Камень 1993. Книга 3

— Альпинисты, — словно бы невпопад произнес Вано. — Те, что по крышам бегают и хаты выносят. На них надо выйти. Сразу две банды беспредельщиков в одном маленьком городе — много. Чую я, что они могут быть связаны.

— А если нет? — повернулся к нему Север.

— Выясним, — ответил хозяин рынка, — и в зависимости от этого действовать будем. А пока, братва, все не расслабляемся, не только Череп. И между собой связь держим, если вдруг кто стравить нас пытается. Да, кстати, Гриша!..

Вано словно бы вспомнил о чем-то, посмотрел, щурясь, на Севера.

— Твои пацаны, Жогин с Каменевым, расширение не планируют? А то, говорят, деньги у них рекой полились. Бизнес прет, — пожилой грузин усмехнулся.

— Нехай прет, — осклабился Север. — Мне-то лучше.

А про Китай не сказал, подумал Вано. Тут могла быть или контрабанда, если Каменев сдал не весь найденный клад. Или, того хуже, синтетический «белый китаец», как называли смертельно опасный наркотик из Поднебесной. А может, и то, и другое. Туда драгоценности, обратно — «химия».

Пожалуй, не стоит пока озвучивать свои подозрения, решил пожилой грузин. Лучше понаблюдать.

Глава 2

Мэр Кондратюк был из тех, кого при коммунистах называли приспособленцем. Сделал при Союзе отличную политическую карьеру, получив должность второго секретаря, а потом вовремя сменил курс, заделавшись демократом еще в самом разгаре перестройки. В итоге получил кресло градоначальника и планировал оставаться у власти долго — настолько, чтобы заработанного хватило детям и внукам.

Так в моей прошлой жизни и вышло. Несмотря на все подозрения в связях с братвой, Дмитрий Данилович дотянул до начала двухтысячных и вышел на пенсию в звании почетного гражданина Новокаменска. Даже когда власти принялись наводить порядок в земельных участках, он сам, не дожидаясь судебного предписания, отодвинул границы от берега Каменки. Еще и общественный пляж оборудовал, куда, правда, почти никто не ходил. Скользкий тип.

— Вадим Каменев? — секретарша, больше похожая на элитную проститутку одеждой и поведением, посмотрела на меня, как на коричневую субстанцию, и резко поменяла свое отношение, услышав имя. — Проходите, Дмитрий Данилович ждет вас. Чай, кофе? Быть может, чего покрепче?

Даже ее предупредили, что с человеком от неизвестного в маске нужно быть предельно внимательной. Естественно, в детали ее не посвятили, не того она поля ягода. Зато сразу понятно, что посетителей здесь делят на сорта, и моли бога, чтобы ты оказался хотя бы второго, а не десятого.

— Будьте добры, эспрессо без сахара, — попросил я, заметив итальянскую кофемашину. Удовольствие не из дешевых по нынешним временам.

— Экспрессо? Так, сейчас приготовим, — секретарша вскочила, колыхая упругим бюстом пятого размера в леопардовой кофточке, и принялась тыкать кнопки. — Вам разбавить?

— Нет, спасибо, — я покачал головой, поняв, что с ней лучше попроще. — Люблю черный крепкий кофе.

— Сюда, пожалуйста, — девушка процокала каблуками к двери, усиленно навиливая бедрами и словно бы случайно демонстрируя резинки чулок под мини-юбкой. Нет, правильно микро-юбкой. Или макси-поясом.

— Спасибо, Зиночка! — раздался из глубины кабинета голос мэра. — Заходите, Вадим.

Секретарша аккуратно закрыла за мной дверь, и я направился к длинному Т-образному столу, за дальним концом которого восседал Дмитрий Данилович. На ходу взял гостевой стул, скромно стоявший на противоположной стороне, максимально дальней, подошел ближе к мэру и сел. Сразу показав, что не проситель, а пришел за своим.

— Очень рад, Вадим, — Кондратюк быстро, но при этом с достоинством встал и протянул руку. — Как вас по батюшке?

— Вадим Станиславович.

— Очень рад, Вадим Станиславович. Так вы, значит, у нас новый меценат? Производственник? Планируете вывести промышленность Новокаменска на новый уровень?

— Хотелось бы, — сдержанно улыбнулся я, ответив на рукопожатие, после чего мы с мэром одновременно сели. — Так вот, Дмитрий Данилович, я слышал, что на территории АРПа простаивает целый цех. Люди скорее числятся на работе, чем действительно что-то делают.

— К сожалению, есть такое, — со вздохом подтвердил мэр. — Но и вы поймите, эти люди зависят от нас. Их там осталось-то всего ничего, хорошо еще, что господин Утюганов арендует места. И, я слышал, готов взять несколько человек к себе. Остальных нам, увы, придется распределить по другим местам. В основном в автобусный парк.

Вот папе с Афоней и другими его коллегами не повезет, мелькнуло в моей голове. То есть, конечно, и там кроме Жеки Петрова есть достойные люди, но, если верить тому же Вагитычу, это исключительно Толик Щербак. А остальные — бездельники, которые и в автобусном парке будут просто числиться в штате.

— А почему все же ликвидируете производство? — уточнил я. — Разве нет спроса на детали?

— Нерентабельно, — еще более расстроенно вздохнул мэр. — Дешевле их закупать, чем содержать целый штат с оборудованием и целое помещение с коммуникациями. Увы…

Он еще раз вздохнул так глубоко, что я поразился объему легких. И актерскому мастерству.

— Я планирую поставить там другие станки, Дмитрий Данилович. Это будет современное производство, микроэлектроника. Так что старое оборудование придется вывезти. Кроме того, что использует Утюганов, конечно же.

— Не переживайте, — махнул рукой Кондратюк. — Все уже решено, станки перевезут в Ярославль. Возможно, часть уйдет в Тверь. В любом случае на помойке они не окажутся.

Еще бы, подумал я. Даже такое старье, как на АРПе, стоит сотни миллионов, если не миллиарды. Жаль, здесь я точно не знаю, куда ты их сбагришь. Ты и твой дружок дядя Гоша Геслер. Хотя… есть у меня знакомые, которым потом можно будет подкинуть идею. Одна в прокуратуре, другой в милиции. Но чуть позже, когда сам обрасту нужными связями наверху.

— Я рад, — ответил я мэру. — Рад, что люди будут трудоустроены, а оборудованию найдут новое применение.

— А вы сами где будете набирать сотрудников? — поинтересовался мэр. — Местных возьмете или из области?

— Местных, причем молодых. Выпускников Новокаменского электротехнического.

— Прекрасно, — энергично закивал мэр. — Просто прекрасно. Дело в том, что нам некуда всех их девать, даже стоял вопрос о расформировании нескольких групп. Вы очень вовремя, Вадим Станиславович. Странно, что мы с вами раньше не пересекались. Вы ведь сами наш, новокаменский?

— Да, я тоже отсюда. И родители местные. Уезжать пока не планирую, собираюсь двигать экономику малой родины.

— Похвально, — вновь закивал мэр, и я было испугался, что у него в какой-то момент отвалится голова от усердия. — Приятно, что наша молодежь не уезжает в Ярославль или в столицу, а остается и развивает Новокаменск… Как ваш… эм, наставник. Он ведь тоже, кажется, молод?

— Не понимаю, о ком вы, — я пожал плечами, отметив про себя, что Кондратюк все же попытался меня прощупать. Осторожненько так.

— Впрочем, неважно, — улыбнулся он, потом наклонился к стоящему на столе «Панасонику», нажал кнопку. — Зиночка, принеси, милая, документики по авторемонтному.

Секретарша, цокая каблуками в режиме усиленного соблазна, прошла по кабинету и встала рядом со мной, специально повернувшись так, чтобы в вырезе леопардовой кофточки было видно тесно прижатые друг к другу прелести. Боже мой, как хорошо, когда все вокруг считают тебя пубертатным юнцом, которым можно крутить, лишь поманив грудью и задницей! Сначала Нестерова, теперь эта… Зиночка. И ведь все так топорно.

— Вот здесь подпишите, когда внесете все данные, — томно выдохнула она, обдав меня чем-то мятно-кокосовым, и показала изящным пальчиком сразу на место для автографа.

— Да-да, конечно, — невозмутимо ответил я и спокойно принялся читать договор с самого начала.

Секретарша вздохнула и выпрямилась, мэр чуть заметно выпроводил ее за дверь взглядом.

— Что-то не так? — участливо спросил он. — Может, помочь, позвать юриста? Знаете, законодательство со времен распада пока мало изменилось…

— Не нужно, благодарю, — вежливо отказался я, даже не взглянув на Кондратюка.

На первый взгляд, все вроде бы в порядке. Договор аренды производственного помещения, далее Объекта, цель — развитие городской промышленности. Стороны: администрация города Новокаменска Ярославской области, далее Арендодатель, и ФИО, далее Арендатор. Право льготного пользования сроком на 25 лет, с 1993 по 2018 годы, с возможностью последующего продления, но уже на общих основаниях. Это ладно, не страшно, я там не собираюсь работать вечно. Договор подлежит государственной регистрации… А вот и то, от чего хотели меня отвлечь.

Арендатор в лице ФИО (сторона 2) обязуется за собственный счет выполнить капитальный ремонт производственного цеха на Объекте. Срок исполнения: 31 декабря 1993 года. Также Арендатор берет на себя обязательства по демонтажу имеющегося производственного оборудования, собственными силами и за собственный счет, с дальнейшей передачей Арендодателю на хранение и последующую утилизацию. Вот ведь ушлый хер!

И, главное, запрятаны эти пункты во второй половине скучнейшего договора. Был бы я действительно молодым и неопытным, даже не дошел бы до них. Но что характерно, господин Кондратюк обещал человеку-в-маске не чинить Вадиму, то бишь мне, препятствий, а все равно попытался вбросить дерьмеца. Хотя вроде бы не подкопаешься, в аренду он мне цех и вправду дает. И причем действительно за 1 рубль в год без учета инфляции. Пустил пыль в глаза и спрятал ловушку. Ладно, Дмитрий Данилович, я подумаю, как тебе это припомнить.

— Вот эти пункты надо исключить, — я потянулся за ручкой и от души вымарал кабальные условия. — В остальном меня все устраивает.

Надо было видеть рожу Кондратюка! Пожалуй, это бесценное выражение и особенно его последующие слова стоили того, чтобы понять и простить. На время, понятное дело.

— Ох, Вадим Станиславович! — мэр был само раскаяние и испанский стыд. — Извините, я не проследил… Видимо, молодой сотрудник взял похожий договор по другому объекту и просто воспользовался им как образцом. Я немедленно потребую все исправить! Зинаида! Зинаида!

Он так гаркнул в микрофон, что секретарша, наверное, подпрыгнула на своем кресле. Тут же влетела, демонстрируя чудеса ловкости и равновесия в беге на каблуках, выслушала, кивая болванчиком, возмущенного мэра и так же быстро выскочила прочь. Наказывать мнимого молодого сотрудника, на самом же деле — быстро набирать в «Лексиконе» исправленный договор.

— Надеюсь, Вадим Станиславович, — доверительно понизил голос градоначальник, — это ужасное недоразумение останется между нами.

— Конечно, Дмитрий Данилович, — улыбнулся я. — А я надеюсь, что впредь таких ситуаций не будет.

Еще одно бесценное выражение лица мэра стало мне заслуженной наградой.

* * *

Из-за попытки Кондратюка меня обмануть я опоздал на официальный старт новых приставок. Жалко, конечно, но не критично. Один только вид волнующейся толпы, еще большей, чем в самый первый день открытия самого клуба, пролил мне медовый бальзам на душу.

— Слышь, Камень, — ко мне подошел бритоголовый Башка, один из пехотинцев Севера, охранявших здание. — Тут это, малые бузили малёхо, мы их построили. Ну, там, без рукоприкладства, просто предупредили, чтобы нормально себя вели.

Камень… Помнится, он возмущался, что «всякое лошье себе погоняла придумывает», а тут уже на тебе — не наезжает, докладывается.

— Спасибо, Башка, — кивнул я и ответил рукопожатием на протянутую ладонь.

Тот хмыкнул, но не презрительно, а дружелюбно, и пошел прочь, покручивая ключами от «Пассата». Школьники, осаждавшие клуб в ожидании очереди поиграть, почтительно расступились передо мной, кто-то картаво поздоровался, другие тут же его поддержали.

— Здорово, пацаны, — добродушно покивал я. — Кто устал стоять, заходите в кафетерий, «Колы» попейте.

— Денег жалко, — услышал я грустный голос. — Если на газировку потратим, меньше на игры останется.

— Ну, как хотите.

— Слышь, парни, — едва я поднялся по ступенькам, вежливо кивнув Курту, дежурившему на входе, услышал, как кто-то частит шепотом. — На Почтовой еще один зал открывают, там час четыреста будет стоить. Через пару дней заработает.

— Да ладно? Гонишь?

— Мля буду! У Валька есть друган, который с Петяном дружит, а тот знает сына друга владельца…

Ого, вот это цепочка! Так, надо бы прислушаться.

— Ну что, Курт, — я остановился и специально заговорил с парнем, похожим на Кобейна, — как народ на кино идет?

— Да нормально, — тот пожал плечами. — Видаком уже никого сильно не удивишь, но у Серого видеотека хорошая. А еще вот в кафешку идут, тоже нормально так. Боксеров смотрят и этих… рестлеров.

Пока Курт рассказывал мне очевидные вещи, я использовал технику активного слушания, кивая и угукая в нужных местах, а сам сконцентрировался на болтовне пацанов. Получается, Судаков в своем игровом зале демпинговать вздумал. Вроде бы и фигня эти сто рублей разницы, а за несколько часов прилично накапливается. Для кого-то это действительно решающий фактор.

— И че там? — школьники оживленно переговаривались.

— Я слышал, там каждому стакан «Юпи» на входе дадут… — вот уже и слухи пошли, а может, их Судаков сам специально распространяет.

— Нормально, че.

— Ага, но тут-то «Кола»!

— За деньги, дебил!

— Сам дебил!

— Так, тихо! Короче, я сваливаю. Один фиг, тут не дотерпеть. Лучше потом на Почтовую двинуть, я слышал, там сотня мест будет!

Тысяча, хмыкнул я про себя. Видел я зал Судакова, туда штук тридцать максимум можно поставить.

— Так там, наверное, и работники требуются! — осенило еще кого-то, и я, снова мысленно, поставил неизвестному парню пятерку за догадливость. — Давайте-ка, пацаны, разведаем, че мы как лохи!.. И в жопу эту дурацкую «Кибертроникс»!

От толпы отделились сразу пять или шесть подростков, потом, пошушукавшись, на Почтовую двинулся еще десяток. По сравнению с тем количеством, что остались, капля в море, и все равно… Конкурент заранее переманивает клиентов дешевизной, так и хочется ответить демпингом на демпинг. Но нет, мы твердо решили брать качеством, а не низкими ценами. Так что сбавлять специально не будем, а вот повторить тему с «промобилетами» можно. Только под другим соусом.

Надо собрать парней, посоветоваться, что лучше сделать — ввести разовые скидки по ограниченным купонам, организовать «черную пятницу» или создать бонусную систему с накопительными баллами.

Ничего-ничего, гражданин Судаков, вы еще не поняли, с кем связались.

* * *

— Может, ввести клубные карточки? — предложил Илюха.

Мы сидели в кафетерии и обсуждали сложившуюся обстановку. Опасаться было нечего, народ по-прежнему к нам так и пер, невзирая на расценки, потому что у нас были 16-битки — новый уровень наших услуг бил конкурента как ферзь зазевавшегося короля. Но это вовсе не значит, что нужно почивать на лаврах. Всегда нужно двигаться вперед и опережать остальных на шаг.

— И что они дадут? — уточнил я.

— Скидку, — ответил Илюха. — Например, десять процентов.

— А как ее получить? — задумался Дюс.

— Может, сделать по принципу ночи? — почесав затылок, придумал Саня. — Типа, если берешь сразу десять часов, то десятый бесплатно. Только днем.

— Много, — я покачал головой. — Десять часов подряд — это вредно, не будем детей на это подбивать.

— Ну, тогда пять, — покладисто ответил Саня.

— А вот это можно рассмотреть, — согласился я. — Но лучше, на мой взгляд, сделать прогрессивную скидку. Например, за каждую игру на 16-битке не меньше двух часов получать бонус. Накопишь таких пять, и заработаешь бесплатный час игры. Или, на выбор, что-то из аксессуаров бесплатно на час. Как вариант, вместо часа на 16-битке можно взять два часа на 8-битке.

— Мне кажется, интересно, — одобрил Дюс. — Только как следить будем?

— Надо разработать дизайн визиток, — я вспомнил распространенную практику из будущего. — На твердой бумаге. Там пять свободных мест для печати. Каждый бонус — это поставленный штампик. Накапливаешь, показываешь заполненную визитку и получаешь бесплатную мульку. Сделать красиво…

— Парни, — к нашему столику подошел Озик. — Извините, что отвлекаю… Вы Таню давно видели? Я все жду, что она придет, а ее все нет…

Племянник нашего бизнес-партнера неровно дышал к художнице, и даже наличие какого-то взрослого парня его не смущало. Не знаю, куда девчонка смотрела, но Озик, на мой взгляд, всяко лучше мормонов… Или кто они там, адвентисты? Которые, кстати, к нам так и не зашли на открытие, но фиг-то с ними.

— Я тоже ее не видел дня три, если не больше, — я пожал плечами. — Как раз ей бы это задание можно было дать, да и вообще у меня на нее с однокурсницами большие рабочие планы.

— Слушай, Оз, у нее учеба все-таки, — задумался Дюс. — Не успевает, наверное, хотя… Вечером она же свободна. Может, ее родители не выпускают? Вадимыч, помнишь, Ника говорила, что у Танюхи проблемные предки? Батя пьет, а мать чуть ли не до ночи на работе.

— Так-то оно так, — я побарабанил пальцами по столу. — Фигово, что телефона у нее нет. Надо у Ники спросить, они ведь дружат. И у нее, как назло, тоже сейчас загруз по полной программе. Ладно, фигня война, главное — маневры. Не грусти, Дань, разберемся. Видишь, сами забегались с этими новыми приставками.