маршировали два десятка горожан, во всю глотку оравших «Янки дудль» [4] . Чтобы удалить их оттуда потребовалось применить силу и задержать двенадцать человек.

– Вот черт, – покачал головой Молдер. – Если в колледже у него были те же самые повадки, становится понятно, почему его так не любили остальные студенты.

– Десятого марта в отеле «Джунгли Лодге», стоящем на склоне вулкана Иразу произошло несколько громких взрывов, а также послышались крики о том, что вулкан проснулся и гостиницу заливает лавой. Была большая паника, один пострадавший с сердечным приступом, один обширный ожог. Виновника найти не удалось, а Роберт Бартуолок вывихнул ногу. Вот видите, – поднял голову лейтенант, – получается, что он опять совершенно не при чем.

– Я и не сомневался, – согласился Молдер.

– Двенадцатого марта на шоссе, ведущем в город Палм-Сур, патрульный наряд тринадцать миль преследовал такси, принадлежащее Юзефу Бильски. При задержании машину пришлось столкнуть с дороги. Пострадавших нет. Водитель признался, что пассажир обещал заплатить десять тысяч долларов, если ему удастся уйти от полиции и пятнадцать, если в ходе преследования полиция начнет стрелять. Причем пять тысяч аванса было дано сразу. Угадайте, как звали этого любителя острых ощущений, решившего стать участником погони?

– Понятно, – кивнул агент ФБР.

– Шестнадцатого марта в районе отеля «Хилтон» была слышна ожесточенная стрельба, но примчавшийся наряд ничего не обнаружил.

– Что-нибудь еще?

– Все, – полицейский закрыл папку с рапортами. – Если он и учудил что-нибудь кроме этого, в отчеты новые выходки не попали.

– Значит, – прошелся по комнате Молдер, – двенадцатого он отправился в сторону Палм-Сура, откуда вернулся только шестнадцатого. Это большой город? Там есть какие-нибудь достопримечательности? Что могло задержать там туриста на столь долгий срок?

– Не знаю, – пожал плечами лейтенант. – Городок небольшой, всего несколько тысяч населения. Вокруг только джунгли и банановые плантации. После того, как в середине века там нашли каменные шары, археологи рылись в тамошних местах довольно долго, но так ничего и не обнаружили. Ни единой пирамиды, заброшенного храма, селения, или хотя бы старого кремниевого топора.

– А что за шары?

– Никто не знает. Каменные, самых разных пород. Лежат в беспорядке Самые большие в два человеческих роста высотой. Самые маленькие меньше кулака. Откуда взялись, кто делал, как, зачем – неизвестно. Туристы ездить к ним любят, но долго там рассматривать нечего. Обычные шарики. Только большие и из камня.

– А Бартуолок провел там четыре дня!

– Это неизвестно, – осторожно поправил гостя лейтенант. – Возможно, он просто не устраивал себе никаких развлечений пару дней. Или его шутки были не столь публичны.

– И все-таки, нужно проверить места, куда он ездил, – решительно заявил Молдер. – Значит, говорите, вулкан Иразу и Палм-Сура?

– Да.

– Что же, спасибо за помощь, лейтенант Маргелос, – протянул гость свою руку. – Вы не подскажете, где тут проще всего поймать такси?

– Возле отеля, мистер Молдер, – ответил лейтенант. – Вам не стоит отправляться туда прямо сейчас. Скоро начнется ливень. К тому же, вы доберетесь до городка только ночью – а что там делать в такое время? В конце этой улицы есть хороший отель. Отдохните, выспитесь, поешьте касадос. Держу пари, вы никогда не пробовали этого блюда. А поутру поедете дальше.

– Что же, спасибо на добром слове, – кивнул Молдер, немного замялся, потом спросил: – Скажите, лейтенант, а вы не слыхали о колдунах, которые живут в вашей стране?

– Колдуны? – изумился полицейский. – Вы имеете в виду каких-нибудь сатанистов или вуду? Есть подозрение, что преступление совершено на религиозной почве?

– Возможно, – тщательно подбирая слова, продолжил гость, – для совершения убийства Бартуолок пытался использовать магические обряды. Может быть, он прилетал сюда именно для того, чтобы найти настоящего, сильного колдуна, способного ему помочь.

– Боюсь, вы ошибаетесь, мистер Молдер, – поджал губы лейтенант. – В нашей стране люди верят в истинного Бога, и сатанинских обрядов не совершалось ни разу за много лет. Что касается вуду, то в отличие от Америки, Коста-Рика никогда не строила свое богатство на рабском труде. Мы не завозили к себе чернокожий двуногий скот, а потому и вуду у нас никакого распространения не получило.

– Что же, – вздохнул агент ФБР, – спасибо еще раз за вашу активную помощь. Пойду в гостиницу.

Полицейский не обманул – отель и вправду оказался вполне приличным. Постояльцу здесь выделили не комнату, а отдельное бунгало, стоящее среди высоких зарослей акации и можжевельника. И все это – по цене обычного мотеля. А вот касадос, который так настойчиво рекомендовал ему лейтенант, Молдера разочаровал. Это оказалась всего лишь тушеная с овощами фасоль, в которую добавили рис и мелко порезанную свинину. К тому же, фасоль была совершенно пресная, и если бы не стоящие на столике ресторана соусницы с кетчупом и чили, есть «национальное блюдо» оказалось бы просто невозможно. Зато кофе здесь оказался просто великолепен. Фокс Молдер долго сидел за столом, маленькими глотками вбирая горьковатый напиток и глядя на льющиеся за краем легкого навеса плотные струи дождя. Он пытался найти способ, с помощью которого среди четырехмиллионного населения страны удалось бы вычислить колдуна, способного наложить столь действенное заклятие, как доставшееся «Мустангу». Пытался – и не находил. Вряд ли местное население так просто станет раскрывать незнакомцу свои тайны. Получалось, следовало найти человека, которого удастся быстро расположить к себе и разговорить на интересную для ФБР тему. Лейтенант на эту роль явно не годился – похоже, в магию он категорически не верил. Да и искать чародея следовало все равно не здесь, а в Палм-Суре. Если Роберт Бартуолок провел там целых четыре дня и никак не проявился в глупых выходках – значит, занимался чем-то более важном для себя, чем эпатирование окружающих. Наверняка разгадка проклятия «Мустанга» находится где-то там.

Допив кофе, спецагент поднялся, попросил портье разбудить себя в шесть утра, а на семь заказать такси для поездки в Палм-Суре, и отправился спать.

Сан-Хосе, Коста-Рика,

29 июля 1998 г. 08:10.

Поутру на улице оказалось не то что не жарко, но и даже ощущался явственный холодок. Впервые за последние три месяца Молдер пожалел, что на нем поверх рубашки одет только пиджак, и нет ни плаща, ни теплого пальто. Впрочем, в салоне такси, сделанного из низкой остроносой «Мазды», он быстро согрелся и, откинувшись на спину, залюбовался проносящимися за окном пейзажами.

Через еще только просыпающийся город машина промчалась за считанные минуты, после чего за окнами замелькали горные уступы, сменяемые однообразными, уходящими до самого горизонта кофейными полями. Шоссе петляло между слишком крутыми склонами или расселинами, вскоре Молдер почувствовал, как у него начинают слипаться глаза. Когда он проснулся – по сторонам уже стояла плотная зеленая стена джунглей, а «Мазда» мчалась по прямой, как стрела, узкой серой ленте.

– Где мы? – попытался узнать он у таксиста, но тот ответил совершенно неразборчивой тирадой. Все ясно: испанец.

По счастью, в крохотной стране, имеющей от силы сто миль от границы до границы, много все равно не наездишь. Еще десяток минут – и они влетели в поселок, состоящий из жердяных шалашиков, поставленных на высокие сваи.

– И это здесь называют городом? – удивился коренной американец.

Впрочем, обычные дома в Палм-Суре все-таки обнаружились. Все двадцать стояли на главной площади и представляли из себя, скорее, центр жизнеобеспечения: банк, мэрия, магазины, офисы пары сельскохозяйственных компаний, судя по большим вывескам, полицейский участок и бар, перед которым расположилась обширная асфальтированная площадка, плотно окруженная навесами, явно предназначенными для спасения мелких торговцев и их добра от солнца и дождя. Именно навесы заставили Молдера заподозрить, что хибары перед городом – не более, чем муляжи, заставляющие туристов верить, что они приехали в действительно дикие, необжитые места.

Таксист высадил пассажира как раз на площадке, быстро пересчитал деньги, после чего лихо развернулся и умчался обратно в столицу.

Здесь, на тянущейся до самого Карибского моря равнине, было не в пример более жарко и душно, нежели на плоскогорье вокруг столицы. Но, по крайней мере, голову не припекало солнце – по небу бескрайним ванным одеялом ползли пухлые облака. Молдер подошел к единственной работающей в этот ранний час лавке с сувенирами. Здесь лежало несколько каменных шариков, небольшие циновки, расписанные странными узорами керамические тарелки и чашки, уже знакомые по аэропорту бронзовые бабочки, обожженные до черноты деревянные фигурки, изображающие непонятно кого, занавеси из толстых разноцветных нитей, широкополые соломенные шляпы и шерстяные пончо со множеством кисточек по краям. Увидев скучающего европейца, смуглый мальчишка лет четырнадцати, босоногий, в больших свободных штанах и огромной футболке явно с чужого плеча встрепенулся, замахал над товаром рукой, отгоняя любопытную муху.

– Ты по-английски понимаешь? – поинтересовался Молдер.

– Да-да, мистер, я рад вас видеть мистер! – радостно откликнулся паренек. – Вам страшно повезло! Только вчера мой отец нашел в древнем храме вот эти два тотема-охранителя! Им пять тысяч лет! Они самые настоящие! Они принадлежали верховному жрецу великого Инки! Вы можете взять себе любого всего за триста долларов, и тогда в ваш дом никогда не сможет проникнуть вор или прийти болезнь…

– Где, говоришь, нашли? – не без ехидства в голосе поинтересовался американец.

– Но только ради вас, мистер, – не моргнув глазом, отреагировал маленький торговец, – я готов продать любого всего за двести долларов! Я вижу, что вы очень умный, и проницательный…

– Так где находится любимая твоим отцом пирамида? – перебив мальчишку, снова спросил Молдер.

– Там, в джунглях, – неопределенно махнул рукой туземец. – Это тайное место, говорить никому нельзя.

– Ты хотел сказать, на банановых плантациях?

– Сто пятьдесят долларов, – уже не так бодро согласился торговец. – Дешевле никак нельзя, мистер. Это могучий тотем, пять тысяч лет охранявший жрецов…

– Если быть более точным, – взял в руки деревяшку Молдер, – пять дней. Поскольку еще год назад этот тотем рос в одном из ближайших лесов.

– Сто долларов, мистер, или я оставлю его себе!

– А он действительно обладает магическими качествами?

– Это очень могучий тотем! – снова встрепенулся паренек. – Он может защитить…

– А это может кто-нибудь подтвердить?

– Да любой горожанин из Палм-Суре с радостью отдал бы тысячу долларов за этот тотем! – замахал руками юный торговец. – Спросите любого! Просто у них нет таких денег и поэтому приходится его продавать.

– Меня не интересует любой горожанин, – покачал головой Молдер, достал бумажник и демонстративно достал из него сотню. – Я хочу встретиться с настоящим колдуном. С колдуном, который если и не подтвердит твои слова, то хотя бы сможет наложить на этого идола самое настоящее, действенное заклятие.

Агент ФБР спрятал деревянную фигурку под мышку и продемонстрировал туземцу зеленую бумажку в развернутом виде.

– Это хороший тотем, мистер, – неуверенно сообщил паренек.

