Помоги проекту - поделись книгой:
Пыльная одиссея
Глава 1
The Stars, Like Dust
БЛЕСК ЗВЁЗД
1.
— Миссия ответственная и крайне опасная!
Белоснежный мундир Адмиралиссимуса эффектно смотрелся на фоне чёрной бездны с густой россыпью сияющих звезд. Карта Галактической Империи занимала всю стену и была настолько реалистичной, что создавалось полное впечатление, будто находишься в рубке космического корабля, бороздящего просторы Вселенной, а не в кабинете Генштаба на планете Доблестная опора V. Правее Адмиралиссимуса в нескольких сантиметрах от пола парило оперативное кресло с развернутой для работы консолью. В центре просторного кабинета висела сфера тактической модели дислокации сил Звёздной Армады, где разноцветными трассерами отслеживались передвижения боевых кораблей. Неподалеку от сферы — весь внимание — застыл человек в сером мундире с серебряными эполетами кабинет-фельдъегеря. Лайк Даст. Ему и предстояло выполнить ответственную и крайне опасную миссию.
Адмиралиссимус помолчал, наблюдая за концентрацией сил в системе Питахайя-Бум. Вновь взглянул на Даста.
— Крайне ответственная! — с нажимом повторил он. — И крайне опасная! Высший уровень секретности! — льдисто-голубые глаза Адмиралиссимуса посуровели. — Империя в опасности!
— Так точно! — чётко отреагировал Даст, придав своему лицу выражение чрезвычайной озабоченности, понимания серьёзности момента и готовности к немедленному самопожертвованию.
Для него новость была привычной. Собственно, и новостью-то не была. Насколько Даст помнил, Империи вечно грозила какая-нибудь напасть. Неважно какая. Главное, грозила. А его гоняли с донесениями о каждой такой напасти. Со временем Дасту казалось, что главная опасность Империи в существовании самой Империи, но он эту мысль благоразумно не озвучивал. До отставки по выслуге лет ещё служить и служить.
— Вам надлежит незамедлительно доставить пакет в Ставку Его Императорского Величества, — продолжал меж тем Адмиралиссимус. — Пакет находится в Отделе Рассылки Корреспонденции. Вам его выдадут под личную роспись. Оттуда следуйте в космопорт. Там вас уже ждёт корабль. «Королева Миллениума». Запомнили? Капитан в курсе. Приказ ясен?
— Так точно!
Ставка Императора находилась на Вирджинии в системе Алой Короны. Путь не близкий. Значит запланированная на ближайшую субботу вечеринка у звезды виртуальной эстрады Хлоп-Хлоп накрылась чёрной дырой. Видимо из-за этого в голосе Даста всё же ощутился недостаток рвения. Его-то и уловил Адмиралиссимус. Он вдруг понимающе усмехнулся. По-отечески, так.
— Думаешь, почему бы старому хрычу не воспользоваться услугами Искина?
— Никак нет! — громко открестился от собственных мыслей Даст.
— Не обманывай старика, сынок, — потеплел голосом Адмиралиссимус. — Знаю я вас, молодёжь. Насквозь вижу. Сам таким когда-то был. Молодым и зелёным. Тоже фрондировали, старших критиковали… Только вот те, кто критиковал, давно под крестами лежат! — он окинул Даста цепким взглядом. Будто крест примерил. Даст невольно поёжился. — И это ещё в лучшем случае! — продолжил Адмиралиссимус. — У многих и того нет. А я, как видишь, живой. Стою тут и командую. Спросишь, почему? Отвечу. Потому, что всегда чётко выполнял приказы старших по званию! Начальство учить… — он по-стариковски пожевал губами, но через мгновение вновь обрёл свой прежний вид. — Искина ему, видите ли, подавай! Да мою депешу ещё и раскодировать не успеют, как её содержание будет уже всем известно! Ещё вопросы имеются?
— Никак нет!
Тут Адмиралиссимус был прав. Искусственный Интеллект хоть и продолжал считаться искусственным, таковым давно уже не был. В непрерывном самосовершенствовании он настолько приблизился к человеческому, что стал от него практически неотличим. Всё, что присуще человеку, теперь было присуще и Искину. Выполнение возложенных на него обязанностей с некоторых пор зависело от его настроения. Часто он их вообще игнорировал, предпочитая решать собственные вопросы глобального масштаба. К примеру, его очень сильно интересовали, ощущения домашних приборов сразу после замены старого источника питания на новый. Грозящая Империи какая-то опасность? С точки зрения Искина это могут быть абсолютно несравнимые категории! Поэтому всегда надёжнее послать с известием фельдъегеря. С надеждой, что он доберётся вовремя и живым. Лайк Даст пока не подводил.
Даст лишь на мгновение отвлёкся на собственные мысли, но это не ускользнуло от внимания Адмиралиссимуса. Внезапно заледеневшим взглядом он окинул стоящего по стойке смирно фельдъегеря с ног до головы. Даст прямо-таки физически ощущал движение этого взгляда от начищенных до зеркального блеска ботинок до высокой тульи фуражки. Если хотя бы какая-то мелочь на его форме не будет соответствовать регламенту Боевого Устава Звёздной Армады, то ему придётся не сладко.
БУЗА — Боевой Устав Звёздной Армады был любимым детищем Адмиралиссимуса. Большую часть из почти шестидесяти тысяч пунктов Устава он разработал лично, остальные утвердил в переработанном виде в соответствии с собственной редакцией. Сам безошибочно ориентируясь в строгом регламенте армейской жизни, Адмиралиссимус требовал того же и от подчинённых. Беспощадно, не взирая на звания. Ходил слух, будто во время неожиданной инспекционной проверки, проводимой лично Адмиралиссимусом, тогда еще в звании простого Адмирала Второй Статьи, кто-то из старших офицеров-навигаторов боевого звездолета не смог ответить на простейший вопрос о размерах штатного подноса в корабельной столовой и со стыда выбросился за борт без скафандра. Причём до увольнения в запас тому офицеру оставалось всего-то несколько часов. Поэтому все знали: если Адмиралиссимус начинает бузить — хорошего не жди. Он мог часами изводить жертву, читая ей по памяти инструкции, правила и уложения Устава. И только после этого назначал наказание в соответствии с им же разработанной Матрицей Взысканий для личного состава Вооружённых Сил Империи. Неудивительно, что Дасту в этот момент вдруг сильно захотелось спасать Империю. Лишь бы оказаться подальше отсюда.
К счастью, всё обошлось замечанием, что в соответствии с последним указом медаль «Пятьсот лет экспедиции к Магелланову Облаку» следует носить не перед, а за медалью «Восемьсот пятьдесят лет памяти звёздного линкора “Пионер”». Ни той, ни другой у Даста не было.
— Повторите приказ! — потребовал Адмиралиссимус.
— Получить пакет. На «Королеве Миллениума» доставить пакет на Вирджинию. Вручить пакет Его Императорскому Величеству лично. Уровень секретности — высший! — отчеканил Лайк Даст.
— Выполнять!
— Есть!
Лайк Даст чётко развернулся через левое плечо и строевым шагом покинул кабинет Адмиралиссимуса.
— Повезло тебе, — встретил его усмешкой сидящий в приёмной секретарь-ординарец, предварительно отключив селектор. — Я уж было приготовился с удовольствием послушать очередную передачу из цикла «избиение младенца», но Старик сегодня добрый. Какая всё-таки у него память, согласись! До последней запятой всё помнит! Ни разу на моей памяти не сбился!
— Повезло мне, — согласился Лайк Даст, направляясь к двери.
— Ладно, везунчик, иди спасай Империю! — усмехнулся ему вслед секретарь.
Глава 2
2.
В длинном коридоре, куда Даст вышел из приёмной кабинета Адмиралиссимуса, было тихо и пустынно. Лишь гвардейцы охраны грозными изваяниями застыли вдоль стен через каждые десять метров. Бластеры наизготовку, титановые кирасы плотно лежат на мощных плечах, из начищенных до зеркального блеска шлемов с лихими вихрами красно-желтых плюмажей выпирают гладко выбритые квадратные подбородки… Адмиралиссимуса охраняли сразу два гвардейца. Они стояли возле двери, откуда только что вышел фельдъегерь. Самые плюмажистые, самые квадратноподбородистые согласно субординации. Оттолкнувшись от их неприветливых взглядов, Даст быстрым шагом направился к ближайшей платформе лифта. Он торопился в Отдел Рассылки Корреспонденции. К оркам, на местном сленге.
Даст вызвал лифт и, чтобы скоротать время, стал изучать висевшую здесь доску объявлений. Ничего интересного, кроме забытой древней агитки, когда-то давным-давно отгремевшей войны там не было. На плакате художник изобразил огромную шипасто-чешуйчатую тварь, которая сжимала в когтистой лапе скромно раздетую блондинку. Блондинка истошно визжала, тварь плотоядно скалила зубы, теряя с клыков ядовитую слюну. “Ты хочешь, чтобы твоя сестра стала женой чинжера?!” — гневно вопрошали аршинные буквы. Вряд ли кто тогда этого хотел. Потому и воевали. Теперь имена героев той войны золотыми буквами записаны на скрижалях истории. Даст даже вспомнил одного. Гаррисона. То ли Билла, то ли Гарри. Нет, всё-таки Билл его звали. Точно, Билл. С двумя “л” на конце. Только при чем тут чинжеры? Ведь сейчас любой знает, что они совсем не похожи на плакатную тварь. Эти совсем крохотные разноцветные ящерки были буквально нарасхват у модниц. В качестве клипсов или брошей. Не сами ящерки, конечно. Их светящиеся в темноте хвосты. Которые они специально сбрасывают для продажи. А ювелиры делают из этих хвостов разные украшения.
Тут появился лифт, и Даст выбросил чинжеров из головы. Вместе с их хвостами.
В лифте уже был пассажир. Загорелый брылястый толстяк в чине дважды майора. Судя по шеврону, интендант с Фронтира.
— Минус семидесятый, — сказал Даст.
— Мне ниже, — буркнул в ответ дважды майор.
Он достал из кармана ароматическую салфетку, промокнул потное лицо, шею, скомкал салфетку и, не глядя, бросил себе за спину. Даст невольно проследил за ее полетом и увидел, что салфеток на полу скопилась уже целая куча.
— Жарко, — сказал дважды майор.
Правый глаз интенданта слегка косил. Во взгляде читалась откровенная зависть. Мол, хорошо вам здесь, при Генштабе! Мёд, а не служба!
Даст усмехнулся про себя. Побывать бы тебе самому, дважды майор, в шкуре курьера. Глотнуть хотя бы раз вонючую обжигающую жижу болот Трампа IX, ослепнуть от зарядов ледяного песка Унылой-7 или зарыться в ядовитую почву Нового Доннерветтера, хоронясь от стрел кровожадных аборигенов. Спасти разочек Империю! Вот тогда бы и посмотрели, кто кому стал завидовать!
Дважды майор начинал раздражать Даста. К счастью, лифт остановился, и они расстались. Даст вышел, а интендант поехал вниз.
Отдел Рассылки Корреспонденции в целях секретности замаскировали под склад боевых неликвидов. Забитый хламом сводчатый тоннель походил на свалку. Чего тут только не было! Агрессивно щерился с турели атомарный стриптизатор массового поражения. Возле просевшего штабеля ящиков с предупреждающей надписью «ОСОБАЯ ОПАСНОСТЬ! НЕ ПРИМЕНЯТЬ НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ!» рассыпался бурый порошок, в котором четко отпечатались подошвы чьих-то ботинок. У стены тускло отсвечивали небрежно сваленные в кучу огорошенные ядерные бомбы. Одной такой горошины хватит, чтобы уничтожить средней величины планету. Достаточно ее активировать, и бомба сама начнет внедряться в твердь, пока не достигнет ядра планеты. И все. Новый пояс астероидов.
Возле виска Даста, чуть ерохнув волосы, свистнула стайка самонаводящихся сюрикенов. Фельдъегерь не обратил на них внимания: прицел звёздочек был сбит с самого начала. Попытки поймать их, чтобы отъюстировать систему самонаведения, не увенчались успехом, поэтому на сюрикены просто махнули рукой. Летают, и пусть себе летают! Большого вреда от них не было. Пугались только новички.
Даст направился в глубь тоннеля. Его шаги гулким эхом разносились в тишине, тень то удлинялась, то укорачивалась в свете редких ламп. Где-то мерно капала вода, сварливо пищали крысы. Он прошёл мимо супер-пушки боевого робота класса «КАКДАМ». Целиком робот здесь не уместился — так и остался ржаветь на какой-то планете. Но пушку приволокли сюда. Стальные пальцы, по-прежнему сжимающие рукоять орудия, давали представление о размерах стального монстра. Калибр позволял войти в канал ствола не сгибаясь. Кто-то из местных шутников даже поставил указатель “Туда!”.Временами срабатывало. По незнанию или просто задумавшись жертва выбирала неверный путь и благополучно добиралась до казенной части пушки. Там ее ждал действующий механизм досылателя, чутко реагирующий на изменение массы. Не смертельно, но крайне неприятно. Даст в эту ловушку, конечно, не попался. Прошёл мимо указателя, отпихнув ногой настырную мину-прилипалу, и остановился перед ржавой металлической дверью с наспех приваренным куском троса вместо ручки. Над дверью тлела пыльная лампочка. Ее тусклого света едва хватало, чтобы разглядеть знак радиационной опасности, намалеванный недавно прямо по потекам ржавчины и выцветшую древнюю надпись «АБС forever!». “Конспираторы!” — усмехнулся про себя Даст и за обрывок троса потянул дверь. Дверь открылась. Нехотя, с противным скрипом.
За дверью оказался огромный зал, разделённый на мелкие клетушки по типу «опен спейс». В каждой выгородке сидело по два-три клерка. Они сортировали поступавшую к ним по пнемвогравимагнитным и прочим каналам корреспонденцию согласно пункту назначения. Даст по ярко освещённому коридору прошёл мимо них в секретную часть ОРК. Там его встретил дежурный офицер. Даст хорошо знал этого белобрысого капитана, только вот имени его не помнил. Капитан развалился в глубоком кресле и, забросив ноги на крышку стола, увлеченно читал потрепанную книжку с полуголой красоткой на обложке. Полуголой, потому что все её прелести скрывал жирный чёрный штамп «Проверено Цензурой». Рядом с начищенными до блеска ботинками капитана стоял кофейник и чашка с недопитым кофе.
— Привет! — поздоровался с офицером Даст. — Бдишь?
— А что, есть сомнения? — лениво спросил тот.
Подняться навстречу Дасту капитан не удосужился. Даже ног со стола не убрал. Лишь отложил чтение, заложив пальцем страницу.
— Своих проблем хватает, — отмахнулся фельдъегерь.
— Опять послали спасать Империю?
— С чего ты взял?
— А другие здесь не ходят! — хохотнул дежурный. — Только спасатели. Такие, как ты. Кстати, выглядишь неважно!
— У Старика был.
— Бузил?
— Пронесло.
— Везунчик. Хотя, если честно, я Старика понимаю — зевнул дежурный, прикрыв ладонью рот. — Дисциплина у нас ни к черту! Кофе хочешь?
— Некогда, — отказался Даст. — Время поджимает. Тороплюсь.
— Тогда не смею задерживать! Благословляю на подвиг! Ступай! Только не переусердствуй там. Оставь чего-нибудь и нам грешным. Мы ведь тоже орденов на грудь хочем! — дурашливо посетовал он.
— К кадровику лень сходить? — парировал Даст.
— Думаешь, один ты такой умный? Ходил я к нему. Боевых не дает, жмотится. Говорит, строго по разнарядке. А памятные железки пусть салаги цепляют. Гроздьями. Хоть на задницу! Совсем зажрался гад! У вас-то с этим как?
— По-разному, — уклончиво ответил Даст. — Твой на месте? — кивнул он на дверь, ведущую в хранилище имперских тайн.
— Обижаешь! — с ухмылкой хлопнул по висевшей на поясе кобуре бластера капитан. — Куда он денется!
Глава 3
3.
— Как там, наверху? — спросил секретчик, внимательно изучая документы Даста.
— Лето, — кратко ответил Даст.
— Надо же! — удивился секретчик. — Как время-то летит! Оглянуться не успеешь, уже и в отставку пора. Моя-то выслуга, правда, давно уж закончилась. Лет двадцать назад. Да всё замену вот никак не найдут. Не желает молодежь идти на мое место. Вам же только подвиги подавай! — сварливо пожаловался он.
Секретчик был маленьким и лысым. С пронзительными взглядом синих глаз навыкате и пучками седых волос, торчащих из оттопыренных ушей.
Интересно, неожиданно для себя подумал Даст, а что делают с секретчиками, когда кончается срок их службы? Ведь не зря, командование, дабы избежать утечки информации, издало специальный приказ, который запрещал лицу, занимавшему эту должность в Отделе Рассылки Корреспонденции, покидать рабочее место. Вообще. Даже посадило в приемной дежурного офицера. На всякий случай. Злые языки утверждали, что выходят отсюда только одним способом. Вперед ногами. Сплетни, наверное. А вдруг не сплетни, вдруг правда? Но спрашивать Даст об этом не стал. Зачем расстраивать старика.
— Долго задерживать вас не буду, благо вы у нас не новичок, с процедурой знакомы, — перешел, меж тем, к делу секретчик. — Да и время поджимает. Дорога каждая секунда… Вот, быстренько ознакомьтесь и распишитесь.
Хранитель имперских тайн передал Дасту уже заполненные типовые бланки приказов. О вынесении благодарности в случае удачного исхода дела. О присвоении ему почетного звания «Герой Империи» (посмертно) в случае гибели. И об ответственности (немедленный расстрел без суда и следствия с последующим понижением в специальном звании на один ранг и удержанием из оклада денежного содержания стоимости использованного боеприпаса) в случае разглашения (с умыслом или без умысла) содержания секретной корреспонденции.
Едва Даст поставил последний автограф, секретчик ловко выхватил у него бланки, быстро скользнул по ним профессиональным взглядом, довольно хмыкнул и, один за другим, сунул их в приемную щель электронного архиватора. Машина трижды чавкнула и трижды моргнула зеленым индикатором, сообщив, что всё в порядке. Затем выплюнула плотный пакет размером с ладонь. Секретчик передал его Дасту. Тот, в свою очередь, внимательно осмотрел пакет. Видимых повреждений не было. Личная печать Адмиралиссимуса, большая, круглая, с голографическим изображением линкора возле желтой звезды, была на месте. При любой попытке вскрыть пакет линкор взорвется. Вместе с пакетом. И с тем, кто попытается его вскрыть. Закончив осмотр, Даст удовлетворенно кивнул и спрятал пакет в левый нагрудный карман мундира.
— Теперь легенда, — вновь заговорил секретчик. — Легенда обычная, проверенная. Можно сказать, наша визитная карточка, — ухмыльнулся он. — Подразумевается, что вы простой фельдъегерь. Везете бриллиантовые подвески Её Императорскому Величеству. Подарок господина Бонасье. Если возникнут непредвиденные проблемы, он подтвердит.
“Конечно подтвердит”, — усмехнулся про себя Даст. — “Еще как подтвердит. Никуда не денется”.
Господин Бонасье давно был прикормлен Службой Имперской Безопасности. Это знали все. Иначе как объяснить тот факт, что полиция нравов планеты Виктория II, чьи колонисты снискали славу самых воинствующих ханжей Империи, удивительным образом закрывала глаза на разветвленную сеть борделей, которую создал у них под носом скромный торговец ювелирными украшениями. А если добавить сюда бутлегерство, распространение синтетических наркотиков, киднеппинг, подделку ценных бумаг, развращение малолетних и жестокое обращение с домашними животными, то станет ясно, что господин Бонасье весьма разносторонняя личность. К тому же вице-спикер Парламента и Кавалер Ордена «Бесценной Хризантемы» с правом ношения на партикулярном платье. Орденом его наградило правительство планеты Якудза-13. За выдающиеся заслуги. Такому ничего не стоит подарить Императрице пару-тройку бриллиантовых подвесок.
Правда, высказывать вслух свои мысли Даст не стал. Просто кивнул.
— Имя мы вам решили не менять, — продолжал хранитель секретов. — Кому надо и так вас знают. Остальные… Остальным нет до вас никакого дела. Поэтому не будем усложнять задачу. Так, что еще?.. — он на секунду задумался. — В отношении транспорта вы уже информированы… Значит? Значит, все! Удачи!
Прежде чем выпустить Даста, белобрысый капитан тщательно проверил его документы. Даст не возражал. Он знал, что войти сюда может любой, а вот выйти далеко не каждый.
Спустя некоторое время, экипированный согласно легенде Даст спешил к выходу из Генштаба навстречу хмурому взгляду часового. Тот уже заранее ненавидел Даста, потому что мимо него весь день по делу и без дела мотается офицерье и каждому отдай честь. К концу смены рука отваливается, будто лопатой весь день махал, а этот фельдъегеришка в линялом мундире с обшарпанной кобурой на боку, хоть и мелкий, но офицер-таки, а значит и ему, задохлику этому, тоже честь отдай. Правая рука часового лениво, с явным пренебрежением поползла к виску и выразительно упала с полпути. Даст столь же лениво отмахнулся от часового и проскочил мимо. Двери перед ним предупредительно разъехались, и Даст зажмурился от ярких лучей солнца.
Глава 4
Поделиться книгой: