Гроза

— Сашенька, что же ты со мной делаешь? — прозвучал голос Геллы из динамиков. — Ты мой второй мужчина, а я веду себя как распутная….

— Я конечно не психолог, но думаю, что ты освободилась от привязанности к брату и сейчас добираешь упущенное. И, скорее всего, ты уже давно раздумывала о своей дальнейшей жизни, в которой нет целой семьи с Василием.

"Ого! Внуки-то мои так же грешны, как и я с их прабабкой! Тем легче мне будет соблазнить внука. Правда член его не такой величественный как у прадеда. Но что ж поделаешь? Природа!". — подумала Владлена.

— Чисто теоретически: ты взял бы меня в жёны? — продолжая мастурбировать пенис, спросила девушка.

— Я вообще-то не размышлял об этом — молод ещё. Но в тебе есть несколько качеств, которые привлекают меня. Верность…. Ну сегодняшнее можно отнести к акту агрессии Ксюши и длительному воздержанию. Так…? Далее: ты красива…. Да, красива и женственна. В тебе чувствуется готовность быть любящей матерью, верной супругой. Ты страстная…. Не знаю — мне фригидные женщины не попадались…

— Ты такой молодой, а уже с несколькими женщинами имел контакт. — Гелла замолчала. Погрузила головку в рот. После непродолжительной фелляции, оседлала "жеребца". — Со сколькими из них у тебя был анальный секс?

— Светка. Любаша…. Валентина…. И Ксюха! И, судя по твоему вопросу, предстоит с тобой?! — защипнув шоколадный сосок пальцами, потянул на себя. — Но я бы не советовал…. Оставь это для будущего супруга.

"Ты посмотри на этого доброхота! Другой бы не упустил бы такого шанса!" — подумала хозяйка и продолжила наблюдать за всё ускоряющейся скачкой Геллы.

(17 00)

Город

Леонид выспался. Вспомнил, что собирался трахнуть сноху. Посмотрел в спальную детей. Нету Оленьки. Вероятно, опять на лавочке или у Афониных. Глянув на морду лица, решил произвести марафет ему. Покупался, ополоснул зубы с дёснами, набриолинил волосы (где этот бриолин в наше время найдёшь? Хватило причесона граблями мокрых пальцев).

Всё! Теперь он готов ебать сношеньку. Ебать, ебать, ебать. ВСЮ НОЧЬ. Весь воскресный день, и выжав из суки спущёнку, как влагу из стиранного белья, положить на её постель. В упомянутый момент ему вспомнился роман Гарсия Маркеса "Сто лет одиночества" где базарная цыганка за день принимала столько клиентов, что простыня под ней насыщалась влагой и она просила помочь ей отжать ткань.

Двери Афониных закрыты. Не на засов изнутри — на нём дверь плотнее закрывается. Значит Оленька на лавочке жопу отсиживает.

Вышел заяц на крыльцо,

Почесать своё яйцо,

Сунул лапу — нет яйца.

Так и ёбнулся с крыльца.

Сел на лавочку и призадумался.

Его посиделки заметила та самая соседка, которой Оля сказала куда несётся.

Теперь краткое отступление на свежий персонаж. Звать даму Надежда Павловна. Возраст (хоть и не прилично оглашать годы, прошедшие с момента прыжка,

Жизнь — это прыжок из пизды в могилу! Ф. Раневская.

но скажу) 64 года. Пенсионерка, но подрабатывающая. Живёт одна — дочь затерялась в Нерезиновой. Соседи называют её Пална. Это тинэйджеры присвоили ей такую кличку, после выхода молодёжного ситкома.

Итак, Пална заметила "Мыслителя", слегка огорчилась, что он практически трезв.

"Как?". - спросите Вы, читатель. Жалеть, что мужчина трезв? Абсурд!

Не всегда. В случае с Леонидом, она предпочла бы видеть его максимально бухим. Чтобы до беспамятства. Но так как она уже начала "операцию" то решилась на некоторые траты и решительные действия.

Пална надела мужскую рубашку на голое тело, подрумянила щёки и припудрила носик. Короче, тоже намарафетилась. Выглянув в окно, поинтересовалась какие думы разъедают ум мужчины.

— Странно! Ольга наша куда-то пошла….

— Видела я. Сама удивилась…. Да ты зайди, чего я буду через сетку с тобой говорить. Зайди ко мне.

Леонид зашёл. Трезвые воспоминания говорили, что он ни разу в этой квартире не был. Но возникшее, будто дежавю, воспоминание говорило, что он раньше видел вешалку, зеркало и звонок, висящий на проводах.

— Ты, проходи, проходи, Леонид Иванович. Я как раз чаёвничать собиралась. — шубурша на кухне, она не давала мужчине сообразить: ему вновь показалось, что знаком он с обстановкой кухни. — Или тебе что покрепче чая налить?

Ты пошлостей моих не замечай, мы редко видимся, чтоб пить при встрече чай…

— Не чай. — прозвучало в этом подъезде второй раз. Только в тот раз имелась ввиду не водка.

— Где-то у меня тут заначка. — залезая на табуретку, произнесла "ловушка" для бесхозного мужчины. — Сейчас, сейчас. — Пална встала на цыпочки, потянулась к самой верхотуре, и как следствие оголила то, что хотела показать.

Да, дряблая. Да, прыщавая. Но натуральная, без единого грамма силикона, жопа. Женская. Размером на порядок, а то и более, меньше чем у Любы.

Пална даже слегка пошаталась на табуретке, вскрикнула и дождалась молниеносной помощи — Леонид придержал женщину за что успел.

Это оказалось место сопряжения курдючка и бедра. В этот момент режиссёр, (она же главная героиня этой постановки), опустилась на полную ступню и тем самым плотнее вжалась в ладони мужчины. Та ладонь, которая охватила ногу изнутри, оросилась влагой.

Хитрая лиса провернулась на опорной ноге и так ловко у неё это вышло, что вторая ладонь оказалась меж ног, под потоком секрета.

— Наливай. — сойдя с табурета, попросила бестия. — Не. Мне не надо. Я вино буду…. С тебя тост! Говори.

— Чтоб хор стоял. И песни пел! — девиз всех алкогольных импотентов.

Леонид хряпнул пол стакана тёплой водки. Поморщился гадости. Но появившееся оживление организма его обрадовало.

— Ты хотела рассказать про Олю. — повторно наклоняя горлышко к ободу стакана, сказал верный (пока) снохе свёкор.

— К матери она пошла. Поэтому в домашнем. Я, например, вот в таком домашнем. Люблю, понимаешь ли в таком виде ходить по комнате. И ты обычно по своей квартире в трусах расхаживаешь…. Видела я несколько раз, как ты показывался на площадке, провожая товарищей. Повезло Любоньке с тобой. Такой мощный ты мужчина. Наверняка на руках постоянно носишь жёнушку.

— Носил раньше. Сейчас уже не те годы…. Ну, давай за тебя, Пална. За твой прекрасный характер. — Лёня выпил, занюхал краюхой хлеба. — Ну, пойду я за сношенькой. — "всполох" сознания ещё напоминает ему о цыганке Маркеса, об недоебанной Оле.

— И Наташенька ваша прям пышка. И Петя весь в тебя. — будто не слышала Пална Леонида. — Наверняка носит Оленьку на руках. А вот меня ни разу не носили…. Да, наливай! Не беспокойся — сама придёт ваша сноха…. Стой, стой! Я вино пью, не водку. Не носил меня ни один мужчина на руках, говорю.

— Какие твои годы, найдётся… — мужчина хлопнул третью полустаканину. — Ох, пробила наконец! Что ты там про трусы говорила? — его взгляд упёрся в оголённый живот, нетолстым пластом лежащий на лобке, который так же открыт для обзора. Кожа на животе и обнажённых бёдрах морщинистая, бледного оттенка. Но! На нетрезвый взор, на полу интимное затенение тополем за окном, и Леонид забыл о сношеньке.

— В трусах, говорю, ты ходишь по дому…. Правильно, чего ж своих стесняться. Я вон, видишь, только рубашечкой прикрытая. В своём доме, как хочу, так и хожу. Права я?

— И верно! Чего ещё нужно! — жертва не отводила взор от темноты межножья, в которой поблескивала жижа. — А моя, блядь, так не ходит….

— Ох не ценит Люба тебя, рукастого и сильного мужчину. — перебила женщина Леонида. — И соседям помогаешь. Томке смеситель отремонтировал, Андреевне замок поменял… — истину глаголет Надежда Павловна.

Мужчина иногда (по пьяной лавочке) шумел в подъезде, чаще посылая на йух Томкиных ебарей, иногда ссорясь с Любой, на следующий день просил у соседей прощения и в качестве откупных выполнял некоторые просьбы. Но не все удостаивались такой чести. Среди них и Пална. Но не потому что она не серчала на соседа, просто понимала его и НЕ просила ни о чём.

— Да то мелочи! Я же не о том, а об эротичности поведения. Надень рубашку мою, наклонись, или как ты залезь голожопая на стул, покажи, подразни! Нет! Всегда в полном обмундировании, зараза. А такой наряд, как у тебя, в семейной жизни очень полезная вещь.

— Особенно в семейной. Я вот одинока, но иногда вот так встану, — Пална повернулась к мужчине кормой, показала, как может тереться лобком о ручку шкафа. — Да как представлю, что может подойти мужчина, да придавить… Мужчина сразу и позабыл о…?

— Вот так? — Леонид подошёл сзади, придавил своим тазом женщину к рабочему столу, руки пропустил к внутренним сторонам бёдер, залез прям туда, где начинается исток смазки — во влагалище.

— Ох. Как давно ты там не был, Лёнечка. Совсем забросил, меня.

— Разве я так делал? — высвободил одну руку мужчина, расстегнул пуговицу на штанах и толкнул их вниз, достал сардельку, слегка присел для удобства введения. — Мокрая ты какая.

— Двенадцать раз ты входил в мою… Потом расскажу, пошли на постель…

Силач поднял женщину на руки, да как понёс, да как выеб, да как уснул….

Лишь через час он проснулся и то только из-за кипиша в подъезде. Разобравшись с шумевшими, он увидел, что стоял в дверном проёме Палны. Вспомнил. Вернулся к женщине, одетой в рубашку, поднял её на руки и вначале выслушал историю, откуда он знаком с обстановкой в этой квартире.

— Однажды, ты был так пьян, но на автопилоте, пытался вставить ключ в дверь моей квартиры. Видимо спутал. Я открыла. Вошёл, начал материться. А я женщина мирная, не стала визжать, звать на помощь. Понимаю, что человек ошибся и те слова предназначены не мне. А ты всё орёшь, говоришь, что…, извини, я заматерюсь. Сказал: "На хую вертел! Меняй, блядь, замки! Один хуй открою!" Я спросила на каком. И тут ты достал пенис и показал…. Нет, не стоял у тебя…. И меня бес надоумил, спросила: "Помочь ли тебе с восстановлением вертела. А то как-то не верится, что сможешь, вертануть даже меня, женщину в половину легче тебя!". Ты ответил, что если я хочу, то должна сама решить. Я до этого семь лет мужика не принимала. "Чего, — думаю, — ломаться. Не каждый день проведение направляет ступни мужчины в мою квартиру!". Хоть и грязный член у тебя был, но пососала. Потом трахнул. Поспал чуток, глянул с кем лежишь, попросил опохмел. Опохмелился, снова трахнул и ушёл к своей… бляди. Через пару дней ты поздоровался со мной как обычно, будто и не заметил моего восторженного взгляда, приглашающего тебя войти, трахнуть…. Так и повелось — иногда ты вновь путал двери. А я радовалась, что ты не помнишь…. Я ведь на двадцать лет тебя старше, возможно уродина….

— А-а-а! страшнее тебя бабы есть…. Ничего и их ебут. А сегодня значит ты решила сама начать?

— Два года уже затмения твои не повторялись… истосковалась совсем. Лёнь, ты заходи почаще, просто так зайди, даже если я тебе как баба не нужна буду… ты же чаще к Томке Афониной в постель ныряешь…. Хорошо ей — не уродина, спят с ней все подряд…. А ты сильный, тебя хватает и на Томку, и на Любу.

— А почему ты Любку мою блядью назвала? Знаешь что-то?

— Не знаю. Может из завести так сказала. — умолчала о том, что видела, что слышала.

Она подвинулась к середине двуспальной кровати, дождалась, когда мужчина пристроит, когда начнёт фрикции, а потом вошла в ритм подмахиваний. Обрадовалась своей смекалке и смелости…. Под этим мужчиной ей всегда тепло и комфортно.

Строение её тазовых костей и расположение влагалища таково, что ей не требуется максимально задирать ноги. Она знает, что по строению вульвы она королёк — вход расположен ближе к животу, сикель маленький и слабо чувствителен. А Лёня, своей массой, давит на эрогенные точки, членом трёт о лобковую кость. А уж лапищами своими как захватит грудь, как сожмёт. Как раз в её вкусе такая грубость с сиськами.

Затем он позволил себе новенькое — лёг на спину, подняв сильными руками хрупкую женщину, насадил на член.

— Вертись сама.

Пална начала переставлять ноги, не слезая с пениса, "вертелась" на нём и хохотала,

когда Лёнька пытался "раскрутить винт". Отдыхая на нём, поднесла полустаканину, сама выпила вино и вновь вертелась, смеялась под ржание Леонида. Потом она показала, как раскраснелась "ступица" и попросила поцеловать в виде лечения.

Мужчина поцеловал и продолжая игру, начал накачивать влагалище ртом. Пална уже устала смеяться, но всё равно хохотала. Особенно когда мужчина зажал половые губки щепотью и попросил напрячь мышцы вагины. Губки пердели, люди ржали. А потом уставшие уснули.

Разбудили их шумы с площадки — родители Оли искали дочь, стучались в двери Афониных….

***

(17 00)

Дача

— Юра! Иди сюда…. Знакомься, это наша новая соседка Любовь…. Тётя Люба. Натаскай воды в баню.

— А я полки помою! — вызвалась Люба.

Она решила "взять быка за рога", то бишь взять член призывника в свои руки. Когда она будет мыть полки, то сможет перехватить парня в бане. За водой нужно идти на участок Николая — хотя ближе носить из Тамариной бочки, но только на его ёмкости уже смонтирован кран. Когда Любе сообщили куда идти за водой, она решила применить такой же приём как с Сергеем.

Она взяла вторую пару вёдер, пошла вслед за Юриком. Оглянувшись на участок подружки, дождалась момента, когда мало кто видел их. "Споткнувшись", упала на подготовленную грядку, извозюкала руки в почве.

— Ой! Ой! Паук! Паук мне залез вот сюда! — негромко "кричала" она парню. — Я арахнофоб! Сейчас будет паническая атака!

— Тише, тише! Я не боюсь насекомых. Где паук?

— Вот сюда, в лифчик залез. Достань его оттуда! Ой мне плохо. — Любаша ухватилась за плечо парня и "зашаталась"

Юра, не соображая, что делать, поднял обе чаши лифчика над грудями, потряс ими. Затем провёл ладонями по персям, вытирая с них огородную пыль и мелкие комочки грунта. Волнения грудей, как аппетитного желе, заморочили сознание молодого человека. Он вновь провёл ладонью по обеим грудям. Взглянув на лицо женщины увидел, что голова её закинута к зениту. Он осмелел и "отёр" ареолы, соски. Пупырчики сальных желез на пятаках озадачили его.

"Это мурашки на коже или заболевание какое-то? Мурашки от чего? От испуга? Возможно. Эх, жаль нету Светки, она бы объяснила!" — подумал Юрий и ещё раз коснулся пупырышек.

Тут следует объяснить читателю кто такая "грамотная" Света.

Света Афонина. Вот кто! Юрию шёл шестой год, а девочке десятый. Тяга к познаниям привела его к вопросу: "Почему у девочек плавочки ровно лежат на теле?". Света показала ему отсутствие у неё "перчика", который топорщит ткань на трусах мальчика.

Затем последовал вопрос: "А как ты писяешь?". И вновь наглядный пример — Света тут же присела и принялась мочиться.

Юра наклонился, но так и не понял откуда возникает струя. Тут показались Сашка с Ксюшей и восьмилетним Серёжей. Юра решил отложить последующие вопросы на потом.

В следующий раз встретились только в конце лета. Погода была прохладная и мальчик позвал Свету в свой дом, чтобы рассмотреть строение "ничего". Посулил показать, как он мочится. На что девочка ответила, что сто раз видела, как Саша ссыт. Тогда Юра пообещал отдать ей старый мобильник. Он правда без СИМки, но мелодии воспроизводит.

За процедурой ознакомления их и застал отец мальчика. На даче он сдержался, не стал читать нотации сыну, лишь попытался отобрать телефон у Светы. Та сказала, что она его "заработала".

Огромный плюс к концепции мужчины — десять лет, а уже заработала. Грязная салфетка! Её не должны касаться его мальчики!

Дома он посадил сыновей рядом с собой и попросил задавать ему любые вопросы. "Все-все!". Старший спросил почему им нельзя называть Тамару мамой. Она такая нежная, такая ласковая, как со своими детьми, так и с ними.

Ответил. Потом уточнил, что даже ответит откуда берутся дети. Сергей уже знал. Ксюша оказывается объяснила. Шлюха малая! "Как ребёнок в живот попадает?". — вопрос Юры. Ответил, объяснил, как смог правдивее, но без подробностей. Долго они разговаривали и в конце отец сказал:

"Сынки, никогда! Слышите? Никогда не разговаривайте о таких вопросах с посторонними. Для вас есть я. Всё расскажу, ничего не утаю. А то, что рассказывают дети во дворе, в школе, на даче или в других каких местах, это всё запутает вас окончательно. Вы почерпнёте столько лжи, что мне придётся долго чистить ваши мозги от черни. Обещаете?"

Серёжа кивнул. Юра сказал: "Да! Обещаю!"

Сергей спрашивал у отца, а младший копил увиденные знания, анализировал их самостоятельно. Когда прошла первая поллюция, он испугался и той же ночью застирал трусы, спрятал их под кровать и утром надел полусухие. Отец сам поговорил с мальчиками о перестройке их организма, о возможных неожиданностях. Сергей сказал, что он сразу меняет трусы на сухие. А Юра соврал, что у него пока ничего нет (он же обещал сразу спрашивать, но не сказал отцу, промолчал. Значит соврал) Ещё больше замкнулся подросток в себе. Ждал встречи с "всезнайкой", но отец применил некий приём.

Он предварительно звонил Тамаре, узнавал, когда она собирается на дачу, одна ли будет. Если с дочерями, то парни оставались дома: "Сам справлюсь, там мало дел!".