На перекрестках фэнтези [сборник фантастических произведений]

Дракон остановился как вкопанный, не донеся переднюю лапу до земли и, отклонив шею назад, внимательно и испуганно осмотрел шипящий и визжащий меч в руке Родерика.

— Ты это, того, — неуверенно начал дракон, в глаза которого вернулась неуверенность и испуг. — Не шали, хулюган. Иди отсюда, а то съем!

— Что? — Внезапная остановка дракона вдохновила Родерика на наступление. — Да ты знаешь, с кем разговариваешь, ящерица поганая? Да я тебя!!!

Сконфуженный дракон медленно отступал к пещере.

— Эй, босс! — заорал осмелевший меч. — Дракон отступает! Вперед! В рукопашную! Кольни его! Под брюхо кольни! Ух, я его сейчас!

— Караул! — неожиданно запищал дракон и, взмахнув крыльями, устремился в небо.

— Ййййхааа! — заорал Сурт и дернулся вслед за улепетывающим драконом, чуть не утянув в небо Родерика.

— Спокойно Сурт! Спокойно! Мы победили! — успокоил рыцарь стремящийся полетать меч.

— Как я его, босс? Раз! Два! Я же говорил, что мы справимся! Говорил?

— Что-то не припоминаю, — хмыкнул рыцарь. — Кто-то орал, что пора делать ноги.

— Да ладно, босс, — виновато отмахнулся меч. — С кем не бывает! Ну, запаниковал, ну, перенервничал. Пошли за принцессой!

— Пошли, — согласился рыжеволосый принц, убирая Сурта в ножны, и направился в пещеру.

Принцесса спала на кровати, находившейся в самом дальнем углу огромной пещеры. Тут было чисто и изящно, видно дракон позаботился о комфорте для своей пленницы.

Как и все принцессы, она была прекрасна. Соломенные волосы, маленький аккуратненький носик, пухлые губки, осиная талия и все остальное, что должна была иметь любая приличная и уважающая себя принцесса.

— Расплавь меня горн! — присвистнул меч и звякнул в ножнах.

— Просыпайся, принцесса, — нежно проворковал Родерик, а затем поцеловал девушку в губы.

— Что? — удивленно спросила она, открывая глаза и садясь на кровати. — Ты кто ещё такой?

— Я рыцарь, который спас тебя от ужасного дракона.

— Ффу, — принцесса гадливо вытерла свои полные губы тыльной стороной ладони и посмотрела на Родерика голубыми глазами. — Как же вы меня достали!

— Кто? — опешил рыцарь.

— Все, — фыркнула принцесса и встала с кровати. — Вся твоя братия. Рыцари-идиоты! Ну, на кой вам нужно меня спасать?! Я вас просила?! Просила, спрашиваю?!

— Ннет. — Родерик понял, что что-то пошло не так.

— Так чего же ты сюда приполз?! Вот, живу себе, никого не трогаю, а тут шляются всякие, железом гремят, жить спокойно не дают! Да чтоб вы все провалились! Уууу! Я просто киплю!

— Но принцесса! Я вас спас и теперь вы моя навеки! — робко запротестовал Родерик.

— Твоя навеки? Твоя?!! Я вот тебе покажу — навеки! — принцесса схватила валявшуюся на полу сковородку и грозно двинулась на отступающего Родерика. — Ты что, тупой?! Ты не понимаешь, что вы все мне не нужны?! Что мне хорошо без всех вас! Без тебя и даже без этого дурацкого дракона! Кстати где он?! Не дракон, а тряпка! Трус паршивый, ни одного рыцаря не сожрал, видите ли, его мама не так воспитала! Он и меня-то похитил, чтобы над ним другие драконы перестали смеяться!

— Без вас, принцесса, я не уйду, — сделал последнюю попытку Родерик, хотя и сам понимал, что такую стерву в дом он не приведет, иначе отец его просто выгонит из дворца.

— Йяяя! — завопила принцесса и швырнула в рыцаря сковородкой. Родерик вовремя пригнулся, и сковорода ударилась о каменную стену пещеры.

— Сваливаем, хозяин! — подал хорошую идею Сурт и Родерик выскочил из пещеры.

— И найди мне этого глупого дракона! А то распугают зверей, потом ищи ветра в поле! Пусть эта образина принесет мне молока! — донеслись из пещеры вопли взбесившейся принцессы.

— Слушай босс, ну на кой тебе эта стерва? Пошли домой, я тебе сотню нормальных найду, — пообещал меч.

— Идем, тут ты прав, — согласился рыцарь. Принцесса не оправдала его надежд. — Вот только с драконом переговорю.

— Все же решил повесить его голову в обеденной зале? — понимающе хмыкнул Сурт.

— Не совсем, — неопределенно ответил Родерик и направился к дракону. Тот сидел за деревьями, но его было прекрасно видно.

Дракон рыдал. Рыдал огромными слезами, которые скатывались по его морде и падали на землю. Под лапами дракона уже образовался небольшой пруд.

— Что, убивать пришел? — всхлипнул дракон, опасливо покосившись на Родерика.

— Нет, — Родерик сел рядом с драконом. — Ты мне лучше расскажи, как ты вляпался в эту историю?

— Как, как, — всхлипывая и шмыгая носом, пропищал дракон. — Я не такой, как все. Я мирный дракон. Мама таким воспитала. Я даже огонь не могу зажечь, только дымок пускать. Все надо мной смеялись, говорили, что не настоящий я дракон. Даже принцессы не украл и сотню рыцарей не убил. Вот я и решил доказать…

— Доказал? — хихикнул Сурт, за что получил хлопок ладонью от Родерика.

— Куда там, — дракон разочарованно махнул передней лапой и снова всхлипнул. — Украл принцессу, а она оказалась вон какой. Достала! Обзывается. Командует. Принеси то, принеси это. Стерва. Ни один рыцарь не решился её забрать.

— И долго ты её будешь терпеть? Почему не улетишь? — спросил Родерик.

— Куда? — тоскливо вздохнул дракон. — Кому я такой нужен, какой из меня дракон?

— Вон, видишь ту сосенку? — Родерик указал на одиноко стоящее дерево.

— Вижу, — подозрительно ответил дракон, ожидая от Родерика какой-то подвох.

— Сожги ее.

— Я же говорю, что не умею, — разочарованно пропищал чёрный дракон.

— А ты представь, что это твоя принцесса.

Дракон задумался, подозрительно косясь на дерево, затем неуверенно икнул, вздохнул, а затем плюнул огромным сгустком огня, который спалил не только бедное и ни в чем неповинное дерево, но ещё и участок земли в пару сотен ярдов.

— Ух, ты! — восхищенно прошептал дракон. — Я смог! Я смог! У меня получилось! Я самый настоящий дракон! Спасибо! Спасибо!

Дракон от счастья вскочил на лапы и попытался исполнить что-то вроде танца, чуть не придавив Родерика хвостом.

— А не хочешь ли ты пойти со мной? — спросил рыцарь, когда дракон немного успокоился.

— С тобой? — неуверенно спросил дракон. — А как же принцесса? её же должен спасти рыцарь, а я охранять.

— А ты плюнь на нее, — предложил Сурт. — Ты настоящий дракон, так что эта ведьма тебе не нужна.

— И то верно! Отлично! Я с тобой, рыцарь!

— Меня зовут Родерик.

— А меня Сурт! — поспешно вставил свое веское слово меч.

— Рад знакомству, друзья. Меня зовут Карл! — дракон вежливо склонил чёрную голову.

— Ты знаешь, где Улей, Карл?

— Да, конечно. Рядом с Сумрачным лесом.

— Ты отнесешь нас туда? Мне надо забрать меч брата.

— Какой такой меч? — подозрительно спросил Сурт. — Надеюсь, никаких конкурентов, босс?

— Успокойся, куда уж я без тебя, — успокоил рыцарь свой клинок.

— Конечно же, я вас отнесу, залезай.

— А как на счет принцессы, хозяин?

— Переживу, — ответил Родерик, понимая, что до скончания века все принцессы будут вызывать у него отвращение.

Алексей Пехов, Анастасия Парфенова

ПОД ФЛАГОМ МИЛОРДА КУГЕЛЯ

Гулли ван Шайрх метался по палубе, словно разъяренный тигр.

Мысленно.

В реальном мире он стоял, заложив руки за спину, дымил трубкой и через полуприкрытые веки с ленивой небрежностью наблюдал за суетой, охватившей его корабль. Команда спешно готовилась к отплытию, Чуга надрывался за троих, гоняя матросов, и лишь капитан являл собой воплощение спокойствия, равнодушия и непробиваемой уверенности. Шкипер каперов не может себе позволить видимые проявления нервозности перед лицом цейтнота. И уж тем более никто из команды не должен видеть, как он прыгает по кораблю в истеричном нетерпении, всуе поминая всех океанских демонов.

Даже если очень хочется.

«Хапуга» — быстроходная трёхмачтовая шхуна каперов, спешно снимающаяся с якоря посреди ночи и отправляющаяся в открытое море — зрелище не для слабонервных. Команда, в рекордные сроки извлеченная суровым боцманом из портовых кабаков и публичных домов, выражала свое отношение к происходящему громогласной руганью. Из-за совершенно неожиданно подвернувшегося дельца пришлось оставить и славный ром, и не менее славных женщин, всегда готовых подарить любовь храбрым пиратам за пару-тройку звонких пиастров.

Мастер-канонир, руководивший погрузкой боеприпасов на борт, ещё и успевал отдавать распоряжения двум своим ребятам, деловито набивавшим отсыревшим порохом вспоротый живот торговца. Покойник не далее как час назад пытался надуть Тома и подсунуть ему некачественный товар.

Вонючий корабельный талисман, основательно угнездившись на верхней рее грот-мачты, оглашал воздух пронзительными, полными энтузиазма воплями и гадил на палубу, явно пытаясь ввести и так злого боцмана в состояние бешенства.

Со стороны причала послышались крики, топот и… собачий лай. Капитан ругнулся себе под нос и внушительной, размеренной походкой направился к борту.

Запыхавшийся первый помощник вбежал на корабль по сходням. Абордажная команда «Хапуги», в поисках которой ван Дога и был послан на берег, пренебрегла подобными излишествами и лихо перемахнула на палубу прямо через борт корабля, нисколько не смущаясь тем, что этот самый борт находился гораздо выше причала. Капитан скользнул глазами по ссыпавшимся на палубу фруанам и повернулся к приближавшемуся офицеру.

— Все здесь?

— О да, мой капитан. — Бельфлер, чьи всегда безупречно завитые тёмные кудри рассыпались по плечам, а дорогой камзол явно был надет в большой спешке, как ни в чем не бывало достал из рукава надушенный платочек и принялся стирать со щеки женскую помаду. Командир абордажной команды пребывал в отличном расположении духа, и даже столь спешный вызов на борт его нисколько не расстроил.

Куда более недовольный первый помощник проворчал что-то, подтверждающее слова фруана. Капитан мрачно уставился во тьму летней ночи. Она постепенно оживала криками, светом факелов и истеричным собачьим лаем. Ван Шайрх по опыту хорошо зная, что, а точнее, кто вызвал этот переполох. Вне всякого сомнения, Бельфлер нарочно провел своих людей мимо вольеров, дабы позлить портовых псов. Иногда шкипер совершенно не понимал чувство юмора своего офицера.

Если всю остальную команду можно было отыскать, просто заглянув в припортовые бордели, то, чтобы посреди ночи найти дюжину фруан, требовалось прочесать будуары самых благородных и недоступных дам города. Бордели — это слишком низко для изысканных ребят Бельфлера. Именно для поиска утонченных модников и был отряжен многоопытный и прослывший настоящим дипломатом в делах «вытащи бравого матроса из постели благородной дамы» первый помощник «Хапуги». Миссия его, как всегда, завершилась успехом. Однако, судя по концентрации приближавшихся к порту разъяренных мужей, уйти «тихо» проклятые ловеласы опять не пожелали.

Но, по крайней мере, теперь все находились на берегу, драк на улицах прибрежного города не будет, а проклятый губернатор не станет брызгать слюной и чинить ван Шайрху препятствия.

Сейчас на борту не хватало только юнги. И корабельного мага.

Старый Моритан, служивший на «Хапуге» колдуном все те годы, когда ван Шайрх был капитаном охотников за удачей, выбрал именно сегодняшний вечер, чтобы тихо и мирно околеть от старости. Об этой досадной, неприятности и сообщил шкиперу посланный за колдуном Уй. Капитан, ругавшийся одновременно с тремя портовыми чиновниками по поводу доставки на судно продовольствия, воды и боеприпасов, рявкнул что-то про «нанять другого, но более живучего шарлатана», о чем сейчас уже начинал искренне жалеть. Великовозрастный юнга был верен до умопомрачения, зверски силен и столь же туп. Похоже, увидеть озадаченного сложным приказом Уя капитану «Хапуги» было уже не суждено. Придется уходить без него. Время поджимало.

Выходить в море без морского мага на борту? Мысль не вызывала особого энтузиазма. Даже если заказ, врученный шкиперу нынешним вечером, казался до смеха легким и безопасным.

— Заканчивай, Том! — хмуро бросил подошедший боцман. — Время.

Мастер-канонир бросил на высоченного орка обиженный взгляд, но своих ребят отозвал.

— Фсегда ты испортишь забафу, Чуга, — недовольно пропищал лысый карлик, наблюдая за тем, как двое пиратов выбрасывают тело несчастного торговца за борт.

— Если твои парни так любят фаршировать тушки, отправь их к коку. Сковородка найдет им занятие, — пророкотал боцман.

Том радостно осклабился, явно представив, сколько ласковых слов скажет корабельный кок, увидев столь «исполнительных» помощников, но все же произнес:

— Этот гад получил по заслугам. Будет знать, как подсофыфать мне плохие боеприпасы! Фосемь бочонкоф сырого пороха! И он мне ещё доказыфал, что эта фтука будет гореть!

Законы наемников берегового братства были суровы. Они не любили, когда их надувают, и обычно отправляли лгунов на корм рыбам.

— Все твои люди на борту? — спросил капитан.

— А то! — гордо пискнул карлик и топнул маленькой ножкой. — Хоть сейчас к пушкам!

— Надеюсь, до этого не дойдет… Что-то они сильно орут, месье Бельфлер. Если не секрет, кто вам подарил любовь на этот раз?

Фруан загадочно хмыкнул, делано зевнул, прикрывая рот ладонью, а затем скучающе произнес:

— По-моему, это, была дочка командующего гарнизоном, мой капитан. Очень приятная дама во всех отношениях. Собственно говоря, она не очень-то и сопротивлялась, пока не нагрянул её папенька.

Чуга весело заржал. Впрочем, его смех тут же перешел в недовольное ворчание, ибо Милорд Кугель соизволил слезть с грот-мачты и теперь пронзительно орал, требуя, чтобы на него обратили внимание.

Крики на берегу все приближались. Скрипнув зубами, капитан скупо бросил:

— Отплываем.

— Юнги нет, — на всякий случай напомнил ему офицер абордажной команды.

— Если этот тупица не может справиться со столь простым заданием, то пусть сидит здесь, пока мы не вернемся. Мы и так опаздываем. Отплываем, Чуга!

— Убрать сходни! Отдать кормовые и носовые! Пошевеливайтесь, рыбьи дети! Поднять якорь! Топселя… — посыпались пролаянные громовым голосом боцмана многочисленные команды. Засвистел свисток. Суета на палубе удвоилась, хотя ещё минуту назад казалось, что это просто невозможно.