Калевипоэг

Линда молвила в ответ:

— Я не месяц, и не солнце, И не дочь зари румяной. Выросла я в вашем доме Из яйца лесной тетерки.

Созвали Калев с Линдой полный дом гостей и стали праздновать свадьбу. Долго гости гуляли веселились, пока Звезда не собрался в обратный путь. Он попрощался с хозяевами и увез свою Салме в такие дали, откуда ветер лишь в ответ повеет, брызнет дождевой слезой.

Калев и Линда еще долго пировали, но пришло время и им собираться в путь. Они простились с матушкой-вдовой, сели в сани и укатили в вотчину Калева.

* * *

Долгие годы Калев жил счастливо со своей Линдой и правил страной. Но как-то почуял он, что близится его смертный час, позвал он к себе Линду и сказал:

— После моей смерти народится у тебя последний сын. Мои глаза уж не увидят его. Будет он подобен своему отцу. Когда он возмужает, пусть кинет жребий со своими братьями, кому быть правителем и народным заступником. Вотчина должна остаться неделимой, под единой рукой, — только тогда она будет сильна и непобедима.

Сказав это, Калев слег и больше не встал со своего ложа. Семь дней и семь ночей оплакивала Линда смерть своего дорогого мужа, но не иссякали ее слезы, и не свалился тяжкий груз с сердца. Она сама выкопала могилу и уложила мужа вровень с зеленой муравой, а на нее натаскала много каменных глыб, чтобы могилу Калева заметили и грядущие поколения. Сейчас это место зовется холмом То́омпеа.[7] Когда Линда тащила тяжелый камень на могилу, обессилела, бедняжка, и выронила его. Она уселась на камень и безутешно заплакала. Из тех вдовьих слез образовалось озеро Юлемисте. А камень, на котором она сидела и плакала, виден и поныне на берегу того озера.

Родился у нее в утешение сын, на диво крепкий и сильный. Два месяца он ревел ревом с утра до вечера и с вечера до утра, а потом разорвал пеленки, разломал ободья люльки и вылез на пол. На третий месяц он уже разгуливал по горнице.

Рос и мужал младший сын Калева. Когда он немного подрос, то, играя в бабки, вместо биты бросал валуны, а плиты известняка швырял в море. Он играючи вырывал с корнем молодые ели. Видать по всему, силой он пошел в отца.

После смерти Калева к Линде, богатой вдове, стали ездить сваты. Но не пошла она ни за одного из женихов, всех отослала обратно. Был среди них и Ту́слар — финский колдун ветров. Когда Линда отвергла и этого жениха, он погрозился, что отомстит ей за отказ.

— Что мне Туслар — знахарь ветра? Что угроз его бояться? Три в гнезде моем орленка Крепкоклювых вырастают. Три с железными когтями Поднялись орла могучих. Защитят они вдовицу, От напасти мать укроют!

Шли год за годом, и сваты перестали досаждать Линде.

Сыновья Калева на охоте. Похищение Линды.

Как-то Калевовы дети Вышли из дому все трое Позабавиться охотой. Были с братьями собаки: И́рми, А́рми, Му́стукене. В сосняке густом и темном Псы учуяли медведя… Вот и сам медоволапый! Гонит Ирми, ловит Арми, Валит наземь Мустукене! Три собаки взяли зверя.

Младший брат связал медведю ноги, взвалил тушу на плечи, и братья зашагали дальше. Еще они поймали лося, дикого быка, сняли шкуру с дюжины волков, лисиц и зайцев. А потом все трое зашагали к дому. Вышли они в густой ельник. Тут старший затянул песню. Второму сыну приглянулся березняк, и он запел там.

Младший Калев, сын могучий, Выбрал Таары лес дубовый. Сел, как в дедовских палатах, Под ветвистым вещим дубом. Там пустил он песню в небо. Так взвилась она высоко. Так широко раскатилась, Что на зов слетелись птицы: Птицы умные в березник, Вещие — в дубняк столетний. Песней он своей заставил Куковать в ветвях кукушек, Горлиц — ворковать под кровлей, Соловья он песней вызвал Ликовать в ночи и плакать. Пел он так, что ширь морская Закипела, взволновалась, Скалы грянули отгулом, Бушевала чаща леса, Небосвод высокий слушал.

А тем временем финский колдун ветра Туслар плыл на своем челне к дому Калевитян. Притаившись за утесом, хитрый жених высмотрел, что сыновья ушли из дому. У выгона он вытащил челн на берег и упрятал его в укромном месте, близ могилы Калева. Сам же, словно кошка, прокрался в ворота, шагнул через двор и ворвался в горницу.

Линда сидела у очага и готовила сыновьям пищу. Она до того напугалась, что не смогла и рукой пошевелить. Туслар схватил вдову и силой потащил ее к своему челну. Линда стала вырываться, пустила в ход кулаки и зубы, но Туслар знал колдовские слова, которые отнимали силу.

Линда стала звать на помощь, но Туслар снова опутал ее ведовскими речами. Вопли вдовы улетали с ветром и тонули в морских волнах. Никто не услышал ее крика.

Тут увидел беду Линды бог Уку и решил вызволить ее из когтей разбойника. Туслар тем временем вышел на взгорье Иру и направился к морю. Вдруг грянул гром, и Туслар упал без памяти, а Линда превратилась в валун.

Когда Туслар очнулся, он нигде не нашел Линды. Пришлось ему воротиться домой.

Сыновья Калева тем временем держали путь к дому. Уже издали они приглядывались, не вьется ли дымок над родным очагом. Но ничего не заметили.

Вошли они во двор, ступили на родной порог и увидели, что матери нет дома.

Младший сын молвил:

— Неладное дело. Ворота распахнуты настежь, двери горницы раскрыты, и чужие следы на траве. Видать, беда стряслась.

Сыновья все вместе стали кликать мать:

— Где ты, матушка? Откликнись! Отзовись нам, золотая! Ты пропой нам песню, птичка! Голосок подай, тетерка!

Но не слышно было голоса матушки.

Лишь гулко отозвались скалы да откликнулся широкий луг.

Кликнули сыновья в другой и третий раз. Но голос подал лишь ветер, да пропели в ответ только волны. Пошли сыновья искать следы своей матушки. Старший сын пошел на луг широкий, средний — на выгон, а младший вышел прямо на берег моря. Не приметили тропки вора ни старший, ни средний сын. Младший же сразу распознал, что Линду выкрал Туслар. Стали сыновья думать-гадать, как спасти матушку из когтей злодея. Старший сын молвил:

— Поедим хлеба да ляжем почивать. Может, сон укажет, где искать следы матушки.

Средний сын молвил:

— Может, во сне покажет нам Уку, как вызволить нашу курочку родную из когтей злого ястреба.

Отправились оба брага почивать. А младший подумал:

«Ты сегодняшнего дела Не откладывай на завтра! Каждый день свой труд имеет, Каждый час свою заботу! Потому, коль ты назвался Рыбаком прилежным счастья, Не теряй часов бесценных, Не промедли ни мгновенья. Счастье быстро — не догонишь!»

Пригорюнившись, пошел он на отцовскую могилу, чтобы развеять свою грусть. Отец из могилы спросил:

— Кто ступает по могиле, Ворошит песок над гробом? Мне в глаза летят песчинки. Лоб мне камешки щекочут.

Сын ответил:

— Это — младший твой сыночек, Он ступает по могиле, Ворошит песок над гробом. Ты проснись, отец любимый. Встань, родимый, из могилы! Покажи своим сиротам К милой матушке дорогу!

Голос отца ответил из-под земли:

— Не буди меня, сыночек! Не могу я встать из гроба, Придавил мне тело камень, Налегла скала на плечи, Курослеп растет сквозь брови, Васильки цветут в глазницах, Вместо щек цветы алеют. Пусть тебя научит ветер, Вразумит текучий воздух, Звезды путь тебе укажут.

Младший сын поспешил на крутой берег моря взглянуть, не оставил ли разбойник после себя какой след. Но не заметил он ничего. Только волны били о берег да в вышине мерцали холодные звезды.

Калевипоэг и девушка-островитянка. Могучий дуб.

Долго глядел младший брат в морскую даль, но так ничего и не приметил. Прыгнул он в волны и поплыл к финским берегам, чтобы вызволить из плена матушку и расправиться с Тусларом.

Калев-сын рукой могучей Рассекал морские волны. В люльке бурных вод качаясь. На хребте валов кипящих Удалой певец катился К берегам скалистым финнов, К краю моря полуночи.

Уж наступила полночь, когда вдали показался небольшой остров. Калевипоэг хотел немного отдохнуть и подплыл к острову. Он присел на замшелый камень, расправил утомленное тело и сомкнул усталые веки. Но не успела его охватить дрема, как раздался девичий голос.

Калевипоэг глянул по сторонам, нет ли самой певуньи. И тут он увидел вдали у костра прекрасную златокудрую девушку, которая пела. Это девушка-островитянка стерегла холстины, разостланные для вы белки на траве. Сын Калева ответил ей песней, и девушка пришла взглянуть, не финский ли это родич или сват из Виру.

Разговорились между собой Калевипоэг и девушка да и влюбились друг в друга. Тут проснулся старец острова и пришел взглянуть, кто ему ночью спать не дает. Сын Калева спросил у старца, не проплывал ли вечером мимо острова Туслар. Но тот ответил, что давненько не видал его.

Старец же захотел узнать, откуда гость путь держит и кто таков.

— Я последний сын могучего мужа Калева и вдовы Линды, — гордо ответил Калевипоэг.

Девушка, услышав про его высокое происхождение, так перепугалась, что ненароком оступилась и упала в море.

Погребла волна голубку, Деточку волна покрыла. Шумная волна ночная Лапушку похоронила.

Отец стал звать на помощь, а Калевипоэг бросился в пучину, чтобы спасти девушку. Но не отпустили ее волны. Простился Калев-сын со старцем и поплыл дальше к финским берегам, чтобы вызволить из плена свою матушку.