Мы — артисты

Появляется тётя Паша с метлой.

А это наша дворничиха Прасковья Ивановна. Ребята её зовут тётя Паша. Она на вид сердитая-пресердитая, а на самом деле добрая-предобрая… Здравствуйте, уважаемая Прасковья Ивановна!

Тётя Паша. Здравствуйте.

Автор. Всё подметаете?

Тётя Паша. Всё подметаю. А вы небось всё сочиняете?

Автор. А я всё сочиняю.

Тётя Паша. Вот и выходит, что каждый занят своим делом: я всё подметаю, вы всё сочиняете, трубач из квартиры номер девять всё играет на своей трубе, а Петька Стоеросов из квартиры номер пять всё безобразничает.

Автор. Безобразничает?

Тётя Паша. Спасу нет! Завёл себе рогатку и сперва по стёклам пулял, а теперь другую забаву надумал: собак и кошек калечить. Как завидит собаку или кошку, сделает зверскую рожу, прицелится из рогатки — бац! — и подобьёт безвинное животное. Это не мальчик, это фашист какой-то! И матери жаловалась, и рогатки отнимала, и вот этой самой метлой раза два приласкала его — ну ничего не помогает. Разбойник. Одно слово — разбойник

Автор. Скажите на милость. А я-то хотел подарить ему свою новую книжку про животных.

Тётя Паша. Про каких?

Автор. Про всяких. Про коров и петухов, про козлов и про быков, про лисиц и про сурков, про куниц и про волков, про…

Тётя Паша. Как складно у вас выходит! Прямо как стихи.

Автор. Разве? А я и не заметил.

Тётя Паша. Не дарите вы ему эту книжку. На что она ему, прохиндею, если он ничего живого не любит, всё живое обижает, в каждую животную норовит из рогатки пульнуть. Вы лучше Зоечке подарите, из двенадцатой квартиры, третья парадная. Никанорова её фамилия. Вот уж она всякую живую тварь и приголубит, и накормит, и ласковым словом приветит. В Зоологическом саду её каждое животное знает.

Автор. Обязательно ей подарю!

Слышен собачий визг и кошачье мяуканье.

Что это?..

Тётя Паша. А то самое! Опять этот разбойник со своей рогаткой разбойничает. Вот я ему задам!.. (Убегает, потрясая метлой.)

Автор. И откуда только берутся такие злые ребята? Я хоть и писатель, а не могу этого объяснить. (Уходит в подъезд.)

С улицы вбегают пёс и кот.

Кот. Куда он тебя?

Пёс. В ногу.

Кот. В какую?

Пёс. В заднюю левую.

Кот. А меня в переднюю правую.

Пёс. Больно?

Кот. Ещё бы!

Пёс. И мне. За что он нас?

Кот. Понятия не имею. Просто так, для забавы.

Пёс. Вот тебе раз! Хорошенькая забава, нечего сказать.

Кот. Я бы на твоём месте тяпнул его разок за ногу!

Пёс. Не могу.

Кот. Почему?

Пёс. Характер не позволяет. Добрый я. Понимаю, что надо бы его за это дело тяпнуть, а не могу.

Кот. Тряпка ты, а не собака.

Пёс. Сам знаю. Да что поделаешь? Иной раз совсем уж, бывает, соберусь тяпнуть, уж и зарычу, и зубы оскалю, а как до дела дойдёт, подожму хвост — и в сторонку. Жалко становится. Добрый я, вот беда.

Кот. А я только захочу его царапнуть — глядишь, а сам уже на дереве или на водосточной трубе, а то и на крыше. Как это у меня получается? Ума не приложу.

Пёс. Инстинкт.

Кот. Чего?

Пёс. Инстинкт самосохранения.

Кот (с уважением). Умный ты.

Пёс. Люди разговаривают, а я слушаю.

Кот. И понимаешь? Я мало чего понимаю. «Кис-кис-кис», «молочко», «брысь отсюда» — это я понимаю. А больше ничего.

Пёс. А я почти всё. А вот за что он в нас из рогатки стреляет, этого и я не понимаю!

Кот. Просто мерзкий, мерзкий, мерзкий мальчишка! Тяпнул бы ты его.

Пёс. Не могу. Добрый я… А вот и трубач! Сейчас он очень будет огорчаться, но я не виноват…

Открывается одно из окон. В окне трубач с трубой.

Трубач. Так. Никого во дворе нет. Самое подходящее время для занятий. Я — человек искусства, мне нужны условия. Сегодня в Зоопарке будем играть новый вальс, надо подготовиться. (Оглядывает двор.) Хорошо, что нету этой музыкальной собаки, провались она пропадом! Не будет мешать. Ну-с, начнём… (Играет на трубе.)

Пёс начинает тихонько подвывать.

Кот. Чего ты?

Пёс. Сам не знаю, почему так получается. Как услышу музыку, начинаю подвывать. Ничего не могу с собой поделать!.. (Громко воет.) Это свыше моих сил!..

Трубач. Опять он здесь! Невозможно заниматься! А ну, пошёл вон отсюда! Тоже мне певец нашёлся. Карузо!..

Пёс смущённо отходит. Трубач играет. Пёс воет.

Нет, пойду лучше в Зоопарк, там позанимаюсь! (Захлопывает окошко.)

С улицы доносятся крики. Тётя Паша и милиционер вводят ревущего Петьку. Пёс и кот прячутся.

Петька. Дяденька милиционер, я больше не буду! Отпустите!..

Тётя Паша. Сладу с ним нет, товарищ постовой! Прошу вас, отнимите вы у него эту проклятую рогатку. Стёкла бьёт, животных калечит, того и гляди, кому-нибудь камнем глаз вышибет!

Милиционер. Молодой человек, стрелять из рогаток по стёклам, равно как и по животным, не положено. Нарушаете. Вынужден изъять вашу рогатку.

Петька. Дяденька, я больше не буду!.. (Ревёт, отдаёт рогатку.)

Милиционер. На первый раз ограничиваюсь строгим предупреждением. При вторичном нарушении обращусь к вашим родителям, кои будут оштрафованы согласно инструкции.

Петька. Слово даю — не буду! Провалиться мне на этом месте! Да пусть у меня руки-ноги отсохнут, если я ещё когда-нибудь. Да пусть…

Милиционер. Верю. (Козыряет, поворачивается, уходит.)

Тётя Паша. Ну, смотри! Поверили тебе. Ты слово дал!

Петька. И что с того? Я и обратно возьму! А что он рогатку отнял, беда не велика. У меня запасная есть. Ещё получше той! (Достаёт другую рогатку.)

Тётя Паша. Ну, не разбойник?..

Петька (поёт).

Когда иду я по дорожке, Все удирают от меня! Собаки, голуби и кошки Меня боятся как огня! Кто б ни попался мне навстречу — Я из рогатки бью картечью! Встречаю метким камнем я Ворону, галку, воробья!

Тётя Паша. Отдай рогатку, разбойник!

Петька. Не отдам!

Тётя Паша. Нет отдашь, изверг! Отдашь, душегуб!.. (Отнимает рогатку.)