История Эверис Фэлс

Эртонка расплылась в ещё большей улыбке, кокетливо подмигнув нам. Я отвлеклась на расписание, а Джар спросил:

— Куда это вы?

— Мы… — было начала я, как Лив посмотрела на огромные астрономические часы, в центре которых начали бить шесть вечера обычные куранты, и схватив меня за локоток активно направилась на выход:

— На «крайницу», а ещё в лавку Готиса. — бесцеремонно затараторила подруга, растеряв всю напускную вальяжность и стать «герцогини», — Мы спешим. Увидимся после! — толкала меня вперёд с силой взбесившейся виверны хрупкая на вид эртонка.

Парень не понял такого стремительного «прощания» и пошёл следом:

— Что за таверна–то?

— Игральная «Серебряный кубок». — крикнула, я, когда мы были уже в высоких парадных дверях.

— Хорошо! — махнул адариец и мы засеменили по мелкой брусчатке к остановке, где до десяти вечера курсировал «студенческий дилижанс» от академии до главной площади городка Даркмурта, где и располагались те самые «злачные места».

— Зачем ты ему раскрыла место погулянки? — пробурчала Лив, резко схватившись за ручку кабины, когда карета провалилась в знакомую выемку — могли бы уже давно засыпать! Но видимо это, чтобы студиозусы даже с закрытыми глазами смогли узнать путь «туда и обратно». Мышечная память она такая — вечная.

— А что такого? — не поняла ее настрой.

— Ну у него же завтра первая тренировка. А если он придет, то пить точно не будет, а значит…?

— Значит…? — недоуменно продолжила ее спич.

— Будет читать мораль! Ты будто не знаешь его.

— Да брось, ну, может, упрекнёт разок. Тебе то что?

— Мне ничего, но ты то не расслабишься.

— С чего бы? — возмутилась ее уверенности.

— Ну посмотришь.

Дилижанс остановился возле лавки Готиса. И я каждый раз входила туда с ощущением как перед поступлением в Даркмурт — чуда и праздника. Здесь было все! И даже больше! Когда я видела все эти колбочки, порошки и притирки, маленькая барахольщица во мне потирала ручки и желала приобрести и ультратонкую реторту с магической самоочисткой, и самопишущие перья, а какие сюда завозили редкие травы и порошки — любо дорого посмотреть. Особенно последнее. Цены откровенно кусались и устроить беспощадный шоппинг мешал лишь скудный кошель стипендиантки. А деньги родителей я брать принципиально не хотела, мать потом не преминет попрекнуть, что они же меня содержат и «будь добра…» и далее по списку.

Приветливо звякнул колокольчик, и мы попали в храм колдуний, алхимиков и артефакторов, где глаза разбегались на одних лишь котелках. Я могла проторчать тут вечность, поэтому стремительно направилась сразу в отдел простой канцелярии, где набрала несколько тетрадей и пару перьев с чернилами, а также нужно было купить новый магический гриф для начертательной рунометрии. В этом году начинается изучение высших рун, а мой старенький канул в пучине болотной жижи, когда «спокойный» мерин вдруг взбрыкнул на болоте, не желая скакать по кочкам.

Я подошла к остеклённой витрине, где на прозрачных подставках в выгодном свете заманчиво играли гранями грифы, выточенные из горных пород полудрагоценных камней магического происхождения в форме заострённых призм, длиной с палец. Чёрные гематиты, обсидиан и турмалин, украшенные по «ручке–держателю» черепами и всевозможной тематикой темных для некромантов. Селенит, горный хрусталь с серебром в рукояти — нейтральные — для магов светлого дара. И другие для своих нужд и стихий. А особая витрина с голубоватым сиянием для «избранных» и тех, у кого туго набит кошелёк, особо привлекала внимание, и я каждый раз разглядывала необыкновенный гриф из спектролита.

— У вас хороший вкус, миледи. — мистер Раш Готис собственной персоны медленно подошёл с другой стороны витрины, уловив мой мечтательный взгляд на умопомрачительный гриф по дичайщей цене. По стоимости сравнимый с каникулами на адарийском побережье.

— Хотите посмотреть? — поправил маленькие окуляры с толстенными линзами на переносице, что делали его глаза особенно большими, когда попадались на просвет в прямом направлении.

— Я…нет…просто…хотя… давайте…это ведь бесплатно? — усмехнулась собственной неловкости.

— Конечно. — рассмеялся старичок и особой печаткой открыл заднюю дверцу, вытаскивая в чёрных замшевых перчатках невероятной красоты гриф.

Мистер Готис протянул мне подобную защиту для ладоней, так как магические «начертатели» любили одни руки, и трогать их без разграничителей особенно не владельцам не рекомендовалось. Можно сказать, у каждого был свой характер и тебя могло шибануть разрядом, если магия войдёт в отрицательный резонанс.

Аккуратно обхватив рукоять причудливой спиральной формы, взяла настоящее сокровище в руку. Даже сквозь перчатку чувствовалось приятное тепло от камня.

— Похоже вы ему понравились, леди. — довольно заметил мэтр.

— Это взаимно. — Ласково огладила тёплый бок, поворачивая, тем самым создавая невероятную игру радуги и переливов. Казалось, что камень действительно живой, и поверхность его дышала словно перламутровый бок причудливой рыбы.

В нашем мире спектральная магия цвета особенно сильна. Каждый оттенок имеет свою частоту излучения, длину волны и определённую силу вибраций. Спектролит был самородком в своём роде. Я крутила эту невероятную игру света, все больше завораживаясь ей.

— Рис, я все! — подскочила ко мне подруга и тоже зависла, настолько прекрасным был артефакт. — Святые Стихии, небось стоит целое состояние! — ахнула эртонка.

Маэстро загадочно улыбнулся, пожимая плечами, говоря тем самым, что для кого–то состояние, а для кого–то стоимость достойного артефакта.

— Он прекрасен. — с каким–то чувством опустошения в ладони, вернула артефакт, выбрав нейтральный из горного хрусталя, и направилась оплачивать покупки.

— Рис, могла бы купить себе его. — восторгалась всю дорогу до игорного дома эртонка.

— Я не могу, ты же знаешь.

— Да помню, помню, свобода в обмен на содержание. Тьфу. — скривила милое личико девица. — Никогда не пойму аристократов. У вас все завязано на деньги. — Лив навалилась на тяжелую дверь и ввалилась в трактир, по совместительствую являвшийся увеселительным заведением с играми на разный вкус и лад. Сюда я никогда не ходила, так как распалялась в миг, поэтому от игр держалась подальше. Мама как–то рассказывала про своего двоюродного дядьку, что проиграл своё имение и эта история меня как–то сразу впечатлила.

В глаза сразу бросился сурового вида молчаливый вышибала, способный усмирить любого азартного кутену одним лишь своим взглядом и, если надо дубиной, что как экстренное оружие покоилось за его фигурой у стены. К нам тут же подскочила милая девушка из–за стоики администратора.

— Добро пожаловать в «Серебряный кубок». Ваши имена, пожалуйста. Какие игры предпочитаете?

— Никакие. — буркнула я, на самом деле не очень–то желая идти с подругой на увеселительное мероприятие. Лучше бы повалялась с томиком по стихийной артефакторики в комнате. Хотя там сейчас так воняет, что раньше полуночи туда соваться не стоит.

— Ливана Мэнсон и Эверис Фэлс. Вирдж. Ты, Эверис?

— А? — разглядывала хмурого охранника, да и в целом, зачем идти на тусовку к тем, кто тебя не знает?

— Игры, какие хочешь? — терпеливо повторила подруга, прижимая куль с покупками.

— Святые Стихии, никакие. — отмахнулась. — Я посмотрю.

Девушка что–то чиркнула в толстой клиентской книге и выдала нам браслеты с номером 74 и 75, доставая бланк, где мы должны были поставить росчерк о согласии и взятии всех последствий игорных дел на себя.

— Можно мы оставим пакеты у вас? — спросила администраторшу, пока та сверялась со списком свободных комнат.

— Запрещенные порошки, грифы, зелья? — строго спросила девушка.

— Гриф в пакете. — показала ей бледный хрусталь.

— В камеру хранения. — выдала ключик с цифрой 3 и проводила к шкафчику.

— Мы как же это…к…Ингвару Дьярви. — вспомнила наконец имя эртонка.

— Так, вы гости? Так бы и сказали. Комната 11.

Мы шли по освещенному приглушённым светом коридору, туда–сюда сновали веселые подпьяноватые студенты из академии, а дурное предчувствие странно подзуживало нутро.

— Может ну его? А? — сделала пробный выстрел уговорить Лив от дурацкой затеи.

— Брось, Эв, пообщайся не только с учебниками. Живые люди тоже интересны. — хихикнула эртонка, и комната под номером 11 распахнула приветливо двойные двери и на нас тут же выплеснулись звуки атмосферы. Стены каждой комнаты глушили шумы, чтобы не мешать клиентам.

Музыкальный кристалл играл что–то явно дэрнское: волынка, барабаны и флейта — однозначно не росские мотивы. В просторном зале стояли столы с играми на любой вкус и длиннющая барная стойка для тех, кто хотел заказать еду и выпить. Человек пятьдесят распределились по залу: кто–то активно играл в «вирдж» — карточную игру, где ценилось искусство блефа и умение считать карты, кто–то в тавлеи и «мельницу», где умельцы могли блеснуть логикой, слева расположились столы с «дальдозой» — стратегические военные гонки, пришедшие к нам с севера, а в центре стоял большой стол с белыми полированными шарами, новомодной игрой — ярдал. Где длинными шестами, нужно было закатывать шары в лунки. Около неё–то и сгустилось нашествие северян, а вокруг них крутилась толпа девчонок со старших и младших курсов. Видимо сейчас «эпидемия» вся здесь.

Нас заметил Ингвар, окружённый земляками и стаей девиц, и хитро стрельнув в нас плутовским взглядом, сказал что– то приятелям на дэрнском, те дружно повернули стайкой головы и заулыбались, оценивая гостей, то есть нас. Неприятное чувство кольнуло с двойной силой, словно нас отобрали в коллекцию для развлечений.

— Дамы. — Ингвар галантно подал локти и подвёл к столу с ярдалом, представляя каждого из северян, имена которых я не запомнила. Лишь парня с рыжими кудрями, что выделялся не только ими, но и коротким именем Йен. Из всех он казался мне не таким плотоядным, возможно, менее пьяным.

Ливана активно что–то рассказывала дэрнцу, а я интересовалась правилами у парня с коротким именем и круглой серьгой в ухе.

— Что будут играть и пить, росские красавицы? — любезно поинтересовался Ингвар, загипнотизированный яркими улыбающимися губами эртонки. Из всех девиц, явно настроенных на завоевание северной эпидемии видимо Лив приглянулась ему больше всего. И планы его были явно в какой–то плотской плоскости.

— Девушки будут «Эльтини». — назвала модный коктейль Лив: смесь тиньерской грушовки и эля.

Я пихнула девушку в бок и едва уловимо помотала головой. Пить я уж точно ничего не собиралась.

— Брось, Эв, расслабься, посмотри какой симпатичный кудрявый. — на грани слышимости прошептала девушка, задорно стрельнув в названного взглядом. Тот, уловив «момент» поднял пинту эля «за наше здоровье».

— Лив, тебе не кажется, что нас позвали для развлекаловки этих… — не подобрала я нужного слова.

Подруга прыснула от смеха.

— Конечно, Рис, ты здесь, чтобы отдохнуть, а в том, что на тебя обращают вниманием мужчины нет ничего плохо. Ты им ничем не обязана, если, конечно, сама не захочешь. — прошептала эртонка и подмигнула мне.

Наши шушуканья перебили громким голосом и звонким хлопком:

— И так, а теперь, кто составит четверку на пару со мной? Девушки, у нас новый кон. Играете в ярдал? — проговорил Ингвар наклоняясь к нам, вручая золотистый шипучий напиток. Я помотала головой. А Лив заинтересованно повернулась к иноку и кокетливо протянула:

— Что на кону?

— Сто крон. — я чуть было не поперхнулась. Звонкий мешочек монет упал прямо на бархатное изумрудное сукно. Это была треть суммы как раз на «сказочный гриф из моих грёз». Может зря я не ходила в игорный клуб, стоит подучиться не затейливой игре и можно сорвать куш! Того и гляди подкоплю на спектролит. Пока я думала, подруга тут же сориентировалась, чуть не выплеснув весь бокал на себя, и выпалила:

— Мы играем!

В толпе северян активно с кем–то заговорили на дэрнском и к Ингвару подвалил тот самый «марал», здороваясь с ним по–варварски плечом к плечу. Я вытаращила глаза и споро развернулась, но наткнулась на грудь Бьёрна или Бьяра, не помню. Стихии, что Он тут забыл⁉ Встречаться с недавним знакомым откровенно не хотелось. Получается он тоже студент⁈ Вот черт!

— Лив! — прошипела. — Пойдём отсюда! — и оттеснила девушку от стола.

— В чем дело?

— Новенькие играют этот кон с нами. — Ингвар махнул на нас головой, и давешний светловолосый столкнулся со мной взглядом. Его льдистые глаза удивлённо зацепились за мою фигуру, а губы расплылись в охальной улыбке с дико привлекательными ямочками. Каков злодей! Не успела я убраться с места происшествия, как устроитель оного опять здесь! Не успело и суток пройти! Что за напасть⁈

— Играю. — согласился на партию северянин и решительно пересёк пространство, остановивши подле нас.

— Представь нас. — в требовательной манере, как и в таверне распорядился дэрниец. Вот же ж.

— Прекраснейшие Ливана и Эверис с факультета Хранителей. Два курса младше. — многозначительно добавил Ингвар.

— Хранительницы, значит. — улыбнулся мужчина и представился вновь: — Рейдар. — и не отходя от прилавка завил: — Я возьму в пару россарийку. — буравил меня взглядом мужчина, напоминая, что не страдает потерей памяти и помнит обстоятельства встречи в деталях. К слову, корка над бровью свежая. Так и хотелось надвить на неё, чтобы убрать насмешку и этот долгий простреливающий взгляд.

— Пожалуй, пропущу партию. — ответила ему, не совсем уверенная в таком раскладе. Постыдная картина с помятым платьем и его голый торс до сих пор стояли перед глазами, а жгучий поцелуй отзывался покалыванием на губах. Кошмар!

— В чем дело, боишься проиграться? — с дурацкой ухмылочкой и милыми ямочками, беря на слабо, вопросил дэрниец. Я–то? Ага! Мне только повод дай! В этом–то и проблема…

— Нет. — упрямо посмотрела на него.

Лив посмеивалась, не ведая катастрофы, которая сейчас разворачивалась, а парни подбадривали на то, чтобы я соглашалась. Девушки косились недобро, явно не понимая чего это я ломаюсь.

— Так давай. Не трусь. Что–то подсказывает мне, ты девушка рисковая. — в наглую подмигнул северянин, зная наш маленький секрет.

Я посмотрела на Лив, она пожала плечами и шепнула, чтобы я соглашалась.

— Хорошо. Что делают проигравшие? — обратилась к Ингвару.

— Должны будут выполнит желание победителей. — как само собой разумеющееся ответил дэрниец и охально улыбнулся.

— Ладно. — недоверчиво посмотрела на нежданного знакомого, протягивающего мне кий.

Лив отошла на сторону Дьярви.

Ингвар разыграл первый удар, и они начали бить.

— Умеешь играть, боец? — спросил меня Рейдар, пока я следила за тем, как Лив примеряется к шару, а черноволосый беззастенчиво помогает ей с кием. И это было однозначным нарушением этикета!

— Не хуже, чем ты бить морды. — огрызнулась зачем–то.

Ярдал был аналогом нашей ростралы со своими нюансами. Поэтому я действительно умела достаточно метко закатывать шары.

Иноноверец растянул улыбку, принимая подначку. Похоже моя ершистость только забавляла его.

Наш черёд. Марал бьет первым.

— Смотри, Рис. — северянин в наглую при всех сократил мое имя, перекинул кий за спину и забил угловой. Парни захлопали. А Ливана одарила меня выразительным взглядом, ведь мое имя могли сокращать только близкие.

— Эверис. — чопорно поправила его. — И… смотри, Рей. — примерила и ударила «от борта», закатывая в центральную линию. Хлопки и улюлюканья теперь перепали мне. Я шутливо сделала реверанс.

— А ты меткая. Ещё вчера заметил. — тихо шепнул дэрниец вторую фразу, обдав дыханием плечо, запустив предательскую волну мурашек. Вот наглец! Мой черёд, поторопилась ударить шар. Удар. Черт! Промах. Проклятые мурашки!

— Ай–я–яй, Рис. Захвалил. Придётся тебя подучить.

— Считаешь? — приподняла бровь. — Чему может научить мужчина, бесцеремонно проникающие в женские спальни? — прошипела ему также близко, чтобы не дай Стихии кто–нибудь о подобном узнал.

На что мужчина лукаво приложил указательный палец к губам и посмотрел, как Ингвар закатывает двойной. Дальше Лив. Промах. Наш черёд.

Партия длилась минут сорок, ну может час. Шары метались по полю с переменным успехом. В процессе парочка противников сладко спелась, а мы с Реем метали не только шары, но и колкости друг в друга, что с одной стороны раздражало, а с другой было в этом что–то будоражащее сознание. Северянин неплохо играл и делал попытки поставить мне правильно удар, комментируя стойку.

Дошли до 54 очков, до 71 осталось не так много. Оценила поле. Примерилась к битку под номером 13, как тёплая рука внезапно поправила локоть, а тело, что к ней примыкало стояло невыносимо близко. От неожиданности я дернула рукой назад вместе с палкой и ударила прямехонько под дых «доброжелательного нахала». А шар отлетел в сторону борта, не коснувшись ни одного шара. Нам засчитали штрафные.