Карибские дневники Аарона Томаса, 1798 - 1799

Площадь острова Антигуа — 108 квадратных миль, что составляет примерно 69 277 акров. Площадь Барбадоса — 106470 акров, и этот остров поделен на одиннадцать приходов.

Королю принадлежит 50 пейсов[1] моря вокруг каждого острова Вест-Индии.

Площадь Ямайки — 4 миллиона акров.

Площадь острова Монсеррат — 40012 акров.

На Сен-Китсе — 44 000 акра возделываемой земли.

Площадь Сен-Винсена — 84 248 акров.

Когда я был на Антигуа, то заметил, что прачка не отстирывает мое белье дочиста.

— Сэр, — пояснила она, — некоторые ваши вещи до того грязны, что мне приходится стирать их в горячей воде, отчего через десять часов у меня начинается лихорадка.

В ветреную погоду москиты забираются в крабьи ходы, и остаются там, пока подступающий прилив не выгонит их оттуда. Если только не установится хорошая погода.

[1] Один пейс равен примерно 0,75 метрам.

Июль 1798 (продолжение)

Понедельник, 9 июля

Сегодня утром в главном форте Чарльзтауна прогремел залп из девяти пушек. Полагаю, это салют в честь возвращения его светлости президента.

В Вест-Индии можно заработать больше призовых денег, чем дома. Но это преимущество уравновешивается неравенством курса гинеи, поскольку за одну английскую дают две в Вест-Индии.

Старый Фергюсон, квартирмейстер, был на борту “The Courageaux”[1] во время сражения лорда Хоу[2] с объединенным флотом после освобождения Гибралтара[3]. Достопочтимый Огастес Харви[4], сын графа Бристольского, тоже был на этом корабле, и, когда капитан лорд Малгрейв[5] увидел, что он уворачивается от выстрела, он приказал мистеру Харви:

— Чтобы я этого больше не видел! Иди и встань за тем дальним ящиком с дробью.

Мистер Харви повиновался, и не успел он устроиться в указанном месте, как в него попало пушечное ядро и разворотило живот, что привело к немедленной смерти.

В 11 утра подняли якорь и покинули рейд Невис. Брали курс то на юг, то на север, вероятно, чтобы обойти Мартинику.

Среда, 11 июля

Одиннадцать лиг к северо-западу от Сен-Бартелеми, шир. — 18-25. Осталась пятьдесят одна бочка воды.

Вели переговоры с американским шлюпом и датским бригом. В пять вечера вели переговоры с хорошо вооруженным английским торговым кораблем. Капитан Х. отправился к ним на борт. Выяснилось, что корабль идет из Демерары[6] в Бостон. Название корабля — «Тартар» из Лондона.

Капитан Х.[7] вернулся с бочонком лондонского портера (в котором содержится 16 бутылок), бочонком шерри (5 бутылок), также он достал восемнадцать грейпфрутов, корзину апельсинов и лаймов и четверть бараньей туши. Также сегодня он был на борту у датчан, которые дали ему бочонок галет. Таким образом, сходив на борт различных кораблей, капитан выгадал сегодня семь долларов.

Однако по возвращению он отдал капитану «Тартара» две дюжины запальных шнуров от пушек и четыре книги с картами американских берегов, захваченные нами у французского приватира “La Intripite”[8].

Четверг, 12 июля

Развернули корабль и пошли на юг. В семь утра раздался залп с «Тартара», шедшего с нами всю ночь, а затем развернувшегося на север; это означало, что к ним приближается вражеский приватир.

Повернули корабль и пошли к «Тартару». В восемь утра увидели, как приватир развернулся и пошел прочь от погони, выбрался от нас на ветер.

Продолжили охоту.

Через тридцать минут приватир поднял флаг своей страны. В час дня он опустил грот-марсель, взял паруса бизань-мачты на гитовы и спустил флаг. Оказалось, что это шхуна «La Invariable»[9] с четырьмя пушками и шестьюдесятью двумя людьми, направлявшаяся в Гваделупу с Сен-Бартелеми, груженая вином, маслом, свечами и различными сухими грузами. Общая стоимость груза, оцененная на Сен-Бартелеми — 13 000 долларов. У шхуны нет лицензии на приватирство, но есть каперская грамота. На ней всего двадцать человек из команды, остальные — пассажиры. Среди них есть несколько весьма почтенных белых людей.

Заметка на полях: Пэг Робинсон, что живет с Вудстоком, помощником канонира, сегодня родила раньше срока.

В час дня лейтенант Шеппард послал мистера Тилдерсли с […] людьми позаботиться о добыче. При первом оклике с призового судна мистер Дайс сообщил, что оно стоит 13 000 долларов, но из-за недопонимания мы подумали, что он прокричал, будто оно везет 13 000 долларов на борту. Капитан Харви сказал, что он надеется, что они не побросали доллары за борт, и спросил, где они спрятаны. Мистер Дайс ответил: «Сэр, я сказал, что столько стоит его груз».

Пленники пронесли на борт по бутылке джина каждый и отдали их уорент-офицерам. Незамедлительно после этого оказалось, что боцман и его жена пьяны, равно как господа Трайп и Маклейн. Затем Трайп сцепился с канониром, после этого Трайп с Диксоном бросали друг в друга стаканы, ножи и прочее. Затем Маклейн и Трайп вломились в каюту канонира, и последний, размахивая ножом, поклялся, что если тот сдвинется хотя бы на дюйм, то Трайп проткнет его насквозь… Ну и тому подобное.

Заметка на полях: T a prazato en la grande Camorito esta dia.

Помощник мастера пришел ко мне за советом. В последний раз, когда он ночевал на берегу в Бастере, он устроил дебош в притоне с черными шлюхами. Хозяин притона пригрозил ему принять меры, и теперь, когда мы захватили столь богатую добычу (помощник рассчитывает на 126 фунтов стерлингов), наверняка будет требовать денег.

Поэтому ему придется послать заметку в газету Сен-Китса, что «Чайка» захватила небольшую шхуну невысокой стоимости.

[1] HMS “Courageux” (1761)

[2] Лорд Ричард Хоу (Хау) (1726-1799) – британский адмирал. Участвовал в войне за Австрийское наследство, Семилетней войне, Войне за Независимость.

[3] Операция по снятию блокады Гибралтара в 1782 году.

[4] Сын адмирала Огастеса Джона Херви

[5] Константин Джон Фиппс (1744-1792), 2-й барон Малгрейв.

[6] Демерара - местность на северной оконечности Южной Америки, Британская Гвиана, теперь государство Гайана.

[7] Капитан Харви

[8] L’Intrepide (1798)

[9] L’Invariable (1798)

Различные заметки

Письмо для мистера Грига, Фор-стрит, Эксетер. Помечено шестнадцатым июля 1798 года, Антигуа, и отправлено, как я полагаю, пакетботом «Галифакс».

Я прожил до тридцати шести лет и не платил по докторским счетам ни разу, если только не считать того случая за двенадцать пенсов в 1783 году, когда у меня болела голова, из-за того, что пришлось стоять над камнем, где толкли патину. Моим доктором был мистер Сазерлэнд с Дартмут-стрит. Но, несмотря на то, что Бог сохранил мою плоть от вмешательства хирургов, я чувствую, что она начинает вести себя, как последний трус, и мне придется сделать кое-какую болезненную операцию. Мое тело, как я уже сказал, свободно (благодаря великой милости Божьей) от очевидных недугов, но тем не менее я знаю, что у меня есть душа, и она непрерывно требует искусства хирурга, чтобы сохранить ее и тело вместе.

Написано 3-его августа 1798

Моисей родился в 2400 А.М. или Анно Мунди[1].

За время своих путешествий по Италии, Истрии, Далмации, Албании, Рагузе, Крайне, Швабии, Румынии и архипелагу Леванта я истрепал столько же карт этих стран, через которые я проезжал, сколько износил за то же время ботинок и сколько кораблей поменял.

Вязанка дров (на острове Барбадос) — восемь футов в длину, четыре в ширину и столько же в высоту.

Уолтер Уэлч говорит, что ослица и кобыла — два лучших врача. Я думаю, он имел в виду пользу молока этих животных.

Когда в «Пеликане» у Кассилинаре[2] я купил восьмерых черных свиней, все они попрыгали за борт в первую же нашу ночь в море.

[1] «Со дня сотворения мира»

[2] Место и его точное название установить не удалось.

Июль 1798 (продолжение)

Пятница, тринадцатое

На рассвете показался Барбадос; поскольку прошлой ночью мистер Т. был пьян, то не смог выйти на утреннюю вахту. Однако он послал передать командиру, что заболел. Капитан Х. знал истинную причину и в наказание послал его на топ мачты.

Мистер Тэйлор, помощник мастера корабля, вышел вчера во время ночной вахты на квартердек голышом, поскольку вечером напился. В десять вечера того же дня, когда уже погасили огни, жена боцмана выбралась из своей каюты с ножом и перерезала подвески у гамаков Беркли, Тэйлора и Фитца.

В час дня встретились с «Конкордом», в три бросили якорь на рейде Бастера. В восемь утра мистера Кейнса, ответственного за ночную смену, вызвали к капитану, и капитан велел ему убираться. Капитан добавил, что Кейнс наглец, раз осмелился бить рулевого. Кейнс был отпущен и взят под стражу в своей каюте.

В семь утра канонир пожаловался капитану на поведение мистера Трайпа прошлой ночью, и в тот же час последний отправился на топ мачты, где и провел весь день до четырех вечера, без еды. Когда он спустился, он взглянул на меня, будто чего-то хотел, и я передал ему стакан мадеры и немного жареной свинины.

Прошлой ночью парусный мастер пришел ко мне и шепнул, что у него есть кусок лиселя косого паруса, сшитый из отличной русской парусины (некоторые из французских пленников, прежде чем покинуть шхуну, разрезали парус и положили к себе в мешок), поэтому если я хочу себе немного ткани, чтобы сшить из него что-нибудь, например, мешок, он отдаст ее мне. Но так как он очень голоден, то надеется, что взамен я дам ему что-нибудь поесть.

Я подумал, что этот человек, должно быть, действительно голоден, еще до того, как он попросил. Я дал ему кое-какой еды, и он сделал мне наволочку для подушки из этой парусины, на которой я и спал сегодня ночью.

Заметка на полях: Когда мы переправляли итальянского маркиза (его владения на острове Салина) из Триеста в Анкару на фрегате «Бостон», я слышал, как он сказал:

— Английская кухня, конечно, самая богатая, но не думаю, что поэтому она лучшая.

Суббота, 14 июля 1798

Был на ялике рядом с нашей добычей, посетил немало лавок, чтобы узнать нынешние цены на разные товары. Нашел русскую парусину по цене 20 долларов за 40 ярдов.

Забрал девятигаллонный бочонок масла с “La Invariable” и отправил его на «Чайку» для наших нужд. Долго беседовал с миссис [имени нет], владелицей американской кофейни. Она осыпала проклятьями Питта[1] и охаивала Фокса[2], и однозначно думает, что все, что делают американцы — хорошо, но все, что делает девятый полк, — не то и не так.

Жена боцмана сошла на берег. Пьяна, как обычно. Поскольку она напилась портера, то почти лишилась дара речи. В руках она несла трехквартовый чайник, за который заплатила два доллара, но потеряла от него крышку. Чернокожая ребятня шла за ней по пляжу, и это напомнило мне, как в Англии маленькие птички летят вслед за совой, когда та вылетает из гнезда днем.

Обедал у миссис Уэйнрайт. Получил обстоятельную инструкцию от Левена, как готовить хлеб на дрожжах.

Дал трем французским пленникам говядины (из того американского быка) и жареной свинины с зеленью на обед.

Вернулся на борт в каттере в 8 вечера.

Воскресенье, пятнадцатое

Келли, корабельный кок, и Томпсон, личный кок капитана, закованы в кандалы за попытку продать вчера ночью восемь кусков корабельной говядины, украденной из кухонного бочонка на камбузе в полночь.