Мечта для пса из породы хранителей

– Ой, мамочки мои! – ахнули догадливые зрители, осознав всю продуманность выхода и красоту принятой позы. – Какой изумительный красавец!

– Вот это зверюга! – восхищенно завилял хвостом Блэк. – Вот бы его попасти!

– Я тебе попасу! Я тебя самого того… Выгуливать буду… Рогами! – пригрозил Кеша, насмешливо взмемекнув.

– Не связывайся! – беззвучно остановил Урс более увлекающегося Блэка. – Он – козёл умный, и опытный.

– Именно, что умный, – Кеша принюхался. Как уж он улавливал что-то сквозь собственное амбре, было абсолютно непонятно, но, тем не менее, про Урса он всё понял моментально и даже изобразил некий приветственный взмах рогами. – Ааа! Редкая порода! Кто из них твой?

– Женщина. Вот эта! – Урс указал на Алёну.

Кеша присмотрелся. – А! Ну, эту я бы и не тронул, тем более, она с козлёнком. Да тут, вроде и остальные нормальные… Про мужчин пока не знаю… А козы, в смысле женщины тихие, не орут! Я тут одну сильно не люблю. Такая визгливая, словно кошке на хвост наступили и так по ней и ходят, ходят! Мне кошки нравятся. А вопли такие не очень! О! А это кто? Тоже кошка?

– Тень! – Бэк, который следил за маленькой Тенькой, так отвлёкся на козла, что не заметил, как она выбралась из травы, около его лап и проскользнула внизу под жердями.

– Это собака, просто маленькая, – Урс говорил очень спокойно, но не сводя глаз с козла.

– Ой, мамочки, там Тень! – Алёна испугалась, мгновенно припомнив рассказ бабушки о козлах и крысах.

– Вот такую ещё не видел! Лохматенькую мелкую знаю, а этаких не видал, – Кеша, любознательно обнюхал Теньку потряс бородой над хвостиком-сабелькой и позвал своих коз и козлят познакомиться.

– Да вы не бойтесь, он даже с Фросей дружит, – Зина улыбнулась Алёне. – Фросю видели? Это такой йорк, килограмма два живого веса, из них полкило шерсти и полкило характера. А, вот и вторая ваша невеличка пошла знакомиться. Цвет-то какой красивый. Прямо золотистая. Умные девочки, сразу понимают, что Кеша – джентльмен.

Кася тоже не выдержала, и теперь виляла хвостом среди козлят, стараясь не дать им пожевать уши.

– Они вообще-то друг друга значительно лучше понимают, чем люди. Хотя, казалось бы… Абсолютно разные виды, – Зина только руками развела. – Как так выходит?

Кеша насмешливо мекнул и отчетливо подмигнул Урсу.

– Нам-то горааааздо проще, да, хранитель?

Глава 3. Фотосессия на природе

Козёл давал окружающим возможность налюбоваться на него самого, и на козлят, не забывая бдительно контролировать, а не слишком ли близко подошли его жены к забору? Не критикует ли их кто?

Зина пригласила новых знакомых зайти к ней и угостила вкуснейшим козьим сыром, продолжая рассказывать о Кеше.

– Я думала, что Лиля поутихла. Но, нет! Регулярно приходит и рассказывает мне, что на дачных участках держать коз запрещено. А то, что я специально арендовала землю сельхозназначения, она не понимает. Понятий таких не разумеет. Ходит, орёт, а Кеша злится.

– Жаль, что близко к Кеше она теперь не подходит, – с сожалением вздохнул Федор. – После осени прошлого года ни разу больше не приближалась. Издаля вопит.

– А что в прошлом году было? – непосредственный Лёха замер с куском сыра в зубах.

– В прошлом году, уже в ноябре, чего-то вступило Лиле, что она просто обязана сделать фото. Свои, разумеется. Приволокла какую-то свою подругу на дачу, и давай тут на местности шуршать, – начала Зинаида.

Фёдор хрюкнул, – У меня Люба чуть поленом в них не швырнула с перепугу. Думала, кабаны в зарослях возятся, а это Лиля почему-то в полушубке и летнем платье с хвостом каким-то в кружавчики в ельник пёрлась.

– Вечернее платье со шлейфом, – пояснила Зина. – Не спрашивайте меня, зачем. Я не разумею!

– А! Постановочные фото? – понимающе хмыкнула Светлана. У них в компании некоторые девушки этим увлекались. Правда, Свете было невдомёк, какое удовольствие можно получить, стуча зубами от холода, стоя босиком в снегу в романтическом наряде, развешивая собственные волосы на ветках деревьев, и делая вид, что это такой порыв ветра был, или изображая единение с природой по грудь в болоте, с венком из каких-то флористических излишков на голове.

– Ты ж, небось, вся синяя была? – как-то не удержалась она, и уточнила у коллеги.

– Да, подумаешь… Зато, смотри, какие фоткииии клёвыееее! А синяя, так фильтры наложили, и ничего, вполне розовая вышла! Нет, ты смотри, смотри, как романтично!

Света ничего романтичного в зеленой ряске на физиономии не видела, к тому же сильно подозревала, что в болоте были пиявки, но сумела промолчать. Потом ей пришлось любоваться видами другой коллеги, которая непонятно для чего оделась в русский сарафан с кокошником и отправилась изображать красоту в лесу. Там, вполне ожидаемо, были комары. Потом, прослышав про неожиданное угощение, прилетели лосиные мухи, а кто с ними хоть раз встречался, запоминает это на всю жизнь. Коллега это запомнила однозначно!

– Эти гадкие твари кусаются так, что оводам и не снилось, заползли под кокошник, а к нему ещё коса привязана! Я ору, пытаюсь это содрать, фотограф тоже вопит, потому что реквизит её собственный. Потом эти кровопийцы добрались и до фотографа! Короче, чтоб я ещё хоть раз когда-нибудь это сделала!!! Да ни-за-что!

Светка запомнила это отлично, и теперь с повышенным интересом слушала о Лиле.

– Ну, иииии? – Лёха с сыром и блестящими от любопытства глазами, аж подскакивал на стуле от нетерпения.

– Что тебе ииии? – хмыкнул Фёдор. – В ельнике они пофоткались, потом перебрались чуть дальше, потом ещё дальше, потом добрались до дома Семёныча. А ему уже под девяносто, но он ещё лет двадцать точно проживёт, судя по тому, что бегает быстрее этих тетёх на каблуках. Он-то решил, что это какие-то бомжи к огороду подбираются. Жаловался мне потом, что, мол, идут двое. Одна фигура с поклажей, другая в ватнике, а под ним вроде как ночнушка торчит и волочится. Что он мог подумать? Решил, что обокрали кого-то. Ну, и погнал этих непонятных людей подальше.

– А дальше были мы, – подхватила Зина. – Мы никого не трогали. Гуляли. Козы-то, когда трава отходит, и ветки отлично едят, им полезно. И тут выходят из лесочка два объекта… Кеша сначала ничего не понял даже. Таких он ещё не видал. Решил понаблюдать, отправил гарем и детей в тыл, а сам практически на цыпочках, отправился в разведку. Если бы они не решили на заборе фоткаться, вообще ничего бы не было. Он посмотрел бы, да и ушел. Он психов немного опасается, так, на всякий случай. Но, Лиля решила, что надо распластаться по жердинам и так… Романтично откинуться назад. Набросила тулуп на жерди, расположилась. Деваха эта, которая фотограф, сгрузила с себя поклажу, напялила на Лилю какую-то гирлянду из гербария и давай щёлкать. То с той стороны, то с этой, потом решила с нашей стороны пофоткать. Ну, и что, что забор стоит? Это же их не касается ни капельки! Короче, пролезла между жердин, пофоткала. Кеша её не тронул. Опознал, что женщина и решил не связываться, а вот когда она Лилю сюда развернула, уже на нашей территории повисеть на жердях, Кеша не выдержал. Вышел и порекомендовал убраться. А эта чудачка-фотограф обрадовалась. Говорит, что, ой, пофоткаемся с козочкой! Будет очень креативненько. Я им кричу, мол, валите с участка, потому что это козёл и он явно против с вами фоткаться! Фотограф, вроде прониклась и стала перебираться обратно, а Лиля по привычке завелась.

– А Кеша? – заинтересовались уже все.

– Ну, и Кеша тоже, он что, рыжий, что ли? Начал разгон брать, я ору, чтоб эти бежали, а Кеше, что б не смел. Кеша слышит, но мчится к ним. Лиля на жердинах застряла… Короче, Кеша врезал рогами по забору, Лиля катапультировалась по ту сторону, фотограф в истерике в кустах завязла. Я, правда, так и не поняла, смеялась она или от страха всхлипывала. Полёт Лили в вечернем платье со шлейфом и тулупе мне всю зиму снился! Визг тоже… А вы говорите, что Лиля может поутихнуть… Неее, нам это не грозит! А, может, это и не плохо. По крайней мере, козел не скучает!

– Ммммы тоже! – с трудом выговорили гости, пытаясь отсмеяться.

Фёдор переглянулся с Зиной и горделиво кивнул. Он так и знал, что привёл приличных, всё правильно понимающих людей!

А во дворе Кеша объяснял собакам, что следует делать, если они увидят рядом с его забором Лилю.

– Гоните её ко мне! Я уже давно мечтаю с ней поближе пообщаться. Очень уж достала. Прям рога чешутся! – объяснял он гостям-собакам.

Ночью Бэк и Урс привычно выследив Мышку и вернув её в дом, сидели на крыльце и обсуждали последние события.

– Что-то мне кажется, что лучше, если Лиля и козёл не встретятся, – вздохнул Бэк, – Очень бы хотелось, на это посмотреть, но всё-таки не стоит это специально устраивать!

– Однозначно. Тем более, что Света с ней и без рогов управится, – авторитетно кивнул Урс. – И гораздо тише!

У праздников есть один роковой недостаток – они заканчиваются. Причём, чем ближе праздник к своему окончанию, тем больше он похож на дождевого червяка, уползааааающего от жаждущих его продолжения. Кажется даже, что праздничный хвостик словно истончается, становится стремительным, безжалостно неуловимым!

– Казалось, ещё столько всего впереди, а оно раз и всё тут! – грустно вздохнул Лёха, когда уезжал с дачи. – Всё закончилось.

– Выше нос! У тебя уже скоро каникулы! – напомнила ему Алёна.

– Нуууу, когда там ещё эти каникулы. А вот до них сплошная скукотища… – заныл Лёха, который никогда ещё не был так далёк от истины!

Началось все в первый же учебный день после майских. Ещё до праздников Лёха решил, что вполне справился с конфликтом, который трудолюбиво раскручивала Вика Лапина. Её попытки натравить на Лёху окружающих стали уже настолько абсурдны, что попросту всем надоели!

– Вик, отвянь! Достала уже с командами своими, – порекомендовали ей сначала наименее управляемые из класса, а потом и все остальные перестали обращать внимание на её шипение в сторону Лёхи, Андрюшки и Марины Дымовой. Конфликт утих, зато дружеское отношение друг к другу у этих троих осталось.

Но Вика и не думала так просто сдаваться. Пожалуй, именно теперь, когда класс вышел у неё из повиновения, ей казалось особенно важно поставить Лёху на положенное ему место – куда-нибудь поглубже под плинтус.

– Свет, ты мой калькулятор не видела? – удивилась Маринка после переменки. – Странно, лежал тут… Людииии! Калькулятор мой у кого? – одноклассники пожимали плечами, показывая, что не в курсе.

– Я видела! – через несколько минут почти беззвучно прошипела Вика с соседнего ряда. – Его Лёшка к себе в рюкзак положил.

– Ерунду не говори! – Маринка пожала плечами, достала смартфон и включила калькулятор на экране. О том, что Лёша без спроса забрал её калькулятор ей и подумать было смешно.

Только вот… – Марин, ничего не понимаю, это же твой? – Лёха после урока с изумлением увидел калькулятор с девчачьими наклейками у себя на дне рюкзака. – Я не знаю, как он у меня оказался! Честно! Я не брал.

Он растеряно смотрел на Маринку, понимая, что выбрал слова какие-то неубедительные. Но в самом-то деле, как это могло произойти? Хотя, Марина и сама не верила, что Лёха решил что-то забрать, да ещё не отдавать, тем более, когда она спрашивала, видел ли кто её вещь?

– Не парься, я и не думала, что ты взял. Только вот откуда тогда Вика знала, что он у тебя?

– А я всё удивлялся, чего Лапина около нашей парты крутится! – вдруг припомнил Андрей. – Она что, совсем того? – он выразительно покрутил пальцем у виска.

– А когда ты её видел? – живо заинтересовались и Лёха и Маринка.

– Да вот как мы из класса выходили. Она последняя шла, потом вроде как вернулась, типа забыла что-то, а у Лёхи рюкзак на стуле стоял. И она так как-то притормозила рядом. Но я не видел, что она калькулятор туда сунула, математичка выгнала, вы ж знаете, она на проветривании у нас помешанная на всю голову! Чтоб всё срочно вышли и не вдыхали залетающий воздух!

– Нда… Похоже, Вика никак успокоиться не может! – Марина хмуро прищурилась. – И вообще-то это всё уже как-то небезопасно. Чего ей ещё в голову придёт?

– Надо с моей Матильдой поговорить! – осенило Лёху. Андрей активно закивал.

– Она такая клёвая! Я с ней знаком! Бомбическая бабулька!

Маринка слушала рассказы мальчишек про Лёхину бабушку и думала, что сама не отказалась бы с ней поболтать. Только вот… Напрашиваться как-то неловко.

– Слушай, а ты к нам не зайдёшь? Заодно с Матильдой поговорим, а потом я тебя с Урсом познакомлю и с остальными! – осенило Лёху. Как приглашают девочку в гости, он пока не очень себе представлял, но вроде как вышло неплохо. Маринка выпендриваться не стала, а взяла и согласилась.

– Если она адвокат, с ней и правда хорошо бы поговорить, а то, что эта невменяемая ещё придумает… – раздумывала она. Вечером сообщила родителям, что собирается в гости.

– Это тот, который голубя спас? И у него тетя – ваша историчка? – маме Марины учитель истории нравилась. Мальчишку она мельком видела, вроде вполне – вполне нормальный. Опять же, бабушка адвокат…

– А ты точно уверена, что он не брал твой калькулятор? – спросил отец.

– Точно! Да и зачем бы ему потом отдавать. Даже если испугался, просто подбросил бы куда-нибудь. Это точно Вика мутит. Она злится, что Лёха под неё не прогнулся, ну, и я тоже.

Маринкин папа припомнил похожую особу в собственном классе и горячо посочувствовал неизвестному ему Лёхе. Правда, та девчонка в его детстве дальше распространения сплетен не заходила, но её пакостный характер помнился до сих пор.

– Нет, ну ты представляешь, наш Лёша в гости девочку пригласил! – рассмеялась Матильда, после разговора со страшно смущенным Лёхой. – Завтра придёт. Им понадобился юридический совет!

– До чего они сейчас разумные стали, – порадовалась Марина Сергеевна, являя собой яркое нарушение правила, по которому дамы в возрасте часто сетуют на «нынешнее гнилое поколение».

Троица, которая на следующий день сидя в гостиной уплетала свежевыпеченный торт, выглядела абсолютно разумно, была в меру перепачкана кремом и весьма жизнерадостна.

– Ба, я калькулятор не брал. Сам он ко мне не залетел, зато Вика эта самая откуда-то точно знала, что он у меня в рюкзаке!

– А я видел, что она над вещами Лёхи как-то подзависла… – вступил Андрей. Он в гостях у друга проводил столько времени, что чувствовал тут себя как дома. Маринка сначала осторожничала, присматривалась, но как только познакомилась с Урсом, Бэком, Тенькой и кошками, растаяла окончательно и бесповоротно.

Глава 4. Котёнок или щенок

– Ой, ну какая же ты умница… – мурлыкала Маринка над Мышкой, начёсывая ей за ухом, второй рукой она осторожно перебирала шерсть на шее Урса. Девочке выдали тапочки с меховыми помпонами, и на одной из них сидела Тенька, поэтому Маринка могла думать только о том, что хорошо бы ещё ту собачку погладить. Интересно, можно ли её тоже на колени взять?

– Маринка! Сфокусируйся! – Лёха строго призвал её к порядку. – Тебе Вика что сказала? Дословно?

Матильда с трудом подавила улыбку. Надо же! А год назад этот самый Лёха считался страшным хулиганом и чуть не кандидатом в малолетние бандиты! А сейчас с девчушкой дружит. Девочка очень милая. И характер подходящий – не трусиха, хорошо воспитана, чувство юмора явно есть.

Маринка укоризненно покосилась на Лёху, но процитировать смогла.

– Ну, что я вам скажу… видимо, вы правы. Вика ваша заигралась в королеву класса, а тут такое неповиновение! Да тут не просто вы ей не подчинились, а остальные тоже наплевали на её приказы. Как такое пережить, если властности море, а доброты нет и воспитание хромает на все лапы? – Матильда покачала головой, грустно улыбнувшись через стол Марине Сергеевне. – Вечная история.

– Почему? – удивился Лёха.

– А ты думаешь, что вы, когда вырастаете, сильно-сильно меняетесь? Я не имею ввиду вынужденные поступки. Загнали человека в какую-то ситуацию, вот он и живет там, как может, как у него получается. Нет, я сейчас про осознанный выбор. Сделать гадость или нет? Напакостничать или такое и в голову не придёт? Заставить окружающих смотреть на тебя восхищенными глазами, пусть любой ценой, но заставить, даже путём унижения других. Плевать на них! Если такое в человеке есть, то оно, с большой долей вероятности, будет и дальше.

– Да, все так. Всё оттуда. Это так удивительно! Я иногда захожу за Алёной в школу и прямо вижу типажи. Капризная первая красавица, окруженная «фрейлинами», которых она меняет как перчатки. Серая мышка, рубаха-парень или хитрец себе на уме. Всё уже есть, – Марина Сергеевна подлила подруге чай. – И очень часто таким и остаётся. Подлец, «вылупившийся» в школе будет только расти дальше, совершенствуясь и достигая новых высот. Властная и недалёкая девочка будет и потом пытаться подавить всех, до кого дотянется… Разве что сама попадёт в переделку, и научится хоть немного думать о других.

Лёхе такие мысли в голову пока не приходили, он задумчиво зажевал их очередным куском торта и встретившись с весёлым взглядом Матильды, вдруг воспрял. Когда она так смотрит, значит, уже что-то придумала.

– Вика явно не успокоится. Хорошо бы ей показать, что она не права. Ну! Подумайте сами! – Матильда предпочитала подросткам давать не рыбу, а удочку.

– Оставить что-то на виду? – осторожно предположил Лёха, поразмыслив. – Для повторной попытки?

– И камеру на смартфоне включить? – дополнил идею Андрей.

– С одной стороны… Как-то нехорошо. Вроде как мы её провоцируем, – задумчиво произнесла Маринка, – А с другой – это же её выбор, взять или пройти мимо. А если взять, то потом что сделать? Посмотреть и положить на место или попытаться подставить Лёшку? Это ж вообще-то может быть опасно, то, что она сделала.

– Именно так, милая, – кивнула Матильда, ласково глядя на девочку. – Ты сразу не поверила, что Леша что-то украл, а если это будет кто-то другой? И этот другой потребует показать рюкзак? И что тогда?

– Подлая гадина! – разозлилась Маринка.

– Я не думаю, что она заходила так далеко в своих идеях, – успокаивающе улыбнулась тезке Марина Сергеевна. – Скорее просто хотела вас поссорить.

– Хорошо бы сделать так, чтобы у неё даже мыслей таких не возникало! – хмуро пожелал Андрей.

Бэк слушал, слушал, а потом недоуменно покосился на Урса.

– Не понимаю… Зачем?

– Ну, как ты не понимаешь? Вот в парке знаешь такого Масика? Белый, мелкий и выглядит, как болонка, – Урс с презрительно произнёс гнусную на его взгляд кличку. – Он вечно так безразлично пробегает мимо, словно никогда никого не кусал. А потом ррраз и впивается кому-то в лапу. Тот, кого укусили, конечно, ищет виноватого. Но на это белое и мелкое и подумать-то странно. Оно ж такое…

– Как наша кошка Аля, – подсказал Бэк.

– Именно. Облако наивное, – согласился Урс. – Только кто-то же виноват! В виноватые обычно определяют того, кто ближе, и начинается свара, хорошо, если не драка. А этот Масик ещё и помогает, чтобы, значит, соперники случайно не помирились. Кусает обоих, уже на всякий случай! Исключительно подлое создание. Вот и девица такая же. Надеялась, что Маринка начнёт лаяться с нашим Лёхой.

Бэк с сомнением посмотрел на Маринку. – Одно хорошо! Она бы не укусила! – Бэк, как приличный кобель, собачий закон знал. Никогда не трогал ни щенков, ни сук. Зато самому ему от пары скандальных собачьих дамочек уже досталось. Абсолютно ни за что!

– Чудак! Словами можно не то что укусить или цапнуть, а… порвать. Просто в клочья! – вздохнул Урс. – Так что хорошо бы они придумали, как остановить ту, которая как белый пакостный Масик!

Знала бы Вика, как о ней думают, лопнула бы со злости! Но она себя любила, любила так трепетно, нежно и предано, что и мысли не допускала, что кто-то может думать иначе. Через пару дней, перед уроком математики, узрев на парте Маринки Дымовой её смартфон, Вика ловко сгребла его и переправила через ряд, в рюкзак Лёхи, снова стоящий раззявленным, как по заказу.