Помоги проекту - поделись книгой:
– В первую очередь, ты дочь офицера! Давай «на слабо»!
Обожаю брать себя «на слабо»!
И вот я уже у парка. Спокойно, без паники иду домой. Через пару дней поднимаюсь по ступеням, чтобы быть не У, а В парке. Спускаюсь, возвращаюсь к роликам про котиков.
Через месяц или полтора я могла сделать целый круг в тени деревьев. Правда, всегда носила с собой бутылочку с водой. Так спокойнее.
Настал день «М». Нет, не метро. У нас его нет. «М» – магазин. Я быстро насобирала в корзинку продуктов, поставила возле кассы и попросила сына:
– Андрюш, пробей. Тут очередь.
Парень, которого я так эпично назвала «очередью», наверное, удивился. Стою на улице и офигеваю: я боюсь ОТКРЫТЫХ пространств, при чем тут супермаркет?
Пришлось учиться ходить за покупками. Через крики внутреннего испуганного ребенка: «Да иди ты сама.» – «Так я сама и иду!» – ссориться с собой – мой главный талант. Со временем в больших магазинах я ввела для себя одно правило:
– Если думаешь о красной обезьяне, возьми что-то в руки. Почитай этикетки. Посмейся над ценами или над своей зарплатой. Сравни, чем отличается этот зеленый горошек вон от того огромного телевизора…
Если честно, я и сейчас беру с собой воду, когда топаю в магазин. По старой памяти.
Потом я училась кататься на автобусах. Получалось плохо. Одна остановка – и до свидания. Уж лучше на улицу. Однажды почти доехала до кафе, но на середине дороги полезла в сумку за конфетой и водой:
– Мам, давай выйдем.
Мама была готова к этому трындецу и быстро выскочила со мной на остановку:
– Пей воду. Все хорошо. Хочешь, пойдем назад пешком?
Тут мои мысли о красной обезьяне отвлеклись на маленькую резиновую игрушку на тротуаре:
– Это же Маша из мультика. Такая веселая!
Мы огляделись. Рядом не было ни детей, ни колясок.
Мама смекнула, что спасение бывает разным, и протянула мне находку:
– Держи, доча. Смотри, какая она забавная.
Совесть во мне говорила недолго, она нашла убийственные аргументы: вдруг ты не возьмешь Машу, а какие-нибудь ребята ее просто разорвут. К примеру, кидая собаке вместо палки. И вообще, она сейчас тебе нужнее. Нужнее, чем кому-либо на этой планете.
Мы вернулись на остановку, дождались следующего автобуса и добрались до кафе.
Если хотите узнать больше о том, как формируется цикл панических атак и как с этим справляться, перейдите по QR-коду
День «К»
Кроме чудесных фобий, я получила еще и очень обидную способность отказываться от того, что дорого душе!25 И этим «чем-то» оказалась моя страсть, то, что вдохновляло, дарило радость, веру в человечество.
25 В психотерапии я это называю «прагматические упущения» или «отсутствие полезности действий». Клиенты приходят и говорят: так надоело тревожиться, хочется спокойствия, и тогда для пущей уверенности, что им это нужно,
Даю подсказку: «Далеко-далеко на лугу пасутся «ко…» Правильно, ко-фе, разные сорта! Если раньше я запивала этим чудом инженерной, гастрономической и философской мысли любую победу и яркое поражение, то теперь все пошло по звезде.
Запах моего ароматного наркотика заставлял сердце колотиться с бешеной скоростью. В дни выгорания на работе я заправлялась им, как машина бензином. Не заводила моторчик, а скорее сажала, зато как работали мозги! И вот возникла эта чертова ассоциация. Паникер внутри меня рвал на себе волосы и кричал: «Он тебя погубит! Один глоток – и все повторится. Ты умрешь!»
Родные перестали варить кофе при мне, а приглашая, проветривали кухню. Через полтора года после грандиозного чаепития в туалете я несмело вошла в кофейню за мамой и сыном. Пан или пропал!
26 «Сначала чашечку» – техника, непохожая на экспозицию, проэкспозицию расскажу позже, а эта техника называется «наводнение» или «АСИТ», да, тот самый, который используют при лечении аллергии. Сначала человек сталкивается с несильным стимулом, с таким, что не задействует большое количество нейронов, привыкает к нему. У него появляется возможность простроить связи с наименьшим вредом для организма: мало молекул нейромедиаторов задействовано, быстрое восстановление. Дальше нужно чашечку побольше, ну, или закрепить такой же, а потом уже совсем большую. Обучаем мозг правильно.
– Доброе утро, любимая!
Вот умею я обратиться к девушке-бармену.
Она вытаращила на меня глаза. Еще бы, входит неизвестный человек и сразу вот так, с ходу…
– Ой, простите. Здесь раньше другой бариста работал. Я всегда ему так говорила, – мое оправдание прозвучало, как полный сюр. – То есть я не обращалась к нему «любимая», он же был парнем. И сейчас парень. Просто в вашем меню так называется капучино с медом.
Как назло, меню тоже успело «переобуться», и теперь вместо «доброго утра» в нем красовалось очень оригинальное название: «Капучино с медом».
Вместе с девушкой и посетителями мы посмеялись над моей неловкостью, и начался экзамен. Комиссия в лице мамы и моего сына смотрела, как я делаю глоток за глотком и притворялась, что не волнуется. Мы обсуждали ремонт дорог и новое кино.
– Может быть, еще? – я на всякий случай посмотрела на цену кофе, чтобы понять масштаб катастрофы. Стоит ли тратиться на две порции? Вдруг она уже тысячу стоит? Но через секунду до меня дошло.
– Мам, я смогла. Мне хорошо. Я снова буду собой. Ты можешь не проветривать кухню!
Долгих восемнадцать месяцев постоянных сомнений и преодоления прошли. Благодаря поддержке близких и главному «якорьку» – сыну.
Но это гормоны
Помните, я обещала вам рассказать сказку про бабушку. Без Красной Шапочки, зато со мной! Признаюсь, обманула. Это не сказка, а правдивая история.
В молодости моя бабушка была завидной невестой. Красивая, веселая, хозяйственная и с чувством юмора. Мечта, а не женщина! Обзавелась семьей. Казалось бы, живи и радуйся: муж, две дочки, любимая работа. Реально любимая! Много родных и друзей. Но вдруг у нее началось то, что сейчас называют паническими атаками. А тогда не знали, как и обозвать. Врачи нашли главное решение: нужно искать причину. Ага, помогли… Езжайте в Ленинград, в Москву или куда-нибудь еще, мы в Тверской области не очень с такими случаями знакомы.
– Николай Васильевич, зачем вам такая жена? Она же больная. Может, порча на ней. Давайте сходим в кино, – подначивала моего тогда еще молодого дедушку его коллега. Она была уверена, что соперница непременно умрет. А то как же! Заняла, понимаете ли, такого мужчину!
– Я Симу люблю, – отвечал дедушка. – Она выздоровеет.
– И зачем вам все это? Одни заботы.
Никто не понимал, что происходит, поэтому скорые бывали в гостях чаще, чем хотелось бы. А хотелось бы никогда. Моя мама, еще ребенок, смотрела-смотрела на это и решила, что вырастет и станет врачом. Займется генетикой.
Тем временем бабушкина сестра скомандовала:
– Поедем в Вильнюс. Проведу тебя по знакомым врачам!
В общем, доктора пришли к выводу, что всему виной переизбыток гормонов в организме пациентки. Надо что-то делать с щитовидной железой, а то она какой-то мрак творит. Точнее, гормоны, но это никуда не годится. Назначили процедуры, но что-то не рассчитали. И вот железа решила объявить забастовку: не хотели пятилетку в три года, так я тунеядцем буду!
Бабушке выписали лекарства, чтобы теперь-то уж всего было в самый раз и отпустили с миром и убитой щитовидкой. Зато баланса удалось достичь! И тревожность исчезла, как будто ее и не было. Дедушкина коллега погоревала и вышла замуж за «запасной вариант».
Казалось бы, все просто. И я тоже могла вызвать свою щитовидку в красный угол ринга, встать в синий. И разобраться, как женщина с железой. Но моя оказалась смирной и исполнительной. Безо всякого фанатизма она точно соблюдает график работы.
Выходит, дело не в ней.
Но у кого-то точно всему виной гормоны. Если еще не проверялись, сделайте это. Оно того стоит. Бабушка может подтвердить. Она у меня умничка.
О щитовидке
На самом деле она не является воплощением зла. Щитовидка – как ответственный дежурный по школе. Следит за массой всего в здании, то есть теле. Без нее наши ткани и органы убились бы на первой же перемене. Но щитовидная железа приглядывает за их ростом. Еще она отвечает за обмен таких учеников, как Жиры, Углеводы и Белки (ударение на последний слог). Как я говорила, она крайне ответственная и следит, чтобы в школе хватало минералов. А еще за тем, чтобы… В общем, при плохой работе щитовидки страдает репродуктивная функция.
У моей бабушки был гипертиреоз. То есть ее железа производила слишком много гормонов из-за переизбытка йода. Забыла, что все хорошо в меру. Почему так получилось? Просто она выросла большой девочкой, потому что ее рецепторам досталось слишком много стимулирующих антител. Кто в этом виноват? Сам организм. Он включил свою иммунную систему таким неправильным образом, что заставил беднягу-железу увеличиться в размерах. Вот она и стала перевыполнять план по производству гормонов. А так как эта умничка должна контролировать психические процессы в организме, отклонение от производственной нормы приводит к самым разным, но всегда неприятным результатам. Хороший аппетит, но плохое настроение. Вы едите много, но стройнеете. Лучше сказать, худеете. А вместе с этим могут начаться проблемы с сердцем, например, частое сердцебиение. Возможно развитие тревожности. Кстати, за проблемами с волосами и ломкостью ногтей тоже может стоять щитовидка – ударница труда.
Если же железа начинает работать на «отлюбись», гормонов в организме становится мало. Это называется гипотериозом. Его очень трудно диагностировать. Перед нами снова откормленная антителами к себе самой умничка-щитовидка. Но она больше не дает вашему организму всего того, о чем я писала выше.
В случае моей бабушки гипотериоз появился не на ровном месте, а после лечения гипертериоза. Но у многих эта неприятность появляется сама собой. Спасибо иммунной системе, которая невзлюбила этот несчастный орган. Она вообще порой имеет наглость атаковать органы по своему усмотрению.
Но надо учиться говорить об этом
«Здравствуй, дорогой Алкаша!..» – дальше я читать не стала. Письмо предназначалось моему директору. Это раз. И написал его начальник отдела. Это два. А то, что все сообщения наивно отображаются в общем почтовом клиенте, кто ж виноват? Мимо такого приветствия не пройдешь.
– Сашка, ты это видела? – Аленка верила своим глазам, но на всякий случай убеждалась в состоянии собственного рассудка.
– Алкашу-то? Еще как. Видимо, шеф опять выпил, а Алкашей оказался директор.
– Смотри, он еще одно письмо соорудил!
С экрана мне в глаза на серьезных щах нагло смотрело сообщение:
«Дорогой Алексуй!..»
Понятно, начальник решил исправиться…
– Сказать ему, чтобы стер? Пока директор не прочитал – Мне стало жалко шефа. У него Алеша – Алкаша, а Алексей – Алексуй. Но то ж в нем говорит алкоголь и родственные чувства к племяннику.
Когда мы подбежали к столу любителя неологизмов, он куда-то испарился.
– Продажи! Сколько в этом звуке
– В чьем кошельке? – подняла голову Ириша.
– В нашем. Эхом отозвалось. Но на следующей неделе – зарплата и премия.
Генеральный директор пришел раньше, чем мы надеялись.
– Кто тут про зарплату говорил?
– А ее не будет? – Ириша отложила телефон в сторону. Кто– то остался без важнейшего звонка от нашей компании.
– Напротив! – Алексей довольно потирал руки. Как муха. – Вы перевыполнили план. Александра, тебе полагается дополнительная премия! Твои клиенты оплатили рекордное для нас количество договоров.
Не стоило ему этого говорить. Концентрация самоубилась и собственноручно закопалась в куче рассеянных мыслей. Я могу. Я смогла. Есть деньги на ипотеку. А на новую обувь Андрюшке? Тоже хватит. И на кофе. Вот какой я хороший работник! А дома надо бы уборку сделать. Сын в школе поссорился с парнишкой. Надо устроить им очную встречу. А что, если я не побью свой рекорд? В меня перестанут верить. Ведь перестанут. И уволят. И все. Почему не хочется домой? Весь день я больше думала о работе, чем занималась ей. «Никаких сильных эмоций»!27 Ага. Вот опять они. В угол не загнали, но в голове сумбур.
27 Смотрите, человек запомнил, что нельзя много эмоционировать, и продолжает следовать этому правилу. Правило звучит жестко, безапелляционно, импульсы не сворачивают к другим нейронам и поддерживают программу: «Никаких сильных эмоций». А почему так делать нельзя, мозг так и не понял. Потому что врач сказал? Сомнительно. Выходит, что делать-то надо, а почему надо – непонятно. И как в жизни без эмоций быть? Ну, вот вы скажите мне? Никак. Хотя один способ есть. Если все-таки от вас требуют непоколебимости и спокойствия, то нужно использовать технику АИХСН (А и х… с ним), то есть оценить факт, который пробудил ваши эмоции, как что-то незначительное. Не побью свой личный рекорд на работе? АИХСН. И как мантру: «Не выдали премию – АИХСН, уволюсь!», «Не перезвонил возлюбленный – АИХСН (надеюсь, что с ним)» и так далее.
В обед в меня прилетел обиженный взгляд старшей коллеги. Она хотела ту самую дополнительную премию, о которой я даже не подозревала. Я почувствовала себя виноватой, но решила не делать пожертвований в пользу пострадавшей.
Вечером привычно три раза перепроверила, выключен ли компьютер, поправила степлер, чтобы он стоял перпендикулярно стопке бумаг и посмотрела в каждое из двух окон. Мне казалось, что если этого не сделать, обязательно случится какая-то пакостная вещь.
Умылась перед выходом, стряхнула воду с рук три раза, дважды убедилась, что выключила свет, и радостной склизкой погодой побежала убивать обувь о городские улицы навстречу маршрутке. Подошла маленькая «газелька». Я радостно заняла предпоследнее пустое место. А через три секунды маршрутка заполнилась так сильно, что точно лопнула бы, будь она надувной. От мысли о надувных автомобилях я развеселилась и заулыбалась.
– Что лыбишься? Уступи место, расселась. Надо старших уважать. Как тебя только воспитывали. Совсем стыда нет.
Не то, чтобы я заставляла стоять стариков, если они тактичны. А если не просят немедленно освободить сиденье, то оно почти сто процентов их.
Не то, чтобы я заняла все места. На соседних вполне удачно разместились другие люди. Но бабулька назначила жертвой меня.
– Ты молодая, здоровая! Чего сидишь? – не унималась она.
И как тут объяснишь человеку, что тебе страшно ехать стоя в забитой «газели». Все вокруг кажутся большущими, и ты точно уверена, что сейчас станет тревожненько. Твое тело медленно сползет на пол, а огромные люди даже не заметят. Сидя можно смотреть в окно и считать смешных прохожих или синие машины, рисовать на запотевшем окне или погрузиться в логическую игру на телефоне. А эта бабушка явно не ветеран и хамка. Ну ее. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Все будет хорошо! Она не сможет орать вечно.
– Совсем совесть потеряли. Что за поколение. Кто только их воспитывает? – похоже, я недооценила бабулю. – Вот будешь больной, тогда и езди сидя.
Вдох-выдох. Выравниваем дыхание:
– Знаете, меня воспитывали родители. Они учили уважать не только старших. Они учили уважать… – голова начинала кружиться. Не вокруг шеи, не подумайте! – Они учили уважать всех людей. Но вы начали разговор с крика. Допустим, я уступлю вам место, потому что с виду абсолютно здорова. И ничего не буду объяснять. Вы, лично вы, обещаете привести меня в чувство, если я упаду через три минуты? Я готова рискнуть, может быть, вы неплохой человек, просто вас кто-то расстроил. А обычно вы тактичны. И собственным примером показываете, как нужно общаться… – дыхание сбивалось, – общаться… Просто скажите, вы готовы взять на себя ответственность за мою благополучную поездку? Услуга за услугу.
Бабуля переменилась в лице:
Поделиться книгой: