Хлад 2

Хлад 2

Глава 1

1.

Огромная туша пассажирского авиалайнера медленно выруливает на взлетку. Сложенный рукав перехода остается позади, вместе с зеркальными стенами терминала центрального корпуса аэропорта. Гул набирающих обороты турбин, самолет разгоняется, величественной птицей уходя в голубое небо.

Красивое и завораживающее зрелище. Нагретый воздух от бетонных плит искажает картинку, на мгновение силуэт лайнера теряет четкие очертания, кажется, что в воздух поднялся фантом. Затем видение проходит и самолет вновь возвращается в реальный мир, откуда на мгновение пропал.

— Счастливого полета, — шепчу я и отворачиваюсь.

В стороне от аэропорта еще одна полоса с линией ангаров, здесь стоят частные борта, в основном членов клана, управляющих компаний и чиновников, входящих в органы власти Северного Удела.

Вокруг суета, несколько темных внедорожников застыли темными каплями, ожидая пока бизнес-джет готовят к полету. Идет выгрузка багажа, последние этапы предстартовой подготовки.

Обтекаемый корпус реактивного красавца украшает герб клана Бельских: расправивший крылья сокол хищно смотрит на мир, в любой миг готовый обрушится вниз настигнуть добычу. Черное на белом, в схематичном, но при этом удивительном четком исполнении.

С глубокого синего неба светит солнце, на улице жарко, подходят к концу последние дни поздней весны. Удивительный контраст в очередной раз заставляет задуматься, всего в нескольких десятках километрах отсюда царство вечной зимы, где до сих пор лежит снег и властвует жгучий мороз.

Хлад протянул щупальца далеко, но не дотянулся до сюда. Аэропорт гораздо южнее столицы Удела. Возводя воздушную гавань, проектировщики озаботились, чтобы хоть какое-то время в году не пришлось возиться с очисткой взлетных полос от налетевшего снега.

— Все равно, что в другой климатический пояс попасть, — ворчу я, но скорее одобрительно. Мне нравилась необычность своего нового дома. А домом теперь можно назвать весь Северный Удел. В конце концов, я считаюсь его полноправным правителем.

Ха, правителем. Или скорее властителем без власти. Фактически всеми делами до сих пор заправляют Советники, после смерти князя договорившиеся с правящим родом, и создавшие альянс, в противовес молодому чужаку, волей судьбы оказавшегося на вершине клановой иерархии.

Они терпеть друг друга не могут, и за глаза презирают друг друга, но быстро спелись, стоило понять, что ссориться дальше бесполезно, иначе можно потерять все. Такая приспособляемость удивляла, и даже вызывала уважение решимостью поступиться эмоциями ради сохранения власти.

— Чертовы ублюдки, — я оглянулся. Стоящий у одного из джипов Скрябин почувствовал взгляд и тут же вопросительно изогнул бровь, безмолвно спрашивая «повелителя» нет ли «распоряжений».

Глеб Павлович Скрябин — Советник левой руки, вторая по значимости фигура среди помощников бывшего князя. Сухощавый мужчина в дорогом, но неброском костюме с неприметной внешностью средней руки клерка с огромным влиянием и властью почти на весь бюрократический аппарат Северного удела, благодаря которому колесики и винтики клановых земель и предприятий продолжают крутиться.

Его коллег — Якова Сигизмундовича Радова — Советника правой руки и Екатерины Львовны Милорадской — Советника сердца, сегодня нет. Провожать молодого князя в столицу отправили лишь одного. Непонятно радоваться этому или печалиться, слишком все запутано после моего появления. И неизвестны границы приказов, которые будет исполнять привыкшая к самовластному правлению тройка.

У другой машины — приземистого серебристого спорткара, небрежно облокотившись упругой попкой на крыло шикарного авто, стоит Юлия Бельская, кузина, о чьем наличии я до последнего времени не подозревал. Она представляет противоположную сторону весов — правящий род клана Бельских. Здесь тоже все не просто, хотя мы официально и являемся родственниками.

У правящего рода, отстраненного старым князем от рычагов управления, накопился ворох претензий, в конечном итоге закончившийся заговором. Недальновидность и слабость, помноженные на старческое безумие, и как конечный итог — появление на троне бастарда.

По моему лицу скользнула ухмылка. Никто из этих деятелей понятия не имел, чем закончатся их дурацкие игры в погоне за властью. Я стал темной лошадкой, нарушившей весь порядок. Хуже того, получил власть над Сейд-Озером, и этот факт теперь защищал не хуже стены верных телохранителей. По крайней мере на данный момент.

— Пока дядя Герман не найдет подходящую замену, более послушную и предсказуемую, — буркнул я под нос, наблюдая, как Юлия оторвавшись от любимого авто, подходит, держа в руках телефон. Похожий маневр совершил Скрябин, но держа перед собой тонкий планшет. У обоих почти одинаковое выражение недовольства на лицах. Это насторожило.

— Что? — я нахмурился.

Вместо ответа кузина протянула телефон экраном вперед. Серебристая игрушка органично смотрелась в руках хозяйки — платиновой блондинки, одетой в серый брючный костюм.

Я не стал брать устройство, лишь вопросительно приподнял бровь. Юлия терпеливо пояснила:

— ЧП на дальней заставе.

Какой еще к черту дальней заставе?

— А точнее на северной оконечности передовых рубежей северной границы, — уточнил Скрябин, подходя ближе.

— Что там случилось? — телефон я все же взял, но подумав, поменял на планшет Советника с большим экраном. Судя по застывшей картинке мне хотели показать одну и ту же запись, одновременно присланную Скрябину и княжне.

Интересно, почему мне ничего не присылают? Телефон у меня есть, учетную запись во внутренней системе клановой сети я тоже завел, получив неограниченный доступ.

Хотя на счет последнего — это наверное видимость. Вряд ли настоящие хозяева позволят копаться в секретных данных недавно появившемуся «чужаку». Возможно поэтому и нет оповещения, аккаунт с изъяном или с ограничениями.

Подумал об этом мельком, изучая присланный на планшет видеофайл.

— Какого черта? Это что тела?

А точнее три тела, выложенные в странную фигуру на вершине каменистого холма. Все обнажены, у всех на коже непонятные рисунки и письмена. Что за хрень?

— Дежурная смена станции климатических наблюдений, — сухо доложил Скрябин. — Они не вышли на связь в контрольный срок и туда отправилась группа проверки. Они и обнаружили тела, а также сожженную станцию.

— Там же рядом находился радионавигационный маяк, он тоже выведен из строя, — угрюмо добавила Юлия.

Я вновь обратил взор на экран. Снимавший увеличил фокус, беря крупным планом нарисованные на мертвецах знаки.

— Что за каракули на них намалеваны? Кто-нибудь знает? — я поднял голову, успев заметить, как Советник и княжна обменялись быстрыми взглядами.

Как интересно, у них общие секреты? А с остальными поделиться не хотят? Я показательно нахмурился, и оба поняли, что безмолвный обмен не остался незамеченным.

— Рассказывайте, — велел я, не слишком уверенный, что собеседники поведают именно правду, а не навешают лапши, искреннее считая, что юному правителю незачем влезать в такие дела.

Однако оба удивили, почти в унисон заявив:

— Это неоязычники.

Скрябин произнес с кислой миной, Юлия с раздражением. Какая разная реакция на одни и те же слова.

— Какие еще неоязычники? Наши?

Княжна отрицательно качнула головой.

— Нет, скандинавские. Неовикинги, практикующие человеческие жертвоприношения Одину. Как они говорят: — «возвращаясь к истокам».

Сообщение заставило на несколько секунд зависнуть.

— Они сумасшедшие, ваша светлость. Кучка психопатов, не признающие общечеловеческих правил. Изгои, которым нечего терять, — сказал Советник, чем заслужил неприязненный взгляд со стороны княжны. Похоже у нее на это имелось свое мнение, отличное от чиновника.

— Они маги? — не понял я. — Пытаются через ритуалы увеличить силу?

— Некоторые да, но не все, — ответила Юлия, бросила еще один косой взгляд на Советника и быстро продолжила, не дав тому заговорить: — Официально власти Скандинавского альянса их не поддерживают, но ходят слухи, что движение финансируется в том числе через органы муниципального управления нескольких норвежских и шведских городов.

— Это только слухи, — быстро произнес Скрябин, явно о чем-то сильно переживая. Он тревожно посмотрел на меня, но тут же скосил глаза в сторону.

— У них есть корабли? — я продолжил расспросы, не обратив внимания на реакцию Советника. Тот скорчил кислую мину, но промолчал.

— Разве что рыболовецкие траулеры, — ответила Юлия. — Давать военные корабли скандинавы им все же не рискуют, понимая, чем это может закончится.

— Правительство Скандинавского альянса официально признало группировку неовикингов радикальным объединением и запретило ее на своей территории, — быстро проговорил Скрябин.

— Но не всех, а только силовое крыло. У них есть еще общественная организация, призванная популяризовать среди населения древние верования, — возразила княжна. — Она не запрещена, и больше того — процветает. Многие крупные скандинавские компании и предприниматели жертвуют им огромные деньги, и это не запрещается.

— Связь между неоязычниками и Обществом за древние верования до сих пор официально не подтверждена, — скупо напомнил Советник, но выглядел он при этом сильно недовольным.

Сзади раздался гул мощных двигателей — очередной авиалайнер заходил на посадку. Мельком оглянувшись на небесного гиганта, способного за раз перевезти до четырехсот пассажиров, я вернулся к разговору.

— Они что идиоты, зачем полезли в земли Бельских?

На мгновение по лицу Юлии скользнула гримаса раздражения.

— Это уж не первый инцидент с этими ублюдками на нашей земле, — неохотно призналась она. Ей явно не нравилось говорить о подобной слабости. А это именно она — слабость. Ведь после первого раза их не убили, раз психи полезли на чужую территорию второй раз. Или сколько раз они уже сюда лезут?

— Для них северные земли имеют мистический смысл. Древние капища сакральных мест поклонения силы. В древности здесь проходила граница между миром смертных и богов, — торопливо пояснил Скрябин. Он все больше переживал, с тревогой вглядываясь в мои глаза, где медленно растекался лед.

— Эти придурки верят, что там должен проходить рубеж между реальным миром и миром божественных сущностей, — с презрением бросила Юлия. — И плевать, что все эти дебильные верования, базируются на знаниях, когда понятия не имели о спутниковых снимках и нормальных картах. Для них мир живых заканчивался на границе земель куда древнескандинавские племена просто боялись заходить.

Я качнулся с носки на пятку, засунув руки в карман брюк, рассеяно оглядел, готовящийся к полету белоснежный бизнес-джет с черным соколом на борту.

— Мда, а теперь похоже они не боятся туда заходить, — протянул я, хмуро обдумывая ситуацию.

Советник открыл рот, собираясь что-то сказать, но его перебила Юлия.

— Старый князь запретил реагировать на нападения, не хотел раздувать конфликт, — она покосилась на Скрябина и злорадно закончила: — И ближайшее окружение его в этом поддерживало.

Намек на Советников более чем прозрачен.

Да, биологический папаша, это не дед. Тот бы сразу поджарил задницы всем причастным и непричастным. Или хуже того — организовал ответный карательный рейд, стерев с лица земли пару десятков городков Скандинавии.

Властители Северного Удела всегда славились жестким нравом, и только на последнем природа отдохнула, сделав слабохарактерным слизняком. Под конец жизни и вовсе сошедшим с ума. Что забавно, он наверняка думал, что поступает логично, не видя какой на самом деле наносит вред.

С Советниками понятно, эти по натуре не вояки. Им бы жизнь послаще, да проблем поменьше. И не дай боги, выйти на улицу под «холодный ветер и проливной дождь».

— Хочу напомнить, что за все предыдущие инциденты власти Скандинавского альянса в полной мере выплатили компенсацию, — осторожно произнес Скрябин. — И принесли официальные извинения.

— И сильно это помогло? — с кривой усмешкой спросил я, боковым зрением успев заметить, как вспыхнули глаза Юлии. Она догадалась, что последует дальше.

Советник тоже это понял, кисло заметив:

— Это может раздуть никому не нужный конфликт.

— Зато отучит некоторых идиотов от нападений на земли Бельских, — парировал я и повернулся к княжне: — У клана есть боевые корабли?

— Два эсминца, — с готовностью подтвердила Юлия. — Не самые современные, но вполне готовые для боевых действий.

Скрябин протестующе поднял руку, сделав последнюю попытку помешать, как он считал напрасному кровопролитию.

— Ваша светлость, я не думаю, что…

— Не беспокойтесь, Глеб Павлович, я не собираюсь отправлять в бой лично вас, — бесцеремонно перебил его я. — Этим займутся более подготовленные люди.

Княжна бросила победоносный взгляд на Советника, по ее лицу скользнула презрительная усмешка.

— И никаких денежных компенсаций. Только кровь за кровь, — жестко произнес я.

Советник вздрогнул, усмешка княжны стала шире.

— Когда выступать? — Юлия плотоядно заулыбалась. Боевой маг, стихия боя для нее была привычной. Но пришлось ее разочаровать.

— Ты едешь со мной. Наказанием скандинавов займутся другие. Ведь у рода Бельских не один боевой маг?

На секунду в глаза княжны мелькнула неуверенность.

— Я не… — она запнулась.

— А если другие Бельские не захотят выполнять приказ, я отсеку их от Сейд-Озера, — любезно пояснил я, поняв с чем связана заминка. — Либо они берут эсминцы и отправляются топить скандинавские корабли, либо начинают готовиться остаться без силы. Мне плевать, хотят они или не хотят подчиняться «безродному чужаку и бастарду», но если ублюдки не захотят мстить за собственный Удел, то значит они недостойны быть Бельскими. Я изгоню каждого, отказавшегося выполнять приказ и плевать к каким это приведет последствиям.

Долгую секунду Юлия стояла молча, не зная, как реагировать на ультимативный тон, затем склонила голову в коротком поклоне:

— Они пойдут, ваша светлость.

Ошарашенный Скрябин наблюдал, как она отошла с телефоном, потом посмотрел на меня, увидел тусклое серебро по краю радужки глаз и ощутимо вздрогнул. Он явно хотел что-то сказать, но увидев проявление Хлада передумал.

Обслуживающий персонал тем временем заканчивал последнюю предполетную подготовку. Скоро самолет поднимется в воздух и направиться в столицу Конфедерации. Неизвестно что там меня ждет, но интуиция подсказывала, что по сравнением с этим проблема скандинавских неоязычников вполне могла пройти по разряду несущественных трудностей.

Глава 2

2.

Приглушенный гул мощных двигателей за бортом едва пробивался сквозь корпус. Шумоизоляция шикарно обставленного салона демонстрировала высокий класс. Все ради спокойного времяпрепровождения вип-пассажиров. Даже бежевое оформление интерьера направленно на одно — вызывать умиротворение в ходе долгого путешествия.

Юлия на диване, листает глянцевый журнал, из тех, что обычно в руках девиц, увлекающихся модой. Она боевой маг, но она так же женщина, поэтому смотрит, но похоже без особого интереса. Перелистывание идет быстро и нервно, княжна до сих пор бесится, что ей не позволили отправиться карать наглецов, напавших на родовые земли Бельских.

Впервые за последнее время никто не стягивает удавку на шее вооруженных сил клана, ограничивая действия по отношению к врагу. Но вместо боя, она вынуждена сидеть здесь, ожидая пока самолет прибудет в столицу.

Ее раздражение понятно, но она нужна на Совете, где высшие представители древних родов будут решать, достоин ли юный князь Северного Удела стать одним из них, или же от него придется избавиться, как от опасного конкурента, представляющего угрозу для всех.

А вот Скрябина пришлось оставить дома. Вечно бубнящий о миролюбии бюрократ будет не к месту на встрече с хищниками, привыкшими пожирать не только чужих, но и своих, если последние проявляют слабость.

— И вообще любого, кто попадется на зуб, — тихо хмыкнул я, без особой радости думая о предстоящем мероприятии.