Помоги проекту - поделись книгой:
- Премного благодарен! Осмелюсь спросить, чем вызванотакое отношение ко мне?
- Я бы очень хотела как можно больше узнать о Зимнем дворце, его планировке, людях, службах и так далее. Буду премного благодарна, если вы сможете это рассказать и показать.
- Конечно я смогу это сделать, но только для этого требуется очень много времени. За пару часов ничего не получится!
- Тогда давайте растянем экскурсию на несколько дней. Я буду вызывать вас, когда будет время.
- Договорились. Сегодня, значит, расскажу вам в общих чертах, а на завтра и в последующие дни проведу вас по коридорам и помещениям. Продумаю сегодня же вечером, как лучше это сделать.
- Позвольте, Ваше Императорское высочество. - он взял лежавшую тут же на столе грифельную доску и принялся , чертить на ней, как я поняла, схему дворца.
- Только примите к сведению, Георгий Васильевич, что учителя и великие княжны беседуют между собой минуя титулы, только по имени и отчеству. Я требую, чтобы и вы соблюдали это правило. Вы для меня сейчас как учитель.
- Слушаюсь, Александра Николаевна! Так вот, Зимний дворец – это огромный жилищный комплекс, где обитает не менее 3 тысяч человек. Здесь и дворцовая церковь, и залы для церемоний, и личные покои императорской семьи, и покои, квартиры фрейлин и высших чиновников. Здесь и помещения, службы для охраны, прислуги и прочих людей. Зимний дворец имеет форму прямоугольника, почти квадрата с выступающими по всем четырем углам так называемым ризалитам. Ризалит по-итальянски означает «выступ». Это большое выступающее за прямоугольник дворца здание, в одном из которых живет царская семья. При смене правителя новый обычно осваивает другой ризалит, а старый как бы консервируется, превращается в так называемую запасную половину. Иногда там помещают именитых гостей королевских кровей.
Строительство Зимнего дворца началось по приказу императрицы Елизаветы Петровны. Спроектировал здания и возглавил строительство архитектор Растрелли. Оно строилось в стиле барокко, но при Екатерине Великой другие архитекторы переделывали отдельные элементы здания в стиле классицизма, а недавно, после пожара, ваш батюшка, приказал некоторые помещения восстанавливать в стиле историзма.
Сама императрица Елизавета Петровна умерла, так и не дождавшись окончания строительства. Достраивали Петр III и Екатерина II. Они заняли для жилья юго-восточный ризалит, который выходит на Миллионную улицу и Дворцовую площадь.
Сейчас ваша семья живёт в северо-западном ризалите. В южном фасаде жила ваша бабушка, покойная императрица Мария Федоровна, а с прошлого года там находятся покои великой княгини Марии Николаевны и герцога Максимилиана Лейхтенбергского.
Я чиркнула у себя в блокноте: «Где сейчас Макс? Почему его не было с Марией сегодня на обеде?» А Онегин продолжил:
- Весь третий этаж южного фасада занимает так называемый фрейлинский коридор. Но этот гадюшник, я думаю, вам покажет и лучше расскажет Елизавета Николаевна или какая-нибудь другая из фрейлин.
- Благодарю вас, Георгий Васильевич! Думаю, что на сегодня хватит. А вы, пожалуйста, хорошенько продумайте, что покажете и расскажете завтра.
Когда чиновник ушел, я спросила Лизу:
- О фрейлинском коридоре расскажешь мне как-нибудь потом. А сейчас ответь мне, пожалуйста, на один вопрос, который меня мучает. Ты вот, как тоже попаданка, как относишься к моему нынешнему отцу-императору.
- Нормально отношусь! Это неплохой мужик, отличный семьянин, интересный собеседник, справедливый начальник. Он чересчур требователен в первую очередь к себе, ведет весьма скромный образ жизни. Не курит и не переносит, когда курят другие. Почти не пьёт спиртное. В общем, можно сказать, почти идеал мужчины. Не даром все последующие российские императоры брали с него пример, равнялись по нему.
- А почему же тогда у нас в учебниках написано было, что он самодур, жестокий реакционер, загубивший много талантливых людей? Я почему-то так его себе и представляла, боялась.
- Нечего бояться, если не будешь делать чего-то противозаконного или противного. В книжках, особенно у нас, писали много неправды!
А вечером, после традиционного семейного чаепития, папаша пригласил камер-фрейлину Прасковью Арсеньевну Бартеневу вместе попеть в кругу императорской семьи. Я уже знала что император любил петь совместно с Бартеневой и Адини, то есть со мной прежней.
Этим вечером мне почему-то не хотелось петь трио. Я предложила сначала послушать и оценить несколько моих новых песен, что было воспринято царем не очень-то радостно. Но, когда я сыграла на гитаре первые аккорды песни Олега Митяева «Поручик» ( https://m.youtube.com/watch?v=4HmWpIn47Rs&list=RD4HmWpIn47Rs&start_radio=1 ), а потом запела, то все, в том числе и сам Николай Павлович, недоуменно замерли, кое-где даже рты пооткрывали от удивления. Строки про Царское Село и про то, что пьяный поручик не помнит ничего, сначала вызвали улыбку у зрителей, но когда я запела про дуэль и платочек одной мадемуазель, лица большинства зрителей сразу помрачнели. Когда же упомянула про одно непогасшее окно, за которым кто-то молится о поручике, заметила, на щеке у Бартеневой крупную слезу.
Когда закончила, несколько секунд стояла гробовая тишина, а потом зрители разразились щедрыми овациями.
- Где ты, доченька, такую красивую песню нашла? – спросил пришедший в себя император.
- Сама сочинила, когда барахталась в бреду! Что, действительно полный бред?
- Наоборот, я бы сказал, гениальная мелодия! И слова! Мне только, как императору, не понравилось, что для поручика Отчизна – мачеха!
- Так уж получилось. – от скромности я потупила глазки. Мне нелегко петь, памятуя, что Адини раньше по русски разговаривала с трудом и теперь мне надо было не забывать даже в песне выдержать акцент по типу молодой Эдиты Пьехи. Акцент только усиливал эффект от песни.
- Ещё, ещё! – послышалось со всех сторон. И император тоже попросил:
- Ещё сможешь что-нибудь спеть?
-Смогу. – и опять начала перебирать гитарные струны. Почему-то захотелось спеть песню из кинофильма «Белое солнце пустыни» и «Двести лет» Вячеслава Малежика. Обе эти песни как будто обо мне написаны!
https://m.youtube.com/watch?v=wn0_MXfnwFA
Эти песни тоже вызвали бурю оваций.
Глава 5. Кое-что о марксизме
Глава 5. Кое-что о марксизме
Вечером долго не могла уснуть. Думала, что как-то всё у меня даже неплохо получается…
А потом мне почему-то стукнуло в голову, что, судя по годам, в этом мире ещё даже не родился Ленин! А Маркс? Хорошо помню, что на памятнике стояли даты его жизни: 1818- А это значит, что сейчас ему 22 года! А значит его Женни примерно 19! И они ещё даже не поженились! (Александра ошибается: Женни фон Вестфален была на четыре года старше Карла - примечание).
В детстве мне очень нравился сериал “Карл Маркс, молодые годы” с красавчиком Венцеславом Кисевым в главной роли. Я и мои одноклассницы от него были просто без ума! Поэтому я смотрела этот фильм раза четыре! Надо вспомнить его сюжет.
Стоп! Женни фон Вестфален была из семьи аристократов, то ли графов, то ли баронов! А это значит, что её можно пригласить к нам во дворец! Фрейлиной, например! Или воспитательницей? Что я помню из сериала и из других источников? Ведь в студенческие годы живо интересовалась семейной жизнью Маркса и даже возненавидела его за скотское отношение к жене, которая была сущим ангелом. Подумала, что теперь я бы смогла устроить личную жизнь супругов Маркс без бедности и лишений, создать классику марксизма идеальные условия для работы. А может быть и оградить прекрасную Женни от мужа-тирана, садиста и алкоголика.
Надо разузнать у мамАн, её прусского окружения и родственников, знаком ли кто из них с Вестфаленами.
На следующий день за общесемейным чаепитием я спросила императрицу, слышала ли она что-нибудь о немецкой аристократической фамилии фон Вестфален. Или знает, кто во дворце может о них знать.
Александра Федоровна посмотрела на меня, задумалась, а потом вдруг ошарашила своей осведомленностью:
-А кто тебе конкретно нужен? Фердинанд, Карл или Эдгар? Ты решила жениха себе подыскать? Эдгар бы тебе вполне подошёл!
-Нет, меня интересует женская половина семейства. А откуда Вы их так хорошо знаете?
-Луиза была в детстве моей подругой, а её старший брат Фердинанд даже немного ухаживал за мной. Глава семейства, барон Йоган Людвиг фон Вестфален состоял в свите моего отца, короля Пруссии, твоего деда. Йоган был женат дважды, имел семь или восемь детей от двух браков.
-А Вы не помните его младшую дочь?
-Берту или Елену?
-Мне нужна Женни!
-Тогда это Берта – Её полное имя Йоганна Берта Юлия Дженни. А у Елены – Елена Лаура Сицилия Шарлотта Фредерика.
-Как Вы, мамАн, умудряетесь так хорошо запоминать немецкие женские имена?
-А что их запоминать? Каждое имя даётся в честь кого-то из родственников, знакомых. Меня, ты знаешь, звали Фредерика Луиза Шарлотта Вильгельмина! Улавливаешь сходство?
-Нет. Но это сейчас и не важно. Мне нужно знать всё о Женни и, если можно, пригласить на службу к нам, точнее ко мне. Неважно кем: няней, воспитателем, фрейлиной.
Я была очень удивлена осведомленностью моей матери о Женни фон Вестфален, но то, что она выдала дальше, привело меня в бешенный восторг!
-Женни – первая красавица Трира, истинная королева всех местных балов и вечеринок. Очень хорошая девушка, безукоризненно воспитана и образована. Я с радостью возьму её к себе фрейлиной, чтобы она была подле тебя! Вот только с личной жизнью у неё не ладится.
-Почему так?
-Ей уже 26 лет! Сватался к ней один прекрасный молодой аристократ, прусский лейтенант Карл фон Паннвиц. Так она ему отказала! А четыре года назад была тайно помолвлена с другом детства Карлом. Луиза мне говорила, что этот Карл Маркс – из крещенных евреев, сын адвоката, очень смазливый! Но на целых четыре года моложе Женни! И вечный студент, неизвестно когда закончит учебу. Из-за несносного характера и пьянства отец был вынужден перевести Карла из Боннского университета в Берлинский. Вроде там взялся за ум, но когда закончит учебу – неизвестно. А свадьбу отложили до окончания учебы. Так что Женни сейчас в очень незавидном положении: приличный возраст, призрачные надежды на свадьбу.
-Вот я и хочу вытащить Женни в Петербург. Может, найду ей тут пару. Только если будете приглашать – ни слова об этом! Она фанатично влюблена в Карла! Пообещайте ей, что и Карлу найдете тут хорошую службу после окончания университета, а, возможно, он получит быстрое продвижение по службе и титул! Главное вытащить Женни сюда! Надо раскрыть ей глаза – того ли она выбрала в суженые!
Слушавший нас внимательно, император подвёл итог нашей беседы:
-Приглашайте и Женни, и этого, как его, Карла! Посмотрим, что за фрукт! Нам учёные люди нужны! А на каком факультете он учится?
-Не знаю, - честно ответила я, - что-то связанное с философией или экономикой (чуть не ляпнула: «Марксизма-ленинизма»).
-Это хорошо! Пристроим его в пятое отделение, пусть занимается крестьянской реформой. – А потом обратился к императрице:
-И откуда только они, дети, это всё узнают?
-Как откуда? Установили прямую телефонную связь между царствующим дворами Европы, теперь принцы и принцессы всё время сидят на телефонах, болтают часами. Это хорошо – знакомятся между собой, ещё даже не видя друг друга.
-А что наш цесаревич?
Что-то мне подсказывает, что наша императрица сидит на междугородних телефонах ничуть не меньше малолетних европейских принцев и принцесс!
Глава 6. Логово попаданцев
Глава 6. Логово попаданцев
- А хочешь я тебе настроение испорчу надолго? – спросила Лиза на следующее утро, появившись чуть свет возле моей постели.
- Не-а! А что произошло?
- Сегодня приезжает из отпуска твоя воспитательница мисс Юлия Браун. Судя по нашему прошлому миру, она являлась одной из виновница твоей гибели. Потому что заставляла тебя простуженную осуществлять ежедневные прогулки в сильный ветер и мороз.
А я как-то упустила из виду, что у меня должна быть воспитательница, как у несовершеннолетней! Прощай теперь вольница! Я то знала от сестрицы Ольги, что главной по моему воспитанию и обучению является камер-фрейлина Юлия Баранова, в девичестве Адлерберг, но та даже ни разу ко мне не заявилась, обхаживает ныне императрицу. А вот о воспитательнице слышу впервые. Правда доктор Егоров обмолвился как-то, что настоящая Адини почти не разговаривала по-русски, потому что у нее все няни и воспитатели были англичанки.
Крутой разговор с мисс Браун состоялся чуть позже. В присутствии одной лишь Елизаветы Карамзиной, которая отошла тихонько в угол и не отсвечивала. Мне стыдно за этот разговор, поэтому не хочу о нём вспоминать, ограничусь только кратким его изложением. Сначала мисс пыталась мною командовать, но напоролась на мою нецензурную (насколько позволяли возможности английского языка) лексику. Пыталась подавить меня своим восклицанием: «Вы ведете себя так, как не подобает вести настоящей юной леди!» Однако, видя мою невозмутимость и наглый взгляд, расплакалась и готова была стать передо мной на колени. Я усадила англичанку в кресло, дала воды. Она немного успокоилась, поэтому дальше мы разговаривали в более спокойном тоне.
Выяснялось, что мисс Браун очень боится моей жалобы на неё августейшим родителям и потери места воспитательницы. А у неё сейчас очень сложный период: больная мать, душевнобольной брат и всякие неприятности по мелочам. Пришли к итоговому решению: всё внешне оставляем так, как было, она меня не трогает, а я – её. Она имеет право давать мне советы, но я имею право их выполнять по своему усмотрению.
Взяла мисс Браун за руку и сказала Елизавете:
- Разбей! В знак серьёзности нашего уговора! И смотри – никому ни слова об услышанном здесь.
А после такого нелёгкого разговора я попросила Лизу организовать нашу поездку в Гатчину к инженеру Пылину. Позвонить туда, договориться, а также заказать в дворцовом гараже мотокарету. Хотела поехать только вдвоём с Лизой, но мисс Браун убедила меня и её тоже взять с собой. Так это будет внешне выглядеть как прогулка на автомобиле с воспитательницей, а иначе будет много вопросов потом ко мне.
Уже через двадцать минут мы ехали в сторону Гатчины. Подъехали к территории, окруженной высоким глухим забором. Нас встретил какой-то мужчина в зеленой рабочей спецовке и махнул шофёру ехать к большим, тоже глухим, воротам, которые тут же ( автоматически что ли) распахнулись, а потом, когда мы въехали во двор, так же сами закрылись. Мы подъехали к крыльцу особняка, где нас дожидался симпатичный белокурый юноша лет восемнадцати тоже в зеленом комбинезоне.
- Здравствуйте! Добро пожаловать в наш техноцентр! У Ивана Ивановича Пылина возникли срочные дела, он подойдёт попозже, а пока поручил мне заняться вами, сопровождать по территории. Меня зовут инженер Маринов Сергей Петрович.
От Сергея не ускользнуло выражение моего лица и недовольство. «Инженер, - чуть ли не вслух хмыкнула я, - он хоть гимназию окончил?»
- Лизонька! - обратился он к фрейлине, мне показалось, что они давно и близко знакомы, - проведите мадемуазель (указал на Браун) в гостевой флигель, а потом возвращайтесь к нам.
Когда дамы ушли, Сергей Петрович сказал мне:
- И не надо корчить такую рожицу, «Ваше Императорское Высочество», - это было сказано с иронией, издёвкой и, кажется, с насмешкой. – Мы то знаем, что ты такая же попаданка, как и мы все тут, в нашем техноцентре. У нас непопаданцам в технологические корпуса вход закрыт, вот почему я и попросил Лизу отвести мадемуазель в гостевой флигель. А то что я очень молод абсолютно ничего не значит! Ты ведь тоже на самом деле не такая уж юная, как выглядишь. Я читал отчет о тебе. А у нас тут есть талантливые ученые и выдающиеся инженеры и помоложе меня! Сегодня познакомлю тебя с Виктором Владимировичем Якутиным. Ему сейчас здесь всего восемь лет! А в том мире ему было 62 года в 2062 году! Там он был выдающимся ученым-программистом в наукомегаполисе Сколково. А здесь попал в маленького тощего больного мальчика шести лет, единственного сына нищей прачки. Мы подобрали его, выходили. За два года вытащили его мать в купчихи, купили добротный дом и магазин. Мать до сих пор думает, что мы подобрали мальчика и платим ему большие деньги потому, что он умеет хорошо считать на счетах, проверяет тут у нас бухгалтерские книги. Вроде бы у ребенка большой талант к математике. Да и писать он научился очень быстро.
Сергей Петрович повел меня в особняк, мы долго шли по длинным коридорам и лестницам, пока не пришли к двери с цифрами 345. За этой дверью нас и ждал маленький мальчик по имени Виктор Владимирович. Так как я уже была предупреждена, то относилась к нему вежливо и обходительно. Мальчик предложил мне лечь в кресло-кровать и присоединил к моей голове какие-то штучки и проводки. Объяснил, о чем я должна думать, включил приятно жужжащий аппарат и указал смотреть на большой экран напротив меня. Все эти действия, как пояснил Виктор Владимирович, направлены на вытягивание нужной информации из моего подсознания. Сначала занялись Википедией. Я должна была представить любую запомнившуюся мне страницу из «свободной энциклопедии».
Мне почему-то вспомнилась статья о вальсе. Я представила эту статью, картинку с танцевальным залом, репродукцию картины Ренуара. И – о, чудо! На экране передо мной появились эти картинки и эта страничка с текстом. Потом у меня приятно закружилась голова, а на экране с большой скоростью стал появляться снизу вверх текст и картинки с других страниц Википедии. Их было очень много!
Виктор Владимирович остался очень доволен.
- Теперь мы обработаем ваш материал, согласуем с материалом других попаданцев. Может что-то уточним.
Потом была очередь моих учебников, как школьных, так и в консерватории, так и тех, по которым я обучала детишек в музыкальной школе. Все извлеклось из подсознания и записалось. В конце я вспомнила содержание нескольких десятков фильмов, а также роликов с Ютуба. Плохо, что некоторые фильмы я смотрела не с начала, а некоторые не досматривала до конца. Всё же информации в базу данных инфоцентра попаданцев сегодня поступило очень много.
Наконец все мои мучения закончились и мы с Виктором Владимировичем перешли в кабинет напротив, под номером 362. Там за большим обеденным столом с огромным самоваром уже сидели Елизавета Карамзина и Сергей Петрович Маринин, попивая душистый чай из красивых цветастых чашек. Мы тоже присели и мужчины мне тоже поднесли чашку чая. Разговор зашел, каким образом я могу пользоваться всей базой данных инфоцентра. Некоторые данные можно было посмотреть только здесь или в восьми филиалах инфоцентра по всей империи. Кое-что можно было узнать по телефону, а некоторые данные мне будут присылаться в виде отдельных листков с пометками: «Гадание от оракула». Это о биографиях и предполагаемой дальнейшей судьбе отдельных личностей. Если такие документы даже попадут в руки непосвященных, то у меня будет железная оговорка, что это всего лишь результаты гадания.
Елизавета тут же положила возле меня пухлую папку и шепнула:
- Это досье из Википедии на всех членов императорской семьи, вельмож, государственных деятелей и военных, которые проживают в настоящее время.
- Старайся эти листки никому не показывать, а сама изучай потихоньку. – сказал Сергей Петрович.
Тем временем подошел и Иван Иванович Пылин. Ему тоже налили чайку. Попивая чай, Пылин выслушивал, как прошло сканирование. Задавал вопросы сотрудникам, а также нам с Лизой. Закончив чаепитие, Иван Иванович изволил поговорить со мной наедине, для чего предложил пройтись с ним по центру. Мы обходили лаборатории и цеха. Кое-где в них работали люди.
- У нас сотрудников здесь всего лишь семнадцать человек. А всего по стране нашего брата насчитывается шестьдесят семь попаданцев. Здесь работают строго одни Попаданцы. В других филиалах привлекаются и талантливые люди из местной среды. В этом центре мы занимаемся только информатикой и программированием. Производство техники и новых материалов сосредоточено в других городах. Позже я тебе обьясню, где, что и как. По своему статусу великой княжны ты будешь в руководстве нашей организации попаданцев, через тебя будем продавливать некоторые наши проекты. Мы разрабатываем очень многое, в том числе сверхсекретную военную технику, ведь, знаешь, не за горами Крымская война, в которой мы здесь обязаны победить.
Иван Иванович ещё много чего рассказывал и показывал, а под конец привел меня к одной двери в подземелье. Объяснил:
- У нас работал очень талантливый электронщик и музыкант-любитель Веня Маргулис, Царство ему Небесное. Вот что он после себя оставил. – Пылин грациозно распахнул передо мной дверь и включил свет. Посреди комнаты стояли, лежали музыкальные инструменты. Целиком для вокально-инструментального ансамбля! Колонки, усилители, электрогитары...
- Какая прелесть! – я не могла сдержать восхищения. – И это всё работает?
Поделиться книгой: