Вернуть Боярство 16

* * *

Господин ей дал одно единственное, очень простое и предельно понятное задание — защищать Николаевск в его отсутствие. И Алена заверила его перед уходом, что город под надежной защитой.

А что в итоге? Не прошло и часа с его ухода, а враги уже каким-то образом обрушили стену и ворвались в город. Растерявшаяся девушка-нежить своими попытками командовать обороной только ухудшила ситуацию, но, к счастью, в гвардии с избытком хватало толковых командиров, и к её изрядному облегчению, довольно быстро нашелся человек, взявший с её позволения командование на себя. Сама же Алена, по его настоянию оставшаяся в резерве, сосредоточилась на единственном, что могла сделать — попытках найти командиров пришедшей под стены города армии кочевников.

И её долгие усилия оказались вознаграждены — в момент, когда она почувствовала, как колоссальный объем маны пришел в движение, она мигом поняла, что имеет дело с шаманом восьмого ранга. И сразу рванула сюда… Что бы встретить помимо шамана вполне себе русского Мага Заклятий с пятеркой Архимагов, скрытых в его тени. Скрытых очень умело и качественно — но не от неё, обладательницы громадного багажа знаний о темной магии от искуснейшего чародея в истории данного направления магии, Цинь Шихуанди.

Меч Алены мелькнул на немыслимой, чудовищной скорости, рассекая ставший неподатливым, как плотная древесина, воздух. Стоящий с мечами наголо чародей принял её удар на жесткий блок, одновременно с этим делая выпад вторым мечом — но кипящая от ярости и жаждущая реабилитироваться за провальное начало обороны города Алена активировала одно из заклятий, вложенных в могущественный артефакт восьмого ранга. Меч, изготовленный Императором Мертвых для своего вместилища, был не просто артефактом высшего ранга — это был предмет класса «Реликвия», как говорили о таких вещах. Сокровище, достойное стать регалией любого Боярского Рода — Темный Жнец.

Вспыхнули мертвенно-зеленым, недобрым светом руны, выбитые на лезвии из черного металла. Иссушение Жизни, заклятие высочайшей мощи, способное в считанные мгновения досуха испить все жизненные и магические силы жертвы, для чего достаточно было хотя бы опосредственного контакта с её телом и аурой. Даже скрещенных клинков было вполне достаточно…

Противник оказался на удивление хорош — едва чары начали активироваться, как во все стороны от него ударила волна многоцветной магической энергии, в которой чувствовалась немалая по объему мана. Это не было магией в привычном, классическом понимании этого — скорее всплеск странной, непонятной силы, природу которой Алена не поняла. Многоцветная волна прошла сквозь девушку, не причинив ей никакого вреда, и она уже приготовилась была к тому, что враг начнет стремительно иссыхать — не успев предварительно выставить защиту достаточной силы, от Иссушения Жизни было почти невозможно защититься, однако вместо того, что бы рухнуть замертво или получить хоть сколько-нибудь существенный ущерб чародей стремительно сплёл уже своё заклинание — и материализовавшиеся прямо из воздуха цепи из чистого, золотистого света стремительно рванули к ней со всех сторон, стремясь сковать чародейку.

Застигнутая подобным поворотом событий врасплох, девушка едва успела активировать Кокон Тьмы. Цепи света обвились вокруг едва успевшего появиться Кокона и начали его сдавливать, но Алена не стала дожидаться результата противостояния извечных, противоборствующих с начала времен сил. Вместо этого она резко взмыла в воздух и вытянула клинок в сторону уже разорвавшего с ней дистанцию противника. По какой причине не сработало Иссушение Жизни девушка не знала, однако с этим вопросом можно разобраться и позже. Сейчас главное одолеть врагов, напавших на её новый дом — дом, который она уже успела по-настоящему полюбить, несмотря на всю краткость проведенного здесь времени.

С кончика клинка вперед, вглубь лесной чащи сорвалась серая молния. Вражеский чародей успел среагировать, и на пути атакующего заклятия седьмого ранга возникла стена из многоцветной энергии. Атака девушки и защита врага столкнулись… И вместо ожидаемого в подобной ситуации грохота столкнувшихся могущественных энергий, ничего не произошло. Ни вспышки света, ни раскатистого эха, ни каких-либо разрушений — просто серая молния Алены потухла, словно её и не было. Девушка ощутила, как её чары при столкновении с защитой противника дестабилизировались, утратили целостность внутренней структуры и распались, лишь зря выбросив в воздух вложенные чародейкой силы. С таким девушка ещё не сталкивалась и как с этим бороться не знала.

Архимаги из тени загадочного мечника всё не спешили показываться, а сам он принялся плести новое заклятие. Многоцветный барьер, столь хорошо зарекомендовавший себя против магии девушки, никуда не исчез — напротив, изменил форму и превратился в слегка неправильной формы сферу. Что тоже было странно — обычно магия, особенно защитная, обладает идеально ровной формой — если сфера, то идеальная, если куб — то до миллиметров выверенный… Обратное могло происходить лишь если маг, использующий заклинание, был не слишком умел и опытен — но чародей в ранге Мага Заклятий априори не мог быть неумелым или неопытным. Особенно со столь сильной аурой, как её сегодняшний противник…

Прежде, чем вновь очертя голову срываться в атаку, Алёна решила проявить осторожность. Взлетев повыше, она стремительно начала плести одно из сложнейших и сильнейших защитных заклинаний, что только были в её арсенале. Доставшиеся ей в наследство вместе с восьмым рангом знания хороши были тем, что ничего изучать и осваивать с нуля ей не приходилось — чары были вложены в неё изначально, и сейчас она сплетала их со скоростью, недоступной обычным чародеям. Одно из маленьких преимуществ нежити её типа — заложенную в них магию они сплетали с невероятной скоростью…

Они успели одновременно. Снизу вверх, прямо в небо, в котором зависла хрупкая женская фигурка в латах, ударили десятки тонких лучей снежно-белого цвета. Двигающиеся на невероятной, недостижимой скорости, словно бы сразу оказались у цели, ударив по ней — между активацией чар и непосредственно ударом словно не было никакого, даже малейшего временного промежутка. Скорость, с которой они преодолели разделяющее противоборствующих чародеев расстояние, не поддавалась исчислению — даже с учетом чудовищного разгона сознания, под которым бьются маги подобного уровня мастерства и силы, когда секунда реального времени тянется в их сознании как несколько, а у некоторых индивидов даже больше, минут, Алёна ничего не увидела.

Однако сколь бы ни была быстра атака неизвестного чародея, лучи света, каждый из которых двигался по своей траектории, как правило зигзагообразной, атакуя абсолютно со всех сторон, уперлись в её защиту — огромный призрачный череп, источающий во все стороны неравномерное болотно-зеленой свечение. Находящаяся внутри него волшебница осталась цела и невредима — Череп Труса, несмотря на неказистый внешний вид и безвкусное название, без труда выдержал вражеский удар.

Бросив взгляд на стоящего всё это время без движения шамана Алёна направила клинок в его сторону. С лезвия сорвалось несколько серых молний, но, как она изначально и предполагала, мощнейшее поле энергии Астрала поглотило все удары, утянув в себя. Чары девушки не разрушились и не исказились, сработав как положено — просто её удары оказались перенесены в мир Духов. Достать сейчас что-то сосредоточенно камлающего шамана не имелось никакой возможности — для того, что бы преодолеть столь мощное поле астральной энергии требовалось приложить немало сил, и давать ей безнаказанно осыпать своего занятого подготовкой союзника чародей с двумя клинками не собирался.

Темп боя взвинтился совершенно внезапно — Алена, решив, что пора переходить от прощупывания оппонентов к полноценным боевым действиям, начала стремительно носиться в воздухе, осыпая всё ещё стоящего внизу чародея целым потоком боевых заклятий. Не слишком сильных — в основном шестого ранга, совсем редко добавляя седьмой. Её удары не наносили никакого видимого ущерба находящемуся внизу мечнику, чья многоцветная спокойно переносила все удары, разрушая магию Алины.

Сам маг тоже не изображал из себя грушу для битья, хоть и бил значительно реже и в основном чарами седьмого ранга. Копья Света, Магические Цепи, могущественные молнии, магия Воздуха — чародей всё пытался подловить свою юркую противницу, но пока Алене удавалось увернуться от всех его ударов. Череп Труса давно был развеян — с этим заклятием быстро передвигаться было невозможно, ибо защита была статичной. Однако ей хватало своей скорости, а противник пока не использовал ни тех нитей света, ни чего-либо похожего — она запомнила колебания маны при плетении этих чар, да к тому же они требовали для своего использования эфир. Который её сохраняющий инкогнито противник старался не расходовать.

А вот она сама как раз решилась потратиться — тридцать секунд судорожных метаний по небу и её первое Заклятие было готово. К счастью или нет, но семь Заклятий у неё уже было — с одной стороны, хорошо, что не пришлось тратить время на самостоятельную их разработку, с другой — часть из имеющихся чар она бы точно заменила, будь у неё такая возможность…

— Перст Смерти! — прогремело над лесом.

Фраза-активатор, изрядно помогающая при плетении сложнейших чар. Скорость, с которой было озвучено название Заклятия, была недоступна для понимания обычного уха — для них это прозвучало бы как разряд грома.

С небес вниз, прямо на чародея с двумя клинками рухнул сотканный из сероватого свечения огромный, в сотню метров длиной палец. Несмотря на то, что боевой маг подспудно ожидал чего-то подобного, Алене всё равно удалось частично застигнуть его врасплох. Девушке удалось сокрыть процесс плетения Заклятия, и лишь за миг до того, как прозвучала фраза-активатор, сиречь название чар, он осознал, что его обманули. Но сделать уже ничего не мог — лишь уповать на крепость своей сферы да на силу артефактов…

Огромный палец, ударив по радужному сиянию защиты врага, не дестабилизировался и не рассыпался, как все прочие чары в схожей ситуации. Многоцветье не выдержало даже одного мига противоборства с Заклятием девушки, сметенное, вбитое в землю мощью серого пальца. Рухнувшая, подобно дымному столпу, губительная для всего живого энергий потоком продолжала рушиться вниз, разбиваясь о землю и волной растекаясь во все стороны. Полторы секунды падал поток чуждой всему живому энергии, волной растекаясь во всех направлениях. И на первый взгляд действие чар не впечатляло — никаких тебе разрушений или хоть каких-то заметных эффектов…

Но краткий миг спустя всё на пять километров вокруг начало осыпаться невесомым, безжизненным прахом. Деревья, трава, немногочисленные не успевшие сбежать с поля битвы Магов Заклятий животные, насекомые — всё обращалось в невесомый прах и разлеталось по ветру. Более того, если бы кто-нибудь из сражающихся потрудился бы использовать заклятия Познания и проверить, как дела обстоят на уровне микробов и бактерий, он бы понял, что не выжили и они.

На территории, по которой прошлась остаточная энергия Перста Смерти, умерло всё и вся. Умерла окончательно даже почва на полсотни метров вглубь — теперь на этой пятикилометровом прогалине никогда не сможет взойти ни единого растения. Здесь не выживет зверь, если решить устроить тут свое логово, умрёт птица, что по неосторожности пролетит над проклятым местом ниже, чем на высоте километра, даже вездесущие и почти неубиваемые дождевые черви, случайно заползя суда, не имеет ни единого шанса…

Но никто из перечисленных выше существ никогда по доброй воле сюда и не забредет — ибо всё живое будет чувствовать, что здесь правит бал одна лишь Смерть. Первое Заклятие Алены было продуктом чистейшего малефицизма, без всяких примесей. Могущественнейшее боевое проклятие, равно хорошо работающее как против больших скоплений противников, так и против одиночной цели…

Даже защищенный полем астральной энергии шаман побледнел, осознав — если бы этот удар пришелся по нему, то он бы гарантированно погиб. Всю высвобожденную только что мощь никакое поле бы не перенаправило — у его защиты возникли проблемы даже с остаточными волнами этой атаки, что уж говорить о лобовом столкновении…

Истина боя против нескольких противников четко и ясно учит нас — первыми нужно выбивать слабых врагов, а не сильных. По логике вещей девушка должна была направить свой удар на шамана, и будь её противником кто-нибудь другой, она бы так и поступила, однако её интуиция буквально орала благим матом — от странного мечника нельзя отвлекаться ни на миг, иначе ей конец. И потому она сосредоточилась на нем, надеясь одолеть его до того, как шаман закончит свою подготовку…

Сжимающий два клинка боевой маг пережил удар могущественного Заклятия. В момент удара на его груди засиял ярким оранжевым светом, который покрыл его тонкой пеленой. Благодаря действию артефакта чародею не пришлось отвлекаться на создание защиты — и потому едва поток энергии Смерти иссяк он ответил уже своим Заклятием.

Со всех сторон к волшебнику начали стекаться потоки золотистого сияния. От крохотных, не больше булавочного ушка, до больших, многометровых, они собирались с огромной площади — около тридцати километров во все стороны от мага. И, как и свойственно свету, делали это с огромной скоростью — на четвертую секунду от активации заклятия перед острием вытянутого вверх и нацеленного на стремительно улетающую подальше Алену меча завис небольшой, с куриное яйцо размером шарик оранжевого света.

— Власть Света!

И в тот же миг всё на полторы сотни километров погрузилось в абсолютный, непроглядный и беспощадно слепящий золотой свет. Это Заклятие зацепило абсолютно все в обозначенном радиусе — но несмотря на кажущуюся неизбирательность этих чар, прямого вреда оно никому не нанесло. Никому, кроме того, на кого желал обрушить эти чары сам заклинатель — и чем меньшим было количество тех, кого он желал поразить этими чарами, тем больший урон они наносили.

Крик не сумевшей улететь достаточно далеко Алёны, казалось, заставил содрогнуться сам небесный свод. Когда свет рассеялся, чародей увидел застывшую на огромной высоте женскую фигуру в доспехах. Ещё мгновение девушка парила на одном месте, а затем дымящаяся, словно сгоревшее мясо фигурка кувырками полетела вниз. Тем не менее, чародей отчетливо ощущал, что его противница жива, если так вообще можно выразиться о нежити.

И как раз в этот момент шаман закончил свои приготовления. Могущественный дух восьмого ранга властно раздвинул врата из Астрала в наш мир и ступил в материальный мир. Синее тело высотой в три десятка метров было соткано из языков пламени, огромная треугольная голова без шеи не имела ни носа, ни рта ни ушей — лишь глаза, горящие красным, резко контрастирующие с остальным телом. Четыре могучие трехпалые руки были единственными конечностями существа — ниже пояса торс духа переходил в пламенный хвост. Существо молча парило в метре над землей, ожидая приказов своего контрактора.

— Бой окончен, — бросил закованный в латы волшебник. — К счастью, твоя поддержка не понадобилась, но всё равно спасибо, Тынкэй-Ду. Раз уж призвал духа, может поможешь своей армии? Их уже почти разгромили, так что…

Договорить чародей не успел, резко сорвавшись с места в сторону. Из-под земли, ровно в том месте, где миг назад находился чародей, вырвался черный клинок, окутанный слегка светящейся зеленоватой энергией. Ещё миг — и наружу вырвалась и вся остальная рыцарша смерти. Целая и невредимая, сжимающая светящийся от магии клинок и почти завершившая второе своё Заклятие. Всё ещё падающий с небес двойник девушки мгновенно исчез, истаяв в воздухе.

Поняв, что сбежать от вражеского Заклятия у неё не выйдет, да и защититься, скорее всего, тоже, девушка решилась на рискованный шаг — использовать вместо себя двойника, созданного Магией Смерти, а самой через план смерти зайти в тыл врагам. Любая магия перемещения была врагами надежно заблокирована, и потому они вряд-ли могли ожидать подобного хода от почти загнанной в угол противницы.

Перст Смерти сотворил пятикилометровую зону, в которой осталась лишь одна сила, одно проявление магии — Смерть. И сейчас, находясь в такой близости от этого места и с учетом того, что именно её сила сотворила эту уродливую прогалину, она могла пройти через измерение самой Смерти — и никакая блокировка ей не помешала бы. Была только одна опасность — если враги засекут, что она пытается войти в иное измерение, у них будет шикарный шанс всё закончить. Ибо в этот момент она будет абсолютно беспомощна и не будет иметь возможности даже поддерживать минимальную защиту.

Она рискнула и не прогадала. И сейчас собиралась переломить ход сражения.

Первым среагировал призванный из Астрала Дух Синего Пламени. Огромный огненный кулак начал опускаться на неживую чародейку, но та не стала отвлекаться от плетения своего Заклятия. Черный клинок уже птицей вспорхнул, метя в сочленение доспеха, но один из мечей воина отвёл в сторону удар Алёны. Как раз в этот миг кулак Духа ударил по Романовой, но великолепные магические доспехи без труда выдержали удар, по разрушительной мощи находящийся между шестым и седьмым рангами. Шаман вскинул посох, на этот не призывая очередного Духа, а заимствуя силу одного из контракторов — и через вычурный артефакт прошла волна блеклого света, что врезалась в неживую чародейку и сбила её с ног, заставив кубарем покатиться по земле.

Огромный дух дернулся вперед, поместив внутрь своего почти бесплотного тела увлекшегося атакой шамана. Как раз вовремя — Заклятие Алены оказалось завершено.

— Водоворот Тьмы!

Земля под ногами магов обратилось густой, вязкой Тьмой, что начала раскручиваться, постепенно втягивая внутрь всю троицу врагов чародейки — мага, шамана и его Духа. Разумеется, ни один из них не собирался позволять утянуть себя на дно пятидесяти метровой воронки, чей диаметр достигал добрых трехсот метров. Алена решила не мелочиться и перейти с первого сразу на четвертое Заклятие, вложенное Цинь Шихуанди в своё запасное тело. Это Заклятие совмещало в себе сразу несколько направлений магии — Тьму, Гравитацию, Малефицизм и Смерть.

Легко воспарившая над водоворотом волшебница ударила по Духу и находящемуся внутри шаману Ликом Смерти. Призрачный Череп в облаке зеленой энергии, воплощающей саму концепцию Смерти, был исполнен ею на высшем уровне — идеальное заклинание восьмого ранга, проходящее по верхней планке среди чар своего ранга, ударило по сотканному из призрачного синего пламени телу, заставив Духа содрогнуться и издать полный боли рев. Красные глаза с ненавистью уставились на обидчицу, и он, на миг отвлекшись от борьбы с затягивающей его внутрь силой Водоворота, плюнул потоком синего огня. Атака, мало чем уступающая предыдущему удару самой Алёны, заставила её активировать чары доспеха — и полупрозрачный багровый энергетический щит с вогнутыми краями, прикрывающий её не только с фронта, но и с флангов, уверенно выдержал атаку Духа. Как и ударившую сбоку шестиметровую стрелу, сотканную из золотого света.

Огромное, чудовищное давление Гравитации, которое могло играючи сминать железнодорожные рельсы в тонкий лист толщиной меньше сантиметра, запросто крошить в пыль гранитные валуны и гарантированно мгновенно сметать любые защитные чары ниже восьмого ранга буквально вдавливало магов вниз, помогая Водовороту утягивать своих жертв всё ниже и ниже. Закрывшийся защитным коконом из магии Света мечник упорно налегал на давящую на него магию, пытаясь вырваться из ловушки, но всё, на что его хватало — это до предела замедлить темпы погружения в водоворот.

У Духа и его шамана дела обстояли получше. Наконец начавшие работать слитно, в унисон, совершив неполноценное, малое слияние, они не просто не падали вниз, но потихоньку двигались наверх. Четыре огромные пламенные руки находили незримую опору прямо в воздухе, упрямо, шаг за шагом поднимаясь наверх. Этой парочке дополнительной защиты не требовалось — прочностью тела Дух превосходил почти любые защитные чары восьмого ранга.

Алена же, деактивировав созданные её доспехом чары щита готовилась заканчивать этот бой, поставив в нем жирную точку. У неё имелось в арсенале аж семь Заклятий, но к сожалению пока ей было не по силам использовать ничего выше четвертого — к своему удивлению, она сегодня убедилась в том, что наличие магических знаний и умения использовать немалую часть своего нового арсенала без опыта, тренировок и выработанных тактик боя почти бесполезны.

Небеса, и без того не радовавшие сегодня ясной погодой, окончательно заволокло густыми, черными тучами. Сверкнула вдалеке молния, на миг сметя все тени и полутона, позволив каждому участнику этого сражения увидеть получше того, с кем сошелся в бою, увидеть своё отражение в его глазах — с таким же перекошенным от злости пополам со страхом лицо, как и у противника. Заставив задуматься — чего ради всё это происходит? Кому это нужно и что я здесь делаю?

Как ни странной, одна эта молния, ударившая где-то там, вдалеке, сумела что-то задеть, что изменить в людях. Грянувший несколько секунд спустя глухой, рассерженный раскат грома окончательно выбил людей из этой колеи ярости, ведущей только вперед, к победе или смерти… Внезапно осознавшие, что им здесь делить нечего, люди, всё ещё с опаской поглядывая на противников, начали отходить, создавая между двумя армиями свободное пространство.

Сейчас, когда горячка боя отступила и появилась возможность оглядеться и понять, сколько у кого осталось воинов, становилось очевидно — детей сибирских лесов и полей пощадили. К ним проявили милосердие, не став добивать — от начальных двадцати тысяч солдат сейчас в строю оставалось не более четырех тысяч. Ещё сколько-то раненных лежало на поле боя, но кочевники не решались начать поиск своих раненных, опасаясь спровоцировать городских.

— Ну вы там долго сиськи мять-то будете? — крикнул один из офицеров, что шли по устланному телами полю и искали выживших. — Вы своих раненных тут оставить собрались или чё?

И жители Николаевска действительно позволили забрать всех своих раненных и невозбранно отойти. Это было странно и непонятно — проявлять такое милосердие к тем, кто пришел вас убивать. Загадочная и странная русская душа, которую часто столь сложно понять не то, что иностранцам, но и самим русским, суть которой можно было уместить в одно слово — человечность.

Кочевники были в основном прямолинейными и открытыми людьми. После того акта необъяснимой доброты победителя к проигравшему, что-то сломалось в головах гордых лесных охотников и шаманов. На них давило странное, незнакомое доселе чувство — они понимали, что сегодня проиграли дважды. Первый раз — в сражении, второй — сразу после него. Те, кого они презирали за подлость, за испорченность и ещё много за что, кого между собой считали едва ли не полуживотными, сегодня втоптали в грязь всю их гордыню — и умудрились это сделать таким образом, что гордые дети Сибири сами признали, что заслужили подобный результат.

Сражение армий стихло. Гвардейцы Николаевых-Шуйских, количеством девять тысяч солдат и девятьсот шестьдесят шесть офицеров, потеряла за всё сражение меньше трёх сотен человек. И почти половину из них убили не в бою — они погибли, оказавшись под завалами стены. Сражавшиеся бок о бок с гвардейцами жители города потеряли ещё меньше, основные же потери понесло своеобразное гражданское ополчение из людей совсем невоенных, что похватали оружие и вышли защищать город. Этих погибло около четырех с половиной сотен.

Кочевники потеряли убитыми почти тринадцать тысяч. Четыре тысячи сейчас были в боеспособном состоянии, и им предстояло что-то сделать ещё с более чем тремя тысячами своих раненных. Выжившие шаманы метались между раненными и делали все, что могли, но владеющих целебной магией среди них было крайне мало. Да и после тяжелого и интенсивного сражения маны у них оставалось совсем немного…

А тем временем вдалеке продолжалась битва, которая решала, что будет дальше — в даже случае поражения Алёны у города оставалось достаточно сил, что бы без особого труда одолеть двух истощенных Магов Заклятий.

— Дыхание Скверны! — в который уже раз едва не расколол небеса полный злой, упрямой решимости женский голос.

Словно в ответ на крик дождь резко усилился, превратившись в настоящий ливень. Парящая в нескольких десятках метров над Водоворотом Тьмы Алена, успевшая убрать меч в ножны, вытянула ладони в сторону барахтающихся чародеев, и с кончиков её пальцев вниз полилось нечто сиреневое, слегка напоминающее пламя и даже, вроде бы, красивое — но при этом сама эта энергия вызывала подспудное отвращение. И когда я увидел его действие, я понял, почему.

Сиреневая энергия была воплощением самой концепции разложения, болезни, гниения и распада. Всё, что соприкасалось с этой силой, либо гибло, либо чудовищно, ужасно искажалось и извращалось в нечто ужасное.

Когда на чародеев обрушилась вторая магия уровня Заклятия, стало очевидно, что победа в кармане у Алены. Не имея времени использовать свои сильнейшие чары, пойманные в безвыходную западню, они и без того уже едва выдерживали всё происходящее, а когда к их проблемам добавилось Дыхание Скверны, стало очевидно, чем закончится этот бой. Алёна уже мысленно отмечала свою первую серьезную победу после взятия восьмого ранга, и именно в этот момент максимальной расслабленности ситуация изменилась в корне.

Позабытые в горячке боя пятеро чародеев седьмого ранга, на которых Алёна перестала обращать внимания из-за их бездействия, наконец вступили в игру. Пять быстрых теней умудрились вылететь из тени мечника и прошмыгнуть через потоки Дыхания Скверны так, что бы их ничего не задело. Им понадобилось меньше трети секунды, что бы оказаться высоко в небе, вне досягаемости притяжения Водоворота Тьмы, а главное — Дыхания Скверны.

Не теряя времени, пятерка чародеев прямо в воздухе составила круг магов, открывая все свои резервы маны лидеру отряда. Тот, не теряя времени, начал плести заклятие, телепатически бросив своим соратникам какой-то приказ. Сложное, так называемое составное заклятие, древний способ сплести чары, что выше твоего ранга. Хорошо натренированная и слаженная группа магов способна, распределив обязанности и отточив процесс до автоматизма, сотворить подобное чудо — но мастерство это было очень, очень редким. Обычно подобным образом просто добавляли мощи чарам своего ранга…

Алене пришлось очень быстро решать, что делать. Рискнуть, и, проигнорировав угрозу, попробовать додавить завязших внизу врагов, держащихся из последних сил (не по причине истощения, маны у них ещё хватало, а по причине того, что нет ни секунды перевести дух)? Или развеять Дыхание Скверны, дабы иметь возможность разобраться с новой угрозой?

Девушка выбрала второе. Круг Архимагов выдал мощные чары восьмого ранга — Стрела Аполлона, сложное заклятие школы Света — и Алёна активировала защиту доспехов. Магический щит выдержал, но тут снизу в спину прилетел ещё один удар — более уверенно чувствовавший себя в Водовороте Тьмы Дух Синего Пламени вместе с шаманом запустили в спину девушки чарами пятого ранга — будь атака сильнее, она бы среагировала, а так — удар в спину комом пламени заставил её дернуться и на секунду открыться. Чем вся пятерка и воспользовалась, закидав чарами седьмого ранга.

Взрывы, удары, обжигающий, противный свет, волна мороза… Помятая, слегка растерянная и уставшая, она едва не погибла, когда сблизившиеся Архимаги перешли в ближний бой. Водоворот пришлось бросить и отступить, что бы перегруппироваться, но пятерка врагов рванула за ней, не собираясь отпускать. Скорее всего тут бы и кончилась её история, но пришедший на помощь Андрей выправил ситуацию — не зря даже господин признавал, что у него неоспоримый талант в фехтовании. Рыцарь смерти в одиночку остановил всех пятерых и смог держаться с ними на равных целых полторы минуты, пока Алена приходила в себя — но тут подоспела и освободившаяся да пришедшая в себя парочка.

— Мне нужна только ты, — устало заявил мечник девушке. — Сдашься и пойдешь со мной сама — обойдемся без лишних жертв. Иначе будет бойня и вы все равно проиграете. Лучше сдайся сейчас, иначе погибнут тысячи, но результат будет…

— Ты кто, нахрен, такой, собака сутулая? — раздался сзади злой, полный ярости голос. — По какому такому праву мой вассал должна тебе сдаваться? Ты вообще в курсе, что я сейчас могу с тобой и твоими клоунами сделать — и буду в своем праве?

— Господин, — облегченно выдохнула Алена.

Глава 7

Добраться обратно до своих владений у меня быстро не вышло. Первым делом я, разумеется, постарался добраться назад при помощи магии Пространства — но, само собой, именно этот способ оказался заблокирован врагами в первую очередь. Ну, это было бы слишком просто, верно?

Если бросить всё и сорваться в полет, то учитывая мой ранг, силу и навыки путь домой занял бы не больше пяти-шести часов. Отсюда до моих Родовых Земель было около двух тысяч километров, и я был способен пролетать около четырех сотен километров за час — можно было бы и быстрее, но тогда мне банально не хватило бы маны что бы добраться за один заход. Да даже если лететь на скорости четыреста километров в час — к моменту моего прибытия сил на то, что бы хоть на что-то повлиять у меня уже не осталось бы. Не говоря уж о том, что за это время все в любом случае было бы уже закончено — так или иначе.

Оставался ещё один вариант — телепортироваться относительно недалекими прыжками, взяв примерное направление до моих Родовых Земель, но это тоже отняло бы немало сил… И ладно бы ещё расходы маны — я и с половиной резерва, без ложной скромности, способен изменить исход почти любого противостояния, но тут была немаловажная проблема — прыгая без четкого знания координат и наугад можно было сильно промахнуться и, отклонившись в одной из точек маршрута даже на самую малость, в итоге прилететь мало того, что сильно не туда, так ещё и угодить прямиком, допустим, в Аномалию или логово могучего монстра — мои Родовые Земли были на самом краю Фронтира, и прыгать туда наугад занятием было откровенно опасным… Но, видимо, выбора у меня не осталось, и потому я начал готовиться к первому прыжку.

— Позвольте поинтересоваться, Аристарх Николаевич — а куда вы, собственно, направляетесь? — раздался рядом со мной голос подошедшей незаметно чародейки из Рода Романовых.

Одетая в платье из могущественного элементаля непонятной мне природы женщина с тихой улыбкой, волшебница седьмого ранга держала в руках бокал игристого вина и с интересом наблюдала за искажениями пространства вокруг меня, предвещающими скорый прыжок через пространство. Рядом с ней стоял чародей шестого ранга, из одного с ней Рода, но без фамильного сходства — явно принятый в Род муж.

— Так уж случилось, сударыня, что я вынужден спешить домой по делам, не терпящим отлагательств, — ответил я, не прерывая своего занятия.

— Что ж, тогда, полагаю, наша с Володенькой помощь будет вовсе не лишней, — чуть потеплела её улыбка. — Так уж вышло, что Павел Александрович повелел нам сопроводить вас и оказать вам поддержку в вашем деле.

— И так уж вышло, что не слишком далеко от ваших владений находится небольшой город Рыйск, населением не более сотни тысяч человек, являющийся заодно одной из опорных крепостей второй линии обороны Фронтира, отданного в управление мне с супругой Павлом Александровичем ещё лет пятнадцать назад, — подхватил её муж. — И само собой разумеется, у нас есть портальный маяк в наш дворец. Особый маяк, усиленный — такой заблокировать наспех наведенной блокировкой пространства не выйдет.

— Это было бы очень кстати, — благодарно кивнул я.

— Тогда прошу проследовать за нами — негоже заниматься подобным на глазах у стольких посторонних глаз, — приглашающе чуть посторонился Владимир. — Будете брать кого-то из своих людей? К сожалению, количество тех, кого можно будет переместить данным способом весьма ограничено и сильно упирается в их магическую мощь… Но ещё пару Архимагов мы бы сумели взять с собой.

Разговор происходил во внутреннем дворе особняка — телепортироваться прямо из зала я, разумеется, не собирался. Да и не смог бы — от подобного внутренние помещения были надежно экранированы. Собственно, та часть сада, откуда я пытался совершить перемещение, была специально выделенным для подобного местом. И горе тому, кто счел бы этот уголок сада резиденции Второго Императора брешью в обороне — от столь наивного глупца системы обороны данного места не оставили бы даже праха.

— Возьми с собой своего Смолова, — пришла мне в голову мысль-послание Второго Императора. — Необходимыми общественными связями от твоего лица, так и быть, займется Хельга, коли уж ты сподобился позвать её замуж. А вот твоему безопаснику давно пора познакомится с моими Тенями поближе. Раз уж мы теперь окончательно и бесповоротно в одной лодке, то пора бы уже нашим ближайшим вассалам начать налаживать контакты на официальном уровне.

Ответа от меня Второй Император не ждал, так что я не стал спорить и послал сообщение своему ближайшему соратнику и лучшему другу. Минут через пять мы уже все вчетвером стояли в небольшом зале, лишенном окон, Владимир приступил к сплетению заклинания портала. Как он и сказал, Пространственный Маяк, на который мы ориентировались, был весьма могущественным, защищенным множеством защитных заклятий, паролей и алгоритмов проверки. К тому же не просто указывал, куда точно лететь, но и делал немалую часть работы за самого чародея, прокладывая стабильный и весьма прочный тоннель, деформируя реальность как лист бумаги и сдвигая её края так, что бы получился почти мгновенный и очень защищенный переход. Подобным способ нельзя было перемещать большие массы войск или боевые суда, да и количество сильных магов, которые он мог пропустить, было довольно ограниченным — это действительно было способом перемещения для избранных лиц или малочисленных элитных отрядов высокоранговых боевых магов. Такова была цена за почти невозможность заблокировать работу этого Пространственного Маяка общепринятыми методами…

— Прошу за мной, господа, — первым шагнул в открывшийся портал чародей.

По хорошему, я подумывал попросить отправиться со мной Ярославу, а лучше — Федора Шуйского, для надежности. Просто для надежности — Маг Заклятий в предстоящем деле лишним не будет. Но за время, потребовавшееся, что бы добраться до этого зала и на открытие портала, я сумел получше вглядеться в ауры своих спутников. И если женщина никаких особых секретов в себе не таила, то вот о её спутнике подобного сказать было нельзя. Хотя бы потому, что он оказался великолепно скрывающим свои силы Магом Заклятий. И понять я это сумел лишь уже тут, в зале, когда он слегка ослабил контроль над аурой, работая с заклятием…

Оба — обладатели сердец, усиленные их наличием. Мужчину я, кстати, не видел в момент, когда все обладатели восьмых рангов находились вместе с Императрицей в отдельном зале, перед началом бала. И вдобавок ощущалось, что несмотря на наличие у него сердца монстра этот маг взял планку Мага Заклятий куда раньше, чем я поведал своему будущему тестю о столь полезном ритуале. Лет эдак на пятнадцать раньше… Ай да Павел Александрович, ай да сукин сын — смотрю, крапленых тузов в его колоде сильно больше, чем мне казалось. И тот факт, что этот человек сейчас стоит передо мной, готовясь отправиться вместе со мной расхлебывать мои проблемы, был демонстрацией его возросшего ко мне доверия. Как бы говоря — теперь твои проблемы это наши общие проблемы. Что ж, нельзя не признать — Второй Император умел воздавать должное и быть благодарным. И не когда-то там в будущем, а здесь и сейчас. Я, поймав за руку мага Разума Императрицы и передав его в руки хозяина бала, ещё и полностью отказался от прав на данного пленника и возможности обрести должника в лице супруги Императора, сыграл ему на руку. И он, не откладывая в долгий ящик, сразу же решил оказать мне ответную услугу…

Мы оказались в помещении, как две капли воды похожем на зал, из которого шагнули в портал. Дежурный маг в ранге Старшего Магистра с тройкой Младших почтительно поклонились нам, и Владимир, обменявшись с ними несколькими быстрыми телепатическими сообщениями, быстрым шагом повел нас дальше.

— Сражение на ваших Родовых Землях идет уже около часа, — на ходу бросил он. — Мы находимся в чуть более чем полутора сотнях километров от Николаевска, и три эсминца с полутора десятками корветов и фрегатов уже в воздухе. Заканчивается погрузка бойцов гвардии на четыре десантных судна и уже через десять минут эскадра отправится на выручку вашим землям.

— Что-то в прошлом столь активной поддержки мои земли не получали, — не удержался я от замечания. — Даже в прошлый раз, когда на мой город было совершено нападение буквально две недели назад.

— К сожалению, далеко не все силы вернулись в Рыйск даже сейчас, — ответил чародей. — До прошлой недели в крепости был минимальный гарнизон, которого едва хватало для надежной защиты стен. Войска с границ, где они всё это время находились, всё ещё возвращаются и даже сейчас здесь до сих пор нет, например, ни одного чародея выше шестого ранга или крейсеров. Даже мы с супругой в основном находимся при его высокопревосходительстве, вынужденные отодвинуть на второй обязанности по защите нашей вотчины. Потому могу лишь принести свои искренние извинения за то, что прошедшие месяцы для ваших Родовых Земель выдались столь тяжелыми — мы помогали, когда была возможность, но к сожалению основные силы были сосредоточены на войне с Цинь.

— Справедливо, — со вздохом признал я. — Прошу простить мне мою язвительность — я был слишком пристрастен в этом вопросе… Что ж, позвольте поинтересоваться — вы отправляетесь со мной или полетите со своей эскадрой?

— Ничего страшного, Аристарх Николаевич, я всё понимаю, — улыбнулся он. — Суда доберутся и без нас — предлагаю не терять напрасно времени и отправляться со всей возможной скоростью. Лена, прошу — сопроводи господина Смолова. Предлагаю нам с вами, господин Глава, добираться исключительно своими силами — мы явно сделаем это быстрее.

— Я отправлюсь с вами, с позволения Аристарха Николаевича, — влез Петр. — Если вы не намерены использовать магию Пространства или иные, схожие чары, то разница в рангах не будет помехой — мой элементаль весьма могущественен, и я уверен в своей способности поспеть за вами не слишком растратив при этом энергию.

— Соглашусь — Петр точно не отстанет от нас с вами, — ответил я на вопросительный взгляд чародея. — Более того, не уверен, что мы сами не будем его тормозить своей скоростью.

Я более чем уверен в своей скорости если речь идет о перемещениях в бою. Тут уж я без ложной скромности могу причислить к быстрейшим, а то и вовсе могу оказаться лучшим. Но то — если речь идет о перемещениях в бою, где на это активно расходуется большое количество маны. В ситуации же, когда нужно долго поддерживать ускорение, моя магия не то, что бы плоха — я всё ещё в числе лучших, но по КПД резко меняется, и уж к однозначно лучшим себя отнести не могу. Я всё ещё хорош, но уже не лучший — вот так будет справедливее всего.

— Тогда уж и я с вами, судари, — улыбнулась Елена Романова. — Так уж вышло, что я, как и ваш вассал, обладаю определенными навыками, позволяющими мне быть уверенной в своей способности не уступить вам, мужчинам, в скорости.

— Но…

— Дорогой, в последний раз, когда мы соревновались в скорости, я оказалась быстрее, — проворковала всё так же улыбающаяся женщина. — Надеюсь, ты этого не забыл, супруг мой? Пожалуйста, позволь свой глупой женушке капельку своеволия и возьми с собой. Обещаю, я буду хорошей и послушной девочкой.

Мне стоило определенных усилий удержать на лице серьезное выражение и никак не выдать своего удивления столь несвоевременными заигрываниями женщины с супругом. Но я удержался — в конце концов, кто я такой, что бы судить о том, что есть достойное, а что нет поведение перед посторонними? У них свои отношения…

Несмотря на ласковую улыбку, негромкий и мягкий голос волшебницы вкупе с часто хлопающими наивными глазками, мне почудилось, что уголок брови Владимира чуть нервно дернулся. Будто в случае отказа возможные санкции со стороны супруги чародея самым натуральным образом ужасали… И видя его слегка обреченный вид, я решил прийти на помощь волшебнику. Ну и ускорить события — как-никак, мы не на светской прогулке.

— Тогда решено, — кивнул я ей. — Только давайте договоримся сразу — если кто-то из вас начнет отставать, то он сразу же, без споров и уговоров, отправляется обратно и летит уже с эскадрой.

— Договорились, — ответила она с изящным книксеном. — Как скажете, господин Николаев-Шуйский! Вот видишь, дорогой — даже герой Империи не против!

На что тот лишь тяжело вздохнул в ответ. К этому моменту мы наконец оказались в первом подходящем помещении для продолжения путешествия — длинном коридоре. Для этого пришлось подняться по нескольким лестницам, миновать ряд различных помещений и выбраться, наконец, с подземного яруса построек. Не тратя времени даром, мы подошли к ближайшему окну и без всяких церемоний распахнули его. Миг — и четыре окутанные чарами фигуры рванули в небо.