Помоги проекту - поделись книгой:
Илан Кфир
ДИВИЗИЯ «ГАЗА» ЗАХВАЧЕНА
אילן כפיר
אוגדת עזה נכבשה
Редактор:
Издатель:
Верстка, оформление, марка серии:
Проект “Написано в Израиле"
Издательство “Книга Сефер” совместно с “Yedioth Books”, Израиль, 2024
https://www.knigasefer.com
https://www.facebook.com/KnigaSefer
knigasefer2002@gmail.com
(972) 502423452
ISBN 978-965-7848-26-5
© Original Hebrew Language edition 2024, Yedioth Books Ltd., Israel.
© Белла Тульчинская, перевод на русский язык, 2024
© Юлия Дозорец, макет, оформление, 2024
© «Книга Сефер», издание на русском языке, 2024
Фотографии предоставлены: © Shatil.stock
Фотографы:
© Йоси Замир
© Адар Эяль
© Амос Хил
© Алла Борисова, фотография на обложке
Предисловие переводчицы
Эта книга вышла в свет через четыре месяца после начала тех печальных событий, свидетелями которых мы были, и участниками которых являемся по сей день.
И хотя прошло с тех пор больше полугода, она не потеряла своей актуальности — к сожалению, мало что изменилось к лучшему с того времени, и конца этим событиям пока не видно. Да, за эти полгода часть заложников вернулись — живыми или мертвыми, освобожденными в дерзких операциях, а о нескольких десятках из них мы уже знаем почти наверняка, что никогда не увидим их среди живых.
И Мохаммед Дейф — один из главарей ХАМАСа, видимо, уничтожен.
Но предыстория всей этой ситуации, анализ того, как и почему ХАМАС, родившийся на свет маленькой, малозначительной организацией, превратился в хищного зверя, кто вскормил его, кто позволил стать грозной военной силой, и где были те, кто по долгу службы должен был видеть, как он растет и крепчает, понимать, чем это грозит, и не допустить трагедии — эти вопросы актуальны сегодня, как и в первый день.
Автор книги — Илан Кфир, известный израильский журналист и писатель, личность, вообще-то, героическая. За долгую свою жизнь — он сегодня перешагнул порог 80-летия — участвовал во многих судьбоносных для истории Израиля войнах и спецоперациях. Начинал службу в воздушно-десантной бригаде. К началу Шестидневной войны уже пару лет как стал резервистом. Был одним из тех десантников, которые ворвались в Старый город через Львиные ворота и молниеносным броском оказались у Стены Плача, чем и завершилось завоевание Восточного Иерусалима. К войне Судного дня он уже окончил курсы санитаров, то есть, должен был попадать в самые опасные и непредсказуемые ситуации, вынося под огнем раненых или оказывая им первую помощь на месте. На юге переломным моментом той войны стала операция «Абирей лев» («Отважные») — когда был форсирован Суэцкий канал. Первыми канал пересекли десантники на резиновых лодках. Самыми первыми — две роты, 36 человек, по шесть в каждой лодке. В одной из них был он, Илан Кфир. К руке его была привязана кинокамера, заботливо укутанная в целлофан, а сверху еще обернутая в промасленную бумагу, которую он вытащил из упаковки одного из снарядов. На ней он крупными буквами написал свое имя. На случай, если окажется в воде. Представим себе: глубокая ночь, они плывут в полной темноте, скорее всего, на верную смерть, потому что, если на другом берегу — египетские десантники, понятно, что они с ними сделают. А если их резиновые лодки засекут в воде, нет ничего легче, чем потопить их.
