Вескер. Альберт Вескер. Колесо Фортуны

Вескер. Альберт Вескер. Колесо Фортуны.

Пролог

Вескер?

Знаете… Никогда не ловили себя на мысли, что ваша жизнь будто не ваша и вам не принадлежит? Я вот постоянно. Но начну, пожалуй, с самого начала. Меня зовут Альберт Вескер. Только это не моя фамилия. И даже имя не мое. Видимо придется углубится еще раньше. Свое настоящее имя я уже не очень помню, но каким-то образом попал в тело этого Вескера, когда тот был еще юношей. Он пережил очень многое… Тяжелое детство. И из всех детей проекта «Вескер» выжило лишь двое. А потом я осознал себя на его месте и начал пытаться как-то исправить то, что успел уже натворить юный Альберт пока еще был собой. Если честно я вообще удивлен откуда в таком юном теле и сознании столько злобы, ненависти и презрения к миру и окружающим. В прошлой своей жизни я был достойным человеком, во всяком случае хотелось бы в это верить. У юного Альберта удивительное тело. Здоровое, сильное и очень красивое. Только вот из-за отвратного воспитания все это великолепие блин было на службе у мелкого психопата с повадками матерого нациста. А я ненавижу нацистов. Вот очередная деталь о моем прошлом всплыла.

Слава богу я смог частично сгладить то, что он уже смог натворить за свою короткую жизнь. И что забавно у меня все же удалось нормально подружится с двумя людьми. Уильям Биркин и Джеймс Маркус, хотя с последним все несколько сложнее. С Биркином мы были не столько друзьями сколько соперниками с нотками дружбы. А вот Маркус был и наставником, и в некотором роде старшим другом для меня. Этот товарищ главного нациста Спенсера меня тоже порядком раздражал поначалу, но как оказалось, как человек он все же был получше Спенсера который сгубил несколько сотен детей ради эксперимента. Хотя, разумеется, и у него были некоторые очень темные стороны, и я не только про опыты на людях. Но надо отдать ему и должное, учил он на редкость хорошо и на совесть. Раньше никогда не замечал за собой тяги к генетике, вирусологии и прочим лабораторным фокусам, но с ними двумя открыл в себе новые и очень мощные таланты. И что куда важнее в итоге и я и Биркин были частью двух главных экспериментов нынешнего момента. Т и G Вирусы. И если у Биркина получилась какая-то чудовищная хрень способная даже из безобидной мышки сделать какую, то пасть с глазами и щупальцами, то у меня в целом вышло даже что-то относительно приличное. Ну… Как приличное. Вроде как из миллиона людей один обретает сверхспособности…

Но эй Рим же тоже не сразу строился, хотя буду честен. Т вирус — это провал. И если бы не клоны и гены особого русского, с которым мы познакомились относительно недавно, то этот вирус был бы максимум штаммом зомби апокалипсиса. Я уже говорил, как ненавижу Амбреллу и всех ее главных лиц? Ну вот теперь говорю. Причем как бы лицемерно это не звучало, но и Маркуса я в некотором роде ненавижу. И тем не менее несмотря на свою ненависть я обязан подчиняться. С учетом того, что я буквально их проект, и являюсь по сути их рабом. И слава блин богу что Спенсер и иже с ним не любители маленьких мальчиков. А то было бы куда хуже. Но я тем не менее заслужил какую-никакую свободу, и даже репутацию. Правда моя репутация что-то среднее между маньяком, повесой и любителем шуток за гранью фола. При этом обладаю внешностью… Ну. Были бы у меня усики кинул бы зигу и сказал истинный ариец. Высокий и крепкий голубоглазый блондин. Атлет и красавец. А имея такие данные проблем с доступом к женской ласке я не имел, да и неуверенностью в себе в таких условиях точно страдать не будешь. Но не об этом. Где-то в около 17–18 лет я оказался в лагере-лаборатории, где и познакомился со своими учителем и другом. Ну а что было дальше описывать скучно. Общался, развивался, тайком нарабатывал репутацию и искал компроматы и секреты на окрестный персонал, что у меня получалось с переменным успехом. Ну и главное. Я проводил над собой тайком другие эксперименты и нашел в своей крови интереснейшие добавки. Особо я об этом старался не светить, но по оговоркам как-то набуханного мной во время праздника Маркуса, у меня получилось в общих чертах понять кое-что о вирусе Предок, который и использовался в проекте В.

Именно от него я по-настоящему подробно смог узнать об эксперименте Вескер. А затем я и узнал, что у меня есть «сестра» по проекту, которую Спенсер от меня прятал, собственно, как и других детей этого проекта друг от друга. Как я слышал, выжил даже еще один ребенок, но его показатели были такими скромными, что от него решили избавится. Впрочем, мне это помогло в понимании своей природы и почему я так легко и быстро развиваюсь. Оригинальный Альберт считал, что кроме пафоса и боевых искусств ему ничего не надо. Я же с этим был не согласен. И в итоге занимался гимнастикой, не брезговал тягать железо и, собственно, изучал боевые искусства. И боже это стало настоящей страстью. Имея улучшенный организм, я мог творить финты круче чем в кино про Брюса Ли и Джеки Чана вместе взятых. И это было прекрасно. Ну где-то к 20 годам я стал настоящим Аполлоном. Мышцы у меня были чудовищно крепкими и мощными, и я даже пробовал вязать арматуру. Единственная проблема, омрачающая мое «совершенство» — это светочувствительность, из-за которой я ношу солнечные очки. Но за столько лет они уже давно стали частью моего образа. И образ был что надо.

Хех помню устроил розыгрыш над Уильямом как-то. Он вышел и работал, а я в идеальном шпагате висел на шкафах в его лаборатории. Он обнаружил меня только спустя 2 часа после начала рабочего дня, когда я передал ему сверху нужную пробирку и несколько дней после этого ходил как ушибленный и смотрел на потолок. Ну… Иногда мои шутки имеют действительно специфический окрас. Да и в целом, получив настолько сильное и могучее тело, у меня некоторое время была натуральная эйфория от открывшихся возможностей, и эту энергию я направлял иногда на подшучивание над коллегами. Например, начальнику службы безопасности комплекса я подарил советский красный телефон. А главной стерве заведующей одной из лабораторий вибратор максимального размера. Хотел еще подарить Биркину резиновую бабу, но гаденыш, как назло, начал крутить роман с лаборанткой Аннет. И похоже у них все складывается хорошо. И вместо шутки подарил я ему в итоге набор пробирок и новый микроскоп. Ну совет им да любовь. У меня вот только никак женщина не найдется. Все как-то не то… А я в плане отношений немного пуританин. Так что нужны чувства и эмоции. Но это все еще не мешает мне портить других лаборанток и старательно избегать намеков стервы заведующей. Как говорится я друг всех женщин. А дружбу сексом не испортить.

Но помимо шуток и некоторой несерьезности в один из этапов жизни, который все слава богу связывали с юностью, я также и готовился. Тайно, осторожно, но я начал собирать компроматы и данные на всех, с кем вообще работал. С моими талантами и попытками быть в каждой заднице затычкой, все не могло просто идти спокойно. Как и другие дети проекта Вескер, я постоянно должен был прилагать усилия и бороться за свое существование… Хренова туча разнообразных проверок, и даже немного пришлось отслужить в гребаной армии несунов демократии. Но, разумеется, даже после всех приколов и испытаний меня не могли просто так повысить и дать больше свободы. Собственно, нас с Уильямом решили повязать. Что у них почти получилось. Маркус был стар, и по мнению Спенсера был слишком себе на уме. И главный нацист решил с молчаливого разрешения последнего из основателей Эшфорда убрать нашими юными руками Маркуса… Но я все же был благодарен старику и не хотел, чтобы он просто так умер, да и с Уильямом это обсудил. По итогу мы тайно предупредили его, и к моменту как мы с расстрельной командой пришли наш учитель уже благополучно забрал чемодан денег из тех, что ему положены и уже свалил куда-то в район Мальдив, или куда там пенсионеры с мутными корнями сваливают. И когда безопасники пришли в его лабораторию там была только записка в стиле «Я устал. Я ухожу». Хех лицо Спенсера после этого я могу представить. В итоге нас таки повысили сделали вид, что все так и задумывалось, а это просто проверка.

Я не стал разочаровывать их ехидной улыбкой, а смиренно принял положенное повышение. По итогу мы с Уильямом разделились. Я продолжал поддерживать с ним контакт, и мы вместе все еще продолжали перестреливаться идеями. Ну и в итоге он таки сделал Аннет предложение. Молодца. А я… Меня Спенсер отправил на остров, где проводила эксперименты моя «сестра». Мда. Алекс была той еще эталонной стервой, но меня и моих талантов она боялась. Она в целом имела некоторые проблемы с головой на мой скромный взгляд. По итогу я немного помог ей с опытами и в целом зарекомендовал себя как очень талантливый специалист. Хоть она и считалась гением, я видел ее импульсивность и явный Макиавеллизм в поведении. Ну и на такое, разумеется, вел себя соответственно. Холодно, высокомерно и отчужденно. Но как мне кажется, когда я из в меру язвительного и ехидного бабника стал холодным и высокомерным, женщины начали на меня вешаться только сильнее. И в глазах у Алекс я видел крайне нехорошие искры периодически. Особенно когда я был высокомерен и язвителен с ней. Мда… Гребаный Спенсер сделал из нее скрытую мазохистку с комплексами. Слава всем возможным богам я провел на том острове не так уж и много времени, и она не начала пускать на меня слюни в открытую хотя у нас и была одна немного неоднозначная ситуация, которую я допустил после одного из опытов с прародителем.

По итогу меня отправили в Ракун сити… Город блин енота. Прекрасно. Но хоть с Биркиным встретились. Как мужчины выпили пива, обсудили женщин и в итоге мне пришлось тащить его пьяное тело домой. За что уже успевшая черт знает когда родить Аннет обещала ему устроить, когда он проспится. Так я и смешивал оба своих образа. Ответственный, но высокомерный гений, и ехидный бабник. И надо признать эти образы сыграли очень хорошо. И репутация у меня была что надо. Правда и спрос с меня был огромный, и неоднократно приходилось участвовать в операциях «в поле». И к моим 33 годам опыта оперативной работы, и в целом шпионской деятельности было завались. А за счет генетики и экспериментов тело у меня уже стало настолько мощным и гармоничным, что я начал скрывать его под водолазками, свитерами и лабораторными халатами. Только вот чем дальше, тем сильнее я нервничал. Будто собирается против меня какая-то пакость. И инстинктам я доверял. Ну и по возможности готовился. Старался укреплять отношения с тем русским, и продолжал собирать компроматы на всех и вся. Спустя непродолжительное время пакость все же случилась. Меня вызвали на ковер к начальству и приказали следить за новой инициативой в полиции городка. Они создали отряд СТАРС. Типа спецназа в квадрате плюс несколько специалистов широкого профиля. И меня с моими талантами решили без малого поставить туда гребаным капитаном, чтобы я следил и не допустил копания под Амбреллу. А то, что мне по виду чуть больше 20 лет их блин не смутило. Идиоты… Из меня капитан как из Уильяма балерина. Лучше бы внедрили как простого агента. Но нет так же не интересно.

По итогу меня заставили за неделю пройти весь курс полицейского и вбили все необходимые знания. При наложении на мои навыки военного и в целом эдакого спецагента, смесь получилась довольно гремучая. Потом дали волшебную папочку с компроматом на шефа полиции и отправили к нему в офис САМОМУ договариваться по поводу работы и должности. Нет, я понимаю, что это очередная проверка, но черт возьми, их, итак, слишком много, особенно в последнее время. Был бы я обычным человеком, и у меня бы давно случился нервный срыв. А ведь в последнее время даже обстановка в корпорации накаляется. На острове Рокфорт творится какая-то чертовщина, и младший Эшворд окончательно похоже поехал крышей. Но зато появились некоторые подвижки с Волчьей стаей. В итоге Я, гребаная совершенная форма жижи в лице человека сижу с гребаным портфельчиком в максимально карикатурном черном блин костюме в карикатурных же солнечных очках и излучая ПАФОС жду своей ГРЕБАНОЙ ОЧЕРЕДИ чтобы меня принял шеф сраной полиции, на которого у меня портфель компромата. Я ненавижу Амбреллу…

Глава 1

«Я с тобой в благородство играть не буду»

Когда наконец-таки настала моя очередь, а я был готов удавить вообще нахрен всех мимо ходящих, косо смотрящих, за спиной говорящих, меня наконец пустили. Хорошо, что выражение лица в стиле мыслящий кирпич было у меня почти на подкорке. И вот захожу я значится в этот полу кабинет полу охотничью выставку, и буквально охреневаю… Первая мысль была «Сидорович, а ты изменился за лето». А вторая после попытки не заржать ему в лицо, что надо теперь с этим Сидоровичем что-то решать. Будучи уже почти хозяином положения, так как мы оказались наедине, я мог позволить себе некоторую наглость. Сразу сел в кресло напротив него и выложил на стол «пинус», а точнее компромат, любезно собранный моей «любимой» корпорацией. И как только компромат оказался на столе, я все также молча положил ногу на ногу. Я с ним даже здороваться не стал. Большей мрази чем человек передо мной еще поискать надо. Не то чтобы в моем окружении было мало сволочей, но конкретно этот стоит особняком даже среди них. Я бы поставил его где-то на 3–4 место. Шеф Айронс с самого начала был ставленником Амбреллы. Человек с его девиациями и проблемами с головой просто не мог бы без прикрытия сверху добиться своего места. Пожалуй, это единственный факт, частично примиряющий меня с реальностью и подавляющий желание свернуть ему ночью шею.

Ну а увиденный компромат мог значить только две вещи. Либо корпорации что-то от него снова нужно, либо его сливают. Но так как «офисный служащий» перед ним не взял и просто обнародовал материалы и не отправил к нему даже убийц, значит все же первый вариант. И он черт возьми был прав. По мере чтения компромата, он все больше чувствовал, как на его сморщенных яйчишках сжимается невидимая рука большого брата. На самом деле вся эта ситуация отдает нелепостью. Насколько мне известно, раньше взятки и в целом дела с ним вела Аннет. И я не понимаю, во-первых, как Уильям вообще отпустил свою жену к такому человеку. А во-вторых, почему не взяли какого-нибудь агента-порученца. У Амбреллы такие точно есть, я знаю. Ну а касательно всей этой ситуации, что теперь и меня отправили с ним договариваться, до сих пор чувствую какую-то неправильность от всего этого. Вроде проверка, но, если честно выглядит как-то натянуто. Не лучше бы меня было отправить, например к мэру? Он тоже ставленник Амбреллы и имеет куда больше возможностей и власти. С его помощью поставить меня как капитана было бы проще. Если только они наоборот не хотят сделать все это в обход мэра… Может марионетка начала что-то делать свое и ему теперь меньше доверяют? Но тогда бы его уже скорее всего сместили, и его место бы занял «толковый заместитель». Эх… Пытаться думать логически в отношении корпорации в последнее время получается все меньше и меньше. Технологии развиваются, а методы у Спенсера и КО почти нет. Рано или поздно дерьмо вытечет, и скрывать все будет только сложнее.

После пары минут отойти от ситуации и подумать, которые я ему предоставил, прикурив сигарету, Айронс наконец поднял на меня взгляд. Я в этот момент доставал серебряный и очень дорогой портсигар с инкрустированными рубинами, который стоил мне буквально целую, блин, зарплату. Изначально я собирался подарить его Маркусу на день рождения, но ситуация с предательством и попыткой Спенсера его шлепнуть, привела к тому, что подарком стала возможность выжить. Сидор побледнел и начал потеть, однозначно поняв, что я нихрена не простой слуга корпорации. Портсигар, кстати, Маркус в злосчастный день со смехом отдал мне и сказал во время нашей последней встречи чтобы я не забывал его наставлений и оставил безделушку на память. Обычно я не курю, но потеющий и трусливый «Сидорович», слишком пробивал меня на ха-ха, и я решил закурить чтобы отвлечься. Я вытащил максимально дорогую черную сигарету с особо элитным табаком откуда-то из Швейцарии, и прикурил золотой зажигалкой, абсолютно не скрываясь. Понты мое все, а заставить Айронса бояться и уважать сильнее будет очень полезно перед тем, как я прямо скажу, что мне надо, как именно ему делать «Ку» и сколько раз, чтобы наше общее неофициальное начальство не пустило его перепелиные яйчишки на яичницу. Также я прибег к своей фирменной методе. Смотреть матом через очки, сделав при этом максимально высокомерное лицо, чтобы Сидору сильнее икалось. И только когда сигарета начала заканчиваться, а потеющее ничтожество передо мной взяло себя в руки, и наконец заговорило, меня тоже начало отпускать, видимо в сигареты положили какие-то успокаивающие травки. Бледный шеф полиции поправил воротник и с трудом из себя выдавил.

— Прошу прощения… Судя по всему вы уполномочены что-то от меня требовать? — Ну надо же блин. Сразу на вы и как уважительно. Захотелось сплюнуть, но я сдержался. В конце концов меня ознакомили с самим компроматом, и эта мразь передо мной вызывала только гнев и презрение. Убийства, изнасилования, иногда совмещение этих вещей и до кучи жестокое обращение с пленницами. Насколько я знаю, «по особым праздникам», ему в тайный подвальчик доставляют новую девушку, обычно из «уволенных» сотрудниц одиночек. Айронс был слишком удобным, чтобы просто слить или заменить его. Да и сам он почти шелковый и лезет чуть ли не из кожи вон, чтобы не дай бог не разочаровать руководство. Еще около минуты я смотрел ему прямо в глаза пока докуривал сигарету, стряхивая пепел демонстративно на ковер. И только когда сделал последнюю затяжку и затушил бычок о собственную ладонь, решил ему ответить. Моя регенерация не оставит от ожога даже шрама, зато Сидорович точно будет чувствовать, что я тот еще отморозок, очень опасен и играть со мной не следует.

— О да. «Вы» правильно поняли. — Я специально выдавил вы с презрением, чтобы он чувствовал, насколько я сейчас выше него, но нужно было побыстрее с этим заканчивать. В конце концов сидеть почти 2 часа в душной приемной в понедельник было не самым приятным опытом для меня. И несмотря на его откровенно смешной вид, я был достаточно раздражен. — Начальство потребовало, чтобы я разобрался с вашей неприятной и откровенно глупой затеей. Ваш отряд СТАРС, раздражает, и может сунуть нос туда, куда не следовало бы. Мы же не хотим, чтобы они начали что-то вскрывать? — Айронс лихорадочно кивнул. — Мне приказано проконтролировать отряд. Как я знаю в нем уже есть один капитан. Я займу место второго капитана и мне плевать как, и что вы будете для этого делать. Я понятно объяснил волю нашего общего начальства? — Начинаю давить взглядом. След от ожога уже затянулся, и не доставлял дискомфорта. Чтобы не оставлять бычок, я медленно убрал его в специальную трубку во втором внутреннем кармане. Сидор тем временем медленно обтекал и лихорадочно думал, но поняв, что прямо тут из него сало делать не будут приободрился и перешел на деловой лад.

— Разумеется. Я полностью вас понял. К сожалению, просто взять и сделать вас капитаном я не могу. — На что я раздраженно приподнял бровь. — Нет-нет! Я не отказываюсь выполнить задачу. Просто мне нужны ваши документы. Или хотя бы очень качественная подделка, желательно чтобы вы уже работали в органах правопорядка, и ваши данные, чтобы я мог оформить их как перевод из другого города. И там уже почти полностью законно смогу вас взять как капитана для подразделения. — В принципе логично. Такие документы у меня уже были, и я мог бы спокойно ему все предоставить. В принципе может и стоило бы помариновать его еще и поездить по нервам, чисто хоть немного почистить карму. Но на данный момент это было бы уже откровенно лишним. Он весьма договороспособен и давить еще больше будет уже вредно. Молча поднимаю у чемодана второе дно, где и лежат подставные документы. Сидор, когда увидел бумаги почти преобразился и стал ответственно их рассматривать и что-то проверять. Такие разительные перемены в поведении выдавали в нем психопата, но слава богу хорошо контролируемого. И пока я ждал, чтобы он полностью ознакомился с моим делом, решил и сам немного взглянуть липовые документы, которые на меня сделали. И после первой же страницы чуть не поперхнулся. Во-первых, оттуда на меня смотрел, о чудо, я, но в гребаных солнечных очках. Эти имбецилы сделали мое фото в очках как официальное для документа о переводе, а ведь у меня БЫЛИ фото без очков. Это уже даже не некомпетентность, а просто блин за гранью добра и зла. Проверка?.. Или просто какая-то ошибка? Так… Спокойствие. Буду делать хорошую мину при плохой игре. Если оно блядь так, значит я буду делать вид, что так и надо. И ладно бы только это, я в состоянии смирится с тупостью отдельно взятого человека администратора. Он вряд ли в курсе, что на официальных фото для документов и паспортов нужно видеть лицо полностью, если только это не очередная секретарша, попавшая на должность через постель. С этим было бы можно смирится, но, когда я увидел имя… Гребаное имя. Они указали меня в документах как Альберта Вескера. То есть вместо того, чтобы дать мне липовое нормальное имя, эти идиоты написали мое настоящее. Я лихорадочно начал искать упоминание что я тайный агент Амбреллы в документах. С такими вводными я бы не удивился, обнаружив и его, но слава макаронному монстру, хоть на это их куриных мозгов хватило. Тем временем Айронс уже изучил оставшиеся бумаги о моей службе в армии США, и качественную липу о моей работе в тайном отделе в Вашингтоне. Мало того что они спалили мое имя, и сделали мне фото на ОФИЦИАЛЬНОМ документе в солнечных очках, так они еще и личное дело мне собрали в стиле Рембо… Нет в принципе с моими талантами и данными я за Рембо вполне сойду, но выгляжу слишком блин молодо. Короче я обтекал и осознавал тленность моего бытия. Шеф полиции немного еще раз все изучил, пока я приходил в себя изображая мыслящий кирпич, и только потом решил разродится мыслями что делать дальше.

— Кхм. Извините господин Вескер- На что у меня дернулось веко, а Айронс дернулся вместе с ним. — В целом ваше дело меня устраивает. Есть конечно нюанс по поводу вашей фотографии в личном деле… Но я постараюсь его замять. Сегодня же я оформлю перевод задним числом, а завтра вы уже можете приступать к обязанностям капитана. Надеюсь, компания в вашем лице будет удовлетворена моей работой и содержимое этого портфеля, как и всегда никуда не поступит? — Он снова потел, вызывая у меня еще большее отчуждение, но я держал себя уже в руках. После такой подставы с документами я просто уже морально выгорел на сегодня. Так… Все. Заканчиваю с этим недоСидоровичем, и пойду наконец отвечу взаимностью нашей главной милфе лаборатории. Сегодня мне это точно нужно.

— Я вас понял. Разумеется, компании не нужно удалять столь полезный актив. Этот портфель полежит у меня, до тех пор, пока вы нас не разочаруете. Рассчитываю на ваше благоразумие шеф Айронс. — После чего я собрал все кроме документов на меня в портфель и спокойно отправился на выход. И пока Сидорович отходил от ощущения руки вождя у себя во всех местах сразу, я страдал. И эти душевные терзания могло унять только женское тепло и ласка, потому я не торопясь, забросив портфель в свой форд мустанг и поехал к лаборатории. Осталось придумать как мне найти ту гребаную секретаршу, которая слила всю мою конспирацию в унитаз, и хорошенько ее «изнасиловать» до полной потери связи с реальностью. Потому что такие церебральные сношения с моими бесценными мозгами не должны остаться безнаказанными. Никто не смеет делать меня клоуном просто так, а потому я буду мстить. Осталось только как-то ее найти… Потому что я не верю, что какой-то мужик мог так поступить, такие идиоты долго не живут в нашей «прекрасной» корпорации. Ведь не живут же?..

Глава 2

Пробирочные дела

Где-то минут 20 я успел проехать, предвкушая культурный отдых после тяжелой работы. Ничто не предвещало беды и раздражение потихоньку утихало. Утихало оно ровно до тех пор, пока мне не позвонили Уил. Вообще говорить по телефону за рулем не самая хорошая идея, но, когда ты долбаный сверхчеловек, с этим как-то попроще.

— У аппарата. — Вообще мне в целом мало кто может позвонить на личный телефон. Сейчас в целом, наличие персонального телефона с хорошей связью очень дорогое удовольствие и большая редкость.

— Альберт! Мне срочно нужна твоя помощь, вопрос жизни и смерти. — Из трубки доносился очень взволнованный голос Биркина. Первая мысль, решили пустить в расход, и болезного надо спасать. Вторая, что Уильям кого-то убил, и надо срочно прятать труп. С учетом того, что он был очень ценным сотрудником, первый вариант маловероятен. Логичнее попробовать сразу по второму.

— Куда ехать и чье тело мы будем прятать? — Мой голос был усталым и выдавал вселенскую тоску. Но на мое предположение, пол минуты из трубки была только тишина, а потом Уил наконец разродился ответом.

— Альберт, черт возьми почему у тебя все сводится к трупам⁈ Ох…- Он тяжело вздохнул. — Нет. Мне нужна твоя помощь. Как ты знаешь, я очень увлечен своим проектом, и сегодня мне сошло откровение. Во всяком случае я так считаю, и нам с Аннет нужно уехать в лабораторию, а маленькую Шерри не с кем оставить… Ал прошу тебя посиди с нашей дочерью. Ты единственный человек не принадлежащий к моей семье, кому я могу доверить посидеть с самым важным для нас человеком. Это правда очень срочно и важно…- Уильям замолчал. А я думал, что для меня важнее, приятный вечер с милфой после тяжелого рабочего дня, или единственный друг, которого я за 20 лет себе позволил. В принципе даже думать было не о чем, и я повернул машину, чтобы выехать на шоссе. Посмотрев, где я приблизительно нахожусь я ответил ему.

— Буду через двадцать или тридцать минут. Жди. — Едва я успел договорить, и в трубку сразу слышно его жизнерадостность.

— Спасибо Альберт ты настоящий друг! — Так и хочется попросить его зажевать лимон по приезду. Эх… А ведь я даже с их дочерью не знаком. Устроить ему что ли веселую сцену расстроенного в лучших чувствах друга? Ладно посмотрим, насколько это будет весело. Я же должен получить хоть какую-то компенсацию, пусть и моральную.

Накрылся мой отдых, но раз ему действительно нужна помощь, то я буду настоящей свиньей если ее не окажу. Хотя немного обидно… Надо будет чисто из природной вредности немного потроллить проБиркина. Ну хоть пока радио послушаю. Я прибавил громкость, как раз играла очень приятная композиция «Waiting for you». Под прекрасный женский вокал, дорога пролетела почти незаметно. Тот же небольшой, но удобный домик, к которому я подъезжаю. Уже потихоньку вечереет, и пригород Ракун сити особенно прекрасен в это время дня. На пару секунд я позволил себе глубокий вдох и взгляд на медленно закатывающееся солнце. Пригород куда меньше застроен, да и машин тут мало. Зато какие деревья и в целом природа. Воздух достаточно приятный, особенно учитывая, что большую часть времени я по пыльным комплексам и лабораториям шастаю. Насладившись кратковременным отдыхом, неторопливо иду к двери убрав руки в карманы. Та же самая дверь, в которую я затаскивал почти блюющего Уила. Позволяю себе легкую усмешку и звоню в дверь. Ее почти сразу открывает полуодетый Уильям. Он переодевался из гражданского в рабочее, и видимо был, где-то на середине сего занимательного процесса. Спокойно приподнимаю бровь, и Уил, воровато оглянувшись, быстро затаскивает меня в дом. Опять на измене сидит. Мы в ебенях, тут никому нет ни до него, ни до меня дела.

— Блядь Альберт ты даже не представляешь, все это время решение было так близко, а я как дурак топтался на месте. Нужно всего лишь привязать вирус к конкретному носителю, которого можно будет если что клонировать или размножить, главное, чтобы у носителей вируса были максимально схожие гены. Вирус подстраивается под конкретного носителя… — Но я прервал его несомненно важный спич.

— Уил, останови своего внутреннего гика, и лучше скажи, где Аннет и Шерри? — Он быстро потупил глаза и как-то стыдливо их опустил. Это было отличительной чертой Уила. На работе он был тем еще отморозком. Просто так я бы про трупы не подумал. А в кругу семьи и самых близких этот моложавый доктор Менгеле превращается просто в чудаковатого гика.

— Да конечно… Аннет сейчас тоже одевается, а Шерри сидит у себя в комнате. Я сейчас позову ее и познакомлю вас. Ты ведь еще не знаком с моей дочерью правда? — На что я посмотрел на него матом. У меня это хорошо получается, но, пожалуй, неплохо дать еще и пояснение для социального тугодума.

— Ты мне вообще сказал, что у тебя оказывается есть дочь только пару дней назад во время нашей встречи в баре. — Осуждающе складываю руки на груди и поправляю очки.

— Прости. Эх… Ты мой единственный друг Ал… Просто я слишком увлекся исследованиями в последнее время. — Я тяжело вздохнул… Угу. На 10 блядь лет увлекся. — Слушай… А как ты вообще к детям относишься? — На что я уже хотел сделать себе фейспалм. Удержать закономерный вопрос несмотря на все усилия не получилось.

— Ты блин спрашиваешь у меня это только сейчас, серьезно? — Мое лицо выражало уже настоящий ахуй. На что Уильям натурально покраснел от стыда как школьник. Совсем уже жизнь просрал со своими исследованиями. — Эх…- Я устало вздохнул и потер переносицу. От градуса абсурда уже начала потихоньку болеть голова. — Не волнуйся Уил. Я люблю детей. — А когда он наконец выдохнул и расслабился, отправившись к комнате Шерри, я невинно дополнил. — Только не мальчиков. — От чего Уил чуть не упал, врезавшись ногой в угол дивана.

— Альберт! — Меня улыбнуло от хотя бы такой маленькой мести. — Какого хера ты говоришь так двусмысленно⁈- На что я еще более нагло ухмыльнулся. Нельзя говорить лучшему другу что у тебя есть дочь спустя 10 лет от ее рождения и никак за это не пострадать. Да и хоть немного отомстить ему за обломленный вечер нужно.

— А это тебе месть. Ты мне за все это время про дочь ни разу не сказал, да еще и приятный вечер на сегодня обломал. Так что думай и беспокойся, что лучший друг делает с твоей маленькой, невинной и беззащитной дочерью сегодня вечером, пока они остались одни. — Я снова сложил руки и посмотрел на него с осуждением, на что Уил прикрыл лицо рукой. И тут я натурально выпал в осадок. Из комнаты осторожно выглядывала очаровательная белокурая девочка лет десяти. У нее были огромные и очень яркие синие глаза. Я постыдно чуть не двинулся к ней с самыми гнусными целями восклицая какая прелесть. От немедленного затискивания ее спасло только опасливое выражение лица. И в принципе я мог понять, чего она опасается. Наговорить такое чтобы поиздеваться немного над Уилом было немного перебором… Да и выглядел, мягко говоря, колоритно. Высокий, блондин в черном кожаном плаще в черных же брюках, и солнечных очках. Для маленькой девочки такой человек точно выглядит подозрительно. Но зато я был чистый и от меня пахло приятным одеколоном. Надо отдать должное ее немного напряженная мордашка, и робкое выглядывание из-за угла двери были ударом в самое сердце. В том что люблю детей, я Уилу не соврал. Я уже и сам немного покраснел от стыда, а меня ОЧЕНЬ сложно смутить. Посмотрел на Уильяма еще раз матом, это он во всем виноват. А потом до меня дошло… Малышка смотрит на меня как на полного незнакомца. То есть он ей даже не рассказывал обо мне, своем лучшем друге?

— Уил… Беги…- На что тот поспешил обойти диван так, чтобы он был, между нами.

— А-Альберт. Не злись. Я правда даже не подумал вас познакомить. Слушай правда извини. — Но я уже не хотел слушать его. На самом деле меня очень расстроило, что за гребаные 10 лет он не додумался даже рассказать ей, что я друг их семьи. И ладно Уил, он дебил, но чем занималась Анне? Он блин даже не предложил мне стать крестным. Где дружба? Где уважение? Где шнапс⁈ Оторву голову поганцу она ему все равно не нужна. Я, сохраняя достоинство начал обходить диван, а Уил с явным нервным напряжением также от меня отдалялся.

— Не злится? Я тебя удавлю здесь же гадёныш. Твоей дочери уже 10 лет, а ты только собрался нас знакомить? Ты ей даже не сказал о моем существовании. Иди сюда и прими свое наказание. Мы с тобой дружим дольше чем ты состоишь в отношениях с Аннет. Но ты меня решил с дочерью познакомить только СЕЙЧАС, когда тебе блин надо срочно уехать и в городе, о чудо есть твой лучший друг. Нет тебе оправданий. А теперь быстро подошел и дал сломать тебе лицо! — Мы наворачивали круги вокруг дивана. Я старался все равно выглядеть достойно, и не помять свой плащ с одеждой. И это давало Уилу некоторое пространство для маневра. Он что-то еще лепетал и оправдывался, но я был твердо намерен свершить над ним старое доброе ультранасилие, кхм то есть правосудие. Краем глаза я увидел, как малышка тихо хихикает, от того, как я гоняю ее отца по всей комнате. Мы отвлеклись на малышку оба, но я отошел быстрее и рывком сократив дистанцию поймал Уила. О теперь месть свершится. Я схватил его за голову двумя руками, и поднял над полом.

— Ай-ай-ай Альберт! Отпусти! — Он начал крутится, и пытался разжать мои руки, но не ему, дрищеватому ученому противостоять захвату от совершенной формы жижи. Спустя минуту экзекуции, из другой комнаты вышла Аннет.

— Здравствуй Альберт. — Она улыбнулась, увидев Уильяма в таком положении. — Обещаю, что позволю тебе задушить его, когда мы вернемся. Извини, что так получилось. Я ведь пыталась уговорить его познакомить Шерри хоть с кем-то из нашего круга общения, но Уил был против. — Аннет тоже было немного стыдно, что они за столько лет так и не познакомили меня с дочерью, но грамотно переложила всю вину на Уила. Умная женщина. Я же на ее слова лишь тяжело вздохнул и отпустил болезного. — А ведь я ему несколько раз говорила, чтобы он позвонил хотя бы тебе, ведь ты наш друг. Да и ты должен был стать ее крестным. — Прогиб засчитан. Она явно решила подлизаться ко мне. Осознает, что виновата ненамного меньше него. На что Уильям к ней повернулся с обиженным лицом. О она абсолютно заслуженно руководит тобой в мирской жизни Уил. Зловеще поправляю солнечные очки, чтобы они сверкнули от закатного солнца.

— Уильям… Желаю, чтобы твои яйца были под ее каблуком ближайшие сто лет. — Снова тяжелый вздох… и я попытался сесть на диван, но тут Аннет решительно меня остановила.

— Альберт. — Она показала на меня пальцем. И оглядев себя я снова тяжело вздохнул, и отправился в прихожую. Уже спустя минуту, пока все восстанавливали душевное равновесие я вернулся. Без плаща, я уже смог спокойно сесть и закинул ногу на ногу, и приподняв бровь посмотрел на Аннет. Она лишь чуть кивнула и чуть улыбнулась. Понимаю, никто не любит срач в доме. В целом она была достаточно симпатичной женщиной, и роды ее не испортили. Хотя… Заглядываться на жену друга я не собирался. Я был расстроен таким пренебрежением со стороны своих, казалось бы, верных друзей, приводил мысли в порядок, и задавался вопросом, что теперь делать. Спустя пару минут, когда девочка уже почти вышла, а все в комнате успокоились, Аннет снова взяла слово. — Извини что так получилось Альберт. У него случилось внезапное «озарение», а ты был единственным человеком поблизости, кому мы могли бы доверить дочь. Я понимаю, что после такой обиды ты вполне можешь отказаться, и не захочешь некоторое время даже общаться, пока Уил не возьмется за голову и не извинится нормально. — Она была подчеркнуто вежлива и делала виноватый вид. Но тем не менее, я прекрасно видел, что она пытается мной манипулировать, да и ехал я не для того, чтобы ссорится, хотя сейчас некоторая обида и есть.

— Нет. Я приехал и сделаю то, для чего меня звали. Нас наконец познакомят хотя бы, или маленькая Шерри так и будет наблюдать как абсолютно незнакомый ей мужчина разговаривает с ее родителями как будто мы знакомы уже сколько? — Специально давлю взглядом Уила. — Лет 15? — Снова поправил очки, а горе родители потупили глаза вниз. Но через несколько секунд мать лишь вздохнула и повернулась к любопытной дочери. Малышке явно было некомфортно рядом со мной, и я решил пока не делать резких движений, предоставляя все Аннет.

— Итак Шерри познакомься, этот мужчина в очках и всегда черном Альберт Вескер. Он очень близкий и важный друг нашей семьи. Мы должны были рассказать тебе о нем раньше, но, к сожалению, не сделали этого. Сейчас нам с папой нужно отъехать по делам и скорее всего надолго. Так что сегодня за тобой присмотрит дядя Альберт. — На словосочетание «дядя Альберт» я почувствовал себя каким-то старым, но все же внешне никак этого не показал. Наоборот, я медленно встал и подошел к ним. С моим ростом в 190 сантиметров, и очень широкими плечами, я выглядел излишне крупным рядом с ними, и чтобы не пугать малышку еще больше, медленно опустился перед ней на колено, чтобы хоть немного сравнять наш рост и снял очки. От данной картины Уил немного даже был шокирован. Я был из тех людей, которые даже в душ ходят в очках, и последний раз он видел мои глаза лет 8 назад. Я чуть поморщился от слишком яркого для моих глаз света, и чуть не прослезился, но очень быстро привык.

— Привет Шерри. — Я старался говорить помягче, и улыбнулся ей. Обычно я скорее ухмыляюсь, но увидев настоящую и чистую улыбку Уильям аж икнул, гаденыш не верил, что я могу нормально улыбаться. Моя от природы приятная внешность и общее поведение помогли немного наладить контакт. Малышка уже не так крепко держалась за маму и снова начала проявлять легкое любопытство.

— У вас необычные глаза…- Она очень внимательно на меня смотрела, будто пыталась что-то понять или увидеть. Ну… Про глаза она права. Они у меня светло голубые, почти ледяные, а из-за особенностей моего зрачка и сильной светочувствительности, у меня очень суженные зрачки. Так что немного она права, у меня и правда необычные глаза. Чуть улыбаюсь ей, чтобы придать немного смелости.

— Надеюсь ты меня не боишься, и мы подружимся. — После чего перевел взгляд на старших Биркинов. — Ладно. Уильям, Аннет, можете ехать. Мы с Шерри постараемся найти себе занятие, и, если вы задержитесь я ее покормлю. — В итоге горе родители кое как собрались, Аннет поцеловала шерри в лоб, и они уехали. Я же повернулся к девочке и несколько секунд задумчиво на нее смотрел. Детей то я люблю… Только вот не очень хорошо понимаю, что с ними делать. Ну да ладно, тяжело в учении, легко в гробу. — Итак, чем займемся?

Глава 3

Отец на пол ставки

— Итак, чем займемся? — Складываю руки на груди и стараюсь тепло ей улыбнуться. Сама же Шерри будто растерялась. В один момент осознала, что находится одна в доме с посторонним человеком, но в то же время я ей понравился, и она не была слишком уж сильно напряжена. Главное чуть держать дистанцию. Она ведь совсем меня не знает пока.

— Ну… Я не знаю, что вы любите из игр и играете ли вообще. — Ее нерешительность была по-своему мила, но я решил чуть поддержать ее инициативу.

— Не беспокойся, я не против с тобой во что-нибудь поиграть. — Снова опускаюсь перед ней на колено, и мягко улыбаюсь. Еще немного ей понадобилось времени на раздумья, и борьбу с робостью, но у нее получилось и малышку будто осенила мысль.

— Может сыграем в прятки? — На ее предложение я еще раз улыбнулся и оглядел себя. 190 сантиметров, и широкий как шкаф. О да прятки — это точно моя игра. Но вообще, если без шуток, я действительно умел очень хорошо прятаться для своих габаритов. Исключительно хорошо. Лицо же Шерри в тот момент было просто чудесным… Легкая смесь любопытства, надежды и детского озорства. Наверное, поэтому дети так прекрасны, их эмоции искренни и чисты. В них пока нет фальши, которая копится за годы общения с другими людьми. Искренность и непосредственность. Даже когда они врут или совершают ошибки, у них почти не получается никак это скрыть. Ловлю себя на мысли что просто не могу отказать, когда она так смотрит, и в груди появляется легкое тепло. Несмотря на то, что мы знакомы совсем недолго, она уже пытается подружится и найти какие-нибудь общие активности, хотя я вижу, насколько непросто ей дается общение с почти незнакомцем. По общему поведению и микромимике, я четко могу различить, что она иногда вздрагивает и в целом излишне нервничает. Судя по всему в последние годы, у малышки был не слишком приятный опыт общения с незнакомцами или, возможно, сверстниками. Проблемы в школе?

— Конечно. Я не против. — Еще одна мягкая улыбка. На самом деле я не раз задумывался о поиске достойной женщины и много думал о детях… Но, к сожалению, я прекрасно знаю, что будет дальше и не могу позволить себе этот эгоизм. Семья с Амбреллой это лишний риск. Наплевать на страх и все же завести их, а потом просто пересидеть, где-нибудь в подполье? Не вариант. Мне придется разбираться с последствиями деятельности Амбреллы. Просто больше некому… Я уже начал готовится, но периодически все равно жрет изнутри одиночество, а теперь еще и удар от Уила. Но думаю сегодня я могу почувствовать себя отцом. Совсем ненадолго, да и не собираюсь я слишком уж сильно привязываться к малышке. Шерри преступно мила и очаровательна. Не думаю, что она будет против если я проявлю к ней немного отеческой заботы и эмоций. Неприятные мысли пролетели в голове меньше чем за пару секунд. У Шерри чуть загорелись глаза, видимо прятки одна из самых любимых ее игр. Она подошла, легонько толкнула меня ладошкой.

— Ты ищешь! — И убежала. Я же медленно и плавно встал. А потом закрыл глаза и начал отсчитывать три минуты. Этого времени ей за глаза хватит. Много времени отсчет не занял, и уже совсем скоро я начал обратный отсчет.

— Раз, два, три, четыре, пять. Я иду искать. — После чего не торопясь пошел ее «искать». Я совершенная форма жижи. У меня обостренный слух, обоняние и зрение. Чуть прислушавшись и окинув взглядом помещение, я сходу могу сказать, где именно она прячется. Но удовольствие от игры ведь не в том, чтобы найти, а в том, чтобы искать. Не буду торопится. Пройти разок мимо, проверить место рядом, чтобы она чувствовала, что я близко, но еще не нашел и у нее есть шансы. Это принесло свои плоды, и я буквально чувствовал восторг девочки. Родители явно с ней играли редко, и тем более так активно. В конце концов я не просто ходил с умным видом. Я заглядывал в шкафы, под диваны и кровати, иногда даже отодвигал мебель чтобы «проверить». Симулировать деятельность я умею, и девочке активность и легкое чувство опасности явно нравились. Я же погрузился в слегка медитативное состояние. Мне тоже было немного весело вот так просто играть с ребенком.

Сколько точно времени заняла наша игра сложно сказать, но мест, где спрятаться у Шерри оставалось все меньше. Я собирался потихоньку заканчивать и поймать ее во время попытки перепрятаться. Чего я не ожидал, так того, что она успеет открыть одну из вентиляционных решеток и попытается залезть туда. Только вот вентиляция в разных домах разная, и в жилых вроде дома Уила вентиляция откровенное дерьмо. Поначалу она туда пролезет, но в любой момент может застрять и тогда придется ее оттуда как-то доставать… А скорее всего разбирать часть стены. От осознания что она может не просто застрять, но и поранится там, адреналин в крови явно подскочил. Как я к ней рванул и успел перепрыгнуть кресло, стоящее на пути, даже не заметил. Осознал себя я, уже держа ее за ноги и не давая провалится в резко уходящий вниз вентиляционный лаз. Осторожно и медленно тяну малышку на себя. Когда она почувствовала, как начала проваливаться сильно испугалась и вскрикнула. А тут еще и я ее за ноги схватил. В крови все еще немного был избыток адреналина, но я старался тянуть ее осторожно. Со всей моей силой я мог просто сломать Шерри ноги по неосторожности… Аккуратно ее вытащил и не смог сдержаться. Робко прижимаю малышку к груди, и прекрасно чувствую, как сильно она дрожит. Такое вот положение заставило ее немного покраснеть и пискнуть, когда я только обнял ее. Сам я глубоко вздохнул и несколько секунд успокаивал свой пульс и сердцебиение, что у меня с переменным успехом получалось. Сам не ожидал что настолько сильно испугаюсь за это маленькое чудо. Что-то со мной явно не так в последнее время. Становлюсь слишком эмоциональным и нестабильным. Махнуть что ли ромашки от нервов? Окончательно в себя я пришел, когда услышал ее тихие слова.

— Дядя Альберт… Отпустите пожалуйста… — На меня будто ведро холодной воды вылили. Черт… Взрослый мужик, а позволяю себе такие реакции. Медленно ставлю ее на землю и снова опускаюсь на колено.

— Прости Шерри… Я сильно испугался за тебя. Извини что напугал. — Аккуратно кладу руки ей на плечи, и малышка чуть вздрогнула, но посмотрела мне в глаза. Сейчас мне нужно все ее внимание. — Пожалуйста будь в будущем осторожнее. Я не знаю кто тебе рассказал, что можно прятаться в вентиляции, но ты должна кое-что знать. В разных домах вентиляция разная. В больших зданиях, муниципальных, административных или просто многоэтажных вентиляция действительно большая и ты могла бы там пролезть и спрятаться, но в малых жилых домах вроде твоего вентиляция меньше и сделана сильно по-другому. Ты там вряд ли пролезешь и прятаться в таких вентиляциях опасно. Я не виню тебя, что так получилось просто… — Тяжело вздыхаю. — Будь осторожнее пожалуйста. Хорошо? — Я смотрел ей в глаза, но старался не давить. А она как будто загипнотизированная смотрела мне в глаза. Около минуты продолжалась эта игра в гляделки, пока она будто не осознала происходящее. И снова малышка покраснела и отведя взгляд и начала яростно кивать. Я же отпустил ее и чуть отодвинулся назад. Эх… Как бы она не начала после этого от меня шарахаться. В конце концов мы знакомы меньше дня, а я уже позволял себе больше, чем можно просто другу семьи. Надо держать инстинкты в узде. Раньше я не замечал за собой такой сильной тяги оберегать каких-либо детей. Да и излишняя эмоциональность… Раздражает и вызывает беспокойство. Может это побочный эффект первой части сыворотки, которую я себе ввел? Она должна была подготовить тело ко второму этапу, но могла повлиять и иначе. Я стал сильнее, быстрее и очень быстро регенерирую как для человека. Может изменение метаболизма и в целом клеточной активности слишком повлияло на гормоны. Надо быть аккуратнее, а то малышка меня еще за педофила примет. Особенно если вспомнить, что я наговорил Уилу чтобы его попугать. За ту сцену до сих пор хочется себе ладонью лицо разбить… Да и в целом за всю эту ситуацию со знакомством откровенно стыдно. — Так. Ладно. Раз я тебя поймал, значит теперь я прячусь, верно? — Попробуем сменить тему, чтобы малышка не концентрировала сильно внимание на недоразумениях.

— Эм. Да, наверное. — Шерри на меня посмотрела с легким недоверием и смятением, от чего мне стало почти физически больно. Но стоило мне только сделать шаг назад и попробовать «уйти в стелс», как у малышки заурчал живот. Да ладно…

— Только не говори, что они тебя даже не покормили обедом…- У меня готов был задергаться глаз. И стыд быстро был вытеснен гневом на горе родителей. Так с ребенком поступать нельзя. Кто виноват, понятно, теперь вопрос что делать. Хотя… Тоже понятно. Ребенка, очевидно, надо кормить. Сама же Шерри в очередной раз покраснела и попыталась прикрыть руками живот. Милота…

— Извините… — Ей тоже было стыдно. А я не хотел усиливать ее смущение, как бы мило она не выглядела. Нужно покормить не просто покормить ее, но и оставить ужин как для нее, так и для родителей. Зная их, они не додумаются поесть на работе, и скорее всего снова придут голодными.

— Не переживай. Пошли нападем на холодильник, сообразим что-нибудь поесть. — Я провел ей по волосам, убирая челку с лица и пошел на кухню. По дороге на кухню я мельком посмотрел на себя в зеркало и замер… Быстрый шаг к нему ближе и пристально рассматриваю глаза. Они оставались по-прежнему голубыми, но зрачок вытянулся, став немного вертикальным. Со стороны это выглядело очень… Необычно. Пока разглядывал глаза, зрачок медленно снова становился круглым, но сама тенденция настораживает. Получается из-за всплеска адреналина, зрачки меняют свою форму. Значит теперь очки снимать вообще нельзя. И теперь точно ясно на что девочка залипла на целую минуту. Я сразу достал из кармана очки и одел их. На мои действия с любопытством смотрела Шерри, и я просто улыбнулся ей и приложил палец к губам. Она явно поняла, о чем я. Умная девочка… Собрав мысли и яйца в кулак, я быстрее пошел на кухню. Ребенка и горе ученых все еще нужно кормить. Ну… Я догадывался что именно меня ждет. Полная раковина посуды, пригоревшие остатки еды в сковороде, грязные кастрюли… Мда. Ну ладно. Сначала надо сообразить что-то чтобы Шерри могла перекусить, пока я готовлю нормальную еду. Она не торопилась и терпеливо села на стул, сверля мне спину задумчивым взглядом.

Я со скорбными мыслями открыл холодильник, но почти сразу выдохнул. Хоть здесь они не разочаровали. Аннет явно хорошо и много готовит дома, несмотря на работу и домашние дела. Если не считать посуду, то во всем доме очень даже чисто. На нижней полке была небольшая коробка с размороженным мясом, и ящик был полон свежих овощей, а на остальных полках было много сыра, колбасы, фруктов, консервированных овощей и прочего. Но в качестве перекуса для ребенка решил не делать обычные бутерброды, а немного постараться и сообразить ей более полезный перекус. На творог я даже не рассчитывал, но кое-что все же нашел. Немного меда, фруктов и йогурт. Обычно его конечно в еду не добавляют, но вкус достаточно нейтрален, чтобы подойти под фрукты. Я взял немного йогурта, использовал жидкий мед, чтобы придать ему нужную консистенцию и вмешал туда кусочки яблока, апельсина и бананов. Итоговый фруктовый салатик я поставил перед Шерри. Выглядело оно не сильно красиво, но было очень вкусным. Даже себе раньше похожий делал. Но в последнее время вынужден питаться тем, что под руку подвернется. Пока я собирал посуду и собирался мыть самое нужное для готовки, Шерри наконец попробовала салат. По началу ее лицо было немного брезгливым, в конце концов дети часто едят сначала глазами и только потом пробуют. Но после первой же ложки в рот направилась вторая, а у малышки заблестели глаза. Понравилось. Я и сам усмехнулся и наконец придумав что и как буду готовить, начал мыть сковороду, кастрюлю, доску и пару ножей. Мне много чего понадобится. Пришлось снять перчатки и заткнуть их сзади за ремень. Пока я занимался посудой, Шерри наконец доела салат и задумчиво смотрела в тарелку. Впрочем, я быстро закончил. Моющее средство было рядом, губок несколько запасных тоже. А я был достаточно силен, точен и быстр. Уже через пару минут я закончил со всем этим и открыл холодильник. И нельзя, разумеется, было упускать из виду Шерри надолго. Достал из холодильника овощи и мясо, после чего взял помытый тазик и начал резать говядину на пласты. Шерри следила за мной с сильным любопытством.

— Папа готовить вообще не умеет… — Малышка явно поделилась наболевшим. — Он может сжечь что угодно. Даже вареные макароны. — Ее взгляд выражал подозрение и непонимание. У меня же вырвался легкий смешок.

— Ну. В отличии от Уила я учился готовить, причем достаточно долго. Тем более что у меня точно нет Аннет или еще какой девушки, которая бы готовила мне. — Вообще сам процесс готовки мне нравился. Медитативно и не торопясь резать мясо, овощи или рыбу вполне себе полезно. До ресторанов мирового уровня, конечно, не доходило, но сверхчеловеческая физиология и тут помогала. Я чувствовал запахи куда тоньше и знал какие специи и в каких количествах нужны, чтобы раскрыть вкус мяса, рыбы или птицы.

— А почему у вас никого нет? — Мда… Детская непосредственность как она есть. Прекрасно. Но и ответить честно я ей не мог, впрочем, как и промолчать.

— Как бы тебе сказать. — Позволяю себе несколько секунд подумать над этим. — У меня много работы и с нынешними условиями я не могу себе позволить настоящие и длительные отношения. — Шерри чуть нахмурилась из-за чего у нее будто чуть надулись щечки, получив тем самым плюс тридцать очков к милоте.

— А вы разве с папой не работаете в одном месте? — Ее глаза внимательно следили за мной и моими действиями. Очень умная девочка…

— Не совсем. Мы работаем хоть и в одной компании, но в разных… Отделах, если это можно так назвать. Учились мы в одном месте, где, собственно, и познакомились лет 15 назад. С тех пор дружим и поддерживаем контакт. Сейчас просто так совпало, что компания направила меня работать в этот город, и мы с Уилом снова можем нормально видеться и общаться. — Пока отвечал на ее вопрос успел нарезать большой кусок вырезки на стейки, и положить их в таз. После чего добавил масло, горчицу и специи. Грубо говоря, я мариновал мясо перед жаркой чтобы было особенно вкусно. Говядина была без жировых прослоек, поэтому решил в качестве основного носителя добавить именно масло. Во время последующей жарки масло и специи лучше смешаются с мясным соком и ничего не пригорит. И даже можно будет в будущем полить этим соком овощи или гарнир, к готовке которого я тоже собирался приступить. Налил воды в помытую кастрюлю и поставил на огонь. Девочка на некоторое время замолчала и задумчиво смотрела на маринующийся тазик с мясом. Открыл верхнюю полку и глаз задергался. Ну нормально же все было блин. Везде одни макароны… Только похвалил этих горе родителей, как на тебе. Взял первую попавшуюся пачку, паста фарфалле, в целом подойдет. Ну а пока вода закипала, я нарезал овощи на салат. Огурцы, помидоры и немного лука. Резал специально покрупнее, чтобы потом выложить часть салата на одну треть тарелки. Будет своего рода свеженькая закуска, чтобы хоть как-то разбавить жареное мясо и макароны. По-хорошему надо было бы сделать тушеные овощи на гарнир, но это займет много времени. Тем более, что скоро уже надо будет жарить мясо. А пока приходится все ждать, я продолжил мыть и составлять посуду в стеллаж. Шерри будто все это время собиралась с мыслями, или же просто стеснялась задать вопрос, но все же долго молчать ей было некомфортно.

— Скажите дядя Альберт, вы всегда один? — Внешне я ничего не показал, но внутри как-то неприятно дернуло. Одиночество, несмотря на некоторое количество половых связей было моей главной проблемой. Ни поговорить честно с кем либо, ни банально дружески пообщаться. С Уилом тоже разговоры пока как-то не очень вяжутся, да и хочется банальностей каких-нибудь.

— Почти всегда. — Голос абсолютно спокоен, а лицо идеально спокойно. Но Шерри явно что-то почувствовала. Действительно очень умная девочка, и у нее хорошо развита интуиция и инстинкты. Почувствовала, что лучше не развивать тему. Даже не верится, что такая умница могла родится от Уила, тут явно Аннет постаралась.

— Извините… Мне в школе тоже одиноко. Другие дети бывают злыми. — Малышка решила тоже поделится наболевшим. Ох маленькая. Попробую ее немного поддержать.

— Не отчаивайся и не грусти. Дураков и му… Кхм. Нехороших людей часто много, но есть и хорошие люди. Не переставай искать и однажды найдешь друзей. Верь в себя Шерри и будь сильной. Они все еще будут кусать локти, что такая очаровательная девочка с ними не дружит. — Чуть повернулся к ней и улыбнулся. Шерри снова чуть порозовела, но улыбнулась.

— Может и вы найдете себе девушку? Вы хороший дядя Альберт, и я уверена, что вам просто тоже не повезло. Еще повезет. — Она улыбалась искренне и старалась выразить поддержку. Какая же она прелесть… Такая милая и очаровательная. Эх… Альберт держи себя в руках, тискать чужих детей нельзя. Фу! Плохой Альберт. Впрочем, сдержаться у меня получилось. Лишь снова улыбнулся на ее слова и продолжил домывать посуду.

— Может и найду. Жизнь покажет. — Разговор быстро затих. После посуды наконец засыпал макароны в кипящую воду, чуть подсолил и начал разогревать сковороду для мяса. Хорошо, что, когда резал салат, добавил в маринад свежий нарезанный лук. Когда он при жарке карамелизуется, становится очень вкусным. Священнодействие началось почти сразу. На разогретой сковороде я немного прогрел горошины черного перца, и чуть-чуть пряных трав. Так сковорода получила немного их аромата, а я получил неплохое украшение для итогового блюда. Обжаренные специи положим в маленькую ступку и очень быстро измельчим при помощи рукояти ножа. В первую очередь черный перец, но сильно я старался не мельчить, да и время уже поджимало. Даже на медленном огне сковорода быстро разогревалась. Беру несколько бумажных полотенец и с их помощью снимаю излишки масла и маринада с мяса, и только затем выкладываю его на раскаленную сковороду. Сразу мясо зашипело и начало прижариваться, а кухню затопил прекрасный запах маринада и мясного сока.

Жарил я их недолго. Следя, чтобы появилась аккуратная румяная корочка, но, чтобы говядина ни в коем случае не стала сухой. После того как обжарил первые куски я не стал все убирать до конца и в сковороду, где был сок, масло и маринад я добавил чуть вина, и выложил туда лук из маринада. Все вместе я томил в сковороде под крышкой, и ждал пока лук как следует пропитается вином, маслом и маринадом. А после того, как выкипело вино, около минуты обжаривал остатки, пока лук не карамелизовался. И выложил готовые украшения вместе с луком на половину тарелки куда сложил жареное мясо. Шерри я, разумеется, лук не дам, но вот обжаренное до вина и маринада мясо вполне. Остались последние штрихи в виде переложенных макарон, и тарелки, в которую я все это и положил для малышки. За моими действиями она следила с настоящим восторгом. Ну да, по внешнему виду, да и по вкусу блюдо плюс минус как в дорогих ресторанах. А уж как запах приготовленного мяса будоражил обоняние… Сам я скорее всего буду есть уже когда вернутся Уил и Аннет. Положил ей в тарелку побольше салата, почти половину от всего объёма еды. На вторую аккуратно выложил макароны и сверху положил кусок мяса, чтобы на них тек с него сок. Чуть присыпал черным свежемолотым перцем и травами. Шерри смотрела на итоговую тарелку с жадностью и голодом. В отличии от йогурта с фруктами, это почти произведение искусства, да и в целом маленькой мисочки фруктового салата растущему организму мало.

— Налетай. — Я улыбнулся ей и спокойно сел напротив. Можно было сделать себе чай, но по итогу я решил попить просто воды. Шерри же почти сразу набросилась на еду. Хех. Было довольно умилительно наблюдать как малышка ест. Овощи явно не вызывали у нее особого энтузиазма, но она исправно их ела. Похоже Аннет уже разъяснила ей всю важность и полезность овощей. Время позднего обеда пролетело незаметно. У меня было о чем подумать, а Шерри просто наслаждалась очень вкусной едой. Под конец есть ей стало уже тяжело, но она все равно через силу пропихивала в себя остатки и с внутренней борьбой смотрела на последний кусочек от стейка. Борьба продолжалась недолго, и после тяжелого вздоха кусочек отправился в надежное место. И только когда вся еда наконец была съедена, Шерри расслабленно развалилась на стуле с довольной улыбкой. Молча беру тарелку и быстро ее мою. Не хочу оставлять грязную посуду, только помыл блин.

— Что будем делать теперь Шерри? — Я просто сел перед ней на стул и чуть улыбнулся. Сама же Шерри сейчас даже не в силах была встать и даже не сразу поняла мой вопрос. Ребенок счастлив. Ее беспомощное состояние и чуть порозовевшие щечки вызывали подлинное умиление, и легкую грусть на сердце.

— Ум… Может посидим посмотрим телевизор? Или можем поиграть во что-нибудь. Только не в прятки… — Да уж. Столько съев в прятки точно играть не будешь. Возможно, надо было положить ей поменьше.

— Хорошо. Давай посмотрим телевизор. — Она с трудом встала и пошла обратно в гостиную. Я устроился на левой стороне дивана и включил телевизор. Особо ничего интересного не было, и я решил включить первый попавшийся канал с мультиками. Крутили какую-то странную фигню про Лося Буллвинкля, и я решил поискать что-то другое. Благо повезло найти Белоснежку от Диснея. Довольно приятный мультфильм. Шерри села на другую сторону кровати просто отдыхала после плотного обеда. А пока она отдыхала и, что самое главное сидела на одном месте, у меня было время подумать. Сейчас в городе енота нарастает напряжение. Инициатива полиции — это просто первый тревожный звоночек. Уже на протяжении нескольких лет я стараюсь незаметно для корпорации подрывать ее деятельность и опыты. Сильного успеха, разумеется, нет, но думаю скоро у меня выдастся хорошая возможность, ведь в районе этого города одновременно и одна из самых старых лабораторий Амбреллы и самых новых. Когда в одном месте собирается такое количество разноплановых исследований, что-то обязательно пойдет не так. Мне нужно просто готовится и закончить опыты с собственным усилением. Как бы Спенсер ни пытался, у него не получилось сделать из меня нациста с манией на искусственную эволюцию человечества.

В глубине души я понимал, что меня не оставят в покое. Скорее всего я продолжу бороться с Амбреллой и ее трудами на протяжении всей жизни. За столько лет, они создали слишком много ужасного, и кто-то должен бороться с последствиями всего этого. Нужно только найти или создать возможность извести корпорацию, а в идеале еще и выжить при этом. Мысли о возможной смерти меня не пугали. Боялся я только умереть напрасно. Особых сожалений о жизни у меня не было. Возможно, где-то у меня мог остаться ребенок. Во время службы в армии я познакомился с одной интересной девушкой. Может это была даже судьба. Вечер в баре, два одиноких человека и два стакана виски с карамельным ликером. Ну а потом был хоть и короткий, но очень бурный роман. Это было очень странное время, жаль, что продлилось оно недолго. Крайне редко я так сильно поддавался эмоциям. Впрочем, сейчас я уже ничего к ним не испытываю, просто приятные и крайне интересные воспоминания. Слишком мало у нас было времени для создания реальной связи. Хотел ли я себе настоящую семью и крепкие отношения? Черт возьми да… Одиночество уже потихоньку подтачивает даже настолько крепкого человека как я. В противном случае такой удар от Уила попал бы по мне не так болезненно. Я действительно дорожил нашей дружбой. Но теперь уже не важно. Буду жить с тем, что есть и именно с этим буду работать.

Тем более, что малышка как-то затихла. Медленно отойдя от размышлений, я повернул голову и удивленно заметил, что Шерри за это время подползла ко мне с боку, и сейчас спала, уткнувшись лицом мне в свитер. Она была настолько милой и беззащитной, что я не решился ее будить. Сначала новое знакомство, потом длительные прятки и очень плотный обед. Ребенка просто разморило. Внутри немного сжалось… Я бы хотел, чтобы и у меня был ребенок. Хотя может он где-то и есть, разве что шансов увидеть его почти никаких. Аккуратно провожу ей рукой по волосам убирая с глаз челку. Пусть спит. Посижу рядом и немного погрею ее. Сам же воспользуюсь временем чтобы обдумать завтрашнее. Придется быть копом под прикрытием. Причем прикрытием является именно личина копа… Да. Странно звучит. Завтра будет видно, и скорее всего придется импровизировать. Если отряд будет достаточно идейным и хорошо тренированным, я буду их готовить к будущему противостоянию с Амбреллой. Если же нет, то мне ни капли не будет их жаль. Амбреллу нужно остановить, нужно остановить Спенсера. Слишком много жизней уже унесла его жажда власти и богатства, и еще унесет больше, чем я готов просто принять. Но зато на новой работе пригляд за мной будет куда меньше, и я смогу расправить перепончатые крылья во всю ширь. У меня будет достаточно возможностей для набора компромата и осторожной подрывной деятельности. Сам я в последнее время спал тоже очень мало. Сверхчеловеческие способности от сыворотки помогали меньше нуждаться во сне в принципе, но разуму все еще нужен полноценный отдых. Ладно. Пока ситуация позволяет, отдохну немного. Еще раз провожу Шерри по волосам, и откидываюсь на спинку дивана. Совсем немного отдыха…

Глава 4

Неприятный разговор

Проспали мы до самой ночи, пока не вернулись Уил и Аннет. Я к тому моменту уже не спал, а перечитывал свою легенду для копов. Все более-менее важные мысли и информацию я записываю в специальный маленький блокнотик. Причем записываю все специальным придуманным мною циферным шифром. Маленькая Шерри до сих пор спала, а я перебирал ей волосы и гладил по голове. Собственно эту картину и увидели горе родители, когда пришли. Шок на лице Уила можно было, наверное, ложкой есть. А Аннет была просто задумчива. Похоже никто из них не ожидал, что я могу хорошо заботится о ребенке и тем более так ей понравиться, что она будет спокойно сопеть мне в свитер. У меня немного повышенная температура. Где-то 37–38 градусов. Так что вполне возможно, что она просто тянется к теплу. Но не скрою, мне приятно что малышка так мне доверяет. Я медленно повернул голову к ее родителям и приподнял бровь. На что Уил себе прикрыл лицо ладонью, а Аннет улыбнулась и жестами показала, чтобы я отнес ее спать, желательно аккуратно. За окном было уже совсем темно, и вполне может быть, что она может уже зайти на ночной сон. Судя же по виду Уила, он закончил G вирус, и, похоже, не особо доволен тем, что у него получилось. Он, конечно, отморозок от науки, но все же не совсем маньяк, и даже до его мозга дошло, что он открыл ящик Пандоры. Я аккуратно поднял Шерри на руки, и понес за Аннет. Было темно, но я видел очень хорошо в темноте. Впрочем, это не спасло меня, от того, чтобы наступить на кубик прямо возле двери. Было очень больно, но я только дернул глазом. Аннет похоже заметила мое легкое затруднение и улыбнулась, сдерживая смех. Она отогнула одеяло на кровати, и повернулась ко мне. Я шагнул вперед и аккуратно уложил Шерри, в конце поддавшись легкому импульсу и снова убрал челку с ее глаз. Аннет накрыла ее, и мы уже вместе вышли из комнаты. Она закрыла дверь, и мы отправились на кухню чтобы не разбудить Шерри. На кухне уже сидел Уил и был еще более растрепан и нервозен чем обычно. Я спокойно сел напротив него, и сложил руки на груди, а после фирменно посмотрел на него матом. Уил чуть сжался, но понимал, что поговорить нам придется.

— Прости Альберт… Ты был прав. — Мне откровенно стало паршиво. Еще когда я предупреждал его о G вирусе пару лет назад, когда он делился со мной своими выкладками, я рассказал ему что за чудовище он создает и к чему это приведет. — G вирус действительно создает монстров. Сегодня я тестировал образец на обычной полевой мыши… Ее было чудовищно тяжело убить. Даже при испытании на обычной черт подери мыши. Она заразила почти всех своих сородичей в клетке, а затем начала мутировать и пытаться покинуть герметичный бокс. Агрессия подопытной также увеличилась в разы. Сильный удар током ее только разозлил, а затем она и вовсе мутировала, и отрастила более прочный панцирь. Потом я попытался их сжечь… Это помогало только в начале. Чем дальше, тем быстрее она адаптировалась и к огню. В итоге избавится от них я смог только при помощи концентрированной кислоты, и то они пытались сопротивляться пока полностью не растворились.

— И ты, разумеется, не послушал меня. Как и всегда… Уильям. Я говорил, что, создавая такой вирус, ты выпускаешь зло. Абсолютная адаптивность и чистые инстинкты без разума. — Я потер переносицу. Аннет встала рядом с Уилом и положила руку ему на плечо, выражая поддержку. Эх… То, чего я боялся случилось, и этот дятел действительно создал вирус, снимающий ограничения для эволюции. Только вот эволюция вируса исключительно биологическая, а значит никакого разума, только инстинкты и постоянно развивающееся тело, крайне быстро превращающееся в монстра. Аннет попыталась защитить его.

— По-другому он не мог. Это удивительное открытие. Если правильно использовать вирус, то можно спасти очень много людей от очень многих болезней. Можно даже вернуть утраченные конечности. — Ну… она пыталась. Только вот кое-что все же упустила.

— Не защищай его Аннет. Этот великовозрастный дятел решил просто поиграть в бога. Я прекрасно его знаю. Все чего он хотел, это потешить свое эго поиграв в бога. Только вот в любой игре можно проиграть, и он проиграл. А теперь не только он, но и ты, и Шерри в опасности. Потому что его изобретение очень уж будет нужно одной небезызвестной корпорации. — Уил и Аннет молчали. Во мне же медленно закипала злость. Я умею обманывать. Умею втираться в доверие. И то, что мне приходится изображать, мне максимально не нравится. Сам я тоже не слишком хороший человек, и прекрасно знаю, что не мне их учить. Но он действительно не думал о последствиях, когда творил в своем угаре. Понимаю рисковать своей жопой, но нельзя подставлять семью.

— Ты снова прав Альберт… — На Уила было больно смотреть, он весь поник. Может я действительно немного перегнул палку.

— Лучше бы вы просто сбежали потрахаться… — Я снова потер переносицу. Глаза немного жгло, видимо снова зрачок вытягивается. И снова головная боль.

— Боюсь сейчас не время для шуток. Нам нужно решить, что делать дальше. — Аннет снова стала голосом разума. Я думал в целом так же, но все же не язвить не мог.

— Хорошо. Что предложит наш дятел как тот, кто непосредственно заварил эту ситуацию? — Я посмотрел на Уила и снова поднял бровь.

— Я не знаю… Если честно я даже не думал, что все получится настолько плохо.

— Разумеется ты не думал, у тебя же «озарение». — Я вздохнул и просто опустил руки. — Ладно… Первое. Нужно выиграть вам время. Я абсолютно уверен, что уже через неделю в лаборатории найдется стукач, который тебя заложит. Второе. Тебе надо сбежать из Амбреллы. Причем так, чтобы они тебя не нашли. А значит тебе придется продавать свою жопу правительству. Причем скорее всего не американскому, потому что треть правительства куплена либо Амбреллой, либо схожими конторами, еще треть стучит всем, кому можно, включая коммунистов, а еще треть живет в этом цирке и ловит приходы. Главное обезопасить Шерри и Аннет. А ты будешь работать над вакциной. Чтобы остановить ту херню, которую породил. Понял меня? — Я испытующе посмотрел на Уила, на что он чуть поморщился.

— Хорошо… Ты знаешь, как их обезопасить? — Я тщательно думал и прикидывал.

— Есть пара вариантов… Но оба тебе не понравятся. Первый, вы собираете прямо сейчас образцы, столько денег, сколько вообще сможете унести и сбегаете. Сбегаете настолько далеко насколько это возможно. Желательно в Канаду. Потому что Канада нахер никому не нужна. У вас будут шансы там действительно скрыться и сбежать, но прикрыть вас будет некому.

— Не думаю, что этот вариант подходит… — Аннет явно не нравилась первая моя идея. Хотя видит бог этот вариант лучше следующего… Я положил ногу на ногу и сложил руки.

— Второй вариант. Я «закладываю» тебя Уил, и вешаю Спенсеру лапшу на уши, делая вид, что сам беру тебя на контроль. Думаю, у меня получится выиграть год или два. Вряд ли больше. Ты за это время собираешь деньги, делаешь вакцину и пытаешься найти контакты в правительстве. Аннет и Шерри я тоже «беру на контроль», и стараюсь убедить Спенсера что это всего лишь блажь его любимого микрофюрера. При этом я буду следить чтобы с Аннет и Шерри ничего не случилось. И этот вариант на мой взгляд куда хуже. — Я внимательно посмотрел ему в глаза — Если не получится убедить «главу гестапо» в твоей полезности и в том, что я все контролирую, то он превратит вашу жизнь в ад и заберет все результаты твоих трудов, как сделал это с Маркусом, или как сейчас пытается провернуть с Эшвордом. Это нихера не шутки, и в первую очередь под угрозой находится твоя семья, а я уже привязался к Шерри и не хочу, чтобы она пострадала. Если ты великовозрастный дятел еще имеешь право рисковать, то вот ребенка надо спасать. Но у нас обоих нет человека, который мог бы без задней мысли и двойного дна присмотреть за ней пару лет пока мы пытаемся провести цыганские фокусы. А теперь Уильям я тебя очень внимательно слушаю. — И я продолжил сверлить его взглядом. Сам он был бледным и очень долго думал. Я не торопил его. Во многом и сам виноват… Нужно было еще настойчивее ему говорить об угрозе от G вируса в первую очередь для него и его семьи, а не людей в целом. Я должен был помочь. Должен был остановить. А теперь его близкие под угрозой.