– А я не спрашиваю, хороший он или плохой. Я хочу увидеть колдуна, который может сделать из него именно то, что мне нужно. Только не вздумай посылать меня к каким-нибудь полоумным гадалкам или жуликоватым астрологам. Мне нужен настоящий колдун. Умный, сильный, опытный колдун.

– Пойдете дальше по этой тропинке, мистер, – торговец, сдавшись, указал на узкую дорожку, уходящую в кипарисовые заросли позади навесов. – Когда начнутся плантации, повернете направо, пройдете между грядок до проселочной дороги. Там повернете налево и по дороге выйдете к дому доктора Илизара.

Мальчишка подскочил, схватил честно заработанные деньги и спрятал в карман шорт.

– Не сомневайтесь, мистер. Доктор Илизар самый настоящий колдун. Он однажды лягушонка дохлого оживил. Я сам видел. Вот, купите шляпу, – протянул торговец сомбреро с полями среднего размера. – А то голову напечет.

– Сколько?

– Тридцать.

– Давай.

– А пончо не желаете? – вошел в азарт юный торговец. – Пробираться через заросли в костюме будет тяжело. Испортите дорогую одежду…

– Хватит с тебя и тридцатки! – отрезал Молдер, надевая соломенную шляпу.

– Вам дать зеркало, мистер? Вы знаете, как выглядит гринго в дорогом костюме и простом сомбреро?

– Если колдун окажется ненастоящим, – предупредил агент ФБР, – я скоро вернусь.

– Настоящий, – подтвердил торговец, пряча деньги. – Хуже и быть не может.

Летний зной успел высушить на тропинке только верхнюю земляную корку, под которой оказалась вязкая грязь. И хотя толщина глинистого слоя не превышала полудюйма, очень скоро глянцевые туфли Молдера оказались вымазаны до самых шнурков, а низ брюк замызган, словно американец вброд преодолевал глубокий сель. Поначалу спецагент еще пытался ступать осторожно, но когда пришлось повернуть на рыхлую землю банановой плантации, стало окончательно ясно, что по возвращении костюм придется сдавать в химчистку.

Путь по полю занял не менее часа, еще примерно столько же пришлось идти по узкой, усыпанной щебенкой дороге, которая уперлась в прочные деревянные ворота. В стороны расходилась кирпичная стена, верх которой украшали короткие железные острия. А очень может быть – там же, невидимое снизу, было насыпано и битое стекло.

– Самое место для черного колдуна, – пробормотал изрядно уставший Молдер, и нажал кнопку электрического звонка. Минут через десять громыхнула щеколда, послышался злобный лай, и через приоткрытую калитку Фокс Молдер увидел седоватого низкорослого мужчину в легкой сатиновой рубашке и светлых брюках. На носах хозяина сидели очки в толстой черной оправе, а рука придерживала за ошейник вполне молодого и здорового бульдога, из пасти которого капала голодная слюна.

– Чем обязан? – спросил мужчина.

– Агент Молдер, – предъявил свой жетон гость. – Федеральное Бюро Расследований.

– Штаты отсюда на юг, и еще полторы тысячи километров, – любезно сообщил мужчина и закрыл дверь.

Слегка опешивший Молдер обдумывал ответ не меньше минуты, после чего снова нажал на кнопку звонка.

– Ну чего еще надо?! – громко поинтересовались из-за стены.

– Вы меня не поняли! – закричал спецагент. – Я всего лишь хотел задать несколько вопросов!

– Вы немного перепутали страну! – ответили ему. – В Коста-Рике нет ФБР, поэтому и говорить я с вами не собираюсь.

– Всего один вопрос! – придерживая сомбреро, Молдер поднял голову к верху ворот. – Только один, и больше ничего!

– Возьмите ордер в местном полицейском отделении и приходите вместе с ними!

– Черт, – отступил немного назад гость. – Скажите хотя бы, вы помните Роберта Бартуолока?!

После короткой паузы снова загремела щеколда, и хозяин выглянул наружу: