Настоящий Спасатель 4. Назад в СССР

Лазить по-пластунски у многих в нашей роте получалось лучше чем ходить строем. И старшина роты, по-армейски уничижительно называл нас ужами.

— Рожденный ползать — летать не может, ужи. Опустили жопы! Жопа матраса — отличная мишень для врага. Запомните, ужи! В бою никто не будет целовать вас в жопу. Отстрелят розовую ягодицу на хрен, и все, прощай-прощай, и ничего не обещай! — пародировал песню Лещенко старшина.

В воскресенье спортивные состязания, уборка, и чисто теоретически свободное время с восемнадцати ноль до ужина, когда можно было поспать, если разрешит командир.

Но за все полные четыре недели проведенные здесь поспать ни разу не удалось. Командир отделения не давал. Ни разу. Вместо сна он заставлял нас заниматься подшиванием подворотничка.

Правда, единожды нам повезло. Но не со сном.

В самый первый раз он объяснил нам, как надо правильно подшиваться. Его система имела несущественные различия с тем, как нас обучал адъютант Нечаева.

Командир отделения поведал нам, что есть еще нормальный «морпеховский» способ, но этому нас обучат уже у себя в части, когда нас туда переведут.

— А сейчас, матрасы, будете, подшиваться так, как я вам только что показал. Вопррросы есть? — и тут же не делая паузы сам себе ответил: — вопросов нет!

Достав из рукава часы с хронометром, он подал команду к началу подшивки.

В это воскресенья я проснулся раньше обычного и очень хотел спать, поэтому я решил немного схитрить.

Подшившись раньше других, я закрыл глаза, и надеясь хоть чуть чуть «нагнать» сон, задремал сидя на табурете.

В этот момент я действительно мысленно поблагодарил адъютанта за тренировки и новый освоенный навык подшивания подворотничков.

Я стал засыпать. Надо сказать, что солдаты и матросы в первый год службы учатся спать в любом месте, положении и в любом состоянии.

Но не тут то было, командир отделения не сидел без дела, а прохаживался, сложив руки за спиной и рассматривал у кого, как идут дела. Он направился в мою сторону.

В этот момент я засыпал, и четко помню, как клюнул носом.

Мне даже начал сниться дом с Ба, которая готовила пироги. Будто мне дали отпуск и я приехал домой на побывку.

Как гром прогремел гортанный рык. Короткий, но очень приятный сон прервал гневный крик командира:

— Матрос, Бодров! Охренел? Встать! Смирно! Какого?!.

Глава 5

Как гром прогремел гортанный рык. Короткий, но очень приятный сон прервал гневный крик командира:

— Матрос, Бодров! Охренел? Встать! Смирно! Какого?!.

Я мгновенно проснулся, осмотрелся и обвел окружающих непонимающим взглядом.

— Предъявить китель к осмотру!

Я тут же вскочил и встав по стойке смирно выкрикнул:

— Есть предъявить китель к осмотру, товарищ командир отделения! — при этом я держал его в руке.

Сержант потянулся к кителю и я передал его ему. Он удивленно разглядывал идеально подшитый подворотничок.

Не зная, как прокомментировать увиденное он вертел и рассматривал воротник с каждой стороны.

Потом его будто осенила догадка, лицо его исказилось почти презрительным выражением, и он снова выехал на меня.

— Нет ты правда охренел! Ты что, за идиота меня держишь, матрас Бодров? Подшился заранее, думаешь самый умный?

— Никак нет, — я стоял и смотрел прямо перед собой, — подшил подворотничок вместе со всеми, как было приказано.

— Кому ты вешаешь лапшу на уши, Бодров. Подшился он.

— Могу повторить при вас, товарищ командир, если не верите.

— А ну, давай!

Он сделал резкий рывок и с треском оторвал только что пришитую мной белую полоску от кителя.

— Готов? — он посмотрел на свои часы.

Я кивнул и ответил:

— Так точно, готов!

Все ребята в кубрике прекратили подшивать своё и замерли в ожидании испытания.

— Начали! — наш командир отделения младший сержант Цеплаков дождался пока секундная стрелка встала на «12» и махнул рукой.

Я быстрыми движениями и четкими строчками подшил воротничек за две минуты и десять секунд

Лицо Цеплакова просияло.

— Смотри и вправду не врет! Уважаю! Молодец, Бодров, где научился?

Рассказывать, что подшивать подворотнички перед армией я учился на спецобъекте КГБ я не стал. Не поверили бы, да еще и потом подкалывали бы. Чего доброго приклеиться ко мне какое-нибудь прозвище типа «спецобъект».

Так вот Славе Целуйко, одному белорусу из под Могилева привязалось прозвище «Невопрос».

Все дело в том, что он стал «звездой» нашей роты, потому что был готов с энтузиазмом выполнять незамедлительно любую просьбу или приказ. Что бы его не попросили, он тут же принимался выполнять с фразой «не вопрос».

Он не был лизоблюдом и приживалкой, как могло бы показаться со стороны. Просто добрый и широкой души человек.

— На гражданке, товарищ командир отделения. Старшие товарищи научили, из тех что отслужили или служат, — уклончиво ответил я.

— Хорошие у тебя товарищи на гражданке, спасибо потом им скажешь.

— Уже.

— Что уже?

— Уже благодарю.

— Как ты их благодаришь? Ты здесь, а они там — он неопределенно махнул рукой куда-то себе за спину, в сторону, где по его мнению располагалась моя «гражданка».

— Как? очень просто. Письменно,

— Что значит письменно, матрас? — младший сержант нахмурился и даже немного агрессивно подался вперед. Цеплаков был неплохим малым, просто совсем без чувства юмора и поэтому во всем искал подвох.

— Да, я просто в письме им спасибо написал, вот и все,товарищ младший сержант. Вот и получается, что письменно.

Несмотря на простоту, Цеплаков заботился о своих подчиненных.

Это он настоял, чтобы мы нанесли инициалы на свою форму. «Шоб не скоммуниздили» — объяснил нам командир отделения в самый первый день нашего пребывания в учебке

Для этих целей он послал в каптерку двоих бойцов за раствором хлорки.

Каптерщик, хитрый армянин ефрейтор Тер-Петросян из Еревана долго делал вид, что не понимает, пока не получил пачку «Примы» взамен требуемого.

— Армия — школа жизни! В жизни нужно уметь налаживать контакт со всеми. С начальством, с сослуживцами, местным населенем и даже с каптерщиком Тер-Петросяном. Считайте, что очень дешево отделались. Вы заплатили за этот мудрый урок жизни, который вам никто кромке младшего сержанта Цыплакова не преподаст. Всего пачка «Примы» за золотую мудрость низкая цена' — отвечал он зеленым матрасам жалующимся на то, что они остались без сигарет.

Затем он приказал всем у кого были сигареты скинуться по одной в пользу «пострадавших» за общее дело. У тех вышло еще и с прибылью.

— Вот тебе вторая армейская мудрость! Не имей сто рублей — баба с возу, матросу легче, армейский друг — лучше двух сотен подруг!

Потом Цеплаков проследил, чтобы все нанесли свои инициалы на форму.

Макая спичку в хлорный раствор, на внутренней стороне пояса брюк, на внутреннем кармане куртки, внутри головного убора в строго определённом месте мы написали свои фамилии «чётко, разборчиво и счастливо»! в полном соответствии с требованиями командира отделения.

Наблюдая за процессом он утверждал, что мы начали проживать свои самые счастливые дни в жизни.

Мне кажется, ему действительно в это верилось. И этом не было каких-то парадоксов.

Спроси сейчас у мужиков, служивших в то время в Советской Армии или на флото, про самый счастливый период — уверен многие ответят, что это служба или студенческие годы.

Младший сержант знакомил нас с правилами армейского быта и поведения. Что можно и очень длинным списком чего нельзя.

От него мы узнали месторасположение стратегически важных мест.

Туалета и медсанчасти — как оказалось, эти места оказались единственными, куда мы могли попасть, так сказать, в индивидуальном порядке, предварительно отпросившись у командира отделения.

С помощью Цеплакова мы начали постигать еще одну главную армейскую истину — неписанные правила ношения форменной одежды!

Оказалось, это сложная и занимательная система, в которой нет места мелочам, а точнее, любая, на первый взгляд, мелочь имеет огромное, не побоюсь сказать, сакральное значение.

По внешнему виду опытный взгляд легко определит срок службы военнослужащего, то есть его, так сказать, социальный статус и, соответственно, права и обязанности.

Нам, матрасам, как выяснилось, заморачиваться по поводу внешнего вида было ещё очень рано. Основное требование — естественность. Никаких следов самовольного творчества и разгильдяйства работы.

Для матрасов подгонка одежды по размеру не предусматривалась. Головной убор строго на два пальца выше бровей, никакие вольности типа сдвигания на затылок не допускались.

Ремень — основной атрибут молодого бойца — должен быть затянут так, чтобы между пряжкой и животом нельзя было просунуть кулак. Нарушение этого основополагающего закона каралось немедленно и с большой долей изобретательности.

Могли наказать отжиманиями, приседаниями или ходьбой «гуськом» на корточках с заведенными за затылок руками, кругами по плацу. А могли нарядами.

И все-таки в показном добродушии Цеплакова, было что-то не то. Я пока не мог объяснить себе, что именно

Закончив выяснять, кто меня обучал подшивать воротнички Цеплаков оглядел «кубрик». Обошел всех и оставшись неудовлетворенным результатом велел всем спарывать.

— Запомните и учитесь, матрасы! — он показал на меня.

— Подворотнички, так же как и погоны и петлицы, должны быть пришиты. Погоны и петлицы потом. Сейчас про подворотнички. Так вот, подворотнички должны быть пришиты следующим образом. Первое — точно по месту. Второе — ровно. Третье аккуратно — нигде не должны выглядывать нитки! В случае несоответствия — отрывается и пришивается заново и так до необходимого результата. Матрас Бодров, будет вас обучать этому делу вместо меня! И отвечать за вас тоже будет передо мной. Так что не подведите товарища.

Он окинул взором молчаливое отделение.

— Всем ясно? Вопррросы есть? Вопррросов — нет!

Другой бы на моем месте испугался ответственности, но мне стало даже забавно. Это был вызов.

— Пацаны, — начал я, — Если кто-то знает, как все делать и я ему не указ, то поднимите руки.

Из всего отделения таких оказалось двое.

— Понял, спасибо, обратился к ним, — не загружаю вас, остальные слушайте меня. Это не сложно, а главное действительно важно и полезно. Подворотничок — та ещё зараза, пришивается очень хитро, при этом, несмотря на то, что во время работы с тебя ручьями льётся пот, подворотничок должен остаться чистым!

— Это понятно?

Ребята кивнули

— Второе, вам нужно видеть что вы шьете, поэтому постарайтесь сесть так, чтобы свет попадал вам на руки и воротник, то есть на рабочую зону. По крайней мере в ближайшее время пока учитесь.

Я оглядел внимательно слушающий меня коллектив, состоящий из молодых обритых налысо субъектов.

— Еще будет здорово, если ворот и полоса будут ровно проглажены. Для аккуратного вида подворотничка необходимо сделать ровные стежки. Важно, чтобы игла входила точно в то место, из которого прежде вышла, таким образом можно сделать красивый ровный шов.

Я подходил и показывал каждому, потом просил, чтобы он повторил.

— Длина стежка должна составлять примерно три сантиметра. Это важно, так как значительно ускоряет процесс пришивания подворотничка.

— На хрена этой подрочкой вообще заниматься? — повозмущался один и молодых матрасов.

— Э-э-э, браток. Как известно, уставы писаны кровью. Вся эта военная наука сплошная боль и смерть предыдущих солдат. Подворотничок необходим солдату или матросы, дабы предохранить шею от раздражений и воспалений, вызванных натиранием ее о жесткий стоячий воротник.

Я рассказал, что ворот без подворотничка который, быстро пачкается и засаливается.

Постоянный контакт чувствительной кожи не шее бойца с грязным воротником мог приводить к натиранию вплоть до появления волдырей и чириев.

Белая полоска ткани из стопроцентного хлопка не натирает шею, если меняется она регулярно.