Черный Маг Императора 11

— Ну этого следовало ожидать, — не удивился дед. — Понятное дело, что Император за нами присматривает, а тайная канцелярия — это его глаза. Рано или поздно этот разговор все равно должен был произойти. Но я думал, что до этого момента пройдет больше времени, и разговаривать об этом он будет для начала со мной, а не с тобой.

— Зачем ему с тобой говорить? Это ведь я Софью привел, а не ты, — сказал я. — Кстати, почему ты считаешь, что он за нами следит? И если так, то скорее за мной.

— За нами внучек, за нами… — усмехнулся дед. — И я не говорил, что следит. Я сказал — присматривает, а это чуть другое. Так что не надумывай, а лучше расскажи, о чем вы там с ним говорили и к чему пришли. Надеюсь, девочку он забрать не хочет?

— Нет, не хочет. Вороний Амулет забрал… — пожаловался я, а затем пересказал наш разговор с самого начала.

Дед слушал молча и никаких вопросов не задавал. Когда я закончил, он кивнул и погладил бороду.

— Значит так тому и быть. Будем ждать Голицына в гости, — сказал он и лишь после этого занялся осмотром моего подарка.

Сразу было видно, что сумка деду понравилась. Пока он ее осматривал, щупал и даже нюхал зачем-то, несколько раз одобрительно крякнул, а в заключении перевернул ее и потер дно.

— Недурно, — подвел он итог и вернул мне сумку. — Если бы мне такую в школьные годы подарили, я бы от радости до потолка скакал. Все одноклассники от зависти передохнут.

— Это вряд ли, — усмехнулся я. — Софья давно легла?

— Почти сразу как ты уехал. Почаевничали немного и пошла отдыхать. Жаловалась, что вы ее с Нарышкиным уходили своими поездками, — дед снова взял в руки журнал. — Там, кстати, кучу коробок каких-то привезли, я их тебе в комнату отнес.

— Спасибо, деда. Это мы сегодня в магазине с Вороновой были. В школу накупил всякого. Ну и так, вообще… Джинсы, куртка, ботинки… — я потянулся в кресле и зевнул, почувствовав, что меня начало клонить в сон.

— Шел бы ты тоже отдыхать. Время позднее.

— Ага, уже иду, — сказал я и встал с кресла.

— Кстати, мы с Софьей завтра утром в «Волшебный базар» едем, не хочешь с нами? — спросил дед. — Там и Жемчужников будет.

— Нет, завтра не получится. Туда если поехать, то значит на целый день, что, я тебя не знаю? А с дядей Игнатом в другой раз увидимся. Я вчера хотел заехать на базу «Теней», думал там с ним встречусь. Позвонил Ибрагиму, но он сказал, что его нет и потом он мне так и не перезвонил. Значит и не появился.

— Так он второй день в «Волшебном базаре» торчит, лично все контролирует, — сказал он. — Это только вы с Лешкой прохлаждаетесь. Гоняете на квадроциклах по всему Белозерску.

Вообще-то, дед прав, давно я уже там не был. Мне и самому интересно как там все получается. Туда-сюда открытие уже, а я только дизайн-проект видел. Блин… Почему дни не бесконечные, чтобы на все всегда времени хватало?

Вот и на завтра я уже планов себе настроил. Утром хотел с Лазаревой увидеться, которую сам попросил о встрече, а потом в «Китеж» махнуть вместе с Нарышкиным. В этом году я рассчитывал любой ценой заполучить комнату с нормальным кондиционером.

Ради этого хотел специально в школу на пару дней раньше смотаться, чтобы была возможность убедиться, что все в порядке. Я-то в прошлый раз свою новую комнату так и не посмотрел из-за этого Чернопятова с его спектрами идиотскими. Эх… Видимо придется и завтрашнюю поездку отложить, чтобы в «Волшебный базар» попасть.

— После обеду заеду, — пообещал я. — Утром не могу, у меня дела неотложные. Спокойной ночи, деда.

— И тебе хороших снов, — кивнул он и занялся своим журналом, на обложке которого неизвестный мне рокер в косухе крушил свою гитару об сцену.

* * *

С Полиной мы договорились встретиться на берегу Белого Озера. На том самом месте, где мы с ней впервые ели пиццу вместе. Теперь это стало у нас своего рода традицией. Классное местечко! Лучше любого самого дорогого ресторана!

Особенно здесь хорошо летом, утром и вечером. Когда с озера тянет приятной прохладой и жара не досаждает. Можно спокойно насладиться едой и хорошей компанией.

— Темников, что за привычка все время опаздывать? — спросила у меня Лазарева, которая сегодня на удивление явилась вовремя.

— Добывал еду и кофе! — сказал я, доставая с заднего сидения квадроцикла две коробки с пиццей и стаканчики с кофе. — Смотри, даже не разлил!

Я гордо продемонстрировал пластиковые стаканчики с кофе, которые стояли в картонной подставке, а затем поставил их на походное покрывало, которое Полина расстелила на траве.

— Одна пицца с сыром, вторая со свиным балыком, все как ты любишь! — следом за кофе, на покрывало шлепнулись коробки с пиццей.

— С балыком? Копченым? — спросила Лазарева и принюхалась к исходящим из коробок сумасшедшим ароматам еще горячей пиццы. — Ладно… Тогда прощаю.

— Бери пока горячая, — сказал я, устраиваясь на покрывале.

Полина раскрыла коробку, вытащила из нее кусок пиццы с тянущимся сыром и с удовольствием откусила большущий кусок.

— Ммм… Вкуснотища… — сказала она и зажмурила глаза от удовольствия. — Ты просто рыцарь на белом коне!

Она прожевала, затем откусила еще кусок и кивнула в сторону квадроцикла.

— Как конь, кстати? Нравится?

— Ага, — сказал я и тоже взял себе кусок пиццы. — Даже больше мопеда нравится. «Ирбис» зовут. Ест, правда, больше, чем «Судзуки», но зато удобнее. Вчера на нем целый день катался и практически не устал.

— С черненькой девчонкой? — спросила она и подмигнула.

От такого вопроса я чуть не подавился, но нашел в себе силы нормально прожевать кусок. Такое ощущение, что за мной, как говорит дед, «присматривают» круглосуточно. Причем не только люди из тайной канцелярии, но и шпионы Лазаревой.

— Кто это говорит? — уточнил я и отпил немного кофе, чтобы промочить горло.

— Люди говорят. Ты же знаешь, Белозерск город маленький, а клиентов у меня много в лавку заходит, чтобы последними слухами поделиться, — Полина откусила еще один кусок от пиццы и по ее подбородку потек соус, который она вытерла ладонью. — Кстати, я ее видела с твоим дедом в Мороке. Если это она, конечно. Ничего такая. Симпатичная.

— Думаю она, кто же еще? — хмыкнул я.

— Вот этого я не знаю, — хохотнула она. — В последнее время ты меня удивляешь. Вокруг тебя столько всяких девушек красивых крутится, что просто караул. Ты прямо тайный Казанова.

— При чем здесь? Ее зовут Софья, она моя сестра, — объяснил я. — Очень классная девчонка, между прочим.

— Сестра? — с удивлением посмотрела на меня Полина и даже жевать перестала.

— С чего бы, по-твоему, она ходила вместе с моим дедом?

— Вот я тоже сразу об этом подумала, когда узнала, — после моих слов ее тон явно изменился, иронии в нем больше не было. — Только ты мне про сестру ничего не говорил.

— Она мне не родная, но жить пока будет у деда, — объяснил я и махнул рукой. — Там у нее своя история.

— А-а, понятно… — хмыкнула она. — С родичами не поладила? Это бывает. В ее возрасте я тоже часто со своими ругалась.

Некоторое время ели молча, наслаждаясь вкусной едой и пытаясь сделать так, чтобы она исчезла до того, как успеет остыть окончательно. Холодная пицца и горячая пицца — это две большие разницы, как говорит Дориан.

— Фух… Отлично просто… — сказала Лазарева, разделавшись с последним куском сырной пиццы. — Давненько я так не наедалась с утра пораньше. Теперь придется до завтра на голодном пайке сидеть. С такими завтраками недолго и в коровку превратиться. Спасибо, Макс.

— Тебе это не грозит, — сказал я, глядя на ее осиную талию. — Ты весишь не больше моего Фауста, а он еще та скелетина.

— Темников, у тебя комплименты как кирпичи. Когда ты уже начнешь их как-то изящнее выражать? — в этот момент из озера с громким всплеском выпрыгнула жаба и громко квакнула, заставив Полину рассмеяться. — Вот видишь! Даже лягушки от тебя в шоке!

— Вали отсюда, — сказал я жабе, и она послушно прыгнула обратно.

Я сложил пустые коробки одну на другую, поставил их на квадроцикл и вытащил из багажника пакет, с которым вернулся обратно.

— Что там у тебя? Еще еда? — улыбнулась Полина. — С меня на сегодня хватит, если что.

— Нет, не еда, — ответил я и вытащил из пакета две одинаковые книги, на обложках которых была одна и та же надпись — «Грач-невидимка». — Вот, посмотри.

Лазарева с удивлением осмотрела одну книгу, затем взяла в руки вторую, пролистала несколько страниц и глаза у нее стали круглыми как блюдца.

— Какого черта, Темников… Ты где это взял? — удивленно спросила она.

— Секрет фирмы, — ответил я, не собираясь выдавать Люфицера. — Есть у меня знакомый мастер на все руки. Я бы сказал — очень умелый языковед.

— Да он у тебя просто гений! — восторженно прошептала Полина, переворачивая страницы одну за другой. — Как он смог это все перевести, я понять не могу? Надо, чтобы ты меня с ним познакомил!

— Может быть, по случаю… Как-нибудь…

Но Полина меня и не слушала, она была всецело увлечена книгой. Я не трогал ее минут пять и дал спокойно полистать книгу. Да и не было никакого смысла ее отвлекать, пока все ее мысли с Грачом-невидимкой.

Наконец она захлопнула книгу и прижала к себе, будто боялась, что я попрошу вернуть ее обратно.

— Круто, Макс! — восхищенно сказала она. — Оказывается, ты умеешь удивлять не только своими знакомствами с симпатичными девушками, но и делами!

— Еще бы, — хмыкнул я. — Надеюсь, тебе это чем-то поможет. Лично я ничего не понял. Даже с учетом того, что половина книги теперь на русском. Какие-то бесполезные куски текста.

— Поможет, можешь даже не сомневаться. Если не мне, так Островской точно, — сказала она. — Сегодня же отвезу ей книгу в школу.

— Могли бы вместе съездить, я тоже собирался, но планы немного изменились. Вместо этого в 'Волшебный базар наведаюсь. Вы, кстати, готовитесь?

— Угу, — кивнула она. — Если будешь там сегодня, то сам все увидишь. Не так круто, как у вас, конечно, но все равно изрядно потратились. Дед до сих пор думает, что строители нас надули процентов на двадцать.

— Не думаю, — покачал я головой. — Там же ребята от Жемчужникова работали. Если бы они кого-то из нас надули, то это была бы последняя ошибка в их жизни. Дядя Игнат такие приколы не очень понимает.

— Ты что, думаешь, я ему об этом не говорила? — усмехнулась Полина. — Дед считает, что строители через одного жулики и могут обмануть так, что никакой Жемчужников не заметит.

— Вот в этом я сильно сомневаюсь, — хмыкнул я. — Ладно, проехали. Грач-невидимка — это не все, зачем я хотел тебя видеть. У меня к тебя есть две просьбы. Вот это первая.

Я вытащил из пакета браслет с черными розами, который Лакри сняла с карги и протянул его Лазаревой.

— Этот браслет раньше носила карга, — предупредил я ее. — Сможешь идентифицировать его? Бери смело, на нем нет проклятий.

Она положила книгу на покрывало и осторожно взяла браслет. Внимательно осмотрела его со всех сторон и поднесла к своей руке.

— Миленькая вещица. Смотри-ка, а мне идет, да? Как тебе?

— Вроде неплохо, — усмехнулся я, подумав о том, что все девчонки как маленькие обезьянки. Только увидят какую-нибудь драгоценность, сразу же намереваются ее примерить.

— А что стало с каргой, которая ее носила? — спросила она. — Никогда не поверю, что она решила подарить тебе браслетик по доброте душевной. Ты, конечно, парень симпатичный, но это было бы уже слишком.

— С ней произошла небольшая неприятность, — ответил я. — Они с Лакри не сошлись во мнениях.

— Понятно, — подмигнула она мне. — Значит твоя подружка решила, что на ее руке оно будет смотреться гораздо лучше, правильно я поняла?

— Что-то типа того. Так как, сделаешь?

— Конечно, без проблем, — кивнула она. — Дай мне три дня и я тебе расскажу про этот браслет. Вообще-то, я не очень люблю работать с ведьминскими артефактами, но ради Лакримозы так уж и быть, займусь. Что еще?

— Еще мне нужен Душегуб, — сказал я. — Это такой меч, который может не только убивать, но и уничтожать в этот момент душу.

— Вот это что-то неожиданное! — на этот раз глаза у Полины стали не просто как блюдца, а как большие тарелки. — Ты решил переквалифицироваться в душелова? Если так, то нам с тобой сразу не по пути.

— По-твоему, я похож на душелова?

— Ну знаешь, ты полон сюрпризов, я уже ничему не удивлюсь. За последние несколько дней ты удивил меня больше, чем за все то время, которое я тебя знаю, — ответила она и наклонилась поближе. — Тем более, что душелов это не такая уж невиданная редкость для мага с темным Даром. Именно среди них чаще всего появляются душеловы.

Она наклонилась еще ближе и прошептала мне на ухо.

— Темников… Признавайся… Зачем тебе понадобилась человеческая душа? Что ты там еще такого придумал?

— Мне не нужна. Скорее наоборот. Хочу избавиться от одной, которая хочет забрать у меня жизнь, — сказал я и посмотрел на Лазареву. — Как ты думаешь, это достаточно уважительная причина, чтобы обзавестись Душегубом?

Полина пристально посмотрела мне в глаза, затем глубоко вздохнула и улыбнулась.

— Допустим я тебе верю. Все-таки ты не похож на убийцу с черным сердцем.

— Спасибо на добром слове, — хмыкнул я. — Приятно слышать, что ты меня не считаешь убийцей.

— Однако это не отменяет главного вопроса — зачем тебе такое оружие?

— Полина, ты что, глухая? Говорю же, мне нужно уничтожить одну душонку, которая давным-давно уже просится на тот свет. Редкая дрянь, — еще раз объяснил я ей.

— Ну ты дожился, Макс! У тебя уже и души во врагах появились, — хохотнула она. — Прямо первый раз со мной такое.

— Сам в шоке…

— А зачем тебе именно Душегуб? Он же в легендарных артефактах числится. Причем не в утерянных, а в тех, которые в сокровищнице Императора хранятся, — не переставая улыбаться говорила она. — Как, по-твоему, мы с тобой будем его оттуда тащить? Мы с тобой, конечно, опытные охотники за артефактами, но ты вряд ли справишься, а я тебе в этом деле точно не помощник.

Вот это нормальная такая новость… Как-то я не подумал, что артефакт будет трудно достать… Ну и как быть? Не могу же я у Романова Душегуб взаймы попросить, чтобы одному уроду уши надрать…

— Я тебе это к чему сказала, — отвлекла она меня от размышлений. — Если тебе просто нужно оружие с таким магическим эффектом, а не именно этот меч, то можно его сделать.

— И ты сможешь такой сделать?

— Пока еще никогда не делала, но могу попробовать, — сказала она. — Надо же тебя как-то за пиццу отблагодарить.

— Лазарева, ты просто красотка! Я тебе еще потом пиццу куплю! — обрадовался я, что не придется обносить сокровищницу Императора. Тем более, что он ко мне хорошо относится и вряд ли ожидает от меня такого вероломного коварства.