На чужой земле

— Ну ты можешь остаться на подольше в наших краях — хохотнул я, а потом попытался перевести тему — Кстати не в курсе, а как эльфы корабли строят?

— Понятия не имею — качнул он головой — Вроде почти так же, как и вы, только у них деревья выше, а потому киль можно длиннее заложить, да на носах они лебедей лепить любят, а не драконов. Ну и паруса косые, почти как у сяньцев, да.

— Ну у нас больше вёсельная тяга в почёте, а в прямой парус проще духов ветра направить — хмыкнул я, как раз вращая весло в такт ударам по барабану, задающему темп и кивнул на наставника, который готовился организовать нам попутный ветер, когда мы выйдем из зоны, где встречный бриз наиболее активен. Магия магией, но лезть поперёк природных процессов есть смысл только при большой нужде — Я про другое. У них же друиды есть, так?

— Ну да — отозвался гном, пока что не поняв, куда я веду. А идея-то честно говоря сама по себе напрашивалась.

— А они хороши во всём, что касается не только животных, но и растений — продолжил я свою мысль.

— Так и есть — кивнул Гмалин — Думаешь они специальные деревья растят?

— Это-то наверняка, уж для киля точно — согласился с ним я — Но вот что думаю, а сращивают ли они доски корпусов между собой? Тогда ж их ни смолить, ни конопатить считай не надо.

— Ну про смолить ты хватил, парень — хохотнул один из гребцов рядом — Без этого всё быстро сгниёт.

— У нас да. Но вот про тех, кто управляет деревом с помощью магии не уверен — не согласился с ним я — Да и меняют обшивку они наверняка реже.

— А это немалые деньги — запустил руку в свою шевелюру уже на голове гном — Ты-то деревом управляешь?

— Ага, как ты кузнечным молотом — поддел я гнома, который не был кузнецом. И бородатым. И не таскал с собой постоянно топор. Хорошо хоть пиво пил, как положено — Учитель пару фокусов показывал, но на этом всё.

— Так надо научиться — фыркнул гном.

— Как только найду у кого. Это ж, млять, не от длинны и формы ушей зависит, острые сразу друидом не делают и тайных знаний сами по себе не дают — хохотнул я, радуясь что гнома удалось немного отвлечь от тяжких дум.

Ну и закинуть ему перспективную идею, которая Гмалину явно понравилась, как впрочем и перспектива как-то начать растить что-то вроде американских секвой мне. Деревья, из которых делают килевые балки корпусов встречаются не так чтобы часто. А для драккаров конунгов народ и вовсе вынужден сильно заморачиваться с поисками и доставкой ствола. Ведь корабль уважаемого человека, выступающий флагманом флота ну никак не может быть маленьким. Делать же надёжный составной киль пока что никто вроде бы не научился. Так что изучить нужный раздел друидизма хотелось, это всё таки железная заявка на безбедную старость или просто надёжный источник дохода на любые хотелки. Не говоря уже о том, что самому мне хочется обзавестись на настоящему хорошим кораблём. Не обязательно большим, но вместительным, с хорошей мореходностью и внушительной надёжностью.

Да и вообще хотелок много. Какой уважающий себя ассон не желает обзавестись мифриловым доспехом? Какой адекватный алхимик не хочет лучшую в мире лабораторию и бескрайний запас реагентов? Какой вирдман отказался бы от очень недешёвых материалов для посоха и амулетов? В том числе от мифриле речь, да. Но уж больно он специфичный металл, обладающей как огромной прочностью, так и являющийся отличным аккумулятором и проводником магической энергии. Какой кузнец желал бы построить передовую кузню, чтоб даже гномы сказали «Ну не х@ра себе!»? Ну и какой попаденец не захотел бы просто заняться научными изысканиями, чтобы как-то приспособить свои знания под местные реалии? Я б тут с удовольствием добыл бы знания по друидизму и с его помощью сформировал бы водонепроницаемый корпус подводной лодки. У меня бы Великий Конунг такое средство доставки ахтунг-команд в чужие приморские города оторвал бы с руками. Поэтому его кстати хорошо бы до поры не светить, чтоб извлечь выгоду из своей инициативы, а не начать работать на самую толстую жабу ассонского болота за еду и звездюли в какой-нибудь секретной шарашке.

Что же до Гмалина, то у меня вообще вскоре во время нашего совместного путешествия сложилось ощущение, что он решил, будто деньги должны ко мне липнуть. Всё таки водоросли удачно добыл, теперь такую вот дельную мысль родил, а потом и другие толковые идеи озвучил. Конечно с моим трудоустройством у гномов были известные трудности, но все в принципе предполагали, что за годик-другой всё среди кланов и старейшин успокоится, уж больно им нужны дары природы с морского дна, да и на резко затонувшем острове наверняка осталось лежать немало ценного. Ну или рунары бородатых коротышек что-нибудь придумают с кессонной болезнью. Не факт конечно, не всё там так просто, но чего только в мире магии не бывает. Однако Гмалин об этом похоже не думал, а вот идея вернуться домой со мной и пристроить «бесхозную, но полезную орясину» к делу ему нравилась. Как и озолотиться как минимум на водорослях. А под позитивное настроение подгорного жителя уже можно было осторожно повыспрашивать о том, как корабли строят сами гномы, благо натурой тот был увлекающейся, трепаться любил, а с другими развлечениями на кноре было бедновато.

Но хотя бы в следствии этого путешествие до Викры для меня не напоминало унылое чередование периодов сна и гребли, гребли и сна, которые мне обеспечил Гринольв, почуявший перекос во мне в сторону маны и постановивший, что нужно больше мышц и праны. Хотя на мой вкус было бы недурно тренироваться и в магии, обеспечивая попутный ветер. Да, я хотел одновременно расширить резервы и магической, и жизненной энергии, как Вини-Пух, которому хотелось всего и побольше, причём желательно вот прямо сейчас. Больше мускулов мускульному богу, больше магии трону магии!

Впрочем вёслами мы работали меньше, благо в этот раз не было той спешки, чтобы успеть на самое начало торгового сезона. Да и осенние шторма ещё не начинали говорить своё веское слово, как после путешествия по Фростхейму, против волны выгребать не надо. Ледяной континент меня кстати весьма сейчас заинтересовал именно как источник водорослей. С магическим фоном там и на побережье есть странности, значит что-то интересное точно должно расти под водой. Конечно идти туда следует только на всё лето, путь-то неблизкий, а значит будущие алхимические ингредиенты нужно будет правильно заготовить, потратив силы и время, но тот же Бруни наверняка даст за них хорошую цену, как и его столичные коллеги. Можно даже под добычу летом там длинный дом построить, чтоб с комфортом жить, ради шутки водрузив на конёк знамя Благородного Дома Холодного Рассвета. Правда от такой картины мои эльфийские предки на том свете наверно икать начнут и головомойку одной дамочке устроят. Ха, разве что и правда изучу друидизм, а потом отгрохаю эльфийское традиционное жильё на свежевыращенном дереве. Однако всё равно с длинным домом среди ветвей, ибо нечего.

Но то было дело будущего, в пути же мы активно точили лясы с гномом. Гмалин собеседник был неплохой, а мне по прежнему было интересно, что он может выболтать полезного. Правда и самому приходилось для поддержания разговора выкладывать не то чтобы секретные знания, но дельную информацию точно. Зато это облегчало груз на моей совести. Гном был хорошим малым, который по большому счёту попал в переплёт потому что со мной связался, познакомившись в той алхимической лавке. Пусть вроде как вины на мне нет, все проблемы случились от жадности и недальновидности старейшин, однако кое-какую ответственность мной за собой чувствовалась, а потому при этом ещё и вытягивать из Гмалина информацию в одностороннем порядке было бы на мой взгляд неправильно. Может я конечно страдаю чистоплюйством, но мне плевать с верхушки Иггдрасиля кто что по этому поводу думает, честь и совесть предпочитаю держать в чистоте, точка. Не следя за ними можно незаметно для себя самого оскотиниться на раз — два, видал я таких прямоходящих обезьян в прошлой жизни. Да что самому себе врать, чуть однажды не скатился сам. И потому вдвойне не хочу повторять ошибки прошлого.

А вот наслаждаться жизнью хочу. Хочу радоваться северному рассвету над морем, когда иду под парусом. Дыханием свежего ветра, запахом воды, силой своих рук, что вращают весло. Да даже во время встречи с йотуновой акулой я наслаждался своим бытием, кайфуя от каждого мига, особый вкус чему придавало то, что любой из них может стать точкой невозврата на пути к смерти. И тем слаще в итоге стала победа. Не знаю, возможно среда обитания, общество ассонов и мой собственный образ жизни сделали из меня адреналинового наркомана. А может дело в том, что я знаю, что смерть это не конец, а потому весь этот мир в какой-то мере кажется мне сценой, где хочется отыграть свою роль красиво и ярко. Как там Король и Шут пел:

— Мой мир огромен,

А я так скромен.

Вся жизнь спектакль —

Я в ней актёр

Актёр-лицедей,

Добряк и злодей,

Не ради людей,

А ради искусства!

Всё же не смотря на разговоры с сокомандниками и дежурные дела, морские путешествия дают уникальные возможности подумать о себе, о своём поведении и о жизни вообще. И подобные мысли с выводами заставляли меня мысленно усмехаться до самой Викры. С одной стороны дожил, дальше осталось добавить своему персонажу только горячее сердце и холодную голову, а потом его можно будет определять в настоящие чекисты. Всё, блин, как Железный Феликс завещал. А с другой стороны нет ничего плохого в том, чтобы в жизни окружающих попробовать сыграть значимую и положительную роль, к тому же холодный разум у меня стараниями Гринольва уже есть, это форма защиты вирдманов от телепатии.

Долго ли коротко ли, но любая дорога рано или поздно подходит к концу, добрались и мы до пункта назначения. Викра встретила нас обычным своим столпотворением в гавани, которое северян заставляло весело улыбаться, а гнома повергало пусть и не в шок, но вопрос «Какого б%##^ь налево?» на лице Гмалина явно читался. У гномов-то всё куда как более упорядочено и подобный хаос практически непредставим. Однако как и в прошлые разы до причала мы добрались благополучно и даже ни разу ни с кем не столкнулись. Тут наши пути с командой расходились в разные стороны, они двигались в корчму, что держал один из их соклановцев, мы подумали и вновь решили посетить Бруни. Ну как мы, наставник конечно, у нас тут всё таки единоначалие и последнее слово всегда за старшим.

Встретила нас знакомая уже служанка-наложница, попросившая вновь подождать в гостинной, пока её мастер не закончит работу в лаборатории. Возражать никто не стал, а я наконец поставил на пол баулы с вещами. Долго просидеть в удобных креслах мы правда не успели, вскоре к нам спустился хозяин дома со словами:

— Гринольв, не начал ли ты по старости путать моё скромное жилище с трактиром? В прошлый раз вас было двое, теперь четверо. В следующий притащишь восьмерых или сразу шестнадцать незваных гостей?

— Не ворчи, будто мы тебя из твоей халупы выгоняем, тем более опять не с пустыми руками пришли — хмыкнул мой наставник.

Я же просто вежливо поклонился человеку, который в какой-то мере был моим наставником в алхимии и произнёс:

— Доброго дня. Мы тоже рады видеть вас.

— Ох, ты-то не начинай, парень — махнул тот рукой, сам приземлившись в кресло — Откуда хоть явились и кто эти двое?

— Тормод брат Альвгейра, а Гмалина заставили пуститься в путь несколько неприятные обстоятельства. Ты кстати знаешь что на лабораторном столе делать с Алым Спрутовиком?

— Так… А теперь давайте всё сначала и по порядку — протянул Бруни, а потом повысил голос, видимо чтобы за дверью точно услышали — И принесите наконец выпить!

Рассказ у нас получился не то чтобы очень долгим, но насыщенным, как впрочем и то единственное погружение под воду. Можно было пополоскать ещё гномьи порядки и перипетии их внутренней политики, но мы предпочли воздержаться. Чего попутчика обижать? Даже если он предпочтёт присоединиться к общине своего народа в Викре поводов для этого нет, а польза от Гмалина есть. Водоросль же, что росла исключительно в водах гномов, алхимика весьма заинтересовала и это вылилось в весьма значительный втык для меня. Оставил я её себе совсем чуть-чуть, продав остальное. Бруни бы конечно дал значительно более вкусную цену за правильно заготовленное сырьё, чем получилось выручить за свою долю свежей добычи в Ват-Барде, но так в Викре за гномьи кольчуги тоже три шкуры сдерут. С мясом. В общем на нагоняй алхимика я смиренно покивал, но остался при своём мнении. А дальше всё как-то постепенно снова превратилось в до боли знакомую пьянку двух старых товарищей, где нам была отведена роль статистов. Подозреваю что у Гринольва с Бруни всегда так, те ещё два старых алкоголика. Разве что когда столичного жителя слегка развезло, мой наставник немножко развёл его на кое-какие составы для посоха. Мифрил — это конечно не дерево, которое вообще в ванночках со всяким полезным замачивают, однако и тут совсем без алхимии не обойтись.

Ну а дальше всё закончилось примерно тем же, чем и в прошлый раз. Немолодой алхимик определил нам комнаты и велел служанкам о нас «позаботиться». Разве что гному ничего не обломилось, как не одному из нашего народа, хотя огорчённым Гмалин не выглядел. Стандарты красоты подгорных жителей значительно отличаются от тех, что бытуют у людей. Хотя тут как посмотреть, я бы пожалуй тоже не горел желанием делить ложе с барышней, что почти вдвое выше меня ростом… Тем более что в этом мире такие вполне встречаются, великаны-то не персонажи сказок, а вполне себе существующая разумная раса, хоть и диковатая. Впрочем когда в тебе четыре метра роста и ты можешь забить медведя дубиной, у тебя наверно не так много стимулов шевелить мозгами и строить цивилизацию. Сила — уму могила. Это когда ты слабый нужно много и часто думать, чтобы забраться наверх пищевой цепочки. Хотя и тут не всё так однозначно, мелкие гоблины как-то вроде не славятся выдающимися интеллектуальными способностями, хотя по логике вещей должны бы.

Неизвестно в какие ещё дебри бы ушли мои размышления, но к счастью мы с Сиеной наконец дошли до моей комнаты и девушка начала скидывать с себя платье, демонстрируя великолепную фигуру. А мой разум начал уступать место инстинктам, которые ясно говорили, что думать тут больше нечего, надо делать. Так что я быстро избавился от одежды сам, привлёк к себе девушку, обнял и требовательно поцеловал её манящие губы. Сиена с энтузиазмом мне ответила, включившись в борьба своим язычком. А через несколько секунд мы рухнули на кровать, лишь там разомкнув уста.

— Я скучала, молодой господин — жарко шепнула мне девушка на ухо, слегка укусив его мочку, от чего я едва не застонал от удовольствия. Что сказать, у эльфов и полуэльфов по всем признакам есть такие вот неучтённые эрогенные зоны.

— Не ты одна — ответил я наконец — Но к счастью ночь только началась.

Правда в этот момент интимную атмосферу встречи любовников слегка нарушил шум за стеной из комнаты, в которую отправился Тормод. Похоже у моего брата не то были проблемы, не то перебор энтузиазма, причём второе явно вернее. Однако на данный момент всё это не вызывало у меня ничего кроме усмешки. Ну не пойдём же мы с Сиеной туда показывать мастер-класс по позам? Не настолько я родственника хочу учить плохому! Так что пусть они с наложницей Бруни уж как-нибудь справляются сами, чай не маленькие, а служанка наверняка не менее опытна, чем моя ночная подруга.

Интерлюдия 1

Тормод проснулся и только захотел по привычке потянуться, зевая, как замер. Радом с ним лежала девушка, чья голова и рука покоились на его груди, а нога была по хозяйски закинута на его нижние конечности. Прошедшая ночь была очень бурной и раскрыла перед молодым парнем целую бездну приятных ощущений. Он уже давно хотел женщину, да и кто в его возрасте не хотел бы, а теперь можно было сказать, что мечта сбылась. Причём послевкусие было столь сладким, что даже тот факт, что он и в этом наконец догнал брата как-то терялся. Хотя, как ни странно, довольно быстро всплыл в юношеском мозгу. В конце концов вчера он вполне себе слышал приглушенный шум и стоны наслаждения из соседней комнаты, а тот факт, что Альвгейр обскакал его тут на целый год не мог не бесить гордого сына севера.

Как впрочем и любой проигрыш или отставание от полуэльфа даже в малом. Тормод не мог припомнить когда именно началось их извечное соперничество, но вероятно оно длилось с того самого дня, когда они впервые увидели друг друга. И так уж сложилось, что о безоговорочной победе кого-либо говорить было пока рано. Он рос более крупным и сильным, Альвгейр умудрялся побеждать его в кулачных боях и борьбе, как будто зная как ответить на каждое движение соперника. Что говорить, даже более старшие ассоны переняли кое-какие ухватки ловкого полуэльфа. Брат научился стрелять из лука всем на зависть, но Тормод с разгромным счётом побеждал его в поединках на оружии. Северянин вырос могучим здоровяком, брат был легконог и вынослив, как волк. Он перенимал охотничьи ухватки у родичей, соперник учился волшебе у их общего предка. В чём-то один из них превосходил другого, в чём-то они были наравне, как в том же кузнечном деле. И ни конца, ни края их соперничеству не было видно.

Возможно кто-то другой возненавидел бы родича, которого годами не удаётся превзойти, но не Тормод. Ненавидят врагов, а вот за своих стоят горой. И он стоял всякий раз, когда кто-то пытался обидеть полукровку или дразнил его за длинные уши. Как всегда поддерживал его в любой драке брат, а потом они вместе утирали юшку из под носов, идя домой. Уж на кого, на кого, а на Альвгейра всегда можно было положиться. Да йотуны побери, он плюнул на своё испытание зрелости, чтобы попытаться спасти его жизнь или хотя бы отомстить! А ещё… Тормод бы никогда в этом вслух не признался, но Альвгейр был для него примером.

В Ландсби хватало детишек, он общался со многими из них, подмечая как те ведут себя в той или иной ситуации. Сопляки есть сопляки, упорство в них надо воспитывать, как и честность. Но Альвгейр был иным. Бравшись за какое-либо дело, он всегда доводил его до логического конца, не бросая, не ноя и как будто не видя препятствий. Для него существовала лишь цель, остальное меркло рядом с ней. Да, пусть не всё и сразу можно сделать идеально, пример тому его владение оружием. Однако ключевым словом тут было именно «сразу». Полуэльф тренировался изо дня в день и Тормод отлично понимал, что если он сам остановиться на достигнутом и перестанет становиться лучше, искуснее, сильнее и быстрее то ушастый вскоре будет вбивать его в грязь не напрягаясь. А потому рвал жилы не меньше него, стремясь к недостижимым вершинам. При этом Альвгейр никогда не врал. Да, он мог так подобрать слова, что было вообще ничего непонятно, тут его не иначе одарил своей сомнительной благодатью сам Локи, но именно прямой лжи Тормод за ним припомнить не мог. Как впрочем и трусости, лишь разумную осторожность и умение трезво оценивать свои силы. Когда-то казалось иначе, но медведь на том злосчастном испытании здорово вправил ему мозги.

Порой Тормоду казалось, что боги решили пошутить и загнали в тело полукровки кого-то из древних ассонов из прежних времён, о которых так любят порассуждать старики, говоря что раньше небо было выше, трава зеленее, а солнце светило ярче. Только памяти наверно лишили… Хотя может и не до конца. Альвгейр всегда казался ему рассудительным, как взрослый, к тому же пусть многих вещей он не знал, однако будто бы не меньше открытий детства не стали для него открытиями вовсе. Родители на такое обращали мало внимания, но Тормод-то отлично мог сравнить свою реакцию на что-то с реакцией брата, которая порой была ну уж слишком иной. Не всё в таких делах можно списать не примесь эльфийской крови. Впрочем даже если так, то плевать, кто бы Альвгейр ни был, но он в первую очередь его брат.

Тихий шум за стеной сигнализировал, что предмет мыслей Тормода проснулся и вскоре двинулся в коридор. Бросив взгляд на окно, сын севера вынужден был констатировать, что настало время тренировки. А посмотрев на обнажённую девушку, всё ещё прижимающуюся к нему во сне, пришлось признать, что не стоило с утра пораньше думать о всякой белиберде, гораздо разумнее было заняться куда более приятным делом. Впрочем вечером судя по всему это упущение получится исправить, а сейчас надо вставать, потому что брат вряд ли упустит возможность стать чуть-чуть, но искуснее в обращении с оружием. Отставать же от него нельзя, если не хочешь оказаться далеко позади. Падение в пропасть поражения может начаться лишь с краткого мига слабости, так говорил Эрик. Проигрывать же Тормод не желал. Ни в тренировочных схватках, ни тем более в реальных, как тогда в лесу. Раны в бедре ему за глаза хватило. Хольд конунга и родич хвалил их скупо, больше подтрунивая, но он знал, что деду тот дал на них с Альвгейром очень хорошую характеристику, уже собираясь звать обоих в дружину. Только вот тот удар вражеского копья очень помог смотреть на вещи трезвей, среди молодёжи они может и выдающиеся бойцы, а вот в целом всё равно не тянут ни на что большее, чем зваться дренгами. Да даже этого статуса не имеют, не пройдя испытание хольдов и не вступив в хирд. А ведь там тоже будет не проще, чем на испытании зрелости. Лишь сильные становятся тингманами и лишь сильные среди сильных хирдманами.

Альвгейр предсказуемо обнаружился на тренировочной площадке заднего двора. Обустроена та была неплохо, но было заметно, что Бруни появляется здесь от случая к случаю. Оно и неудивительно, алхимик это не воин, с некоторым пренебрежением подумал Тормод. Нет, пользу зелий он отлично понимал, но всё же считал, что всякий ассон должен в первую очередь быть справным воителем, а потом уже кем-то ещё. Правда вслух ничего по этому поводу не сказал, а просто взял топор со щитом и начал отрабатывать привычные связки, стремясь делать их чётче, быстрее и плавнее, заодно краем глаза посматривая на Альвгейра. Тот держал в руках топор и меч, купленный у гномов, так же стремясь добиться идеала в своих движениях. Ну а заодно делая кое что ещё… Брат утверждал, что это не магия, но поверить в данный факт было трудно. Как, во имя Одина, человек без волшебства может пропасть в одном месте и мгновенно появиться в другом под сдвоенные хлопки воздуха? Альвгейр же, сделав свой скачок, нанёс сначала один колющий удар остриём меча, как копьём, а через пол стука сердца совершил резкий разворот, махнув топором, чтобы снести воображаемому противнику, что должен был быть у него со спины, голову.

— Уф… — сделал ученик вирдмана долгий выдох, завершив связку.

— Что-то ты после этого каждый раз, как после пробежки с бревном — хмыкнул Тормод.