Крепостная актриса для князя

— Была, там все были, нас заставляют, ослушаться значит получить десять плетей. Тебе лучше забыть об этом, — она опустила глаза, словно устыдившись.

— Почему меня не позвали?

— Ты пока недавно здесь, поэтому таких как ты запирают в комнатах. не знаю даже почему тебя не закрыли, забыли, наверное, еще раз говорю, забудь, иначе беду накликаешь. Морена не прощает. А тебе вроде как повезло, если ты до сих пор здесь.

— А старичок, что был в моей комнате? — я вдруг вспомнила странного посетителя, что отправил меня хоронить птичку.

— Старичок? — удивилась Прося.

— Да, маленький такой, словно из сказки. Он как будто из ниоткуда появился.

— Маленький, он тебя, наверное, и открыл. Неудивительно, что ты заболела. Столько пережить за один день. Не старичок это был, а домовой наш. Ох, и странные дела творятся. Он почти никому не является. только хозяевам. А тут к тебе пришел.

— Домовой? Хотя чему я удивляюсь после Марены.

меня вновь начало колотить от холода.

— Ты забудь об этом и никому не говори. Забудь, — словно сквозь вату я слышала голос Проси.

Потом словно во сне я слышала голос Дмитрия.

— Лекарь не придет, матушка запретила ему. я ничего не могу сделать, он от любых денег отказывается.

— Идите к ведьме, Дмитрий Федорович, только она поможет. Я проведу ее, чтобы никто не видел.

Дверь снова хлопнула, но сил открыть глаза не хватило. Прося, наверное, думала, что я сплю.

— Ох девка, что же ты натворила. Любовь еще эта между вами ох как не вовремя. Печаль одна с вами. Все законы предков попрали. княгиня никогда не допустит чтобы вместе Вы были. Хоть и Морена ему тебя отдала. Быть тебе прислугой в доме любимого. Жене его угождать. Хоть бы в могилу тебя не свели. Месть женщины страшна.

О том, что пришла ведьма я поняла по характерному запаху, что окружал ее и в прошлый раз. Травы, мед и горящее дерево. Даже сам этот аромат успокаивал.

— Выйдите все. Я одна с ней должна побыть, — скомандовал старушечий голос.

Как только Прося и Дмитрий вышли она скомандовала:

— Открывай глаза, знаю, что не спишь уже. Мне посмотреть в них нужно.

Она присела рядом и взяв меня за руку заглянула в мои глаза. А мне казалось в самую душу.

А потом она вдруг отшатнулась от меня и вскочила. Мне показалось, что даже побледнела.

— Морена, Морена, Морена, — шептала она в ужасе расхаживая по комнате.

Потом остановилась в центре и вновь посмотрев на меня, зло прошипела:

— Только сама себя спасти можешь, у меня таких сил нет. Морена сильнее нас всех.

Глава 24

— Аня, Аня, очнись! — Дмитрий тряс меня за плечи, а я абсолютно не хотела этого.

— Уйдите, — попросила я Дмитрия и Просю, они ворвались комнату через пять минут после того, как ведьма ушла.

Не знаю, что они там увидели в моих глазах, но оба отшатнулись от кровати, на которой я лежала.

— Прошу, оставьте меня, — попросила я еще раз и прикрыла глаза.

Меня вновь кто-то будил, но не тряс за плечи, а аккуратно касался.

— Аня, пора, вставай!

Женский голос достаточно ласковый, но в то же время тверды, словно мать, а я нашкодившее дитя.

Я открыла глаза и увидела перед собой Марену, не знаю отчего из моих уст вырвалось:

— Матушка, — я осеклась и прикрыла рот рукой.

Богиня ухмыльнулась:

— Вы все мои дети, поднимайся. Тебя нужно исцелить, — она протянула мне руку.

Я встала с ее помощью и подошла к печи, которую мне поставили после моего возвращения.

— Бери — вот это поленце, — командовала Марена, — Видишь углубление?

Я кивнула, прямо посередине было небольшое отверстие, словно его кто-то специально вырезал.

— Держи вот эту палочку, — она открыла ладонь, и я увидела на ней небольшую ветку.

— Тебя спасут огонь и растения, послушай меня. Бери эту палочку и воткнув ее в бревнышко изо всех сил три между ладоней, до кровавых мозолей, тебе нужен огонь, добытый собственными руками, слышишь? — она втолковывала мне, как малому ребенку.

— Слышу, — я взяла палочку и принялась делать, как велела Морена.

Вначале у меня не очень получалось, палочка, то соскальзывала, то выбивалась из отверстия и ладони уже горели, когда я наконец-то наловчилась. И из-под палочки пошел небольшой дымок.

— Давай, родная ты справишься, — Марена погладила меня по голове.

Она подбросила немного сухого мха и можжевельника поближе к лунке. Когда все это занялось она велела мне перенести все это в печь и раздувать образовавшиеся угли. Очень скоро огонь занялся и дрова стали весело потрескивать. Я даже забыла о саднящей боли в ладонях.

— Теперь став на печь котелок, будем готовить отвар, — Марена достала откуда-то из складок своего платья мешочки и разложила их на столе.

Она выдвинула ящик, в котором лежала корзина для рукоделия. Так, словно

Марена знала, что он таи точно находится. Взяла клубок шерсти и пристально рассмотрев его произнесла:

— Ну не твоей рукой прядено, в следующий раз исправим, но можно и этот использовать. Бери можжевельник и связывай его в пучок, — она протянула мне нить и веточки.

Я принялась исполнять ее приказание. Связав их в небольшой венчик, я показала их Морене.

— Молодец, быстро учишься, но это еще не все. Повесь его около двери, никому не разрешай снять, — она вновь отчего-то погладила меня по волосам.

Я послушно зацепила петельку за притолоку, и даже сама испытала какое-то облегчение от этого. Я все больше ощущала себя дома.

— А теперь приступим к отвару. Внимательно запоминай! — она строго взглянула на меня, — Вокруг тебя слишком много врагов, помни об этом всегда, так же как в том мире ты появилась неспроста, так же и здесь ты на своем месте оказалась. Ставь воду на собственноручный огонь.

Я послушно набрала воды в небольшой котелок и поставила на печь.

— А теперь травы, бери вот эти мешочки, — она указала на пять лежащих на столе холщовых свертков, — Бери по ровной щепоти и бросай в кипящую воду.

Я старалась, не изменяя пропорций забирать в щепоть равное количество сушеных трав из каждого мешочка. Комнату наполнил чудесный запах и даже дышать, казалось, стало легче несмотря на кипящую воду.

Марена, наклонившись что-то прошептала над котелком, и вода от этого еще сильнее забурлила. Она отшатнулась.

— Ох, и сильна ты вышла доченька, мать перещеголяешь, если спесь свою усмиришь. Неведомо людям, кто ты и тебе до поры до времени личину свою открывать нельзя.

Я присела перед печью и подставила ладони огню, кажется, даже мозоли на моих руках стали меньше болеть.

— Как я могу называть тебя? — спросила я Марену.

— А как бы ты хотела, девочка? — ответила она на мой вопрос.

— Я не хочу тебя обидеть, ты рядом, больше никто мне не помог.

— Ты не обидишь меня, ты моя…., — она немного замешкалась, — Вы все мои дети. Аня, у тебя очень сложный путь. Я не смогу всегда тебе помогать и как бы правильно сказать, я не знаю, поэтому скажу, как есть. У таких женщин как ты и я не может быть счастливой судьбы с мужчиной. Мы в принципе не можем создать семью. Это наша ноша. Каждому свое, наша реальность такова. Ты будешь блистать на сцене, если захочешь, у тебя будут дети, но ты должна забыть Дмитрия. Еще хочу сказать, что это будет не так просто, так сильно ты больше не полюбишь. Но прошу тебя, он должен остаться только в твоих воспоминаниях. Все, время пришло, пей отвар.

Я и не заметила, когда она сняла котелок с огня и налив отвар мне в кружку остудила до комфортной температуры.

Сделав глоток, я с удовольствием ощутила, как теплая жидкость обволокла мое воспаленное горло и сняла жжение. Казалось, каждая клеточка моего организма покрывается теплой оболочкой, и я наслаждалась этим ощущением периодически делая глоток питья из кружки. Я размышляла о том, кто я, о том, кем я стала. А когда в очередной раз подняла глаза от питья в комнате никого не было, я вновь оказалась одна.

Глава 25

Морена, значит. Ну что ж Морена так Морена. Мне стало легче и уже следующим утром от болезни не осталось и следа. Дмитрий больше не навещал меня, а вот Прося постоянно сидела в моей комнате.

— Прося, ну что у тебя дел нет, возишься со мной как с маленькой, — увещевала я ее.

— Дмитрий Федорович наказал от тебя никуда не отходить. Так что посижу, пока ты не выздоровеешь, а дела мои мелкие, подождут. Вот может и носочки вязать закончу, — она вновь вернулась к своему занятию.

Утром меня ждали новости.

— Аня, вставай, велели всем собраться в гостиной и тебе особенно. Перед завтраком будут разговаривать с театральной труппой. Княгиня и сам князь. Одевайся скорее я причешу тебя.

Я выхватила первое попавшееся платье и с помощью Проси оделась. Она наспех сколола мои волосы и повела в гостиную. Там уже было полно народу, все места были заняты, и я скромно встала в уголке. Мужчины и женщины весело о чем-то переговаривались. Когда в комнату вошла княгиня, все стихли. Князь тихонько прокрался следом.

— Вижу все в сборе и даже особо одаренные! — она задержала взгляд на мне, — Ну что ж, приступим! Как Вы знаете скоро наступит Новый год, праздник этот светский, а значит будет много гостей. Мы должны как следует подготовиться. Но не забывайте о представлении в день свадьбы. Она состоится весной. А на Новогоднем мы представим нашу невесту! По сему трудитесь усиленно, готовьтесь прилежно и я вознагражу Вас. А если слабину дадите, то и голову можете не сносить.

Все закивали. А потом понуро опустили головы. Гнев они могли навлечь на себя даже взглядом.

— Богиня одобрила наш выбор! Семья благословлена. Но возникло одно недоразумение. Кто был позавчера с нашей семьей, тот в курсе, что Анечка теперь на особом положении. Подойди сюда, дитя, — она улыбалась, но словно скалилась.

Я робко вышла в центр комнаты. Княгиня приобняла меня за плечи.

— Аня, конечно останется при театре, но у нее теперь еще одна обязанность. Она перешла к Дмитрию и его невесте во владение. Так что придется ей втройне постараться, а впредь не лезть не в свое дело.

Княгиня вдруг запустила пальцы в мою прическу и с силой потянув волосы у корней заставила меня задрать голову. Я молчала.

Она посмотрела в мои глаза, а затем с силой толкнула меня на пол. Я еле успела подставить руки.

— Молодец, а то и личико так можно испортить, — наклоняясь ниже произнесла она.

— А теперь все могут отправиться на завтрак, а ты Анечка задержись. Больно неуклюжа ты сегодня, — княгиня была в гневе.

Когда я уже почти встала, она вновь толкнула меня, только теперь ногой. Я растянулась и всерьез подумывала притвориться мертвой.

Над головой раздался голос князя:

— Пелагея, ну что ж ты так себя не бережешь. Оставь девчонку, — он потянул ее за руку.

— Федор, не зли меня. Эта девчонка теперь вроде части нашей семьи, влезла. Да как она вообще посмела там появиться, да еще самой Морене на глаза. Как она не сдохла после этого? Ты хоть понимаешь, чем это все может закончится?

Я уже встала и поправив платье смотрела на ссору супругов. Казалось еще немного и она влепит князю пощечину, и не факт, что он не рассыплется от этого.

— А ты послушай меня, — она вновь повернулась ко мне и ткнула пальцем, — Ты будешь есть отдельно, на кухне, прислуживать невесте Дмитрия. И не дай тебе ума расстроить ее. Да на Дмитрия не смей смотреть. чтоб в его присутствии сама кротость была. А если замечу, что вешаешься на него, десятью плетьми не отделаешься. На куски резать буду, собаками травить, изуродую. И роли свои чтобы как следует репетировала. а теперь вон отсюда пошла!

Я бегом выскочила в коридор и заметила Просю, которая прижимала ко рту руку и в ужасе таращила на меня глаза.

— Идем, — сделала я как можно более равнодушный вид, в конце концов я актриса и смогу найти выход отсюда. Сбегу и никто меня не найдет. А Дмитрий пусть на этой своей пышечке женится.

Прося отвела меня в спальню и сбегала за завтраком.

— А если княгиня узнает? — с сомнением спросила я.

— Не узнает кушай, спокойно, я обо всем позаботилась. Только посидеть сегодня с тобой не могу.

— Да ты иди, я позавтракаю и отправлюсь на занятия. А вечером сама найду дорогу, вроде бы запомнила куда идти, — успокаивающе погладила ее по руке.

— Ну вот и хорошо, я побежала тогда, вечером ужин принесу и ко сну собраться помогу, да помыться надобно.

— Иди, — засмеялась я, выпроваживая ее за дверь.

Как только осталась одна гнев тут же вернулся ко мне. Чертова семейка, как же Вы меня достали. Ну ничего Боги Вас еще покарают. Будет Вам и Новый год и свадьба!

Я быстро расправилась с завтраком, кто знает, что может случиться до обеда и быстро набросив пальто выскочила на улицу забыв платок, возвращаться не стала. Поэтому распущенные волосы ветер швырял мне в лицо, и я постоянно вынуждена была их поправлять. Остричь их что ли? Хотя нет, бабушка говорила, что нельзя в них вся моя сила.

Добравшись до классов, я обнаружила, что еще никого нет и просто принялась бродить по коридорам и заглядывать во все помещения подряд.

В самом конце, там, где был чулан на первом этаже что-то громыхнуло, и я медленно, почти на цыпочках стала приближаться к этой двери.

Глава 26