Помоги проекту - поделись книгой:
Глава 5. Все пошло не так, как представлялось
В один из вечеров Андрей уселся в катер и ушел бить ромбовидную камбалу на фонарик. До и после захода солнца туча этой рыбы поднималась из глубины и укладывалась на песчаное дно, перекрашиваясь под песок. Без фонаря ее не видно, а фонарь действовал магически: начинали светиться глаза, и кожа сразу темнела, показывая темный ромб небольшой рыбы. Граммов 400–500. Встречаются особи и до трех кило. Накалывать ее острогой было сплошное удовольствие. Правда, глубоковато, порядка 15-ти метров. Десяток рыбешек – отменный ужин всему семейству. Особенно с печеным картофелем. Вкус – обалденный! И чистится быстро. Звук высокооборотных двигателей возник вдалеке, и он приближался. Андрей всплыл, нырял без акваланга, и на спине поплыл к катеру. Хрен его знает, где пройдет катер. Если на всплытии, то можно и под винты попасть. Но катер прошел в стороне, большой, океанский. На борту черной краской нанесено RC4582P. Зелено-бело-красный флаг, Италия, кажется. Андрей продолжил нырять за рыбой. Через полчаса катер прошел обратно. Было уже темно, но почему-то на берегу зажглись фары большого числа автомобилей. Там небольшой кемпинг, полтора десятка авто и кемперов с немцами и австрийцами. Андрей выбрал якорь и направился к берегу. Улов был отличным, надо будет соседей по кемпингу позвать. Прошлым вечером давали попробовать жареную камбалу их детям. Сегодня ожидался ажиотаж по поводу удачной охоты. Небольшой и невысокий причал на берегу, покрытый довольно скользкими досками. Толпа народа там, где обычно останавливается его семейство. Полиция, стрелянные гильзы от «парабеллума» под ногами. Он поднял одну, но тут же подскочил полицейский в ярко-желтом жилете и что-то затараторил на сербско-хорватском. А потом он увидел Таню и Сашку. По ним били в упор, длинными очередями. Таню разрезали, практически, крестом. А чем им сын помешал? Он почти не разговаривает, так, мог составить простое предложение. Ощущение было такое же, как в 91-м, когда увидел тестя и тещу, в полностью вынесенной квартире, и с перерезанными пчаками шеями. Задергался левый глаз. Женщина справа говорила по-немецки, что была еще девочка, но ее забрали на катер. Полицейские машины роились наверху, возле виллы. Здесь немногочисленное количество рядовых полицейских. Основное убийство произошло там, а здесь убрали непрошенных свидетелей. Убийцы пришли на большом белом катере, и ушли на нем. Через два часа Андрей подписал какой-то протокол. В нем было зафиксировано, что он ушел в море двумя часами раньше и пришел позже. И больше ничего не видел. Татьяну и Александра увезли, сам он сел в белый «Ровер» и уехал в гостиницу. Оттуда дал телеграмму Виктору в Николаев, и перевел ему на карточку 10 000. «Срочно приезжай Копер Словения. Загляни почту. Андрей».
Через мать в течение первой недели после убийства организовали запрос в Интерпол по поводу похищения гражданки РФ. Сам Андрей светиться в этом вопросе не стал: надежд, что Интерпол поможет – не было.
Виктор приехал на «Урале» через восемь с половиной суток. Груз: художественные стаканы и химическая посуда Клинского завода химического стекла, бывшего, естественно, теперь он называется по-английски: ООО «Эй Джи Си Флат Гласс Клин».
– Сутки на польской границе стоял! – выматерился Виктор. – Все выясняли: на хрена Европе химическая посуда.
– Выгружали?
– Нет, пару коробок вскрыли, поставили на отстой, а потом пропустили.
– Отлично! А то я тут совсем голый, почти.
– Почту я прочел. «Кто?» – выяснил?
– Почти. Ндрангета. Вон в том домике на горе итальянская полиция скрывала свидетеля по делу Колуччо, он – босс «Ндрангеты». На свободе, и где скрывается неизвестно. Предполагают, что юг Италии.
– Че за зверь? Кто такие?
– Бантики, мафия. Из Калабрии. Это на самом юге, возле Сицилии. Но на материке.
– Так что, в Италию?
– Туда, только стеклотару придется выгрузить. Больше этот фокус не пройдет. Солнце зайдет и займемся.
До самого утра возились с разгрузкой «Урала», чтобы добраться до основного арсенала. Затем чистили оружие. Кое-что Андрей привез с собой в «Гелентвагене», но для работы этого было недостаточно. Противник был серьезным и отлично вооруженным. С ним итальянцы справиться не могли. Требовались другие подходы. Андрей уже смотался на тот берег Адриатики и обнаружил искомую яхту. Она стояла в Дарсена ди Римини. Пустая. Светиться Андрей не стал, немного понаблюдал за катером, но там никто так и не появился. Наверняка «никуда из порта не выходила», а сунешься, мгновенно попадешься на крючок. Зато выяснил, что означают буквы на борту: яхта зарегистрирована в Реджо-ди-Калабрии, в столице провинции Калабрии. Здорово мешал языковой барьер: Андрей говорил только по-немецки, со словарем, точнее, с разговорником, что-то вроде этого:
«У вас можно купить немножко бронзы для личных нужд? – Kas oleks võimalik osta veidi pronksi isiklikuks tarbeks? (Кас олекс выймалик оста вейди пронкси исикликукс тарбекс?)
Я не покупаю эстонские товары. Дайте мне русской водки – Ma ei osta eesti kaupa, palun mulle vene viina! (Ма эй оста эести каупа, палун муллэ вэнэ вийна!)
Я хотел бы арендовать место на этой площади. И мне нужен скульптор – Soovin rentida maad siin väljakul. Vajan skulptorit! (Соовин рентида маад сийн вяльякул. Ваян скулпторит!)
Скажите, а много ли в Эстонии еще памятников? – Kas Eestis on veel palju mälestusmärke? (Кас Эестис он веел палью мялестусмярке?)
Давайте вместе что-нибудь сломаем – Lammutaks midagi koos! (Лаамутакс мидаги коос?)
Добрый день, мы – молдавские демонтажники. Говорят, у вас есть работа? – Tervist! Oleme demonteerijad Moldovast. Kas tööd leiduks? (Тэрвист! Олеме демонтеериад Молдоваст. Кас тёёд лейдукс?)
Вы не подскажете, в Таллине можно купить топливо для танка? – Kus oleks võimalik osta kütust tanki jaoks? (Кус олэкс выймалик Таллиннас оста кютуст танки яокс?)
Не арестовывайте меня, я не русский – Ärge aresteerige mind! Ma pole venelane! (Арге арретээриге минд! Ма полэ вэнэлане.)
Вы не подскажете, зачем к вам приехал Церетели? – Miks Tsereteli siia sõitis? (Микс Церетельи сийа сыйтис?)».
Этот, правда более поздний, но актуальный. Благо, что сербско-хорватский – это язык славянской группы. А под граппу местные мужики становятся смелыми и разговорчивыми. Правда, преобладание хорватов на этой территории требовало соблюдать осторожность в высказываниях. Но, поймав за столом вечером в окрепчевалнице мужика в форме с якорями, под можжевеловку допросил его с пристрастием. В результате узнал много интересного про ндрангету и их связи с перевозчиками в этом регионе. В Словении мало писали о том, что произошло в соседней стране, поэтому никто не связывал его присутствие с расследованием массового убийства. А вот у соседей эти события было лучше не упоминать. Зато бардака там было побольше и была нормальная возможность снимать удобное жилье для Виктора. Для «надеги» Андрей зарегистрировал в Загребе представительство туристической компании из Клина, которое создал в свое время, чтобы не переплачивать за вояжи Танечки. Все начали предлагать наперебой недвижимость, отнятую у сербов. Не самую лучшую, все лакомые кусочки были уже разобраны. Естественно, после этого возле него появился и офицер полиции. Он неплохо говорил по-русски, заканчивал Академию в Москве, вот и приставили. Примерно одного возраста с Андреем. Хорват, но без нацистских тараканов в голове. В общем, сошлись на том, что две прекрасных страны разорвали и разворовали. Через некоторое время он свел Андрея с капитаном уголовной полиции, который вел следствие по делу, где эпизодом проходило убийство его жены и сына. Кстати, похищение дочери в этот эпизод не входило, хотя больше всего Андрея сейчас волновала судьба дочери. Мертвым уже ничем не поможешь. Познакомиться с делом не дали, но дали имя Vangelo o Vangelista ндрины, которая по мнению хорватской полиции произвела нападение на свидетеля. Убитый свидетель входил в нее. Уничтожение предателя всегда ложится на плечи ндрины в которой это произошло. Пока этого достаточно. Надежно запарковав «Урал», на двух машинах двинулись на восточное побережье Италии. Требовалось и там найти место для проживания, склада и координационного пункта. В Москве по его просьбе вышли на председателя Государственного комитета по противодействию незаконному обороту наркотических средств (
«Урал» поставили в Словении, там хоть и дороже, но надежнее. А сами на двух машинах, прихватив катер, направились в Римини. Зацепок не было! Чисто сработали, гады! Начинать приходилось с нуля. Виктор еще в Хорватии спросил у ротного:
– А че ты меня выбрал для этого дела? Я же не подхожу ни по одному из параметров! Языков не знаю, морда на местную не похожа. Сплошной балласт!
– Не скажи! Ты – единственный, кто знает, что лежит в «Урале», плюс опыт, который не пропьешь. Кстати, а чего ты на водовку налегаешь?
– Нет, делом занялся, так ни разу в рот не взял. А ты че, не знаешь, что у нас творится? У меня уже просто слов нет. Тащут црушного козла во власть со страшной силой. Вот-вот громыхнет и начнется, как в Душанбе.
– У-у-у, понятно. Так, задача! Вот «погремушка», ее надо незаметно бросить у катера вот с этим номером. Он стоит вот здесь! – Андрей показал место на плане, нарисованном от руки. – Зайдешь туда на лодке, попытаешься договориться о стоянке, отвлечешь охранника, а я его конторкой займусь.
– Я ж по-итальянски небельмеса!
– Вот и хорошо, вы же договориться не сможете. Услышишь щелчок на станции, заканчиваешь бодягу и возвращаешься на старое место. Все понятно?
– Ну, да. Сколько времени тебе нужно?
– Журнал посмотреть, да на морду того, кто здесь дежурил 25-26-го сентября увидеть. Немного.
– Лады!
Виктор пошел морем к стоянке, а Андрей остановился неподалеку от входа на ее территорию. Было интересно наблюдать, как два человека, разговаривающие на разных языках, пытаются развести друг друга. Но, дело прежде всего. В конторке стоянки сторонних людей не оказалось, журнал был в ящике стола, там же находились бейджики всех, кто имел отношение к ней, за исключением того мужика, который сейчас отчаянно жестикулировал перед невозмутимой мордой старшины. С 24-го по 26-е включительно дежурил Венченсо Ардльери. Заступает на пост завтра. Андрей вышел из конторки, перешел дорогу, и на середине дороги щелкнул тангентой станции. Минут десять наблюдал, как Виктор заканчивает разговор, и тронулся тогда, когда Витя дал задний ход для разворота.
Вечер он провел за компьютером, создавая «мувик» в фотошопе, он отчетливо помнил показания фрау Мюллер (Мельникова, по-нашему), которая видела, что на одном из бортов номера не было, а на развороте номер был. Вот и приходилось городить из фотографии катера (кстати, номера были на обоих бортах, и следы чего-то клейкого вокруг обоих номеров предстояло найти ночью) подсказку для нее. Он уже дал указания в Москву для Соломона побеспокоиться о доступе к почте фрау. Она настойчиво давала хорватам свой e-mail. Задача для Соломона плевая, и через полчаса главный компьютерщик фирмы прислал пароль к этой почте. «Мувик» был отправлен самой себе. Через пару часов дама прочла письмо, но при отправке письма в адрес хорватской полиции с удивлением обнаружила, что «мувик» исчез. Озадаченная фрау закрыла почту, но сохранила черновик, который малость поправили, и переправили в адрес полиции. Теперь у них был регистрационный номер катера.
Ночью Андрей с Виктором стали на якорь невдалеке от стоянки. Андрей ушел под воду, а Виктор наблюдал за берегом и акваторией, изображая рыбака. «Метроном» у катера активно стучал, помогая ориентироваться в темноте ночи. Подобрав и выключив маяк, Андрей снял ласты, свинцовый пояс и акваланг. Прицепил все карабином к грузам, глубоко вдохнул и зажал загубник небольшой струбциной. Аккуратно всплыл под носом у катера. Осмотрелся, снял маску, достал «Стечкина» с глушителем. На корме стандартное место для купальщиков. Через минуту он был на борту катера. Катер закрыт везде, кроме форпика и ахтерпика, но там ничего интересного. Немного повозился с замком, но безуспешно. Смог положить стрелянную гильзу, подобранную на пляже в Хорватии, в небольшую щель между штурвалом и облицовкой. Уходя, на развороте, кто-то вел огонь из «Узи», создавая дополнительную панику на берегу. Липкий слой вокруг номеров частично присутствовал. Так что это тот самый катер. В этом сомнений не оставалось. Мелкий, но прокол присутствовал. Андрей затер следы своего вторжения ветошью у трапа на пирс, щелкнул станцией, получил ответный щелчок, нырнул и снял струбцину с загубника. Теперь ласты, пояс и акваланг, и ориентируемся по компасу. Где-то вдалеке мерно постукивает метроном у лодки. Ориентируясь больше по компасу, через полчаса он нашел свой катер.
– Ну как?
– Это он! Закрыт, сволочь, полностью осмотреть не удалось.
Пока он раздевался и одевался, Виктор успел перегнать катер к причалу отеля. А с утра оба взяли под наблюдение Венченсо. Молодой говорливый парень, страшный бабник, пытается помогать только особам женского пола и моложе сороковника. Постоянно в руках баночка с энергетиком. До самого вечера щеголял в шортах, демонстрируя волосатые ноги. С ним собака, с коротко обстриженными ушами и хвостом, и похожая на ротвейлера. Не самый приятный подарок, но, ничего, справимся. Кое-какие средства для этого в аптечке «Мерседеса» имелись. Танечка содержала аптечку в полном комплекте и на все случаи жизни. Плюс пес был чисто европейский, абсолютно безразличный к людям. Брал с их рук все.
Вечером на глазах у всех в отеле ушли на рыбалку, как и вчера, Виктор еще прошлой ночью продемонстрировал улов. На этот раз шли парой, оставив лодку просто на якоре. Пес подбежал, скушал лакомство, и, получив небольный укольчик, мирно завалился спать. Парень не спал, смотрел порнуху по небольшому телевизору. Короткий, слабой интенсивности, допрос через разговорник с записью на цифровой магнитофон. При виде двух фигур в черных костюмах и с длинноствольными «пушками» с глушителями в руках, парень сомлел и тихонько отвечал на все вопросы, перед ним поставленные. Затем проглотил кишку, и в его желудок переместилось пол-литра 60-тиградусной «Узо». Гадость – страшная, но с ног валит напрочь. Через некоторое время, затраченное на то, чтобы убрать следы, и чтобы «Узо» подействовало, его отвели на причал напротив катера мафиози, и там, предварительно надев удавку на щиколотку, слегка помогли упасть головой в воду. Шкерт закрепили в двух местах на швартове от катера. Пьяный, не заметил шкерта, зацепился и упал. Шкерт помешал спастись. Телик остался включенным, бутылка "Узо", с многочисленными отпечатками пальцев покойника, демонстрировала случайность произошедшего… Ушли под воду и до утра ловили рыбу совершенно в другой стороне. Почти двадцать килограммов улова отправили на камбуз в отеле. Обслуживающий персонал в ауте и млеет. Отправили запись в Москву для перевода, а в середине дня с ними связался Анатолий, тот самый «альфовец», начальник «секьюрити» в компании.
– Андрей, тут на вас ориентировка пришла, дескать, два мужика не пьют, не курят, на рыбалку гоняют и вместе не спят. Если бы спали, то вам бы все простили. В общем, мафиози в вас предполагают. Ответ пойдет отрицательный, мы побеспокоились, но в 14.20 в Болонье встречайте борт. Прибудет мадам для вас. Зовут Ириной, она – переводчик. Фотографию высылаю. Это – наш человек, поможет с общением.
– Я, что-то, такой не знаю. Толик, ты темнишь. Я такую на работу в компанию не брал. Это кто?
– Не брал, это точно. В общем, хозяин комитета, в который мы обратились по твоей просьбе, настаивает, чтобы кто-то из его конторы присутствовал. Она закончила высшую школу как раз по этому району: Южная Европа. Испанский, итальянский, греческий, сербско-хорватский, албанский и турецкий с английским в совершенстве, ну и высшая школа конторы. Девочка не промах. Отказаться не мог. Предлагали мужика, но он бы окончательно вас спалил. Заметь, я тебя предупредил.
– Угу. После напоминания! Давай не будем вспоминать кто-где-кому-служил. Присяга у нас общая: служу Советскому Союзу. Я тебя, помнится, предупреждал, Толик.
– Я помню… – и, помолчав немного, добавил: – шеф.
– То-то и оно, Анатолий. Я ведь не держу, если рвешься.
– Почту проверь, там все описано, непривычно по телефону обсуждать проблемные вещи.
– Ладно, уговорил, но привыкай. Почта гораздо стремнее. Полную информацию на нее спусти. Встретим. Фотографию регистрационной карточки на катер я утром отправил. Результат есть?
– Нет результата. А вот по Дворжаковичу все направил, и выслал группу в Умаг. Посмотри, вроде подходит. Впрочем, Титович был бы значительно предпочтительнее. Есть еще один, Вальтер Флего, майор, он начальник обоих. Можно через него давануть, если что. За евры мать родную в печь посадит и дровишек подбросит. Мерзота, та еще.
– ОК, понятно. Держи про запас.
Разговаривая по спутниковому телефону с шефом «секьюрити», Андрей на листочке бумаги рисовал в какой-то табличке плюсы и минусы. Затем порвал ее и сбросил звонок в Клин.
– Так, Витя! Вот эту «мерзость» надо через час встретить в Болонье. Летит из Вены «Austrian Airways». Она – чужая. Довесок от Госкомнаркоконтроля. Возьмешь на себя.
Виктор внимательно рассматривал фото.
– Она ж мне в дочки годится.
– Член ровесников не ищет, во-первых. Во-вторых, спать с ней не рекомендую, но делать вид, что все на мазях – обязательно! Нас тут заподозрили, что мы – мафиози, а не пидоры. Запрос послали в Москву. Толик Завьялов рекомендует сменить легенду. А после того, что ночью сделали, это принципиально важно.
– Ты номера проверил?
– Да, фонит только возле ресепшн, там пишут все. Поэтому спустимся вместе, и поболтаем возле стойки. Жить она будет у тебя.
– Не думаю, что она согласится.
– А кто ее спрашивать будет? Она мне не нужна, мне нужен тот капитан, с которым в Копере разговаривали в пятницу.
– А он тут каким боком?
– Да прописался. Он ведет дело. С ним пока и работаем, удаленно. Ладно, пошли, я тебя провожу, а сам вернусь к телевизору, что-то задерживаются новости. Не к добру.
Новостей, действительно, не было. Не может быть, чтобы тело до 13 часов не обнаружили. Но в местных новостях ничего не передавали. Неужели здесь все так запущено? Не верилось. 22-й причал он, конечно, дальше от входа, где царствует навигационная школа и стоит сторожевик береговой гвардии, но место достаточно посещаемое. Рядом городской пляж, там ступить негде. Впрочем, пляжи здесь протянулись на добрых двадцать километров. Отличные пляжи, песчаные и с волноломами. Городок заточен под приморской туризм. Неплохое место. Только брошенных шприцев на улицах многовато.
В 17.00 Bravika показала репортаж из Римини. Андрей сделал скриншот, обвел номер на катере красным эллипсом и выслал в Хорватию через почту «госпожи Мельниковой». Заодно посадил в Москве Соломона следить за этой почтой и убирать ненужные детали. У самого времени на это не осталось: прибыла Ирина Кольцова и попыталась устроить скандал. Круглолицая шатенка, довольно пухлая, правда, это не жир, она – «качок». Наркоконтроль забыл основное правило для агентов: агент должен быть незаметным. Эта привлекала внимание своим видом: накачанные плечи и ноги, вид сзади демонстрировал узкий таз и офигенно развитые широчайшие мышцы спины. Куда там гимнасткам ГДР из сборной 88-го года!!! Обладала очень упрямым характером, дескать, получила указания от руководства. Некоторое время оба мужика достаточно откровенно прикидывали куда спрятать труп. Ибо достала! Плюс обтягивающие шмотки из какого-то лабаза на Дубровке.
– Так, едем в город переодеваться. Вырядилась, как шлюха. Блин, прислали! Совсем мозгов нет, кого шлют. Мы теперь точно станем «мафиози», а ты за палача будешь числиться. Дескать, отрываешь членам члены одним движением ног.
Слава богу, что в Римини есть целых две фабрики, шьющих одежду для объемистых женщин. Заехали в магазин «Марина Ринальди» и полностью сменили ей гардероб. Вначале Ирина злилась и пыталась поскандалить прямо в магазине, затем заинтересованно занялась новым обликом. Она хоть и мастер спорта по тяжелой атлетике, но все же баба, а уж «на халяву». Тем более, что первый раз в жизни одевалась в бутике с помощью целой орды помощниц.
Глава 6. Вербовка помощника
Через три дня, убитых на наблюдение за стоянкой, наконец появился «Гольф-2» с хорватскими номерами. Капитан приехал один, что радовало, здесь он встретился с какими-то двумя итальянцами, у одного под плащом была полицейская форма. Разговаривали не слишком долго. На катер не поднимались. Сменяя друг друга во внешнем наблюдении, «мерседес» и «ровер» довели «гольфа» до улицы Сиракузы, где было валом небольших и недорогих отелей. Судя по всему, капитан здесь бывал, потому, что поехал кружным путем через Via Circonvallazione, это быстрее, чем через пробки в центре города. Его поведение несколько насторожило Андрея. Тем более, что поселился он далековато от них. Сказывается то обстоятельство, что зарабатывает капитан меньше, а в той стороне цены существенно отличаются в меньшую сторону. Причем, чем дальше от пляжа, тем цены ниже. Вечером капитан вышел из гостиницы и направился в ресторанчик «Георг». В отличие от местных, предпочел наливаться пивом, а не вином или кофе. Но место было совершенно неудобным: открытый зал с выходом на улицу. Пришлось «подсадить утку», и Ирина получила первое задание: уселась напротив капитана за соседним столиком, в надежде, что капитан клюнет на наживку. У нее, естественно, не оказалось зажигалки, она сама, вообще-то, не курила, но по сценарию требовалось. Она что-то щебетала по-итальянски, капитан отвечал, затем последовало предложение прогуляться по набережной. В этой части города множество кафе и ресторанчиков, но все они маленькие и открытые, место, где можно провести вербовку, было одно. Именно туда и привела Ирина капитана. Ресторанчик назывался «Римини кей», судя по всему, он был не совсем по карману капитану, потому, что он внимательно изучал правую сторону меню, там, где указаны цены, и ограничился опять пивом.
После того, как официант принес заказ и удалился, прошло минут десять. Уровень пива в кружке у капитана миновал середину сосуда, в это время в ресторане появились Андрей и Виктор и последовал переход Ирины с итальянского на хорватско-сербский. Андрея капитан узнал. Но место он выбрал неудачное: сзади стенка, справа и слева уселись Виктор и Андрей, спереди сидела девочка-качок. Деваться было некуда.
– Мы тут решили с вами поужинать, капитан, заодно более плотно познакомиться. Есть несколько вопросов, требующих полного ответа.
Хорватия еще не входила в Евросоюз, и визит в Италию полицейского из маленького городка Умаг носил частный характер. Здесь он никто и звать его никак. Один и без оружия. Кто подсел к нему за столик, он не знал. Бизнесмен из России, у которого убили жену и ребенка. А это его «помощники». Сейчас он обратил внимание на руки девушки и ее плечи. Вся пресса ЕС была забита рассказами о русской мафии. Вот они и добрались до честного хорватского полицейского.
– Мне не о чем с вами разговаривать! – заявил капитан, собираясь прошуметь и привлечь внимание окружающих.
– Сядь, и прежде чем дергаться, взгляни сюда и скажи: ты знаешь этих людей? – Маленький фотоаппаратик-мыльница показывал незнакомую ему фотографию его дочки и сына. Оранжевые цифры на фотографии показывали вчерашнее число и время 18.03.54. С точностью до сотых долей секунды. Возле них стояла его жена и мать. В руках у «бизнесмена из России» находился и телефон.
– Одна моя команда, и ты в полной мере ощутишь то, что испытываю я. Если ты помнишь, у меня убили сына и жену, и похитили дочь. А ты это в дело не вписал. Имею все основания предполагать, что ты работаешь на ндрангету. И жалеть я тебя не буду.
– Что вы хотите? – капитан сел, внутри у него все сжалось от ужаса, что этот человек так и сделает, не моргнув глазом.
– Твоего согласия работать на меня. Я заинтересован найти тех людей, кто это сделал.
– Вы ничего не сможете доказать, они купят судей, обвинят вас во всех смертных грехах. Это дело – пустышка. Оно никогда не будет раскрыто.
Андрей усмехнулся.
– Мне нужна информация об этих людях. Ты доступ к ней имеешь, и можешь организовать запросы по ним. Мне нужны их имена, семейное положение, адреса и явки. Остальное не твое дело: какие доказательства я им предъявлю. Будешь работать честно, ты и твоя семья останутся живы. Нет? Пенять придется только на себя. Выбора у тебя нет. На тебе прокол.
Подошел официант и принял от Ирины заказ на хороший ужин на четырех человек. Заканчивать разговор Андрей явно не собирался. Слободан Дворжакович понял, что у него нет выбора, и что ему придется сказать: «Да» этому человеку.
Ужин продолжался до полуночи и немного дольше. До этого дела капитан вел еще несколько, в которых участвовала Ндрангета. Со времен начала распада Югославии, а по некоторым признакам даже несколько ранее, несколько ндрин внедрилось в преступный мир СФРЮ, особенно сильным было их влияние в Хорватии, что не удивительно, учитывая большую протяженность морского побережья у республики. Война только усилила их влияние, ведь кроме обычных операций с наркотиками и проституцией, к ним перепала контрабанда оружия для различных группировок в гражданской войне. Особенно сильны они в транспортных компаниях, часть которых была скуплена на корню представителями мафии. Вакуум власти всегда заполняется преступностью. В общем, у правосудия Хорватии резко отрицательный баланс в борьбе с мафиозной группировкой. Все дела против нее заканчиваются «висяками»: исчезают свидетели, отказываются от своих показаний, родственники пострадавших забирают заявления.
– Вы вчера общались с представителями итальянской полиции. Кто они, и что из себя представляют?
– Одного я вижу впервые и ничего про него сказать не могу. Второй – заместитель комиссара Римини Алехандро Берлуччи. Он вел дело о несчастном случае на 22-м моле, и закрыл его. Разрешения на осмотр катера он не дал, согласно журнала выходов в море это судно в сентябре месяце не эксплуатировалось.
– Этот катер я, лично, видел в море у мыса Ферал 25-го сентября. На нем приходили бандиты.
– А почему вы об этом не сказали моим помощникам? В ваших показаниях этих слов нет.
– Потому, что все ваши «дела» заканчиваются «висяками», и доверять хорватской полиции у меня нет никаких оснований. Я провел собственное расследование и обнаружил этот катер уже 29-го. Здесь, на стоянке. Дежурным с 24-го по 26-е сентября на стоянке был утонувший сторож. Катер принадлежит госпоже Доминике Кассель, пока не удалось выяснить: кто это такая. Но вот этот списочек вас должен заинтересовать. Это допущенные к управлению этим судном. Как вам эта фамилия?
– Габриель Тарратини??? Вот это номер! Откуда это у вас?
– Если вы покопаетесь в ящиках у стены в их конторке, то и не такие бумажки обнаружите. Меня интересует все об этом человеке, в первую очередь. Вы сами сказали мне, что он является вангело о вангелиста ндрины Таррантино. Вы меня поняли, Слободан? Предоставьте мне самую полную информацию о нем.
– Кто вы, на самом деле, господин Старинов?
– Имею ли я отношение к правоохранительным органам? Нет, я никакого отношения к ним не имею. Тем не менее, то, что случилось с моей семьей интересует один из комитетов России по борьбе с организованной преступностью. Мы с ним сотрудничаем.
Было заметно, что капитан с облегчением вздохнул. До этого момента он считал, что его использует одна из сторон вендетты, гангстерской войны.
После окончания ужина довезли капитана до улицы Сиракузы, затем коротко собрались в номере у Андрея.
– Так, ребята! Вполне вероятно, что сегодня у нас будут «гости». Поэтому вы сегодня спите вместе под одним одеялом и голышом. Ира, держи. Вот здесь распишись и возьми с собой. – Андрей протянул ей подплечную кобуру со «Стечкиным». В кармашке над стволом находился глушитель к нему. Бланк разрешения был стандартный, УВэДэшный, с подписями и печатями. Ирина недоверчиво посмотрела на пистолет и бланк.
– Че смотришь? Максимум выдворят из ЕС на пять лет, но может заглянуть ндрина, тогда во въезде тебе будет отказано навсегда. Только выезд, ногами вперед. – оба мужика заржали, хотя бедной лейтенантше ГБ было не до смеха. Когда ее отправляли сюда, ей этого не обещали. Она еще не сориентировалась как вести себя с этими «козлами», но то, что они – «кАзлы», она уже плотно убедилась.
В номере, перед тем как лечь, она плотно прикрыла шторы и погасила свет. Сняла с себя одежду и скользнула под одеяло. Виктор встал, ни слова не говоря, и откинул занавески. Нисколько не стесняясь и не прикрывая ничего, вернулся в постель.
– Сектор перекрываешь. Учат вас, учат, а все бестолку, вояка. Блин, стеснительная какая. Ладно. Не беда, обвыкнешься.
Он повернулся на бок и устроился поудобнее, контролируя окно и балкон.
Поделиться книгой: