Гроза

И перестал Санёк шляться вечерами с корешами. Взялся за образование. Догонять упущенное пришлось ударно — он много читал, искал в библиотеках книги по истории, науке, в которой он больше соображал.

Справедливости ради стоит сказать, что были среди пьяниц и такие личности, которые были образованны. Один мужчина слыл знатоком блатных стихов, якобы сочинённых самим Есениным. Он часто бывал в квартире Афониных, декламировал матерные вирши, бородатые анекдоты.

Несколько раз ночевал и бывший археолог. Он так красочно рассказывал о раскопках, о древних временах, что Сашка мог всю ночь слушать мужчину, переспрашивать непонятные термины.

Да, в общем-то и Тамара временами вспоминала о своей мечте продолжить обучение, в состоянии опьянения слёзно просила сына, чтобы хоть он выбился в люди….

У природы нет плохой погоды…

Всякая погода благодать,

Но ВЕСНА С МОРОЗОМ, ВЕТРОМ, СНЕГОМ….

Может откровенно задолбать.

Ксения посоветовала какие вещи брать с собой. Сама также начала отбирать одежду для работ в саду-огороде, для поездки в город на работу. Шмоток набралось не меряно. Решили, что первым делом повезут матрасы, постельное бельё с подушками. Несколько столовых принадлежностей. К тому же пора высаживать рассаду — вон какие вымахали. За полметра высотой.

За таким занятием их застали Томка со Светкой, наконец вышедшие из ванной. Они обрадовались новости, помогли с рассадой, которую примостили на хозяйственную тележку. А к мягкому придумали лямки, аналогичные рюкзачным.

— Дождались бы выходных, я бы сама высадила. — бурчит Томка.

Что не говори про мать, но вот то, что у неё в руках всё оживает, так это правда. Вот и рассада всего за полмесяца выросла.

Были случаи, когда она вылечивала практически погибшего котёнка или собачонку. Ворон, которому она вправила крыло, до сих пор приносит и выкладывает на карниз окна всякие нештяки — косточки, огрызки печенек. Да и дети её, если не считать обычных травм, никогда не болели. Не будь она алкашкой, могла бы быть знахаркой.

— Ага, уже три недели прошло как народ своё повысаживал, а у тебя к выходным опять запой. Сама с Санькой всё сделаю. Живите тут до первых заморозков.

— Вот, бля, заебись придумала! — влезла Светка. — А за квартиру кто будет пла…?

— Я и так весь долг за семнадцать лет погасила! Не хочешь, чтобы свет отрубили, плати сама.

Продолжая перепалку, всё же приготовились к утреннему переезду.

Светка, которая вечером клялась помочь дотащить тюк и тележку до пригородной электрички, утром сказалась больной. Пришлось потратиться на мотор, потом галопом бежать до платформы. Сложили тюки и тачку в тамбуре. Санька остался с вещами, а Ксюша села на ближайшее свободное место.

Сквозь стекло распашной двери, парень смотрит на сестру и вспоминает её взросление….

Первые воспоминания по-детски просты: прогулки, игры. Затем школьный период. Он идёт в первый класс, Ксюша в шестой. Ему кажется, что и он должен быть с ней в одном классе, но сестра смеётся и объясняет, что все детки проходят свой этап образования. А она оказывается самая красивая из её класса. В простеньком платьице вызывает возгласы восхищения старшеклассников.

Вот с такого возраста он начал отмечать изменения в фигуре Ксюши. Оказывается, она неспроста отворачивается в спальной от его взглядов, когда переодевает одежду или бельё. У неё есть сиси. Правда не такие большие как у Томки…. Постепенно, худенькие ручки-ножки, шейка, наполнились девичьим жирком, натянули кожу до состояния бархата, скрыли уголки мослов локтей-коленок, грудных рёбер. А сиси преобразовались в плотные конусы с крупными пятаками ареол и сосками размером с напёрсток.

Соседки отдавали девушке свои наряды, которые она научилась ушивать-укорачивать, чтобы подчеркнуть фигурку а-ля песочные часы. Первым критиком её работ стал семилетний Санька. Это он хорошо помнит. Сестра, скидывая рванный халатик, обнажалась до трусиков, надевала перешитый наряд и кружась на одной пятке, просила посмотреть ровно ли сложились стежки, складки плиссира юбчонки.

Вот это были эротичные мгновения, а то, что задвижка в совмещённом санузле не закрывалась и кто-либо мог войти во время интимных посиделок на унитазе,

раздеться догола и начать купаться под душем, это было так обыденно, что на эротику не претендовало.

Даже сейчас он чувствует наполнение кровью органов малого таза, а тогда он смущённо прикрывал "взлёт ракеты". Хотелось потрогать эластику кожи, бугристость ареол и… волосики на лобке. Они первыми, вперёд месячных, полезли в нужных местах девочки Ксюши. Как красиво они выглядывали из-под резинки маловатых трусиков. Сестра замечала, что он смотрит именно на её лобок, поэтому начав стесняться, отворачивалась или прогоняла его. Иногда, опять же бесцеремонно войдя в туалет, он видел, поднимающуюся с унитаза сестру, замечал, что волосики росли ровно, уходили туда, в межножье. Он мог сравнить этот шедевр с мохнаткой Томки, которую он видел не раз — мать либо спала голой в состоянии опьянения,

либо так же вставала с сиденья унитаза. Густая, взлохмаченная "шевелюра-борода" и тонкая, прибранная "причёска", это как сравнивать шерсть дратхаара и добермана….

Она упёрлась грудью в мой взгляд

От воспоминаний его отвлёк мужик, вставший рядом с сестрой и направивший свои зенки на виды под сарафаном Ксюши. Мужик начинает наглеть, трётся ширинкой о плечо девушки. Она прикрыла глаза и делает вид, что ей всё равно. Но вот следующая наглая выходка: он скинул бретельку сарафана с плеча девушки, выводит Саню из себя. Если он продолжит, то отхватит по пухлой носопырке.

Ксюша подняла бретельку, вновь закрыла глаза. Мужчина недолго держался, вновь повторил трюк.

— Ты, падла, дождался! — Сашка распахнул двери и вбежал к сидящим местам. — На, бакалюм, получи! — парень сразу врезал мужику по носу. Он с малых лет не боялся ввязаться в драку… в справедливую драку. Со старшеклассником или пьяными дружками Томки. — Падла извращённая! На ещё. Бакалюм моржовый!

Мужчина не ожидал такого резкого изменения обстоятельств, пропустил оба удара. Народ сразу всколыхнулся. Многие не поняли с чего это молодой человек накинулся на "невинного" мужчину, начали осуждать его. Ксения встала и объяснила, что мужчина наглел, выказывал сексуальное домогательство к ней, а брат естественно не мог спустить ему.

Кое-как люди успокоились, поворчали и на парня, и на мужчину. Он искренне попросил прощения и спросил, что это за ругательство, которым обзывал его Сашка.

- Присутствующая в пенисах некоторых животных кость, называется бакалюм. — пояснила Ксюша. — Он вас обозвал… — сделав жест, приглашающий мужчину наклониться для шёпота в ухо, окончила: — хуем моржовым.

Мужчина ещё раз взглянул в декольте девушки, вдохнул запах исходящий от зрелой самочки и горестно вздохнув выпрямился.

Большинство попутчиков сошли на ближайшей станции. Ксюша подвинулась, уступив место брату. Он взял её ладошку, положил на своё бедро и прикрыл своей пятернёй — пусть все видят, девушка не одна и могут нарваться на зуботычину. Девушка улыбнулась, наклонила голову на его плечо и вновь прикрыла очи.

"Хорошее начало мая, ещё не повод, чтобы прятать зимние вещи!".

Ксения с братом высадились на следующей остановке. Им идти ещё около километра, а небо внезапно затянуло грозовыми облаками. И похолодало не по-майски, не для летних нарядов Ксении и Саши. Они не успели выйти на свою линию, как хлынуло с небесных хлябей, будто из ведра окотило их. В добавок к воде, появились градины. Небольшие, но холодные и хлёсткие.

Укрытие было уже в прямой видимости, и люди бежали, как могли быстро. Пока Ксения открывала замок на калитке, пока запор на домике, промокла и промёрзла основательно.

— Снимай мокрое, сейчас посмотрим, что не намокло из запасов. — стуча зубами, сказала девушка, сняв свой сарафан, бросилась искать сухое. Промокло практически всё. Смысла менять одно мокрое бельё на другое нет.

Постелить на топчан матрас и укрыться, пусть влажным покрывалом — лучший выход. Ксения, сразу наказала Саше лечь на матрас без постельного белья, укрыла его двумя жаккардовыми покрывалами, подумав, чуток, попросила брата подвинуться и отвернуться к стенке. Легла рядом с ним, охватила его рукой за тело, плотно прижавшись к спине брата, наказала уснуть пока….

Не стоит недооценивать себя. В любой момент ты можешь сделать такую глупость, о которой даже не помышлял.

Сашка Губенко оказывается разыграл её! Он попал под УДО. Поймал её возле подъезда, закрыл глаза. Девушка как-то сразу поняла, что это он, её парень. Она начала колотить его по плечам. По спине, когда он отвернулся от её гневных ударов. Она перестала колотить его, и запустила руку к нему в штаны. Оказывается, член его так же вырос, не вмещается в ладошку. Девушка смеётся, говорит ему, что хорошую штуку он откормил на государственных харчах. Губенко заволок её в квартиру, объявив, что будет трахать Ксюню до смерти за все годы разлуки, прогнал Томку со Светкой. Каким-то образом, видимо потому, что была рада возвращению Сашки, она оказалась обнажена до одних лишь трусиков. Губенко спрашивает её как она хочет начать.

— Сашенька, я так страстно тебя хочу, что без разницы. Всё моё тело в твоём распоряжении, сношай меня как желаешь, родненький мой!

Едва только сестра обняла его, Санька сразу почувствовал приятную дрожь от уходящего озноба — тепло от женского тела расходясь по его корпусу, было подобно парному молоку согревавшего его в детстве. Санёк, конечно заснул сразу, и кажется мгновенно проснулся после того, как почувствовал ладушку сестры на своём пенисе. И чем сильнее вставал орган, тем сильнее Ксюша давила на член, дрочила его через ткань трусов. Парень, боясь спугнуть удачу, молчит. Нервные окончания кожного покрова оголились — он чувствует, что и соски Ксении также отвердели, царапают ему спину.

Мозг — он хитрый. О сексе конечно думает он, но всегда всё сваливает на член.

Он, не оборачиваясь, лезет ладонью в её трусики, нащупывает мягкие кучеряшки и дальше обжигающий жар меж бёдер. И сестра позволяет ему проникнуть ещё глубже — приподнимает бедро. Сразу же пальцы окунаются в кипящий котёл с липкой жижей.

Санёк лезет пальцами в топь, шевелит ими там и одновременно начинает двигать своим тазом будто совершая фрикции, гоняет пенис в кольце пальцев сестры.

Что делать дальше он не знает — продолжить? Или можно повернуться, обнять няню, поцеловать её и попросить, чтобы она….

Да, она попросила и не просто попросила, а разрешила всё, что ему взбредётся.

Одновременно поворачиваясь к ней, он опускает свои трусы, и, к тому моменту, как он оказался меж ножек сестры, подумывал, как ему быть с её трусиками. Но сестра оказывается мастерица в этом деле — она отодвинула перемычку в бок и даже помогла ему вставить в себя член.

Ксения поняла, что Губенко ей приснился, а тот, кто сейчас примащивается меж её бёдер, это братик. И процесс уже не становить. У неё просто-напросто нет сил прекратить это сладостное действие. Она подцепляет пальчиком перемычку, поправляет попку. Ждёт, когда "мазила" войдёт в "мишень". Приходится и в этом помочь.

После долгого воздержания, да впустить в себя пенис крупнее известного ей органа Губенко, да к тому же это член родного брата, это как оглушающий удар грома. И как следствие, скорый паралич девичьих половых органов. Вместе с фейерверком в глазах девушки, в некотором отдалении от домика, сверкает настоящая молния. В состоянии экстаза, девушка чувствует, как брат так же начал спускать. Он громко стонет от кайфа эйфории и тут же гром той вспышки оглушает их.

Ксюша целует его в губы, щёки, глаза. И такая благодарность успокаивает юношу — он испугался последствий, считал, что сестра может обругать его.

После секса с нелюбимой женщиной мужчина думает — "Как уйти?", после секса с любимой — "Как остаться?".

— Нянь… Ксюня, я тебя люблю! Я тебя всегда любил, а после этого, готов жизнь отдать. — шепчет он в самое ушко сестры, так и продолжая покрывать её собой.

— И я тебя люблю. Как сынка, как братика. А теперь и как своего мужчину. — так же, не расцепляя кольцо ног вокруг его поясницы,

шепчет Ксения. — Ты мне кайф в электричке обломал…. Я ведь начала представлять соитие с мужчиной…, нет, нет! Только фантазировала… он тёрся своим членом о меня, смотрел на мои сиськи. А я оценивала его член, возбуждалась. Потом легла подле тебя, вдохнула запах мокрых волос, аромат мужского тела и уснула возбуждённая… Я ещё хочу. Сможешь?

- Я не знаю. Ты вторая у меня…

— Знаю. Светка твоя первая. Когда вы начали?

— Не помню…. Начали с игр в маму-папу. Сначала рассматривали письки друг у друга. Потом попробовали по-настоящему, а куда вставлять не знали. Так и поломали его.

— Член поломали…? Покажи!

Парень нехотя "вынул ножик из кармана". В дневном свете из занавешенного окна Ксения разглядела опавший пенис. В таком положении кривизна плохо заметна. Но видно, что даже невозбуждённый орган довольно большой.

— Крупный… Больше чем у Сашки моего… Губенко. Как вы умудрились поломать?

— Раз тыкнул и всё. В лобок попал.

— Он у тебя в те годы уже вставал?

— А что не должен был? — вдруг, испугавшись неизвестного, громко спросил парень.

— Я не знаю. Может у всех мальчиков так. А потом, когда?

— Так она же сама праздновала. Забыла чо ли?

— В тот же вечер?

— Не. На следующее утро. Томка на работу уканала.

— ЧТО! В таком возрасте кончил? — в голосе сестры было лишь удивление, поэтому парень не испугался, лишь кивнул. — И часто вы так?

— Нет, мне было противно с ней…. Как представлю, что она сосала хуи из жопы…. Уж когда припирало, тогда я по быстренькому. Нянь, а ты так же рано начала, как Светка?

— Трахаться? Нет, позже. Но насмотревшись, как Томка трахается с кем попало, могла и раньше начать… Один извращенец напугал, поэтому держалась до встречи с Губой…. Щас вспомню…. Десять лет мне было. Тот мужик сразу слюну пустил, как только вошёл в нашу хату. Увидел меня и больше не отводил зенок. Он напоил Томку, я вас уложила спать. Он помог мне перетащить Томку на кровать, лёг рядом с ней и предложил лечь с другой стороны от неё. Я сначала отказалась, а он говорит, что ничего не сделает, просто покажет, как мужчина ЛЮБИТ в женщину… Правда с матами говорил. Подрачивая, показал свой хуй. Похлопал ладошкой по Томкиной пизде, сказал: "Мокрющая какая! У всех-у всех пизды мокреют, когда им вот так делают". Сунул палец в Томку, порочил…. Показал, как вставил, начал ёрзать на ней, и похлопывает по постели, ложись мол…. Я и легла у стенки. Мужик предложил пососать Томкину сиську, а я, как загипнотизированная, выполняю его указания. Сосу сиську и ощущаю, как он толкает мамкино тело, дышит мне на щёку…. Хуй вынул и предложил потрогать какой он твёрдый. А я уже вправду теку, в письке огонь прям…. Коснулась я, он сразу спустил, попал мне на лицо…. Такой гадостью мне тогда показалась спущёнка, зарок себе дала, больше не трогать хуи, убежала к вам.

— Но сейчас то положительно относишься?

— А то! Я поняла, что лучше всё в своё время, чем без разбора и с кем попало. Вот от тебя не ожидала, даже не контролировала, а как узнала, то было уже поздно.

— А ты как узнала?

— С месяц назад, вернулась домой переодеть колготки, а вы там. Предохранялись как?

— Когда можно в пизду, когда — нет, то в рот, или в жопу.

— А меня в губы поцелуешь? Я ведь так же сосала.

— Ксюнь, ты моя любовь. Я ради твоего счастья…. Я… Только… не проси в попку… пока, не проси. Ты ведь мамка мне!

— Не буду…. Куни знаешь…? Да, хочу. Давай я подмоюсь….

— Там холодно ещё. И сперма там — моя…. У Светки после себя вылизывал.

Хорошие сношения улучшают отношения.

Заглушив её шёпот поцелуем в уста, парень продолжил чмокать в шею, в ложбинку ключицы, в верх груди, всосался в сосок. Долго обсасывал сначала левый, затем правый сосок, поглаживая груди и животик, оценивал шелковистость покрова.

А молодая женщина расслабила тело, отдалась во власть наслаждения. Чувствовалось, что братик действует по наитию, так, как считает нужным для изъявлений любви. И вот груди оставлены в покое, шажки поцелуев устремились к низу животика. По внутренней стороне бедра к, готовым встретить ласку, вульве и клитору.

Ксюша взялась корректировать места ласкательных поцелуев. То сама поправит таз, то голову Саньки вернёт на предыдущее место, то усиленным стоном, показывает степень наслаждения.

Саньке радостно, что та, которую он давно хотел именно как женщину, впитывает его ласки, насладительно стонет. Он не знает какой вкус у чистой женщины, но считает, что она и так прекрасна. Сейчас он вылижет ей письку, а потом попросит пососать. Ведь у него уже стоИт.

И Ксюша не секунды не раздумывает, сразу принимается за фелляцию. Громко и смачно чавкает поглощённой головкой, мнёт, перебирает крупные яйца в мошонке. Она временами освобождает член из плена уст и приложив ствол к правой щеке, отмечает степень искривления пениса. Член, огибая правый угол рта, касается головкой левой брови.

Ксюша ещё не знает, насколько необычен такой дефект. Но сейчас она испытает его "ходовые качества" в различных режимах обкатки. Она толкает брата спиной на матрас, берёт тремя пальчиками пенис и заправляет его в голодную раковину.

Несколько секунд сидит на нём, стенками влагалища воспринимает ощущения. Вообще, если бы она не знала о поломке, то ни за что не догадалась бы.

Начав скачку, она перестала задумываться о изъяне древка.

Парень наслаждается видом прыгающих "мячиков", ласкает бёдра и животик няни. Бархатистая кожа временами покрывается "гусиной кожей" и в эти моменты сестра приостанавливает движения, урывками дышит. Меж век полузакрытых глазах, появились капли слезинок, а ротик украшен улыбкой счастливого человека.

Уставшая от скачки девушка ложится на грудь парня, поглаживает его по щеке и обильно орошает юношу слезами.