Беркут (Щегол-3)

— Да, попка — просто улет… — авторитетно заявила Дайна, правильно истолковав мой взгляд вдогонку, и перестала валять дурака: — А если серьезно, то переставай мечтать о продолжении и начинай шевелиться: Света дорвалась до терминала службы доставки и выясняет у меня ваши вкусы…

…Стараниями госпожи Уфимцевой, от избытка энтузиазма заказавшей два моих любимых блюда, я объелся до состояния нестояния и к моменту прибытия «Молнии» во Владимир пребывал в состоянии гастрономической неги. Вставать, собираться и идти за машинами не было никакого желания, но минут через пять-семь после остановки поезда задергались сопровождающие нашей гостьи. Пришлось брать себя в руки и делать вид, что все идет по плану. Что интересно, не зря: когда мы вышли на перрон, основная масса пассажиров успела вломиться в здание вокзала, а чуть позже выяснилось, что из вагона-автовоза выехали все машины, кроме наших.

Мы тоже не тупили — я выкатился на противоположный перрон первым, Иришка, «выпросившая» у Оли разрешение сесть за руль «Стрибога» — второй, а один из СБ-шников Уфимцевых — третьим. Супруга, конечно же, влезла ко мне, Светлана — к Дайне, а трое довольно сильных Одаренных — в «Урал», и наш кортеж плавно покатил к выезду с охраняемой территории.

По городу ехали ненамного быстрее, то есть, соблюдая абсолютно все правила дорожного движения. А после того, как вырвались на оперативный простор, как следует разогнались. Благо, третий водитель оказался очень даже неплох и висел на хвосте моего «Бурана», как приклеенный.

Первые две трети дороги болтали о всякой ерунде. Но стоило дороге миновать поворот на курортный поселок Дубки и ненадолго вылететь на побережье, как Уфимцева восторженно ахнула, уставилась на фантастически красивую бескрайнюю серо-стальную гладь и затараторила:

— По семейным преданиям, я влюбилась в море в восемь месяцев, увидев его с рук матушки, а потом замучив родителей до полусмерти попытками до него доползти. С тех пор любая их попытка вывезти меня на каникулы куда-либо, кроме нашего домика под Белыми Песками, встречалась в штыки. А на четырнадцатилетие я выпросила у папы Искру с жаром…

— Наш человек! — хохотнула Оля и сдала нас по полной программе: — Мы с Игнатом каждый божий день после первой утренней тренировки обязательно заплываем хотя бы метров на триста. И настолько достали Иришку рассказами о таком времяпрепровождении, что она бросила все дела и приехала к нам…

— … с концами! — закончил БИУС и сварливо добавил: — И хрен вы меня выгоните. Ибо в ответе за тех, кого раздразнили!!

Света похвасталась, что взяла с собой аж шесть новых купальников из коллекции какой-то Янины Свириной, БИУС поддержал поднятую тему, Оля навострила ушки, а я заскучал. Поэтому прикипел взглядом к заднему бамперу «Стрибога» и на какое-то время потерялся в своих мыслях. В результате наш поворот заметил только потому, что «лидер» вдруг ушел вправо и съехал на полосу замедления. С этого момента больше не зависал. И слава богу, ведь у КПП нас дожидалось четыре фургончика с логотипами довольно известных новостных каналов страны!

— Что они тут потеряли? — ошалело выдохнул я, заметив, как из ближнего фургона выпрыгивают двое мужчин с какой-то аппаратурой наперевес.

— Сенсацию! — хихикнула Уфимцева. — Ты побил свой собственный рекорд, сделал фантастическую рекламу новому «Стрибогу» и походя посадил в лужу автоконцерн «Рекорд».

— Эти гады перегородили подъезд к воротам! — недовольно буркнула моя благоверная.

— Зря… — ответила Дайна. Но не по конференцсвязи, а в наши гарнитуры. И приятно порадовала: — Старший дежурной смены СБ Бухты уже дал команду принять меры, так что сейчас начнется самое веселье.

Веселье действительно началось. Но чуть раньше, чем предсказывалось — не успели мы остановиться, как из «Урала» выбрались Одаренные Уфимцева и рванули объяснять журналистам их неправоту. Да, первые секунд двадцать четверка особо наглых пропускала их ценные указания мимо ушей и пыталась прорваться к нам, но как только из открывшейся калитки вышло трое бойцов «нашего» ЧОП-а, как писаки начали сдавать позиции. Правда, не все: огненно-рыжая «звезда всея Империи» с грудью размера «больше не бывает» и ее личный оператор, собственно, и перекрывшие проезд, уперлись, как бараны, и заявили, что не отгонят фургон до тех пор, пока не получат интервью.

А зря: самый возрастной из Одаренных сопровождения Светланы без лишних слов отбросил таратайку в сторону мощнейшим воздушным кулаком и, мило улыбнувшись, попросил прислать счет на ремонт пострадавшего автомобиля в поместье Уфимцевых.

Рыжей резко расхотелось строить из себя героиню, и она шустренько отошла от ворот. Ну, а Дайна дождалась, пока створка сдвинется на нужное расстояние и втиснула в эту щель сначала «Стрибог», а затем мой «Буран». Света, не привыкшая к таким маневрам, ойкнула, но быстро пришла в себя и тоже занялась делом. В смысле, позвонила старшему группы сопровождения, поблагодарила за помощь и пообещала премию лично от себя.

Пока она общалась по телефону, мы подкатили к фальшь-панели гаража нашего коттеджа, и я дал команду десантироваться из машин:

— Все, приехали. Заходите в дом, а я займусь рокировкой — отгоню «Порыв» во второй гараж, а «Буран» и «Стрибог» загоню в этот.

— А мы уже приехали? — удивилась Уфимцева и, судя по всему, потеряла дар речи, увидев, как «часть скалы» выдвигается вперед и начинает уползать вверх. Ну, а я дождался, пока Оля выберется из салона, развернулся и загнал кроссовер на его законное место. Потом забрался во внедорожник, прокатился на нем до гостевого коттеджа и припарковал в совершенно пустом помещении.

Пока возвращался обратно, «дамы» построили обычных андроидов и с их помощью утащили в гардеробную сначала все то, что Ольга с «Иришкой» накупили в Аверсе, а затем килограммов пятьдесят продуктов, приобретенных за несколько часов до отхода поезда. Так что спальни обеим гостьям хозяйка дома выделяла уже при мне:

— Ириш, заселяешься во-он в те покои, а ты, Света — в противоположные.

— Как это «в противоположные»? — удивилась Уфимцева. — Вы же, вроде как, собирались заселить меня в гостевой коттедж!

Моя благоверная отрицательно помотала головой и озвучила аргумент в «моем стиле»:

— До тех пор, пока не арестован урод, заказавший мое похищение, мы не расслабляемся. То есть, тренируемся и развлекаемся вместе, живем в коттедже с достойной системой защиты и выезжаем в город только в сопровождении твоих родичей…

…Дайна, две очень мотивированные помощницы и пять андроидов на подхвате сотворили чудо, подготовив гостиную второго этажа к визиту толпы гостей менее, чем за час. Я все это время занимался своими делами, а за десять минут до времени «Ч», как выразился бы Цербер, вышел на пляж и попал. В цепкие ручки Лизы Максаковой, дожидавшейся нашего появления. Выслушав два забавных поздравления — с бракосочетанием и победой над самим собой — попросил девочку, набравшую в грудь воздуха, чтобы продолжить тараторить, о помощи. В смысле, сообщил, что решил собрать народ на званый завтрак, но не знаю, проснулись отдельно взятые совы или нет.

Маленький, но очень деятельный ураган чуть не лопнул от возмущения, заявил, что на званый завтрак к нам-любимым обязаны явиться все, пообещал донести эту мысль даже до самых неисправимых засонь и унесся к коттеджу Фомина. И ведь не обманул: ровно в десять тридцать ожил дверной звонок, и я, спустившись на первый этаж, впустил в коттедж толпу из девяти человек.

Первый шквал поздравлений и добродушных подначек пережил в одно лицо. А для того, чтобы хоть немного отодвинуть и ослабить начало второго, сообщил гостям, что нашего полку прибыло. И, подняв их на второй этаж, прямо с порога гостиной представил «Иру» и Свету.

Начал, естественно, с первой. Согласно своей личной табели о рангах. И заявил, что к нам с Олей, наконец, приехала подруга семьи, на которую можно положиться в любой ситуации, и мы это чудо от себя не отпустим. Ибо любим, ценим и страшно соскучились. А затем посмотрел на Уфимцеву и толкнул речь совсем в другом ключе:

— А Светлана Валерьевна — дочь нашего делового партнера, без пяти минут хозяйка одного из коттеджей Бухты Уединения и, в скором будущем — соседка…

— Дальше можете не продолжать… — весело хохотнула Лариса Вольская: — Света — одна из немногих студенток Новомосковской Академии Управления Госслужбы, с кем мы с Дашей готовы идти хоть в разведку, хоть в отрыв…

— Да, мы крутились в разных компаниях, но это не помешало нам заочно друг друга зауважать… — без тени улыбки продолжила Бажова. — Так что полку оторв действительно прибыло. И если вы, Ирина Сергеевна, тоже любите позабавиться, в чем я, к слову, почему-то нисколько не сомневаюсь, то уже в конце весны Лукоморью придется туго.

— Короче говоря, добро пожаловать в Бухту Уединения… — улыбнулся Павел Максаков и снова сфокусировал всеобщее внимание на нас: — А теперь, когда официоз остался позади, напоминаю, что Игнат Данилович и Ольга Ивановна связали себя узами брака и… нагло отметили это событие без нас!

— Мы, естественно, страшно возмущены… — патетично воскликнул Виталий Фомин и, для пущей убедительности, недовольно нахмурился. — И требуем, чтобы в следующий раз вы, вредины, предупреждали нас о своих планах. Дабы мы не узнавали о ваших успехах из Сети, а участвовали в веселье хотя бы в качестве группы поддержки…

— Так, молодежь, вы наверняка услышаны, так что дайте слово нам… — потребовала Ксения Станиславовна, поймала мой взгляд и мягко улыбнулась: — Мы за вас искренне рады и от всей души желаем, чтобы ваше желание быть вместе крепло год от года, жизнь радовала победами, беды обходили стороной, а Удача помогала справляться с любыми проблемами…

…Поздравляли нас много, долго и с душой, надарили гору подарков под совместный отдых, а во второй половине изрядно затянувшегося завтрака вся молодежь как-то очень легко переключилась на обращение по именам и на «ты». К сожалению, даже в этой бочке меда не обошлось без ложки дегтя — Алла, невесть когда успевшая до смерти надоесть Паше с Лизой и настроить против себя Ларису, Дашу и Юлю, чувствовала себя лишней, здорово бесилась и изредка позволяла этой злости выплескиваться наружу.

Окажись я на ее месте, придумал бы благовидный предлог и свалил куда подальше. А она продолжала попытки обаять парня, не только уставшего от ее назойливости, но усиленно пытавшегося держать дистанцию. И, в конечном итоге, допрыгалась — вывела из себя Ольгу Максимовну. Нет, устраивать разборки при всех женщина не подумала — немного подождала и отправилась следом за Костровой в туалет. А там попросила минуточку внимания и выдала занимательный монолог:

— Знаете, милочка, я практически не вмешиваюсь в жизнь моего внука, ибо уважаю его и как личность, и как мужчину. Тем не менее, сегодня сделаю исключение, так как вижу, что его такт мешает высказать мнение о вашей игре во влюбленность. А я, как ректор НАИ, со всей ответственностью заявляю, что в неофициальном рейтинге бездарностей, виденных мною за тридцать три года работы в приемной комиссии, вы бы могли претендовать на место в первом десятке. Повторю еще раз: изображение чувств — это не ваше. Даже в том случае, если вы пройдете курсы актерского мастерства: в этой области у вас анти-талант. А Павел вырос в семье, в которой видеть фальшь учили чуть ли не раньше, чем говорить. И последнее: будьте любезны передать родичам, затеявшим это непотребство, что выбирать актрису надо тщательнее, ведь второго шанса мой внук не дает. На этом у меня, пожалуй, все. Надеюсь, что мы друг друга поняли…

По словам БИУС-а, незримо наблюдавшего за этим разговором, Алла не стала строить из себя оскорбленную невинность, краснеть, бледнеть или пускать слезу — коротко кивнула, справила нужду, помыла и высушила руки, завела на телефоне будильник и вернулась в гостиную. А через пару минут «приняла чей-то звонок», выслушала «неприятную новость», изменилась в лице, пообещала вылететь первым же рейсом, «сбросила вызов», повернулась к нам и сообщила, что ее вызывают в родовое поместье.

От пары предложений подкинуть в аэропорт отказалась наотрез и вызвала такси. Потом еще раз поздравила нас с бракосочетанием, пожелала собравшимся всего хорошего и заявила, что уходит собираться.

Я проводил ее до коттеджа Виталия Фомина, пожелал хорошей дороги, вернулся обратно и, наступив на первую ступеньку лестницы, услышал тихий шепот Лизы, дежурившей на втором этаже:

— Проводили до дому?

— Да.

— Значит, не вернется?

— Вероятнее всего, нет.

— Ура-ура-ура!!! — так же тихо протараторила она и качнулась в сторону гостиной: — Все, побежала я радовать братика…

Глава 7

11 января 2513 по ЕГК.

…Светлана действительно вкладывалась в личное развитие. Причем не год-два, а лет десять-двенадцать. И пусть местная школа рукопашки не тянула против унибоса моего мира, но, по моим ощущениям, эта конкретная девица при желании могла бы потягаться с Чирковым. Даже с учетом того, что Антон весил как бы не вдвое больше. Очень неплохо оказалось и с выносливостью — за первый час утренней тренировки Уфимцева ни разу не сбила дыхание, хотя нагрузку я дал более чем серьезную. А вот яркость «свечения» энергетической системы девушки под прозрением, откровенно говоря, разочаровала — за шесть лет раскачки «в аристократическом стиле» Дар развился всего-навсего до седьмого ранга. В общем, наша гостья могла стать идеальным спарринг-партнером для Ольги, а для меня была слишком легкой, медленной и слабенькой. Вот я их в пару и поставил. Затем показал Свете атакующую комбинацию, которую дольше всего отрабатывала моя супруга, помог разобраться во всех тонкостях, ткнул носом в «стандартные» ошибки и поручил сделать по сто повторений. А сам «сцепился» с носителем Дайны и отвлекался от спарринга на пределе моих возможностей только для того, чтобы исправлять девчонкам мелкие недочеты.

Как я их замечал? Да никак — за техникой выполнения движений следил все тот же БИУС. И, заметив что-нибудь «не то», сначала сообщал о нем через гарнитуру мне, а затем опосредованно помогал добиваться понимания. Итог этого часа занятия порадовал. Меня и мою верную помощницу. А настроение Уфимцевой вознес в небесную высь. Почему? Да потому, что она не просто поняла, а почувствовала эту боевую связку, что называется, кожей, испытала «в деле» и оценила КПД «моего» преподавания. В результате всю заминку сияла так, что не передать словами. А когда я дал команду готовиться к заплыву, с таким энтузиазмом рванула вниз короткие шорты, что вместе с ними стянула до середины бедра и плавки от купальника.

Я этого, естественно, «не заметил». Но толку — жена, изобразив жуткую ревнивицу, запретила зардевшейся девице меня соблазнять, а «Иришка», сев на ту же волну, закосила под эксперта по семейным отношениям:

— Эх, Оля, Оля… Вроде бы, не ребенок, а делаешь ошибку за ошибкой… Во-первых, такие проверки на силу чувств своих избранников надо проводить до свадьбы, дабы, в случае чего, успеть послать патологических гуляк лесом. Во-вторых, поручать роли коварных соблазнительниц профессионалам вроде меня, чтобы оказывать на слабую психику мужчины максимально жесткое воздействие. И, в-третьих, устраивая сцены ревности помощницам, убирать смешинки из глаз. Впрочем, помощница премиленькая. И свою роль отыграла на девять баллов по десятибалльной системе…

Пока они несли эту чушь, Уфимцева более-менее оклемалась и заметила, что в этих подначках нет ни капли негатива. Поэтому попробовала отшутиться в том же стиле:

— А че это девять, а не десять⁈

— Игнат в сознании…

— … а должен был упасть в обморок от красоты твоих прелестей! — как-то уж очень естественно разделив одну роль на двоих, парировали мои оторвы и жизнерадостно расхохотались.

— Ладно, буду тренироваться… — «пообещала» Света, аккуратно сложила снятый спортивный топик рядом со шмотками этих оторв, подхватила халат с полотенцем и рванула следом за мной. Ведь я к этому времени успел выйти в коридор.

Когда именно она раскочегарила жар я, признаюсь, не заметил. Знаю лишь, что в море влетела с разгона, сходу ушла на глубину и пронырнула до меня. Да, вернувшись на поверхность, какое-то время прятала взгляд и пугала густым румянцем, но потом сосредоточилась на получаемом удовольствии и постепенно отошла. Кстати, заметив, что с плаванием у Ольги не ахти, не стала строить их себя чемпионку Империи, а уравняла с нами скорость. После того, как «немощь» вцепилась в мои трапеции и довольно заулыбалась, притворно застрадала из-за того, что ее никто так не катает. А метрах в трехстах от берега вдруг горько усмехнулась и выдала забавный монолог:

— Третьи сутки сравниваю вас со своими родичами, одногруппниками и знакомыми. Они кичатся своим происхождением, строят из себя личностей с большой буквы, самоутверждаются за счет других и говорят в разы больше, чем делают. При этом не живут, а существуют и практически всегда идут по пути наименьшего сопротивления, что не вызывает ничего, кроме презрения. А вы цените людей не за происхождение, а за поступки, любите не только себя, ставите перед собой достойные цели, ломитесь к ним с неудержимостью тяжелых танков прорыва

и не живете, а горите. Поэтому влечете, как далекий костер зимней морозной ночью.

— Ты до него уже добралась… — без тени улыбки заявила Дайна, плывшая между мной и ею.

Девчонка отрицательно помотала головой и вздохнула:

— Нет, пока я подошла достаточно близко. Но для того, чтобы получить право сделать самый последний шаг, должна кое в чем признаться. Папа водит меня в Пятно с четырнадцати лет. Да, нечасто и недалеко, но я чувствую себя в нем достаточно уверенно. Скажу больше: прошлым летом я справлялась один на один практически с любым зверьем восьмого ранга. Поэтому тот поход за Одаренным медведем в компании с Гришей Синициным и Витей Пахомовым был провокацией: первый настолько достал меня рассказами о своем героизме, что я захотела поставить его на место раз и навсегда. О том, что эти придурки заберут меня из родового поместья, заблаговременно сообщила папе, так как люблю его так же сильно, как он меня, и стараюсь не совершать поступков, которые могут его обидеть или, не дай бог, разочаровать. Так что там, в лесу, только изображала пугливую дурочку, а на самом деле мысленно умирала со смеху, глядя, как эти «герои» рвут умениями воздух, и ждала появления отца. А тебя, Игнат, зауважала. Ибо держался ты достойнее некуда. Впрочем, твое появление в нашем магазине все равно пробудило мою паранойю и заставило решить, что ты решил заработать денег на шантаже.

— Ты извинилась, и мы не в обиде… — напомнил я.

— Верно. Но мне этого мало: я хочу заслужить вашу дружбу. Но дружбы без доверия не бывает. Вот и открываюсь, показывая себя такой, какая есть на самом деле…

…Желание заслужить нашу дружбу, высказанное Уфимцевой настолько интересно и толково, заставило меня переиграть планы на вторую тренировку. Само собой, светить наши разработки я был не готов, но счел возможным не тратить время на одни медитации и заняться раскачкой очень перспективного навыка. Поэтому перед завтраком попросил Дайну затащить в спортзал все десять «ящиков» и соорудить из них две тренировочные «дорожки». Конечно же, она только рулила, а тяжести таскали обычные андроиды. Но к моменту, когда мы ввалились в помещение, оно было полностью готово к занятию.

Реакция Светланы на это «великолепие» лишний раз подтвердила ее зацикленность на личном развитии:

— О-о-о, «клумбы»!!! Сегодня мы работаем над скоростью формирования цепких корней или колючих побегов?

— Не совсем: мы готовимся к весне, вот и начали осваивать волчий скок.

Тут девчонка подобралась и как-то странно прищурилась:

— А вы сумели выяснить, как он создается?

Этот навык был местным, так что я не стал строить из себя партизана:

— Мы не выясняли. Мы провели ряд экспериментов и пришли к выводу, что за этим названием прячется сочетание двух умений: окаменения из магии Земли и тонуса из магии Жизни. Первый на время «спекает» почву, а второй, «влитый» в растения в той же области, достаточно быстро возвращает их в исходное положение и, тем самым, окончательно затирает следы.

— С ума сойти… — ошалело выдохнула она и… снова посерьезнела: — Даю слово, что не поделюсь этой информацией ни с кем, включая отца!

— Верит в то, что говорит! — прокомментировала это обещание Дайна. И ехидно поинтересовалась. Все так же, то есть, через гарнитуру: — Поощрять и, тем самым, вырабатывать в ней правильные рефлексы будем, или как?

Я назвал Уфимцеву редкой умничкой, поймал взгляд «Иришки» и едва заметно мотнул головой. Выслушав предложение, коротко кивнул. А после того, как Оля, получив ценные указания «Ангела-Хранителя», «куда-то ушла», снова уставился на гостью:

— Ты владеешь какими-нибудь навыками контроля?

— Конечно! Колючим побегом.

— Тогда я бегаю по правой «дорожке», а ты пытаешься меня поймать. Вопросы?

Вопросов у нее не оказалось. Зато загорелись глазки. Так что я ушел на исходную, влил максимум Силы в марево и серией из пяти рывков пронесся по «ящикам»… или «клумбам», если пользоваться терминологией нашей гостьи.

Такой скорости перемещения девчонка явно не ожидала, поэтому смогла меня притормозить только на пятом. А когда оценила легкость, с которой я вырвался из контроля, изумленно вытаращила глаза:

— Ты скинул мое умение за долю секунды! Как⁈ Хотя… прости: это ваши наработки, и я не вправе задавать такие вопросы.

— Информация лично для тебя: для этого надо скинуть защиту, сорваться в стремительный рывок и снова поднять защиту. Причем два первых действия должны выполняться без временного зазора, иначе побег или корни оплетут ноги и уже не отпустят.

Света благодарно прижала ладошку к сердцу, дала слово не делиться и этим знанием ни с кем, включая батюшку, и попросила ближе к концу занятия разрешить ей «немного поотрабатывать» сброс контроля.