Руны в глазах

Ну, для меня мелодичный. Главное, что пошли танки, скоро и нам вылезать из траншеи.

* * *

Началась обычная война, я ползал, бегал, стрелял и дрался. Думать не получалось, работали рефлексы, но я держал глаза открытыми и всё запоминал. Обдумаю позже, теперь я знаю, на что сделать акцент.

Из неприятного — подбивали «рыси» почти на ровном месте, мои парни такие подачи не пропускают. Но танки хотя бы не давили свою пехоту. Похоже, у ребят все умственные силы отнимало взаимодействие с солдатами. Надо этот момент отрабатывать.

Из очень неприятного — наши «рыси» подбивали среди прочих танков зарытые трофейные «рыси» с крестами на броне. Суки европейские всё, что нахватали летом, восстановили и притащили на фронт. Снаряды точить по образцам не проблема, но сколько мороки с логистикой!

Мы все немецкие танки обязательно подобьём, и их отвезут на заводы. А потом кому-то ведь достанутся «рыси», бывшие у европейца в употреблении. Может, даже мне дадут такой танк…

Блин! За время большой войны танки могут много раз менять сторону, броневые корпуса живут очень долго. Вепрь Ваня должен почувствовать, обязательно его предупрежу.

А в остальном усатого Трофима Семёновича заменил безусый Коля Колышкин. Делился он той же пехотной премудростью, только в этот раз я был начальником. За световой день овладели первыми тремя траншеями.

Среди магов я убитых или раненых не почувствовал и со всеми вместе принялся питаться. Обед мы по понятным причинам пропустили, вот навёрстывали на ужине. И само собой разборка трофеев. Нам, если что, скоро идти в неприятельский тыл, так чтоб не с пустыми руками в оккупированные селения.

После заката я магические обряды проводить отказался и приказал магам помогать сапёрам, коли сил навалом. Припёрлись ко мне все, даже бояре, капитаны на секундочку. Нет, ну, о чём парни думают, когда война кругом!

А перед нашей уже траншеей триста метров пространства с минами. Я тоже пополз с сапёрами. Они хоть и не-маги, дело своё крепко знали. Обнаруживали мины без ошибок, а потом только взрыватели выкрутить, коробки оставляли.

Но я всех всё равно быстро обошёл — парням до мага далеко, особенно после Корпуса. Примерно на середине почувствовал рядом полость в земле без людей. Выработал чувство в подземелье.

Сползал проверить и нашёл пустой пока пулемётный дот. Крытая траншея соединяет его с главной позицией. Амбразуру заткнули тряпками. Вот завтра придёт немец с пулемётом, затянет тряпки внутрь…

Выталкивать нельзя — амбразура заглублена, и чтоб не демаскироваться. Значит, затянет он тряпки внутрь, а к ногам его упадёт лимонка без чеки. Если немец успеет её выбросить, взорвётся вторая лимонка.

Оставил я европейцу гостинцы и вернулся к работе. Немец нервничает, запускает осветительные ракеты и постреливает, наши тоже ведут беспокоящий огонь. В общем, не заскучаешь. И как-то незаметно я дополз до вражеских позиций.

Думаю, раз уж так далеко всё у меня зашло, надо что-то с этим делать. «Языка» брать не хотелось — мороки с ним, да и что он скажет? Расстреливать потом, пленных же приказано не брать.

Не, пусть другие заморачиваются, а я решил просто пошкодить. Наметил блиндаж с людьми, приблизился. Магов у врага нет, и это развязывает мне руки.

Незаметно зарезал часового и положил тихонько, вроде, он уснул. Невидимкой спустился во вражий окоп, немного прошёл. Зарезал у блиндажа второго часового. Чуть приоткрыл низенькую дверцу.

В полумраке спят европейцы. Один щуплый зябко съёжился в шинельке у стола с керосиновой лампой, что-то пишет с печальным лицом. Наверное, письмо своей мутер.

Я грустно вздохнул, закатил внутрь лимонку без чеки и учтиво прикрыл двери. Немного отошёл, в блиндаже громко взорвалось. Не получит мутер от немца письмо.

Прыжком из окопа и энергично отползаю. И тут всем интересно, зачем я ползаю. Раз такой крутой, иди и убей всех врагов. Увы, даже воздействие на не-магов требует сил. Я хорошо развил этот навык в городе N, но, как видите, нужно развиваться дальше.

Как раз восстановил силы, пока полз обратно. Четверть часа погрелся в землянке у трофейной и самодельной керосиновой печки, да снова пополз. Всего лазил ещё три раза. Обезвреживал мины, оставил пару лимонок в пустом пока доте и взорвал ещё два блиндажа.

Третья землянка, наверное, была лишней. Немец почему-то всполошился, забегал по окопам, все стреляют! Ну, совершенно невозможно работать в такой нервной обстановке — после четвёртого рейса я спать пошёл.

На второй день почти всё повторилось, только мой заместитель связался всё-таки с начальством, и по засеченным мною блиндажам лупили калибры фронта. Я же обошёл участок, выдавал Коле координаты, а корректировали огонь уже другие люди.

Но вторая линия это вам не шутки, основные силы врага всё-таки. Немец приволок всё, что было в доступности и озлобился. Подбили суки европейские на целых десять больше «рысей» и поранили пацанов.

Зато на третий день ничего немец притащить уже не мог, две трети сил точно уничтожено, и он изготовился с честью погибнуть в этих окопах. Зимой. Где-то в Гардарике.

О полученном нами приказе немцы точно знали, плен им не корячился даже теоретически. Под самый уже конец часть попыталась удрать, у кого-то даже получилось. Может быть.

Оборону прорвали, и пехота принялась расширять прорыв, а нас отозвали в ближний тыл. Меня встретил лично генерал-майор Аркадий Борисович Серебряков. Пожал руку и сказал, что не сомневался.

Батальон потерял ранеными восемнадцать новичков. Убитых нет, но выбыло целых десять экипажей. Двадцать двух парней я пока оставил капитану Бабцову лично, он меня заверил, что за ними присмотрит.

А мы в несколько урезанном составе, но без серьёзных изменений перешли в танковый формат. Командиры получили пакеты с картами, батальону дали танки.

Танкисты переоделись в белые с тигриными светло-серыми полосками комбинезоны, надели белые шлемофоны и обулись в ботинки. Поужинали на дорожку горячей кашей с мясом и после заката поехали на вражескую территорию.

И вот уже в рейде после полуночи вспомнил я, что наступил новый европейский год. Глупость, конечно, но всё-таки немного интересно, что готовит нам 1943-й год. И кому удастся дожить до 1944-го.

Глава 3

Я человек военный и размышлял о новом годе в практической плоскости, однако же и с присущей русским философичностью. Ну, чем ещё заняться русскому человеку новогодней ночью в танке на вражеской территории? Только философией.

Казалось мне, что генерал-майор Быков обыкновенная сволочь. Не! Лично не общался, ничего не утверждаю, просто уверенно предполагаю. Должность у него подходящая.

Один командир армии пытался меня грохнуть, второй использовать и грохнуть, а этот решил только использовать. Простая ведь логика. Командармов немного, они просто должны ловить новости, тем более такие — два генерала один за другим попытались от меня избавиться и ушли с постов. Значит, желающих лично меня ликвидировать среди них уже быть не должно.

Не! Если я сам залезу в безвыходную ситуацию, они только порадуются — сгинь, друг, да не от моих рук. То есть моими друзьями командармы по любому не являются. И на командование фронтами, где большинство их бывшие подчинённые, мне рассчитывать нельзя…

Блин! Никто не любит бедных попаданцев! Только Миланья христианка, любит всех!

Но это всё лирика, сам во многом неправ и как-нибудь без всеобщей любви перебьюсь. Главное, что пока командиры меня убивать передумали, вот из этого и будем исходить.

А как поступают русские люди с явлениями, которые не получается уничтожить? Пытаются использовать, прям как генерал-майор Быков. Пока маги помогли с малыми потерями прорвать фронт и с умными головами полезли в прорыв на танках — никому приказывать не пришлось, они всё сами!

В любом случае, штаб генерала уже настрочил отчёты, что благодаря их умелым действиям прорвали оборону и приступили к выполнению фронтовой операции — максимально способствуют в осуществлении… э… они сами ещё не понимают толком чего, но им очень интересно, что у нас получится.

А мне интересно, что делать с командармами в дальнейшем. Просто как сильному магу, московскому боярину и тотемной рыси интересно. Генералы мне угроза? Безусловно, да. Пока я сумел с ней справиться, но они ведь те ещё затейники.

Поголовное истребление генералов в принципе возможно, пусть и отнимет очень много времени и сил. Генералы ведь и кроме меня многим боярам не нравятся. Устранит оно угрозу? Возможно, на некоторое время…

А потом неожиданно вылезет неизвестная проблема! Не, известный недруг лучше, пусть на него надеются неизвестные пока враги…

И отчего-то сразу вспоминается тема 1937-го года. Массовые репрессии, обезглавленная армия. Чушь, конечно, нашёл, с кем себя сравнивать, однако такое решение точно победу не приблизит. Мы ведь все на войне, на секундочку.

Нельзя убивать своих высших офицеров, когда все мы должны убивать европейцев! Я резко «против» репрессий в армии! Придётся даже столкнуться с боярами, кто «за»…

Блин! Без репрессий никак. Или, может, ликвидировать двух-трёх… ну, максимум, с десяток командармов, остальных запугать и разрушить систему армий? Прям как, наверное, думает Виталик Логинов.

Ага, дед бил-бил, не разбил, баба била-била, не разбила, и тут такие мы с идеями. Первая постоянная армия в ополчении появилась ещё в середине прошлого века из-за польской угрозы, и с тех пор вооружённые силы Гардарики строятся на основе армий.

Новое оружие появляется в дружинах, бояре любят хвастать новинками, а старое, то есть проверенное, получают армии ополчения. Например, бипланы все подчинены пехоте, старые танки все в ней родимой.

Да и новое оружие во время войны систему не меняет. Самые новые танки просто один из инструментов, главная работа всё равно делается по старинке ножками.

Только с появлением новейших штурмовиков есть тонкость. Работают они в интересах пехоты, но поддерживать их действия кто-то должен? И неважно, что пока это им не очень нужно, на будущее отделения штурмовиков просто должны включить в авиационные армии. Чтоб отрабатывали взаимодействие.

Ну, появилась авиация, возникли и соответствующие армии. Правда, с большим трудом и с серьёзной задержкой, просто логистика у авиаторов имеет специфику, и задачи в основном свои. Дешевле отделить и централизовать — деньги в Гардарике любят сильнее армии.

И как мы эту систему сломаем? Допустим, получится у Виталика со мной за компанию создать что-то своё, очень магическое и всё такое продвинутое. Это новое тут же обзовут армией и назначат командарма. Возможно, даже меня или на худой конец Логинова. И новый командарм мёртвой хваткой вцепится в должность. Круг замкнётся.

Все офицеры растут и меняют должности, только на армиях сидят десятилетиями. Генерал-майор Быков совсем не оригинален. Слишком много преимуществ даёт это положение. Самое главное — это редкая возможность долго оставаться действующим генералом, а не уйти в запас.

Чтобы стать командармом и оставаться столько времени, нужно быть мудрым политиком, весьма грамотным военным, иметь чёртову харизму, обладать стальными нервами… и много чего ещё. Дураков среди командармов точно нет.

Система прошла испытание мирным временем, генералы тоже не упускали возможности показывать себя с лучшей стороны. Но вот напал страшный враг, и все они воюют, как могут. Ну…

Главный плюс командармов — они очень не любят потери в своих армиях. Старые командиры блокируют рискованные авантюры. На другие армии им плевать, но наши войска теряют меньше европейских. И мы, конечно, ещё не в Берлине!

Но ведь и не в Москве. Противник реально страшный, целая Европа, и вообще лучшее враг хорошего. Не чини то, что не сломалось…

То есть я обязан с командармами подружиться. Ну, возникли трения с Ивановым и Салтыковым, так они же просто сдурели! Вместо Салтыкова теперь Литвинов, и он точно клещом вцепится в кресло. Вот его я полностью поддерживаю! Даже мой экспериментальный батальон формально войдёт в его армию — в этом вопросе я Логинова продавлю.

Пусть генералы меня не боятся и увидят во мне своего человека среди бояр. Типа за каждого любого загрызу и всех готов поддерживать. Прям вплоть до клинического идиотизма всем буду помогать выполнять задачи и получать ленточки. Тогда и командармы пойдут навстречу, помогут с пополнением…

Хотя тут больше надежд на Мирзоева. Но всем операциям подкомитета Логинова окажут содействие! А некоторые генералы даже сами станут создавать отдельные части, подчинённые им лично, но которыми они всегда поделятся с полезным другом…

Ну, это будет видно. Если просто не станут создавать хитрых подлянок и подстав — уже очень хорошо.

* * *

А о задачах батальона я не думал. Фигли о них думать, когда уже всё обсудили и решили? Надо просто выполнять — сели в танки и поехали. Мне вот дали танк с новой рацией повышенной мощности и с дополнительными функциями…

Ладно, это действительно несложно, если мысленно поставить себя на место европейца. Началось всё с ударов по аэродромам, и мы сильно нервничаем — это точно во что-то выльется.

Далее прорыв армии Салтыкова, и сразу случились крупные неприятности. Только мой батальон спалил много «панцирей», а что творилось на фронте в это время и немного после — даже я с трудом себе представляю. В целом большие потери и утрата выгодных позиций.

Мы начинаем очень сильно нервничать! Русские активизировались, защита трещит и рвётся. С психу мы затыкаем все дыры, кидаем остатки самолётов в безнадёжные сражения, и танки влезают в засады. Снова несём большие потери.

Немного успокоившись, мы понимаем, что даже первый удар русских преследовал ограниченные цели, а все дальнейшие наносились в расчёте на нашу нервную реакцию.

Мы впадаем в прострацию и нервно хихикаем. Русские не показывали на фронте штурмовики, копили силы, долго ждали момента — явно готовилось большое наступление! А оказалось? Это вот всё они устроили ради каких-то своих понтов!

Теперь мы на всё смотрим спокойнее, даже немного апатично. Русские атакуют? Они везде атакуют. Скоро прорвут фронт? Ну, старина, всем нынче трудно. Русские уже прорвали фронт? Что поделать, генерал, на войне некоторые гибнут.

Вы просите танков и прикрытие с воздуха? А откуда всё это возьмётся, вы подумали⁈ Ах, это не ваше дело! Так займитесь своим делом и боритесь с прорывом тем, что у вас есть! А об остальном позаботятся уровнем выше!

Вот исходя из этих простых умозаключений, мы разделили батальон, и все три роты пошли каждая своим путём. Ведь у Славы Скорых и у Паши Зимина в танках такие же, как у меня, новые рации.

Выехали на ночь только для экономии времени, а так совсем от местных не таились — с включёнными фарами катили по грунтовым дорогам. Катили бы и по асфальту, да пока до него не доехали.

Утром приехали в село, и я громко сообщил об очередном освобождении! Флаг со свастикой сбросили, на портрете Шульце пририсовали бороду и усы, немцев пристрелили — приказ не брать пленных не отменяли — а пособников повесили на голых ветках каких-то деревьев.

Поменяли у селян давешние трофеи на домашнюю провизию и тронулись далее. Ехали вне дорог, но только чтобы выезжать на перекрёстки и устраивать там массовое истребление немецкой легкобронированной техники, разных автомобилей, мотоциклов и живой силы.

Конечную перед линией соприкосновения станцию железной дороги объехали, а то не хватало ещё лезть под пушки, зато на самой железке подождали поезд и отправили его под откос. В вагонах ехала пехота и везли какие-то ящики — мы, не вдаваясь, обработали всё фугасными снарядами и полили из пулемётов.

От железки свернули в новое село, тоже его освободили и, отъехав в лесок, в стороне от лишних глаз остановились отдохнуть пару часиков. Я среди прочих дел выслушал по новой рации доклад, что отовсюду, где мы себя показали, что-то передают по радио, большую часть открытым текстом с русским матом.

Две другие роты моего батальона на своих маршрутах вели себя аналогичным образом. По округе расползалась паника — прорвалось много русских танков! Очень много! И очень наглых!

За первые сутки мы парализовали движение в обширной зоне, оставили значительные войска европейца без снабжения, и заставили о многом задуматься вражеское командование.

Много русских танков? Но русские не использовали больших сил на других участках, а на этом прямо сейчас не нападают на крупные поселения и штабы. У страха большие глаза, как они говорят.

Однако факты неприятные, русские танки ведут себя свободно, как какие-то оккупанты! Немецкий танковый полк, целых пятьдесят «панцирей», с опорой на части радиоперехвата вернёт их в разум.

И ничего я не придумываю! Для операции выделили мощные силы радиоэлектронной борьбы! Над нашей областью постоянно висят наши разведчики, очень похожие на «лайтинги»…

Американцев пока переделали, но уже есть свои проекты на их основе. Устроили самолетам возможность взлетать с укороченных грунтовых полос, уменьшили немного дальность, сделав упор на время дежурства, и напихали в них новейшей аппаратуры. Очень надеюсь, что в её производстве участвует мой концерн. Просто на будущее…

Сейчас же самолёты перехватывают любой радиообмен и данные передают специальным магам на землю, а они расшифровывают. Эти же самолёты служат нам ретрансляторами и руководят нашими рациями — как-то меняют частоты и шифруют.

И они являются настоящими разведчиками. Устанавливают положение вражеских радаров и раций с точностью до километра, их бортовые радары засекают и ведут воздушные и наземные цели.

Как разведчики это делают, понятия не имею, знаю точно, что никто им не мешает. Господство в воздухе пока у нас, и враг ещё не понял, что это за самолёты.

Ну, усилили дикарей «лайтингами», те их и запускают для привлечения удачи. Эти животные ведь не в состоянии постичь, как их используют цивилизованные люди.

Не! Для чего ещё могут дикари запустить американские самолёты на такую высоту⁈ Для разведки⁈ Так облачность же низкая, с верхотуры на земле ничего не видно!

Тут возникает вопрос, откуда я так хорошо про них знаю и вообще уверен, что они где-то там есть. А мне перед делом всё о радиоразведке рассказал майор Логинов.

Почти с самого начала войны покупку у американцев всего хорошего, в частности «лайтингов», курирует подкомитет Совета обороны и весьма влиятельные бояре.

Вот чтоб не обижать уважаемых людей, все фронты охотно забугорную технику брали и потом думали, что со всем этим делать. С большим или меньшим успехом фронты справлялись…

Ещё «лайтинги» понравились князю Москвы Ване, но ему на мнение какого-то подкомитета чихать, и у него княжеская дружина, а не фронт. Так что он случай нетипичный, и Ваню пока пропустим.

Вот справлялись, значит, фронты в целом, а в частности возле этой темы возникли конструкторские бюро, которые помогали военным приспособить иностранную продукцию под свои нужды.

Заказывать самому переделку самолётов майор Логинов и сейчас полномочиями не вышел, просто этого дохлого кота пытаются продать уже третий месяц.

С одной стороны все радио-разведчиков очень хвалят! Но с другой-то простаивают они на аэродромах в целях экономии топлива и ажиотажным спросом не пользуются.

Старые, опытные командиры берут самолёты явно из одолжения и вообще о радиоразведке имеют поверхностные знания. Типа, нафиг она не нужна, когда можно в бинокль посмотреть. А когда нельзя, можно подождать хорошую погоду и не засорять себе мозг.

И тут такой Виталик спрашивает, как на фронте поставлена радиоразведка. Аркадий Борисович Серебряков солидно ответил, что ещё не жаловались, и вызвал начальника разведки. Тот тоже майора послушал и вызвал начальника авиаразведки, и вот от него-то всё и выяснилось.

* * *

Так о чём это я? А! Все мои предположения строятся на основе фактов. Разведка доложила, что по данным радиоперехвата местным силам немец добавил пятьдесят «панцирей». Для нашей ликвидации выделили, не иначе.

Летающий разведчик быстро нашёл примерно столько радио-контрастных целей на хорошей дороге. Проследил за их движением и доложил, что они рассредоточились в районе небольшого городка. Где штаб европейской армии.