Помоги проекту - поделись книгой:
Журнал
Млечный Путь, 21 век, No 3(44), 2023
Повесть
Леонид Шунар
ПО СЛЕДАМ БЛАГИХ НАМЕРЕНИЙ
Это - отчет об исследовании, составленный мною, историком Леонидом Шунаром, изначально предназначавшийся, как обычно, для рассылки коллегам - историкам, которым полученные результаты могут быть интересны. То есть тем, кто занимающимся исследованием или того же периода, или того же общества, или аналогичной проблемы. Рассылка отчетов - традиционный способ распространения результатов научных и инженерных исследований в наше время, однако так было не всегда. В древности, в 18-19 веках этот способ был общепринят. Позже научный мир перешел к распространению новых результатов посредством так называемых "научных журналов", доступных в принципе не только специалистам, но и любым интересующимся. В первой половине 21 века, в связи с развитием интернета, эти журналы прекратили существование. Позже, примерно в середине 21 века, интернет в значительной мере сегментировался, предположительно, - отчасти под влиянием перехода в него материала и функций именно этих журналов. При сохранении принципиальной возможности доступа любого человека к любым материалам, фактически произошло разделение научного интернета на отдельные области. Внутри каждой из них доступ к материалам был прост и легок для специалистов, работающих в этой области. Доступ в саму область для специалистов в ней также был прост, но вопрос о нем вообще не имел смысла - специалист получал образование и складывался, как специалист, вместе с доступом в свою область. Доступ в область для человека, не являющегося специалистом именно в ней, был осложнен, в частности - наличием в каждой области специфического языка.
Подчеркнем, что это не формальная ситуация, а фактическая, она возникла постепенно, и развивалась во времени; есть обстоятельные исследования, ей посвященные. Разумеется, и до возникновения интернета, и в интернете всегда были и есть материалы, формально (и в большинстве случаев, фактически), доступные для ограниченного и небольшого круга лиц. Это материалы, связанные с организациями, которые открывают свою деятельность в основном для своих сотрудников. Особенно велико количество таких организаций в странах с тоталитарным режимом, где они обслуживают власть (и формальную, и фактическую) или криминальные структуры. Данный феномен историками также исследовался. Однако это другая плоскость общего вопроса о распространении информации, мало связанная с науками и их эволюцией.
В естественных науках, например, в математике, физике, химии и биологии, формирование специфических языков произошло еще до эпохи журналов, но в 20 веке развитие наук вместе с их языками привело к недоступности наук для тех, кто не работал именно в данной области. В гуманитарных науках, например, филологии, лингвистике, социологии и истории, формирование специальных языков стало, предположительно, подражанием естественным наукам и механизмом консолидации корпуса специалистов. Наконец, в медицине и психологии развитие специальных языков оправдывалось, кроме того, патерналистскими аргументами, то есть необходимостью защиты людей от злоупотреблений - экзо-, и эндогенных.
Кроме естественного языкового барьера, на входе в профессиональные области, которые стали тогда называть "полями" (говорили - физическое поле, историческое поле...), возникли различного вида явные и неявные барьеры, реализованные, как правило, посредством искусственного интеллекта - регистрации, тесты профессиональности, тесты вклада в поле и другие, ограничивающие нагрузку на трафик от непрофессионалов, а также защищающие от упомянутых выше злоупотреблений.
Очевидно, что любые действия, сознательно или не сознательно предпринимаемые обществом или властью в отношении конкретных людей или групп людей, могут оказаться правильными и неправильными. В частности, ограничения распространения информации могут оказаться недостаточными или избыточными. Общий порядок не может быть оптимальным во всех частных случаях, - ввиду их значительного разнообразия и изменения со временем.
С другой стороны, быстрое и существенное развитие науки и техники за последние два века не слишком сильно изменило сущность моральных задач, с которыми сталкивается, или может столкнуться, человек. Поэтому некоторые историки считают, что именно история общества должна быть полностью доступна для ознакомления интересующихся. Они полагают, что результаты исторических исследований должны распространяться более широко, нежели среди узких специалистов, то есть быть общедоступны. Этого взгляда по указанной причине придерживается и автор данного отчета, поэтому настоящий текст выкладывается на один из общедоступных сайтов.
Что касается точности приводимых сведений, то она, как обычно, ограничена надежностью источников - документов, которые могли быть фальсифицированы, воспоминаний, которые могли подвергнуться внутренней цензуре. Информация по возможности поверялась по независимым источникам; там, где надежность информации представляется недостаточной, это указывается. Отчет составлялся для коллег-специалистов, но в текст были внесены пояснения, которые специалистам покажутся избыточными; они иногда специально выделены, иногда - нет, но они всегда очевидны. В тексте использованы названия, употребляющиеся историками и социологами в практическом общении, и могущие несколько отличаться от принятых в материалах, публикуемых в поле История и поле Социология. В текст включены части записанных диалогов с некоторыми информантами, мои комментарии внутри диалогов (привязка к участникам, указания на паузы) даны в скобках. В текст включены выдержки из одного относительно большого, скорее, литературного, хотя и базирующегося на реальных событиях, текста, относящегося к исследуемым событиям; этот текст имеется на общедоступных сайтах. Объяснение, что это за текст, кто (предположительно) являлся его авторами, когда и почему он появился на сайтах, дано ниже. Кроме интервью и собственных впечатлений, текст базируется на документах Архива Мирового Совета; согласно существующей традиции, в текст они не включены, но специалистам соответствующие документы доступны.
Некоторые незначительные ошибки, имеющиеся в опубликованных ранее работах разных авторов, исправлены без комментариев. Например, Пак Хин скончался позже, чем это иногда утверждается со слов профессора Айзека Бромберга, система ПБЗ не использовалась Страной Отцов против "белых субмарин", как это иногда утверждается со слов Рудольфа Сикорски (хотя позже была использована - но не ими; об этом ниже), искусственное происхождение "золота Руматы" было установлено сотрудниками Дона Рэбы не по химсоставу - автоматический дупликатор воспроизводит копию поатомно точно, "синтезатором" его называют зря (все последующие дилетантские разговоры о нем, опирающиеся на слово "синтезатор", не релевантны), химический состав любого материала, в том числе янтарина, мог быть установлен на молекулярном уровне уже век (а на атомном - полтора века) назад, и так далее. Для профессионального историка эти моменты очевидны, а для остальных читателей они либо не важны, либо - при наличии интереса - могут быть не слишком сложно установлены. Названия организаций, например, Мирового Совета (далее - Совета) или Архива Мирового Совета (далее - Архива), при употреблении их конкретными персонажами, употреблены в форме, соответствующей восприятию и речи данного персонажа. Например, в речи землянина "Совет" или "Архив", но в речи представителя Саракша - естественно, "совет" или "архив".
Леонид Шунар, докт. ист. наук, 2345wpl(hist), докт. соц. наук, 3254wpl(socio). профессор, 13798wpl(teach).
Извинения. После написания этого материала я прочел его весь и понял, что по ходу написания регулярно съезжал с научного языка на общечеловеческий. Иногда, стыдно сказать, на бытовой. Возможно, что моим коллегам будет местами не вполне комфортно читать; за это прошу прощения. Кроме того, заметно уклонение в сферу социологии, что в данном случае легко объяснимо и не является большим грехом. Можно было бы исправить эту ситуацию, переписав "человеческим" языком первую половину, или "научным" - вторую половину текста. Но сделать сейчас я не могу - у меня идет учебный семестр, и я серьезно загружен. В каникулы я предполагаю заняться весьма интересной и, предположительно, актуальной, научной задачей. Что это за задача, и почему она так интересна и важна, вам станет ясно ближе к концу текста.
Попутное пояснение для не историков - "wpl" это world professional list, всемирный профессиональный список.
В течение последних нескольких лет было проведено исследование, и установлены некоторые, не введенные ранее в научный оборот факты, относящиеся к периоду и области деятельности так называемого Комкона-2 (далее - Комкона) и частичного ее прекращения, в том числе факты, связанные с контактами Земли с Саракшем и Арканаром в соответствующую эпоху. Исходными материалами для меня, как и для всех, работающих в данной области, являлись прежде всего отчеты историков А. и Б. Стругацких, которые, - это видно уже из подробности приводимых сведений и эмоциональности описаний, - были современниками этих событий и, предположительно, лично знали отдельных участников.
Некоторые современные историки считают, что эти имена - псевдонимы, аналогично псевдониму другого знаменитого историка примерно тех же времен - "Лем". Этот псевдоним, возможно, образован от наименования Лунный Экспериментальный Модуль, Lunar Experiment Module. Существует также мнение, которого придерживается, например, историк Анатолий Фоменко, что "А. и Б. Стругацкие" - реальный историк, но не два, а один, с инициалами "А.Б.", и что все документы, где А. и Б. Стругацкие фигурируют, как две личности (здесь не важно, псевдонимы это или нет) были фальсифицированы позже группой лиц, называвших себя "людены". В те времена действительно была распространена именно двухбуквенная система сокращения имен. Группа, так себя называвшая, действительно существовала, и ее работы в области сохранения исторических документов многочисленны и хорошо известны. Однако смысл столь трудоемкой фальсификации совершенно непонятен, и эта гипотеза в среде историков считается не слишком хорошо аргументированной. Отметим, что эта группа не имела отношения к тем люденам (метагомам, мизитам), которые являлись основными акторами Откровения; в разное время существовали и другие группы с таким самоназванием, например, группа исследователей в Институте Исследования Космической Истории. Использование этого слова в качестве самоназвания подобными группами несколько сомнительно; еще более сомнительны их публикации, в частности, опубликованная последней названной группой нерелевантная "биография" Тойво Глумова.
Целью моего исследования было прояснение следующих эпизодов и возможных связей, относящихся к Земле, Арканару и Саракшу (нумерация пунктов сквозная).
Эпизоды на Земле.
1. Выяснение детали реорганизации и серьезного сокращения Советом полномочий Комкона. Почему, несмотря на весьма большие заслуги Сикорски, Совет поступил столь радикально? Не инкриминировали ли при этом Сикорски не только гибель Абалкина, но и что-то еще, показавшееся Совету более важным?
2. Дальнейшая судьба "подкидышей" и "детонаторов" (далее оба термина без кавычек). Была ли она связана с предыдущим пунктом? Функция детонаторов, пытались ли ее выяснить, тогда или позже? Или выяснили, но эта информация не распространялась?
3. Уточнение событий Большого откровения (далее - Откровения). Тут связь с предыдущими пунктами не просматривается, но вопрос интересен сам по себе и относится к тому же периоду. Кроме того, настораживало большое внимание, уделенное этому вопросу А. и Б. Стругацкими (далее - Стругацкими), возможно, они подозревали (или знали?), что такая связь есть.
Эпизоды на Арканаре.
4. Гибель Руматы, произошедшая в совершенно безопасных условиях, то есть загадочная. Не было ли это событие как-то связано с деятельностью Комкона, и не было ли оно тем событием, которое и повлияло на Совет?
Эпизоды на Саракше.
5. Прекращение разработки системы ПБЗ (противобаллистической защиты, местный эвфемизм, принятое среди историков название) в "Стране Неизвестных Отцов" (далее - Страна Отцов) и создание чего-то, по весьма отрывочным сведениям, подобного, в Южных Царствах. Не были ли эти события связаны, например, не имело ли место хищение или продажа документации.
6. Многолетнее мирное существование Южных Царств. Отсутствие попыток завоевания их Страной Отцов и Островной Империей (далее - Империей), для которой они были естественной мишенью, по крайней мере, побережье. Не было ли это связано с п. 5.
В ходе исследования был посещен Саракш (Страна Отцов и Южные Царства) и Арканар, взяты интервью и проведены исследования в Архиве, при этом была применена оригинальная методика, изложенная ниже. Кроме того, был получен доступ к некоторым личным архивам, содержащим уникальные документы, либо вообще не введенные ранее в научный оборот, либо введенные лишь частично. В данный отчет вошла часть материалов, минимально достаточная для ответа на поставленные вопросы. Способом обеспечения обоюдно безопасного контакта с информантами было обращение либо к коллегам-историкам соответствующих стран, либо к многочисленным моим бывшим студентам и аспирантам. По очевидным причинам они не названы поименно, и в мой личный архив, также по очевидным причинам, данные о них не вносились. Всем им я выражаю благодарность от имени и моих коллег-историков, и читателей этого материала.
Исследование было начато, как это обычно и делается, с Архива. Историки - поясню для не историков - обычно начинают исследования именно с архивов, в частности потому, что к архивам почти всегда можно обращаться многократно. Что же касается интервью, то многократное обращение - редкость, потому что дотошных историков, задающих не всегда удобные вопросы, не все любят. На первое интервью респонденты часто соглашаются из любопытства, однако потом этот фактор ослабевает. Поэтому первое интервью нужно организовывать, уже имея представление о ситуации и подготовив, по возможности, широкий круг вопросов. И именно на базе доступа к соответствующим архивам это удобно делать.
Заметим, что в тоталитарных государствах допуск к любому архиву может оказаться, даже если он получен, однократным. Ситуация для "своих" историков (и реально своих, и маскирующихся под них) и для "явных гостей" может различаться, причем, скажем так, в любую сторону. Кроме того, и для своих, и для чужих может различаться ситуация нормативная, или любая из нескольких нормативных, и фактическая. Со всеми этими оговорками, "в общем и в среднем", как шутят социологи, архивы более доступны для многократного обращения, а первое же обращение к ним обычно дает богатый материал для интервью.
Архив не вполне обычен. Во-первых, он не компьютеризован, все материалы - на бумаге или функционально аналогичных материалах, это, как говорили когда-то, "твердые копии". В нашем случае правильнее было бы сказать - твердые оригиналы, но так не говорят. Система хранения такова, что ни один документ из Архива вынести нельзя, это реализовано техническими средствами - дверь просто не откроется. Насколько я знаю, за преодоление этой системы обещана более чем серьезная награда (это лучший способ тестирования подобных систем), но ее так никто и не получил, хотя попыток (особенно со стороны инженерно-ориентированной молодежи) за многие годы было предостаточно. Внести документ снаружи внутрь можно, и чтобы приобщить его к Архиву, требуется простая процедура, после которой он и становится недоступным для выноса. Для дальнейшего важно следующее - при некоторых знаниях и умениях можно практически безопасно и бесконтрольно перемещать документы внутри папки или из папки в папку. Поэтому в принципе можно спрятать какой-то конкретный документ, переместив его. Но работают в Архиве обычно историки, и всосанное с молоком исторического факультета Alma Mater уважение к документу, не дает им делать. Видимо, поэтому в Архиве нет системы привязки документа к папке и месту в ней, хотя она вполне могла бы существовать.
В начале работы было обнаружено исчезновение одного интересного для исследования документа. Искать его по всему Архиву вручную было, конечно, бессмысленно - вероятность обнаружения была ничтожна. Однако несколько лет назад в помещении Архива был установлен новый роботизированный сканер c искусственным интеллектом третьего поколения SKAN-AI-3, который сам раскрывает папку, сам сканирует все документы, распознает тексты и создает базу данных. Известно, что ошибок при распознавании стандартных текстов он не делает вообще, а в отягченных ситуациях (плохая сохранность, нестандартный материал и так далее) делает их меньше, чем консилиум экспертов.
У человека, не знакомого детально с работой Совета, немедленно возникает вопрос - почему не был оцифрован весь Архив? Ответ довольно прост и, я бы сказал, обиден - потому, что этим некому заняться. Один сканер будет работать, как говорится, до следующего Большого Взрыва, значит, надо выделять помещение, организовывать участок, заказывать сотню сканеров, транспорт внутри Архива, обучать людей и так далее. А своих сотрудников у Совета почти и нет - и это не случайно: при его организации было решено, что именно для ограничения тоталитарных тенденций (а после того, что творилось на Земле в 20 и первой половине 21 века более мрачного слова в языках не было) Совет не будет иметь большого аппарата. Для решения каждой конкретной задачи от будет создавать временную комиссию, а уж она, для своей, ограниченной пространством и временем задачи, и будет создавать то, что ей нужно. Так вот, задача компьютеризации своего архива никому не показалась достаточно важной - на фоне всех остальных задач, коими занималось человечество и его Совет.
Конкретные историки, которые работали с Архивом, про замечательный сканер знали. Иногда они им даже с некоторой опаской пользовались - скармливали ему представлявшие для них интерес документы, отправляли себе на сайт файлы и жили себе дальше, тщательно эти файлы изучая. Мне показалось интересным поступить иначе. Дело в том, что раздел, относящийся к Комкону, составлял более четырехсот толстенных стандартных папок - чудовищное количество; когда я его увидел, подумал, что это какая-то ошибка. Но это не было ошибкой.
Приступая к подготовке рассмотрения дела Комкона, и, возможно, предполагая, чем может закончится рассмотрение, Совет распорядился немедленно переместить архив Комкона в свой Архив. В качестве, как говорят юристы, обеспечительной меры. Дабы исключить всякие случайности. Среди членов Совета были и историки, и они знали, что в истории бывали всякие "случайности", в частности - исчезновения или уничтожения архивов. В финальном вердикте по итогам рассмотрения говорилось, что возможна передача частей архива Комкона, относящихся к конкретным делам, в архивы вновь создаваемых Комиссий по этике при Университетах и Исследовательских институтах. Которые, поясню для не историков, когда-то существовали, но при создании Комкона были частью просто закрыты, а частью тихо умерли, потому что конкретные дела Комкон подмял под себя, а числиться, но ничего не делать ученые вообще не любят. Как они говорят, "это портит карму"; такая у них шутка. После решения Совета эти Комиссии потихоньку начали воссоздавать, по мере необходимости они начали что-то делать, но брать себе "все это старье, выдранное Советом у Комкона", большинство участников брезговало.
Сканер съедал папку примерно за час, и за месяц непрерывного сидения в Архиве (я, естественно, тоже не скучал, а работал - чтобы сканеру было не одиноко) дело было сделано. И тут меня ждало открытие. У искусственного интеллекта (далее - AI), который жил в сканере (многочисленные опции сканера и AI я изучал, с его собственной помощью, примерно неделю) нашлось много хитрых способов анализа полученного массива - некоторые я даже при наличии терпеливых разъяснений AI не сразу понимал. Нашелся там и анализ перемещения документов. Оказалось, что около полутора сотен документов были перемещены с их, по мнению AI, логичных мест. Чего-то подобного я ждал, или, скажем аккуратнее, не удивился, когда увидел. Сикорски подчинился и передал весь свой архив Совету, но ведь никто не оговорил специально, что он и его сотрудники не могут им пользоваться. Одно дело - прямое неподчинение решению Совета, и совсем другое - потом пойти и аккуратно переложить сотню или две самых скандальных документов в другие места. На это можно было послать самого доверенного сотрудника, а можно было пойти и самому. Появление любого из них в Архиве никого бы не удивило - да, он не историк, но человек цивилизованно готовится к слушанию дела в Совете. - Добрый день, вы работаете у мистера Сикорски? - Добрый день, да, у него. - А, очень хорошо, желаем удачи... - Спасибо.
Позволю себе два замечания по существу "дела Сикорски". Во-первых, насчет архива. Не подчиниться Сикорски не мог - авторитет Совета таков, что в этом случае его сотрудники, скорее всего, сами передали бы архив, а он стал бы для многих людей, в том числе и своих сотрудников, и коллег, как говорили в древности, "не рукопожатным", то есть тем, с которым нельзя, взявшись за руку, делать общее дело. Второе замечание важнее. В свое время, вручив Сикорски власть, и перестав его контролировать, Совет, как стало ясно позднее, сделал ошибку. Исправь они ее раньше, некоторые люди могли и не погибнуть, да и всего этого скандала не было бы. Но свою ошибку замечать не очень хочется, а признавать - тем более. Так что Совет в данном случае тоже был отчасти виноват.
Но это так, реплика в сторону, а мое - точнее, AI - открытие состояло в том, что обнаружились две группы перемещений. Среди множества параметров, которыми AI характеризовал документы, были и смысловые. Упрощенно говоря, "о чем" этот документ. Причем "о чем" не просто "вот об этом", то есть одно число, например, "о теме номер 22". В документе может затрагиваться несколько тем, причем им могли быть посвящены разные доли документа. Например, из каких-то пяти тем затрагиваются первая, третья и четвертая, им посвящено 0,6, 0,1 и 0,3 документа. Тогда этот документ характеризуется сигнатурой "0,6; 0,0; 0,1; 0,3; 0,0", физик бы сказал - точкой в пятимерном пространстве, или вектором. Полный список тем AI составляет сам, индексирует по этому списку все документы и вычисляет расстояние между документом и его окружением. Если оно мало - значит, документ лежит на своем месте. А если велико - был перемещен. Далеко ли? - в пространстве смыслов, конечно - одна из обычных метрик, корень из суммы квадратов разностей. Впрочем, AI может использовать разные метрики, и даже оптимизировать выбор.
Так вот, оказалось, что большая часть, примерно 3/4 всех, которые были перемещены, - перемещена далеко. То есть, кто-то просто хотел их спрятать. А некоторая часть, соответственно, 1/4, перемещена относительно недалеко и довольно "кучно", на примерно одинаковые расстояния. То есть кто-то хотел убрать эти документы "с глаз долой", но так, чтобы тот, кто ищет немного тщательнее, чем обычно, не только там, где должно быть, но и рядом, на них бы наткнулся. Осознав, что злоумышленников было двое, и радуясь за прогресс в области искусственного интеллекта, я решил немного отдохнуть. Вышел из здания Архива, зашел в кафе и сел за столик. Естественно, подъехал робоофициант и спросил. Я ответил - кофе. Он величаво кивнул и спросил - озот, кресс, или герма? Я хотел по инерции ответить "озот" (у меня консервативные вкусы), и тут меня осенило. Злоумышленник-то был один! - это который перемещал далеко. Другой был как раз не злоумышленник, он работал чуть раньше, и ставил своей целью защитить Архив от предполагаемого вмешательства настоящего злоумышленника. Который либо уже приступал к работе, либо мог вот-вот приступить. Им мог быть кто-то из самых верных Сикорски сотрудников, либо сам Сикорски, а вот кто был другим - не ясно.
Я быстро проглотил кофе и вкусность, явно обидев официанта, выскочил из кафе, вернулся в здание Архива и понесся по списку - именно по роковой 1/4. И через час узнал все - и как погибли Румата и Кира, и кто так изобретательно спасал документы от попытки захоронения (которое он предвидел - и не ошибся же).
Оказывается, дело обстояло вот как. В материалах Стругацких, касающихся окончания пребывания Руматы в Арканаре, изложена официальная версия, сформированная и распространенная Комконом. Действительные события были существенно трагичнее. Румата и Кира, которая не погибла, были вывезены на Землю, их поселили на одной из баз Комкона. За ними осуществлялась круглосуточная слежка (визуальная и акустическая), исполнителем был сотрудник Комкона по имени Сандро, формально подчиненный Каммереру. В Архиве есть отчеты Сандро (предположительно - все), но они адресованы напрямую Сикорски (а не Каммереру). Отметим, что Сикорски (предположительно) использовал Сандро и для слежки за Каммерером, хотя прямых указаний на это нет. Позже, когда Каммерер занял место Сикорски (об этом ниже), уже он использовал слежку за своими сотрудниками; косвенное указание на это имеется в отчетах Стругацких.
В результате знакомства с Сикорски, Каммерером (предположительно), Пак Хином и, возможно, другими сотрудниками Комкона и Совета, Кира заявила, что она возвращается в Арканар. Румата (Антон) сказал, что он ее одну не отпустит, что он возвращается вместе с ней. Сандро вышел с ним на связь (предположительно; этого нет в его отчетах, он говорит об этом факте, не называя себя прямо, см. ниже), и попытался его отговорить, мотивируя тем, что на Арканаре его убьют, и даже высказал предположение, что это будет инспирировано с Земли. Румата (Антон), естественно, рассмеялся и сказал, что его не так-то легко убить, добавив (предположительно), что он - "первый меч империи", как тогда говорили. Сцена в опочивальне принца и разговор с доном Рэбой его ничему не научили. Соответственно, они вернулись, попали в засаду в Пьяной Берлоге и погибли. Сандро разыскал друзей Руматы (Антона) и все им рассказал. В Архиве обнаружилась запись разговора Сандро и друзей Антона, спрятанная в Архиве (предположительно) самим Сандро. Для простоты приведу запись. Реплики Сандро очевидны, остальные - друзей Руматы (Антона), Анны и Павла.
- Это официальная версия. Реальная история была иной. Никто в его дом не ломился, они не идиоты. Они ночью все вокруг огненосным составом залили, и стены дома тоже, и подожгли.
- Ого...
- Но в доме подземный ход был, про который не только Арата знал, но и Румата, конечно, тоже. Только он это Арате не сказал, да и зачем? Так Антон всех из дома по этому ходу вывел. Тех, кто с ним в доме жил, аккуратно потом в их дома и семьи вернули, якобы он в тот вечер всех на два дня отпустил. А его самого и девушку подобрал патрульный дирижабль, а потом на Землю, понятное дело, эвакуировали.
- А потом в другую командировку? После рекондиционирования? Да, а ты откуда это знаешь?
- Вы слушайте. А знаю потому, что и в Комконе нормальные люди попадаются.
- А при чем...
- Я же вам сказал - слушайте. На Земле их поселили на дальней базе. Рекондиционирование... Антон сразу поставил условие - девушка остается с ним. Согласились. Он начал ее с жизнью знакомить. Ну, и с Комконом тоже. Главному ее представил. И Совету. С некоторыми она вроде общий язык нашла. И они с ней. С Пак Хином, например, подружилась, они несколько раз подолгу разговаривали. А самому Антону она не сразу, а потом, после общения с Главным, сказала, что мир ваш, может быть, еще и пострашнее Арканара, потому что в нем люди лгут и людям лгут, но при этом все хорошо живут, и голодных нет, и поэтому люди с ложью мирятся. Поэтому, в отличие от Арканара, ваш мир стабилен. И что она хочет вернуться, и будет учить и лечить, и, благодаря всему тому, что она теперь знает и понимает, она многое сможет сделать. Что она вообще Призрак вполне освоила и может вернуться сама, но любит его, Румату, и не может его обманывать. Тогда он сказал, что он с ней. Один из сотрудников Комкона пытался его отговорить, но не смог. Они вернулись и в Пьяной Берлоге тут же попали в засаду.
- А кто мог знать?
- А вы чуть-чуть подумайте. И учтите, что на Земле они на комконовской базе жили. А там каждый сантиметр просматривался и прослушивался.
- О как... И в той засаде...
- И из той засады они уже и не вернулись. (пауза)
- Ты все это знаешь потому, что сам в Комконе работаешь? (пауза)
- А то, что ты нам двоим это рассказал... для тебя это не опасно?
- Анна, это зависит от того, проговорится ли кто-то из вас. (пауза)
- Но нам, вроде некому это рассказывать. Правда, Пашенька?
- Да. (пауза) Конечно.
- Ну, все понятно. Прощайте, ребята.
После обнаружения в Архиве докладов Сандро и этой записки, вопрос о гибели Руматы был закрыт. Мне, однако, захотелось посмотреть, так сказать, своими глазами на место гибели Руматы. Сделать это оказалось несложно. Там, где приземляется вертолет, может приземлиться и мини-Призрак.
Вполне могло оказаться и пепелище, но хижина стояла на месте. Ближе к краю поляны травяной покров был явно поврежден. Подошел немного поближе. Вот, значит, как кончается иногда карьера прогрессора...
Отец Кабани был в той стадии опьянения, в которой не удивляются ничему, тем более, что у меня в руке была бутылка (в другой руке и за спиной у меня было совсем другое оружие, но оно не потребовалось). Мне оказалось достаточным произнести только одно имя...
- Они знали, они знали... они связали меня и бросили в чулан... а они затаились, наверное, по бокам от двери... через полчаса вошел он... я слышал шаги... его и с ним была она... я не мог даже замычать... четыре арбалетные стрелы... с двух сторон... я полночи пилил веревки, пока смог освободиться... они просто ушли, сделав свое дело... я... у края поляны... они там... вместе...
Нужно было поставить бутылку на стол и выйти. Я это сделал... вышел, подошел немного поближе и остановился. Вот, значит, как кончается иногда карьера прогрессора... да, он был прав. Они были вместе.
Я, как мне кажется, немного постоял. Потом опустил руку в карман и нажал на кнопку. На противоположном краю поляны начал проявляться мой мини. Мне нужно было возвращаться в Архив. А я стоял и думал, что футурологи и историки древности, например, Иван Ефремов и те же Стругацкие, считали, что если когда-то будет создано то, что теперь многозначно называется Мировой Совет, то в нем будут педагоги и врачи. Они были правы примерно на 0,8, потому что 0,2 Совета - историки. Приятно знать, что мы нужны обществу еще и в этой роли. Но как вы думаете, в какой из этих трех профессий больше всего разочарований в своем деле, и ухода из профессии?
И еще у меня мелькнула странная и глупая мысль - что не может быть такого ужаса в реальности. Что все это придумал какой-то писатель. Однако, уже садясь в кресло и пристегиваясь - таковы правила - я понял, что эта мысль почти списана у Стругацких. Как все-таки я ими пропитался... Но разве не может один историк списать мысль у другого? Или даже у двух... да и неважно, было их двое или один.
Пользуясь списком перемещенных документов (перемещать их обратно, я, разумеется, не стал), в течение трех дней я привел в порядок свои знания о Саракше. Нового я узнал немного, но освежить представление перед интервью всегда полезно. Зато я многое узнал о Земле.
Судя по документам, "Дело Сикорски" было открыто в Мировом Совете немедленно при обращении Уль Хата, Шензи и Серосовина. Кстати, то, что его уже тогда стали называть именно так, а не "дело Комкона-2", говорит об атмосфере; об этом ниже. Дежурная группа Совета (старшим в этот день, к счастью, был Геннадий Комов, историк) потребовали немедленно перевести архив Комкона в свой Архив. Сикорски возразил - это равносильно открытию архива, а у нас "тайна личности". На что Комов дословно заявил следующее. Либо Абалкин и все подкидыши - люди, тогда вы - убийца, либо они не люди, а, как вы говорите, "автоматы Странников", но тогда какая, массаракш-и-массаракш, тайна личности?! Совет немедленно назначил Комиссию для сбора информации и подготовки рассмотрения, и объявил, что само рассмотрение через неделю, открытое и гласное.
Насколько я понимаю, пока Комиссия разворачивает работу, начинает собирать информацию, вызывает свидетелей и предварительно их заслушивает, Сандро (предположительно) бросается в Архив и за сутки припрятывает (не прячет, а именно "припрятывает") три-четыре десятка самых чувствительных документов. Через день в Архиве появляется (предположительно) по поручению Сикорски Клавдий и прячет около сотни документов по нескольким делам. Сандро встречается с друзьями Руматы, а запись разговора - предположительно, ночью, чтобы не наткнуться на Клавдия, - припрятывает в Архиве. По традиции Архив (и некоторые историки) работают круглосуточно.
В течение недели Совет заслушивает Уль Хата, Шензи, Серосовина, Сандро, Бромберга и еще нескольких участников событий. По принятой в Совете процедуре они предельно сжато излагают только факты, причем событиями на Арканаре Совет не слишком интересуется - только тем, что связано с Комконом. Уль Хат и Шензи, надо полагать, обиделись, - они могут рассказать много интересного - но Совету явно не до них. Глумова, Каммерер и Сикорски отказываются от выступлений, причем Каммерер пояснил, что делает это потому, что понимает свою личную ответственность, однако оправдывать или критиковать своего начальника считает безнравственным. Глумова и Сикорски отказались и от ответов на вопросы, процедура это допускает.
Поделиться книгой: