Хладнокровное чудовище (СИ)

— Что ж, узнаю тебя, Вальдер — кивнул Сиркх, изогнув губы, — хоть мы и немного времени были знакомы. И удивляюсь, надо сказать, что боги щедро одарили тебя силой. И умением внушать людям то, что тебе выгодно.

— Может быть, это тоже дар? — улыбнулся Вальдер холодно.

Взгляд императора остался непроницаемым, и он не ответил. А жаль. Пожалуй, на этот счет Вальдер готов был подискутировать.

— Я хочу вернуться на фронт, — после некоторого молчания сказал он.

— Интересно, — заметил Сиркх, снова глядя в бумаги на столе, — а я считал, что многие отдали бы душу, лишь бы им позволили вырваться из пекла и получить в награду богатое поместье, плодородную землю и безбедное существование.

— Многие, но не я.

— На Юге было недостаточно жарко?

Словно в душу смотрел, а! Вальдер с уважением бросил на императора взгляд. Прочитал его эмоции? Среди этих магов и дарханов не найдешь то, что успокоит душу, такую страсть, что он прожил на Корсакийских островах. А на войне их сполна. Забыться, провалиться в опасную рисковую стихию, испытать адреналин и вернуть себе привычную силу. Небольшая победоносная война — хороший выход.

— Мне не хватило.

— Хорошо. У нас беспорядки на Итене, там нужны преданные люди.

— Мятеж?

Император поднялся из-за стола во весь свой рост, бросив наскучившие бумажные дела, на его лице проявились наконец живые эмоции. Вальдер поднялся следом.

— Не все согласны считать мое учение — учением Скадо, — поджал губы Сиркх, изучая Вальдера. — Сможешь отправиться в ближайшее время, как только закончим с одним… хм, важным делом здесь.

Что ж, на Итене хотя бы нет жары.

Предвкушение опасности, холод по венам и осознание, что смерть снова будет маячить рядом, смешались с нетерпением. Снова собрать своих и повести за собой. И снова дать волю своим демонам.

Рука так и тянулась сжать в пальцах эфес меча.

— Хорошо, — Вальдер кивнул, желая закончить аудиенцию.

— Да, кстати, — император снова бросил быстрый взгляд как будто с легким подначиванием. — Тебя тут желал увидеть еще кое-кто… Просят аудиенции, капитан ди Арстон.

Вальдер нахмурился, не ожидая ничего хорошего.

— Кто же?

— Твоя бывшая жена.

Глава 2

Важнее, чем до

— Жди распоряжение, — закончил встречу Сиркх.

Поднявшись, Вальдер кивнул императору, по обычаю дарханов быстро коснувшись кулаком груди — и прошел по длинному коридору в соседний зал дворца вслед за слугами.

И что могло понадобиться Селин? Не виделись два года — и прекрасно. Делить им больше нечего.

Вальдер бесшумно шел по устланному коврами полу, восстанавливая магией дыхание. Сила ворочалась внутри, требуя применения. Император был силен, но велик был соблазн посоперничать с ним в том — кто кого опаснее.

В чем же секрет Сиркха? Ведь он такой же смертный, как и они все.

Вальдер на мгновение замер перед дверями в зал, пока их не растворили. Он ждал очередного неприятного разговора, однако бывшая жена поступила еще более подло.

— Папа! — зальную тишину разрушил звонкий голос.

Ну, конечно. Она привела на встречу дочь.

Вальдер замер, как истукан, глядя на бегущую к нему златовласую девчушку восьми лет. Как же выросла. Признаться, он мало беспокоился о её судьбе последние два года, когда Селин сделала свой выбор.

Он думал, что ему всё равно. У девочки есть мать и отчим — которого он едва не убил при последней встрече. Но сидеть в тюрьме охоты не было, а даже магам сейчас прощалось далеко не всё.

Но Айза неслась к нему, к Вальдеру, со всей своей детской непосредственностью, и он почувствовал новую брешь в своей жёсткой броне. Сам не веря в себя, Вальдер опустился на одно колено и подхватил дочь в объятия. Неловко и неумело, забыв, как это делать с маленькими девочками.

— Папа, ты живой! — пробормотала Айза, повисая у него на шее.

Как будто не было двух лет, когда она его не видела.

Проклятие. Ясмин, что б тебя! Вальдер чувствовал себя слабее, чем прежде. И хоть первичной мыслью было разомкнуть объятия и отстраниться, вернуть Айзу матери, чтобы прекратить это показательное выступление… он застыл.

— Живой, — помедлив, согласился Вальдер, словно пробуя это слово на вкус.

Смотря, что это значит — быть живым?

— Ну-ка. Осторожней, — сухо произнес он, ставя Айзу на пол и поворачиваясь к ее матери.

Селин держалась насторожено и смотрела из-под нахмуренных светлых бровей. Ее такие же светлые волосы были забраны наверх, платье оставалось привычно скромным и сдержанным, но на лице царствовало новое, не знакомое ему выражение.

Любил ли он ее хоть когда-то? Такую мягкую, податливую, готовую на всё, чтобы угодить и сделать его жизнь хоть немного лучше. Но чем больше она старалась, тем меньше он испытывал хотя бы какое-то к ней уважение.

Наверное, тем внезапней стал удар, когда эта Селин — воплощенная добродетель — предала сама себя, изменила законному мужу и своему господину.

— Зачем вы пришли? — вопрос прозвучал со всем холодом, что был на душе.

— Дошли слухи, что ты приедешь. Твоя дочь очень хотела тебя увидеть.

— Это всё? — недоверчиво вскинул он брови.

— Что ж, — улыбнулась бывшая жена, — я тоже думала, что для тебя это будет недостаточный мотив. Но свой долг матери я обязана исполнить.

О. У Селин прорезалось чувство гордости. Неожиданно.

— Папа… — растерянно взглянула на него Айза.

Всё ещё папа, неужто не называет этим словом другого человека?

— Давно мы с тобой не виделись, верно? — опустился обратно к дочери Вальдер, присев на корточки. — Как думаешь, твоя строгая мамочка отпустит тебя со мной на прогулку?

— Вальдер… — начала было Селин и дернулась вперед, чтобы его остановить.

Вальдер игнорировал порыв жены его остановить и делал вид, что не видел страх, промелькнувший в ее глазах и во всем ее существе — таком трепетном и ранимом. Точно птичка на тонких ножках, но с большими широкими крыльями, пыталась Селин закрыть дочку от него, от отца, что порой казался страшнее монстра. Так ведь?

Однако, он далёк от того монстра, каким его рисуют. Он не убил никого на Юге. Отпустил мятежников. Не убил наследницу плантаций, хотя она заслужила этого — попытавшись зарезать его во сне.

Ей стоило молить всех Четырех богов и благодарить, что на её земли пришёл он, а не кто-то другой. Кто-то еще более жадный до власти и порядка.

Ведь он… не порядок. Он — хаос.

И поэтому Селин смотрит на него расширенными зрачками, зная, что ничего не знает о нём на самом деле. Даже десять лет, что они делили кров и постель, не сделали их и на шаг ближе друг к другу.

Вальдер улыбнулся.

Даже «южная красавица» поняла его больше за столь короткий срок. Как это, право, иронично! Вальдер улыбнулся, глядя на дочь, и чувствуя, как холодеет от ужаса ее мать.

— Мама, можно мы пойдем гулять? — беспечно обернулась к ней Айза.

— Вальдер, я хотела только…

— Либо так, либо я ухожу, — припечатал он, беря ладонь дочери в руку.

— Я пойду с вами.

— Нет, Селин.

— Но тогда наша служанка, пусть она…

— Я сказал: «Нет»! — повысил голос Вальдер. — Не ясно?

— Почему? Что… что вы собираетесь делать? — из последних сил она держала себя в руках, боясь внушить свой ужас дочери, но страстно желая забрать её тут же из лап отца.

— Ничего такого, за что тебе захочется меня убить, — отозвался Вальдер и выпрямился. — Просто проведу время с дочерью перед тем, как снова отправлюсь на фронт.

Некоторое время они с Селин упрямо смотрели друг другу в глаза, бывшая жена отчаянно задирала вверх подбородок и хотела казаться более сильной и властной, чем была на самом деле.

Вальдер прекрасно читал её беспомощные угрозы и видел всю череду тревог, душащих Селин, о том, что может сделать ее бывший муж в отместку за её проступок… и на что еще он способен.

Он знал, каким порой злым и безумным может быть его взгляд. Бывало, он вынуждал делать её то, что ей не нравилось, или нарочно провоцировал на эмоции, так, что Селин первая кидалась на него с кулаками, но в какой семье всё бывает всегда сладко?

На самом деле всегда было интересно понять, есть ли хоть что-то глубже той плоской безликой маски, что носит его жена. Есть ли хоть что-то яркое и настоящее помимо дежурной улыбки, назойливой заботы и… страха.

Айза почувствовала их напряжение и замерла, отчаянно цепляясь маленькими хрупкими пальцами за его руку.

— Пап, — пробормотала она, когда его хватка стала слишком сильной.

Вальдер почувствовал это и смягчился. Айза ни в чем не виновата.

— Ты когда-нибудь была в новом императорском парке? — обратился он к ней, медленно отводя взгляд от Селин. — Говорят, его недавно открыли.

— Нет…

— Когда вы вернетесь? — кусая губы, спросила Селин, мечась тревожным взглядом с дочери на него и даже оглянулась, будто ждала поддержки от того четвертого, которого нет сейчас рядом.

— Когда нагуляемся, — подмигнул Вальдер и повел Айзу из дворца.

Дочка оглянулась на мать, всё-таки поймав её тревогу, но только помахала ладошкой.

— Пап… а мы правда пойдем в парк? — задрала она к нему голову. — И ты расскажешь, где был? Мама говорила, ты ездил куда-то в жаркие края, видел там слонов и крокодилов, что там всегда лето. И еще, что ты нашел себе новую жену.

— Нет, Айза, не нашёл, — с улыбкой, но резче, чем хотелось, прервал её Вальдер. — Твоя мама ошиблась. Но я обязательно всё расскажу тебе как-нибудь потом.

* * *

Вальдер сам не до конца понимал, почему захотел побыть с дочерью. Вполне достаточно было повидаться час и разойтись своими дорогами.

И даже желание побесить Селин не казалось сейчас ему преобладающим. Хотя часть души по-прежнему жаждала мести. И нет, дело не в разбитом сердце — сердца у него, похоже, и нет — а вот уязвленное самолюбие толкало на самые мрачные мысли.

Однако… так некстати пришли воспоминания о Ясмин и ее нерожденном сыне. Сыне? С чего он вообще решил, что это был бы сын? Или и на это распространяется дар Четырех богов. Похоже, эти воспоминания сделали Айзу важнее, чем она была — до. Возможно, больше и не будет ничего. Никакого продолжения.

Вальдер коротко вскинул голову к небу, щуря глаза. Такое горячее и огромное на Юге солнце было здесь, в столице Иввара, лишь бледным пятном сквозь облака.

Айза продолжала восторженно о чем-то рассказывать, но он толком не слушал. Только отвечал изредко и указывал на интересные места, с любопытством наблюдая за восторгом дочери по самым незначительным поводам.

После парка они дошли до набережной, на которой ровными рядами, стройно высились парусники. Один, второй, третий… Штук десять точно. Сиркх, судя по всему, готовится к продолжению войны.

Да, он сверг предыдущего, слабого и немощного короля, и занял его место. Завоевал в считанные годы Энарию, Итен, Корсакийские острова — распространив с помощью религии свое влияние на все ближайшие окрестности.

Магов боялись. Магов… не все любили. Отныне они не прислужники и советники королей, а полноправные правители. Их сила признана подтверждением Четырех богов о том, что человек достоин этой власти над другими живыми существами и над природой. Однако не все готовы были это признавать, и, например, на том же Юге — держались за старую веру до последнего.

Вальдер замер на набережной, подняв ворот камзола к шее и глядя в сумеречную, пасмурную даль.

— Папа, — снова раздался голос Айзы.

Он взглянул вниз, подхватил дочь и усадил напротив себя на высокую бочку, стоящую на пристани.

— А ты… ты правда снова уйдешь на войну? — спросила она, заглядывая в его лицо и ерзая на влажном от моря дереве.

Так забавно смотреть на это маленькое лицо и видеть на нем свои же черты. Глаза с золотистым ободком возле темно-зеленой радужки, изгиб губ и даже такой же упрямый подбородок с ямочкой у губ. Как будто смотришь в свое, искаженное временем и другой кровью отражение.

Неужели Селин думала, что он убьет собственную дочь или причинит ей вред? Ради мести?.. Как грубо. Вальдер покачал головой. Селин ничего о нём не знает, если допускает подобное.

Конечно, он не лучший отец в мире и, надо признать, особо не интересовался прежде судьбой своего продолжения. Но и не психопат, который бьет кувалдой в мишень.

Если он захочет причинить кому-то боль — он найдет способ поизящнее.

— Я служу Императору. Если он прикажет, — коротко улыбнулся Вальдер одними губами.

— Поня-тно, — протянула она и тут же спросила: — Значит, и дядя Маркус тоже пойдет? Ой, — Айза закрыла рот ладошкой. — Мама наказала не говорить ничего про него.