И вдруг, уже в лодке, мысль — камеру-то он обеспечил защитой, а сам что? Пловец он был, прямо скажем, никакой. Но их не засекли, а высадились они на пустой участок побережья как раз в место зазора между двумя египетскими армиями. Потом было много дней войны, ранение…
«Я не участвую в войне, она участвует во мне…» В отличие от поэта, воевавшего на Второй мировой в ранней юности и ощутившего, что война поселилась в нем навсегда, Илан Кфир воевал много лет — несколько войн, спецоперации, бессчетные дни военных учений на сборах. Но так же, как и Юрий Левитанский, сегодня, в свои 80 лет, отвечая на вопрос, почему большая часть его книг — а всего их у него 19, — о войне, он говорит: «Потому, что это во мне. Потому, что война осталась во мне».
Кинокамеру он брал с собой в самые ответственные моменты, и фотоаппарат тоже — еще в юности Илан стал журналистом, статьи и очерки его печатались в «Едиот Ахронот», «Маариве» и других изданиях. Первый очерк, который он принес в «Едиот», был написан им наутро после антитеррористической ночной операции в Калькилии.
Когда перед заключением мирного договора египетский президент Анвар Садат приехал с визитом в Иерусалим, первым израильским журналистом, взявшим у него большое интервью, был Илан Кфир. Им было о чем поговорить и о чем вспомнить…
Книгу о событиях черной субботы, 7-го октября 2023 года, он начал писать сразу, не дожидаясь всеобъемлющих исследований, которых, конечно же, будет еще много. В ней автор анализирует процессы, которые привели к трагедии, и рассказывает о том, каким он был, тот день 7-го октября. Он словно как бы мысленно проходит по кибуцам и мошавам, по военным базам и городам, близким к границе с Газой. Выхватывает отдельные эпизоды — будто приближается камера и дает крупным планом — глаза, полные ужаса, руки, побелевшие от многочасовых усилий удержать ручку двери укрытия, в котором сидит семья и на которую с другой стороны давят террористы, чтобы ворваться и уничтожить тех, кто внутри.
А за кадром все время звучит вопрос: «Где армия? Где ЦАХАЛ? Наш большой и надежный ЦАХАЛ?» Камера отодвигается — и появляется история этой семьи или отдельных героев — их было много, юных и не очень, героически сражавшихся, заплативших своей жизнью или свободой за высокомерие, слепоту и эгоизм вышестоящих, малочисленных против намного превосходящих их числом убийц. Мы будто видим огромную мозаику, на которой один за другим возникают перед нашими глазами населенные пункты или военные базы, дороги, ведущие к ним, перекрытые террористами, устроившими на них засады. Действие развивается одновременно в разных местах очередного кибуца или мошава — порой параллельно, порой переплетясь.
Иногда происходят маленькие чудеса — неожиданные и, к сожалению, слишком редкие.
Мы видим пожилых генералов, давно простившихся с армией, но в тот день схвативших личное оружие и бросившихся в самое жерло ада.
И в заключение, мы опять возвращаемся к ним, вышестоящим. К тем выводам, которые нужно бы сделать, к тем урокам, которые следовало бы извлечь. Хеппи энда здесь нет. Как нет его и сегодня, спустя почти год после начала страшных событий.
Специальные термины и понятия, встречающиеся в тексте
Видеокамеры «GO-PRO» — экшен — камера, специально предназначенная для съемки в условиях агрессивной окружающей среды и активных действий.
Мамад — «защищенное пространство», специальная комната в доме или квартире, оснащенная железобетонными стенами и потолками, предназначена для защиты жителей во время ракетных атак.
Нахал (аббревиатура ивритских слов «Сражающаяся халуцианская молодежь») — израильская пехотная бригада. Создание боевых частей, солдаты которых совмещают боевую службу с крестьянским трудом — воплощение идеи Бен Гуриона, суть которой состоит в том, чтобы границы молодого еврейского государства охраняла молодежь приграничных еврейских деревень: солдаты-крестьяне. Комплектуется исключительно добровольцами.
Нухба (в переводе с арабского «Элита») — коммандос бригад Изз ад-Дин аль-Кассам — военного крыла ХАМАСа. Сформировано 14 лет назад, в 2010 году. Его члены — идеологически обработанные и хорошо обученные фанатики.
Операция «Ковер-самолет» — после Аденского погрома в сжатые сроки с июня 1949 г. по сентябрь 1950 г. из Йемена в Израиль были вывезены 50 000 евреев. Каждый день самолеты перевозили по 500 человек.
Отряд самообороны — небольшая группа быстрого реагирования. Состоит из добровольцев, жителей населенного пункта, прошедших службу в боевых частях.
РАВШАЦ — координатор по безопасности в приграничных населенных пунктах, человек, получающий зарплату от министерства обороны. РАВШАЦ возлавляет отряд самообороны.
РПГ — противотанковый реактивный гранатомет.
Система «Вижу-Стреляю» — система автоматической стрельбы, разработанная концерном «РАФАЭЛ», позволяющая вести наблюдение над местностью из удаленного командного пункта и, в случае обнаружения террориста, открывать автоматическую стрельбу из пулеметов, установленных вдоль границы.
Система «Стена и башня» — тактика создания поселений в подмандатной Палестине в период арабского вооруженного восстания 1936-39 гг. Такие поселения строились на купленной земле за одну ночь: территорию огораживали, а в центре ставили сторожевую вышку.
Следопыты — отдельное пехотное подразделение сухопутных войск ЦАХАЛа, состоит, в основном, из членов бедуинской общины Израиля. Основная задача — охрана границы.
Хамаль (חדר מלחמה) — «военная комната», компьютеризированный координационный центр управления и контроля, оснащенный экранами и пультами дистанционного управления, позволяющий видеть одновременно большую территорию, принимать и передавать информацию. Такими центрами оснащены военные штабы — от Генштаба до военных баз, наблюдательные пункты вдоль границ, ими могут оснащаться региональные и городские советы, кибуцы, мошавы, частные и общественные учреждения.
30 апреля 1956 года была выкопана первая могила в кибуце Нахаль-Оз.
Рои Ротберг, офицер ЦАХАЛа и член ядра НАХАЛа, основавшего кибуц в Нахаль-Оз в нескольких сотнях метров от границы с сектором Газа, был координатором по безопасности — первый РАВШАЦ в населенных пунктах на линии противостояния. 29 апреля 1956 года, узнав, что арабы нарушили границу и собирают урожай на одном из полей молодого кибуца, он вскочил на коня и помчался туда.
Через несколько минут конь вернулся без всадника. Рои был застрелен из засады, его тело похитили в Газу и вернули только к вечеру. Члены кибуца, парни и девушки, похоронили первого погибшего в Нахаль-Оз.
Некоторые из них, перевалив за девятый десяток, вновь оказались там 7 октября 2023 г., — в ту проклятую субботу.
А тогда глава генштаба, генерал-лейтенант Моше Даян произнес поминальную речь над открытой могилой. Речь, сила слов которой отзывается эхом спустя 67 лет.
1
Стальной вал и небесный огонь
Рассвет 7 октября 2023 г., праздник Симхат Тора.
Утреннее солнце осветило десятки кибуцев и мошавов, цветущим поясом отделяющих Израиль от Сектора Газа.
Белые дома с красными черепичными крышами, узкие тропинки, петляющие между цветочными клумбами. Плантации созревших бананов и сотни дунамов спелых авокадо. Поля, на которые еще недавно летели через «забор безопасности» огненные воздушные шары, полны красными помидорами, разноцветными перцами и другими овощами.
Из коровников раздается мычание. Вскоре, после утренней дойки, появятся молоковозы, везущие десятки тысяч литров на молочные заводы «Тнувы».
На дорожках — утренние бегуны и велосипедисты.
Многие еще нежатся в постелях — субботнее утро, праздник. Спешить никуда не надо. Еще одно пасторальное утро в их тревожном мире, который весной покрывается коврами из анемонов, а осенью расцветает белым морским луком. Тысячи гостей приезжают полюбоваться цветами каждую субботу.
Прекрасная Земля Израиля и ее жители, которых называют «солью земли». Несмотря на непрекращающиеся вспышки войны, несмотря на ракетные обстрелы, жизнь продолжается. Жители этих мест научились жить при сиренах воздушной тревоги, раздающихся перед залпами минометных снарядов и ракет, пролетающих над ними в соседний город Сдерот. Руководству каждого из кибуцев «ободка» вокруг Газы трудно удовлетворить растущий спрос на жилье — нужны дома для взрослых детей, которые возвращаются в родные пенаты, для семей из центра страны — тех, кто побывали на короткой экскурсии и пленились красотой этих мест и высоким качеством жизни.
Эта жизнь оборвалась в 6.30 утра 7 октября 2023 года, в проклятый день, в Черную субботу.
Сирена воздушной тревоги выла дольше, чем обычно, а залпы ракет и минометных снарядов были небывало массивными. Это не «ракетная капель». Это даже не мощный залп, которым начинался очередной виток войны на юге. Это — настоящий ракетный шторм, непрекращающийся шквал огня с запада над всем пространством. Тысячи снарядов и дальнобойных ракет. Вой сирен — от юга до центра. Батареям «Железного купола» трудно справиться с такой массой ракет. Сотни тысяч людей поспешили укрыться в мамадах — защищенных помещениях — в поселках вокруг сектора Газа, на военных базах и в лагерях ЦАХАЛа на юге — и до Гуш Дана, что на 80 км севернее.
Никто не мог себе представить, что именно в эти минуты к огненному валу с неба присоединяется человеческий вал. Что тысячи вооруженных боевиков ХАМАСа мчатся к защитной стене, отделяющей приграничные земли от восточных районов Газы. Они несутся в пикапах, на мотоциклах, бегом, возбуждая себя криками «Аллах акбар» к целям, полученным за минуты перед нападением.
2
75 лет террора из Газы
Тот, кто произносил два этих слова: «Иди в Газу», — не имел в виду чего-либо доброго… «Иди к черту», «отправляйся в ад» или «иди в Газу» — значили одно и то же. «Сектор Газа» — узкая полоса, которую не хочет никто в мире. Ни ее саму, ни миллион ее жителей. Президент Садат, который требовал возврата всего Синая до последнего метра, предпочел оставить ее под контролем Израиля. И он хорошо знал, почему. Премьер-министр Израиля Менахем Бегин не настаивал на возвращении Египту сектора вместе с Синаем под влиянием правого крыла своей партии.
В результате случилось то, что легло на плечи последующих поколений израильтян.
Длинная, более чем 75-летняя история отношений Израиля с сектором Газа пропитана кровью. Газа всегда была такой. Экстремистской, идеологически враждебной и воинственной. Газа, возглавляющая палестинское сопротивление и увлекающая за собой жителей Западного берега, впоследствии — Иудеи и Самарии.
До 1967 г. сектор Газа, куда стеклись сотни тысяч беженцев, изгнанных или бежавших в Войну за Независимость, находился под египетской властью, египетская разведка вербовала и посылала многих на теракты против Израиля, организуя нападения на евреев, на новые поселки, создаваемые вдоль границы, убийства и шпионаж. Трудно было справиться с фидаинами, которые легко пересекали границу, — тогда еще не построили защитную стену и не было заслона между сектором и территорией Израиля. Возникли опасения: если ЦАХАЛу не удастся справиться с проблемой, целые населенные пункты будут покинуты.
Вначале появился вооруженный отряд 101, созданный молодым майором Ариэлем Шароном, разработавшим новую тактику: после каждого убийства еврея — операция возмездия на египетских военных базах в секторе Газа или на иорданских на Западном берегу. В 1955 г. создали новое спецподразделение «Сайерет Шакед», начались не только операции возмездия, но и засады, преследования и постоянный военный надзор — с тем, чтобы засечь каждую банду и ударить по ней, когда она попытается проникнуть в Израиль для совершения теракта или шпионажа.
Впервые сектор Газа был завоеван в Синайскую кампанию в октябре 1956 года, а возвращен Египту после отступления Израиля со всего Синайского полуострова. Тогда, под присмотром сил ООН, разместившихся вдоль границы, наступило затишье на 11 лет, до июня 1967 г. — Шестидневной войны. Хотя и в эти годы были попытки проникнуть в Израиль, большая часть их предупреждалась бойцами спецназа и других частей, которых привлекали в случае необходимости.
Вторично сектор Газа был завоеван в ходе Шестидневной войны. Спокойствие в секторе, в городе Газа и лагерях беженцев вокруг него продолжалось около трех лет. Десятки тысяч израильтян отправлялись каждую субботу на главный городской рынок, пили кофе на площади Фаластын и возвращались домой, полные впечатлений о новых соседях. Одно событие, в январе 1971 г., изменило все. Ручная граната, брошенная в машину с израильской семьей Арвив, которая приехала в город. Два маленьких ребенка погибли от чудовищного взрыва гранаты. Убийство глубоко потрясло израильтян и привело к решению дать мощный отпор террору в Газе. Командующий Южным военным округом Ариэль Шарон видел в этом личную задачу. Он создал тайное подразделение, получившее имя «Римон», во главе с молодым офицером Меиром Даганом, будущим главой Моссада, — и возложил на него задачу искоренения террора в секторе. Подразделение, привлекая дополнительные силы, занималось гнездами террора на территории Газы, преследовало их лидеров и за два года вернуло спокойствие в регион.
Параллельно с войной против террора и поселенческим движением в Иудее и Самарии шел процесс создания поселений в секторе Газа: Гуш Катиф в южной части сектора и несколько поселений в северной. Всего 21 поселение, процветавшее до «процесса размежевания» в 2005 г., которым руководил глава правительства Ариэль Шарон. Чтобы обеспечить безопасность еврейских поселений, окруженных со всех сторон сотнями тысяч местных жителей, была создана дивизия «Газа», находившаяся сначала в городе Газа, а затем, после размежевания, на израильской территории, недалеко от пограничной стены.
Газа играла ведущую роль и в первой интифаде 1987 года, и в терактах смертников, жертвами которых стали сотни жителей на территории Израиля, во вторую интифаду. Место организации ООП, лидера в организации терактов в 70-е — 80-е годы прошлого века, заняла новая, религиозно-экстремистская организация ХАМАС. Вначале маленькая, во главе с шейхом Ахмедом Ясином, который за короткое время вовлек в нее сотни тысяч молодых людей сектора.
3
ХАМАС — геноцид во имя религиозной идеологии
Официальная дата основания ХАМАСа (на арабском — «движение исламского сопротивления») — 14 декабря 1987 г., через 5 дней после начала первой интифады, хотя подпольно его создание началось гораздо раньше. Первая база ХАМАСа появилась в лагере беженцев в секторе Газа, а путь свой движение начало как мусульманская благотворительная организация, действуя в мечетях сектора.
Ее основали пятеро.
Шейх Ахмед Ясин, фанатичный религиозный проповедник в инвалидной коляске, — он обеспечил религиозную легитимацию терроризму. Абд аль-Азиз ар-Рантиси, Махмуд аз-Захар, Салах Шхаде и Исмаил Хания. Они вырастили целое поколение матерых боевиков. Благотворительность, объявленная целью, которой они занимались поначалу, была лишь прикрытием. Тем, кто превратил гуманитарную организацию в террористическую, был ее лидер, шейх Ясин, с первой минуты не скрывавший свою ненависть к Израилю и евреям как таковым.
В Израиле не сразу оценили опасность нового движения. Напротив. Правительство во главе с Ицхаком Шамиром решило, что оно станет противовесом ООП и потому стоит ему помогать. Какой вред может принести религиозная группировка, чье единственное стремление — облегчить положение в лагерях беженцев?
Но отрезвление пришло довольно быстро.
В отличие от Палестинской администрации, ХАМАС с самого начала был движением сепаратистским, права на существование государства Израиль не признавал и не шел ни на какие договоры. Цель его была ясна: уничтожение Израиля. Это будет долгий путь, он потребует много терпения, но отклоняться от него нельзя.
Новый террор, возникший в секторе, становился все более дерзким и смертоносным. Вначале были созданы боевые единицы «Изз ад-Дин аль-Кассам», которые со временем были организованы в роты, батальоны и бригады, но имели собственное руководство. Главари его изобрели систему терактов смертников против израильских целей и дали им религиозное обоснование. Попытка изгнать в Ливан сотни боевиков ХАМАСа, предпринятая в 1992 г., не удалась. Их вернули в Газу, Иудею и Самарию более опытными, более решительными, более мотивированными. Шабак находил ответственных за теракты, среди них Салах Шхаде и Яхья Абд аль-Латиф Айяш, «инженер», специалист в подкладывании взрывных устройств, которые должны были взрываться в людных местах. После нескольких кровавых терактов, произведенных по его инициативе, со многими десятками убитых и сотнями раненых, «инженер» стал первым в списке тех, кто должен был покинуть этот мир, и чем скорее, тем лучше. Решено было подложить небольшое взрывное устройство — 11 грамм — в его мобильный телефон, который ему передаст помощник. Первая попытка сорвалась. Телефон возвратили специалистам в Шабаке, они обнаружили, что причина неудачи — оборванный провод. В телефон вложили устройство покрупнее, и он вновь отправился к кандидату на ликвидацию. Телефон прозвонил, Яаш поднес его к уху — взрыв произвели дистанционно. Террорист был убит на месте.
Ответ ХАМАСа на ликвидацию был быстрым и жестоким: два теракта самоубийц в иерусалимских автобусах, теракт в тель-авивском автобусе, взрыв в Дизенгоф-центре в Тель-Авиве и серия взрывов в многолюдных кафе. Страшные теракты в разгар избирательной кампании после убийства Рабина привели к победе кандидата от Ликуда Биньямина Нетанияху, который обещал избирателям, что только он, в отличие от Шимона Переса, может обеспечить безопасность Израиля.
Все это время шейх Ясин сидел в израильской тюрьме — до того, как его освободили в сентябре 1997 г. после неудачной попытки отравления Халеда Машаля, главы политбюро ХАМАСа. Король Хусейн угрожал казнить двоих израильских разведчиков, схваченных в иорданской столице сразу же после покушения. Нетанияху, по инициативе которого провели операцию, не уведомив министра обороны Ицхака Мордехая и главу генштаба Амнона Липкин-Шахака, сдался, позволил передать противоядие для хамасовского главаря, и жизнь его была спасена. Шейх Ясин вернулся в сектор Газа и продолжил руководить террористической организацией. Смертоносные теракты продолжались. Продолжались и точечные ликвидации. Первым из главарей был ликвидирован Салах Шхаде, глава военного крыла ХАМАСа, — он был убит вместе с семьей. В июле 2002 г. на его дом сбросили с самолета мощную высокоточную бомбу. После него, в марте 2004 г. был ликвидирован шейх Ясин, а через месяц пришла очередь его преемника Абеда Эль-Азиза Рантиси. Организацию возглавил Исмаил Хания.
16 апреля 2001 г., в разгар второй интифады, почти за десятилетие до того, как ракеты из сектора встретились с системой «Железный купол», ХАМАС пустил в ход свое секретное оружие: первая ракета «Кассам» взорвалась в Сдероте в 4-х км к северу от сектора. После нее будут десятки тысяч ракет… Примитивная труба, выпущенная в сторону Сдерота, уступит место дальнобойным ракетам. Часть из них тайно переправят из Ирана, часть — провезут контрабандой по глубоким туннелям под Филадельфийским коридором — границей сектора с Синаем, остальные произведут на модернизированных станках глубоко под землей Газы.
Поделиться книгой: