Хроники разрушителя миров. Книга 10

Так и жил один довольно длительное время, но умереть одному мне было не суждено. Однажды ко мне в лес зашли дети, чтобы собрать грибов и ягод на продажу, а заодно и поесть.

Сначала я хотел их прогнать, но мне стало их жалко, глядя на то, насколько они оказались голодными. Дети буквально глотали дары леса, почти не прожёвывая. Тогда я решил их накормить и только после этого выдворить из моих владений. Они, кстати и не собирались у меня оставаться. Решили зарабатывать на лесных дарах. А почему бы не зарабатывать, когда здесь круглогодичное лето и постоянно что-нибудь плодоносит?

В общем, не стал я их выгонять, а понаблюдал за ними. Подумал, что через день-другой они сами сбегут. Но нет, мало того, что они себе чуть ли не дом из веток и травы отгрохали, так ещё и запасы начали собирать чуть ли не в промышленных масштабах. В общем, каждый вносил свою лепту. Вот только когда они отправились с лесным товаром в город, их в первый раз ограбили, а во второй кинули. Думаешь, они опустили руки и сдались? Как бы ни так.

Детишки сначала нашли относительно безопасный маршрут до города, а потом договорились со стражей и отстёгивали им часть денег с продажи, а те следили, чтобы детей никто не кидал. Разумеется, со стороны, чтобы свою выгоду не упустить. Так им и детишки отстёгивали и ушлые торговцы, желающие на них нажиться. Причём с торговцев они получали значительно больше стоимости товара. И спустя полгода о том чтобы кинуть этих детей не мог помыслить даже самый нечистый на руку продавец.

Другими словами дети оказались очень умными и очень трудолюбивыми. Поэтому я, наконец-то, решился и пригласил их жить к себе. Они сначала согласились только посмотреть, но потом поняли, что я не желаю им зла, а ещё, что у меня уютно, тепло и сухо. Чуть позже я отстроил целое здоровенное крыло под них и у каждого теперь есть своя комната.

Раньше я хотел только одного поскорее сдохнуть, поскольку в этом мире меня больше ничего не радовало. Единственное, что мне нравилось, так это сидеть у камина с кружкой вина и смотреть на огонь. Я надеялся, что когда-нибудь так умру, не суетясь и в полном умиротворении. Однако дети изменили мою жизнь и привнесли в неё радость. Я уже отвык от детского смеха и шума в своём доме. Впрочем, я никогда этого и не знал, поскольку своих детей у меня не было. И вот под старость лет они у меня появились.

Если ты читаешь это письмо, значит, я уже умер и очень надеюсь, что своей смертью не сильно побеспокоил этих прекрасных детей.

У меня к тебе будет единственная просьба. Позаботься о моих детях, дхархи. Я знаю, что из ветеранов родители так себе, но они не станут тебе обузой. Скорее будут незаменимыми помощниками и вернут радость в твою унылую жизнь".

Я посмотрел на девчушку, которая уселась на кровать и обняла подушку Жирдяя. От этого вида мне захотелось позаботиться об этих детях, не потому что об этом меня попросил ветеран, а потому что так будет правильно. Кто-то должен их вырастить и защитить. Им ещё повезло, что сюда не сунулись любители лёгкой наживы. Уверен, что мало кто знает о том, что Жирдяй был ветераном. Вряд ли он афишировал этот аспект своей жизни. А это значит, что рано или поздно кто-то захочет наложить лапы на эту землю, а детей в лучшем случае выгонят.

— Тебе здесь нравится? — спросил я у девочки.

— Очень, но иногда хочется пожить в городе.

— А остальным детям?

— Тоже нравится, но они тоже хотели бы почаще бывать на городских праздниках.

— А что вам мешает бывать на городских праздниках часто?

— В городе все территории поделены, и, когда мы приходим туда, все думают, что мы будем воровать на их территории и пытаются нас выгнать. Нам приходится драться. Я, конечно, не дерусь, ещё маленькая, но вот парням достаётся. Они, конечно, хорохорятся, но я же вижу, что им неприятно. Поэтому мы ходим не часто и стараемся не заходить в толпу, потому что тут же появляются другие дети и портят нам праздник.

— Ты знаешь, у меня сейчас есть дела, которые нужно закончить, но, когда я с ними разделаюсь, то приеду за вами и, если вы захотите, то мы все вместе съездим в мой город. Обещаю, что вас там никто не тронет, и вы сможете насладиться городским праздником на полную катушку.

— Правда, правда?

— Правда, правда.

— А можно я остальным об этом расскажу?

— Конечно, можно. Давай только записку назад положим и уберём камень на место, — ответил я и вложил обратно записку, затем поставил камень на полку, После чего мы вместе пошли к остальным детям. Ну, как пошли… Я пошёл, а девочка побежала с радостными криками. И, когда я подошёл к комнате, где собрались все дети, они уже были в курсе моего предложения.

— Ваше сиятельство, разрешите вопрос? — обратился ко мне старший из детей.

— Спрашивай, — ответил я.

— А зачем вам это нужно? Мы ведь обычные простолюдины.

— Я бы мог ответить, что меня попросил Жирдяй, и это, кстати, правда, но дело не только в его просьбе, а ещё и в том, что вы умудрились выжить без него и при этом остались хорошими людьми. Другими словами, я считаю, что у вас должен быть шанс на то, чтобы вырасти достойными людьми. Поэтому я его вам дам, а вы уже сами решайте, ухватитесь вы за него или нет.

— Мы согласны! — без раздумий ответил старший парень за всех. Он сразу понял, что это шанс и за этот шанс нужно хвататься зубами. Если бы перед ним стоял не ветеран, то он, скорее всего, отказался бы, но мне он верит и не упустит шанса выбиться в люди для своих друзей. Я уже понял, что он о них заботится больше чем о себе.

— Хорошо, тогда, как я уже говорил, я завершу все срочные дела, а потом вернусь за вами. Сколько времени у меня это займёт, я не знаю, но без защиты я вас не оставлю. Есть бумага и писчие принадлежности?

— Есть. Вон они, — парень не указал на свой учебный стол.

— Ты позволишь ими воспользоваться?

— Конечно, присаживайтесь.

Я сел за письменный стол и быстренько накидал текст письма.

«Владелец этого земельного участка с лесными массивами являлся ветераном по имени Жирдяй. Следовательно, эти земли после его смерти перешли в собственность ветеранов, поскольку у него нет других наследников. Любое посягательство на эти территории либо всего, что на них находится, приравнивается к объявлению войны всем дхархи. Мы разрешаем жить на этой земле и заниматься любым видом деятельности, следующим людям:», — дальше я познакомился с детьми и вписал их имена, после чего продолжил:

«Эти люди находятся под защитой ветеранов, любые претензии, предъявляемые им, должны предъявляться ветеранам, при этом мы запрещаем лишать их свободы, как-то наказывать, или препятствовать их свободному перемещению по нашей территории. Неисполнение любого из вышеописанных требований является поводом для мести дхархи. После того, как прочтёте это письмо его надлежит вернуть тому, кто вам его отдал.»

И ниже поставил свою подпись: «герцог портальных застав Сэм Дальгон, дхархи Жнец Тагарда», — после чего поставил свою гербовую печать и магическую.

— Есть туба, куда можно положить это письмо?

— Есть, сейчас принесу, — ответила девочка по имени Сатина, убежала и вскоре вернулась с тубой под письмо. Я свернул его положил внутрь и закрыл. После чего протянул его Алану, так зовут старшего парня, со словами:

— Кто бы ни пришёл, чем бы ни угрожал, Как бы ни пытался вас купить, или выведать что-нибудь у вас, первым делом покажите ему это письмо, даже если это король Дослеяра.

— А если ему будет плевать на это письмо?

— Значит это либо сумасшедший, либо самоубийца, и вам лучше убежать и спрятаться от него.

— Понятно. Есть хочешь?

— Я бы перекусил чего-нибудь лёгкого, а взамен оставлю вам свинью.

— У нас что, сегодня будет мясо? — с надеждой в голосе спросила Сатина.

— Сегодня нет, уже поздно. Завтра приготовим, — ответил ей Алан.

— Сейчас я схожу за ней.

— Подожди, я тебя провожу, иначе в ловушку попадёшь. Да и охранная система тебя живьём отсюда не выпустит.

— Ну пойдём, — ответил я и направился в сторону выхода, а Алан пошёл за мной. Вот только я не стал дожидаться, пока он подойдёт, а первым использовал артефакт спуска-подъёма.

— Стой… те! — только и успел выкрикнуть он, но было уже поздно. Я стоял на улице и ждал, когда он спустится.

— Но как⁈ Вас должно было убить! — спросил он у меня.

— В том, что сделал один ветеран, другой всегда сможет разобраться. Ведь, чтобы мы ни делали, мы всегда учитываем возможность того, что с этим придётся работать другому ветерану.

— Понял, но вы меня очень напугали.

— Не бойся ни одна из ловушек, которые здесь установлены, в том числе и охранная система этого дома не способны причинить мне вред. А теперь поговорим с тобой. Мне нужна эта свинья — обратился я к Шторму, а тот сгрёб свинью лапой под себя и замотал головой.

Глава 5

Королевство Дослеяр.

— Шторм, отдай свинью детям! — велел я, но тот даже и не подумал отдавать своё лакомство.

— Я завтра тебе три куплю. Одну сразу съешь, две с собой заберёшь, — продолжил настаивать я, но мой летающий питомец только мотал головой.

— Если не отдашь, то в портальных заставах будешь питаться только хаоситами. Их там много, тебе понравится, — пригрозил я, а Шторм ещё интенсивнее замотал головой и тут же отдал свинью.

— Сразу надо было так сделать. Ты детей голодными хотел оставить, и это при том, что теперь я несу за них ответственность, а значит, они члены нашей стаи и мы должны заботиться о них. За то, что ты жадничал, завтра будешь играть с ними. И очень аккуратно, чтобы никого не поранил, — обратился я к Шторму, но тот только фыркнул и отвернулся. Я же взял свинью и отправился обратно в дом.

Разумеется, она не испортилась, поскольку я позаботился об этом и использовал соответствующие магические заклинания, плюс закрыл тушу щитами, чтобы не нацепляла на себя земли и травы. Я поднялся в дом, следом за мной поднялся и Алан.

— Где тут у вас можно разделать тушу? — поинтересовался я, понимая, что такое место определённо должно быть, ведь Жирдяй наверняка охотился.

— Пойдём, провожу, — ответил Алан и отвел меня в комнату, где разделывались туши животных. Это была не кухня, а именно разделочная. Парень быстро постелил на пол непромокаемую ткань, подкатил крюк, подвешенный к потолку на балке. Я повесил на него свинью и принялся за разделку.

Вскоре нарезанные куски мяса были сложены детьми в специальные ящики, в которых продукты почти не портятся.

— Ваше сиятельство, стол уже накрыт, — сообщил мне Алан, и мы вместе отправились в гостевую комнату, в которой дети накрыли большой стол. Здесь было множество лесных деликатесов, которых нет на столах даже у среднего достатка дворян. Зато здесь не было мяса, мучных продуктов и фруктов, но имелась была речная рыба. Я достал свои припасы и нарезал копчёного мяса, выложил специи и соль, которую дети здесь определённо экономили.

Мы разместились за столом, и я заметил, что Алан мнётся. Он будто что-то хочет сказать но не решается. Тогда первым заговорил я:

— Алан, ты хочешь что-то сказать?

— Я не знаю, можно ли такое предлагать, — ответил парень.

— Говори.

— Жирдяй любил забродивший берёзовый сок.

— Вы же говорили, что он любил вино.

— Не совсем так. Он любил пить вино из металлической кружки перед камином, а за столом он пил забродивший берёзовый сок. Для обработки некоторых трав требуется самогон, и он научил меня, как его делать. А делал он его из забродившего берёзового сока, который пил, когда тот настаивался до определённой фазы. Собираем мы его при помощи специального артефакта, поэтому он у нас водится не только весной. В общем, у нас есть забродивший берёзовый сок, который пил Жирдяй. Он таким будет ещё пару дней. Может, вы тоже хотите попробовать?

— А ты сам пробовал?

— Нет. Жирдяй запретил его пить до восемнадцати циклов.

— Ну что ж, неси, с удовольствием попробую, — ответил я, и Алан вскоре вернулся с кружкой забродившего берёзового сока. Яды мне не страшны и отравление не светит, но мне жутко интересно, что же так нравилось Жирдяю. Я понюхал содержимое стакана и отметил, что сок действительно настоялся и при этом не испортился. Я немного отпил, и хмель тут же ударил в ноги, а по телу разлилось тепло.

— Вкусная штука, но Жирдяй прав, до восемнадцати циклов её пить не стоит.

— Ваше сиятельство, а вы обещали, что если мы покажем вам дом, то вы разрешите нам потрогать Шторма так, чтобы он нас не сожрал, — напомнила Сатина.

— Завтра вы сможете его не только потрогать, но и поиграть с ним. Только будьте очень осторожны, он может случайно ударить, — ответил я, и в этот же миг за столом раздались радостные детские вопли.

С удовольствием поел то, что приготовили дети. Особенно мне понравилась отварная картошка с жареными грибами. К ней бы ещё молока, но, как я понял, такая роскошь у них бывает редко. Ничего, скоро у них проблем с едой не будет.

После застолья мне показали мою комнату и все легли спать.

Когда я проснулся, дети уже ждали меня. Причём никто из них даже не заикнулся про Шторма. Они дождались, когда я умоюсь, оденусь и позавтракаю. Причём на завтрак они приготовили мясо той самой свиньи, которую я им отдал вчера. Разумеется, есть я это мясо не стал. Съел один кусок, для того чтобы показать что оно съедобное, а остальное оставил детям. Зато с удовольствием навернул салат из лесных трав и ягод. Выпил местного ароматного цвара и съел какое-то жареное месиво, внешне напоминающее овощную котлету.

И вот мы наконец-то вышли на улицу, где преспокойно спал Шторм.

— Вставай, малыш, к тебе пришли познакомиться и поиграть, — разбудил я Шторма, и тот, приоткрыв глаза, уставился на меня.

— Ну, поднимайся, покажи им какой ты красивый, — повторил я и мой летающий питомец поднялся.

— Какой он огромный! — восхитилась Сатина. — А можно его погладить?

— Ну, пойдемте, спросим, — ответил я, мы подошли поближе и Шторм опустил голову чтобы понюхать детей, а те, не испытывая абсолютно никакого страха, принялись гладить его огромную морду.

— А можно на нём прокатиться? — спросил, у меня Томаш. Довольно молчаливый, но крепкий парень. По нему видно, что за своих он будет стоять до последней капли крови. Хорошее качество.

— Прости, но пока нет. Можете с ним поиграться, но летать на нём нельзя. Для вас это ещё слишком опасно, — ответил я.

— А в седле посидеть можно? — спросил Алан.

— В седле посидеть можно, Кто первый?

— Можно я? — тут же отозвалась Сатина.

— Ну что ж, пойдём. А вы пока определяйтесь, кто каким в очереди будет.

Дети играли со Штормом ещё часа два. Ему даже понравилось такое внимание, и он изо всех сил старался не навредить им даже случайно. Но вот пришла пора улетать, и мне даже показалось, что он загрустил. Я похлопал его по шее и произнес:

— Не грусти, малыш, мы ещё вернёмся сюда, чтобы забрать детей. Теперь они в нашей стае, так что, не давай их в обиду.

Мой летающий питомец ничего не ответил, но я уверен, что он меня понял.

Путь до города Тисония, который является столицей королевства Дослеяр, занял не сильно много времени, при этом я, как и обещал Шторму, купил ему целых три свиньи.

Надеюсь, главе братства теней уже доложили о том, что я сделал с его филиалом на границе АОрии, и, когда он узнает о том, что я прилетел сюда, то захочет расправиться со мной. Может быть даже лично, в чём я сомневаюсь. А не знать о том, что я прибыл в столицу Дослеяра, невозможно, поскольку я прилетел на виверне, и это видела куча людей, слухи до главы братства теней дойдут моментально.

Столица была защищена очень хорошо, но, несмотря на это, я с лёгкостью бы пробил купольный щит, который был активен постоянно. Однако делать этого я не стал и приземлился позади очереди, выстроившийся к воротам города.

Разумеется, моё приземление наделало много шума. Люди бросились в разные стороны, кто-то даже запустил меня магией, которая ударилась об щиты, не причинив ни мне, ни виверне никакого вреда. Но были и те, кто остался и держал оружие наготове. Причём маги, стоящие в очереди уже сформировали по несколько довольно мощных заклинаний, но не запускали их в меня, возможно, они поняли, что это бесполезно.

— Судя по всему, вы крайний, раз остальные пожелали покинуть очередь, — обратился я к магу, еле сдерживающемуся, чтобы не запустить в меня заклинанием. Затем слез с виверны и с невозмутимым видом встал за ним. Немая сцена.

— Если вы не стоите в очереди, то позвольте я пройду, — снова обратился я к магу, после чего тот с осторожностью попятился в сторону, а я подошёл к следующему.

— Я стою! — тут же сообщил он мне.

— Отлично, тогда я буду за вами, ответил я и просто встал, ожидая своей очереди. Маг сначала успокоился, потом отвернулся, однако долго стоять спиной к нам он не смог, поэтому обратился ко мне:

— Проходите вперёд, я вас пропускаю.