Помоги проекту - поделись книгой:
— Джину с содовой, — заказал Джек.
Джек распечатал пачку сигарет, вытащил одну и, пристально разглядывая ее, процедил:
— Тут вы распоряжаетесь, а я работаю на вас. Но должен сказать: это не самое удачное место для разговора с ним, раз у него есть тут дружки.
— Есть ли?
Джек сунул сигарету в уголок рта, и она, как дирижерская палочка, задвигалась в такт его словам:
— Ну, раз они его ждут именно здесь, он, наверное, постоянно тут околачивается.
Официант принес рюмки. Нед сразу же осушил свою и брезгливо пожаловался:
— Только по стеклу размазалось.
— Что правда, то правда, — согласился Джек и отхлебнул глоток джина. Потом поднес к сигарете спичку, прикурил и сделал еще один глоток.
— Вот что, — сказал Нед, — как только он здесь объявится, я его возьму в оборот.
— Ну что ж. Можно и так. — Красивое смуглое лицо Джека было непроницаемо. — А мне что делать?
— Ничего. Я сам справлюсь, — ответил Нед и кивнул официанту.
Бомонт заказал двойную порцию шотландского виски, Джек — еще раз джин с содовой. Не успели принести виски, как Нед осушил свою рюмку. Джек, оставив первую рюмку недопитой, начал потягивать из второй. Нед заказал еще одну двойную порцию и еще одну, а Джек все еще допивал свой джин.
И тут на лестничной площадке появился Берни Диспейн.
Джек, все время следивший за входом, увидел его и наступил Неду на ногу. Бомонт отвел взгляд от пустой рюмки, и в глазах его вспыхнул холодный жестокий огонек. Он оперся ладонями о стол и встал. Выйдя из кабины, он подошел вплотную к Диспейну.
— Отдавай мои деньги, Берни, — сказал он.
Человек, поднимавшийся вслед за Диспейном, втиснулся между ними и сильно ткнул Неда в живот левой рукой. Он был невысокого роста, но плечи у него были тяжелые и кулаки как чугунные гири.
Нед отлетел к перегородке, скрючившись от боли, колени у него подогнулись, но он не упал. На мгновение он так и застыл. Глаза его остекленели, лицо позеленело. Он пробормотал что-то неразборчивое и двинулся к лестнице.
Бледный, с непокрытой головой, он, шатаясь, спустился вниз, прошел через зал, вышел на улицу и остановился на обочине. Там его вырвало. Потом он влез в такси, которое стояло в нескольких метрах от входа, и велел водителю ехать в Гринвич Вилледж.
У дома с серыми каменными ступенями Нед Бомонт остановил такси. Из распахнутой подвальной двери на темную улицу выплескивался шум и свет. Через эту дверь он прошел в длинную узкую комнату, где два бармена в белых куртках смешивали напитки для десятка людей, сидящих вдоль длинной стойки, а два официанта обслуживали сидящих за столиками.
— Пропади я пропадом, да это же Нед! — воскликнул лысый бармен. Он перелил в высокий бокал какую-то розовую смесь и протянул через стойку мокрую руку.
— Привет, Мак, — откликнулся Нед.
Затем он обменялся рукопожатием с одним из официантов и с толстым краснощеким итальянцем, которого назвал Тони. Когда со взаимными приветствиями было покончено, Нед заявил, что он не прочь заказать выпивку.
— Ни черта подобного! — возмутился Тони. Он постучал по стойке пустым бокалом. — Не продавай сегодня этому парню ничего, даже стакана воды, — сказал он, когда бармены посмотрели на него. — Все, что он пожелает, — за счет заведения.
— Спорить не буду, лишь бы напоили. Двойную порцию виски!
Две девушки в другом конце комнаты поднялись со своих мест и крикнули:
— Ау-у, Нед!
— Сейчас вернусь, — пообещал Нед и направился к девушкам. Они обняли его, засыпали вопросами, познакомили со своими спутниками и усадили за свой столик.
Он сел и в ответ на их вопросы сообщил, что в Нью-Йорк он вернулся на время, а не насовсем и пить будет шотландское виски двойными порциями.
Около трех часов утра они поднялись из-за стола. Из бара Тони они пошли в другой, похожий на первый как две капли воды, и там уселись за точно такой же столик и пили то же самое, что и прежде.
В половине четвертого один из мужчин встал и ушел, не попрощавшись. Минут через десять Нед, второй мужчина и обе девушки тоже поднялись. На углу они сели в такси, поехали в гостиницу возле Вашингтон-сквера и высадили там второго мужчину с одной из девушек.
Оставшаяся девушка, которую Нед называл Фединк, повезла его к себе, на 73-ю улицу. В квартире было очень жарко. Когда Фединк открыла дверь, теплый воздух волной рванулся им навстречу. Девушка сделала три шага, вздохнула и повалилась на пол.
Нед закрыл дверь и попытался ее разбудить, но она не просыпалась. С большим трудом он дотащил ее до спальни и уложил на покрытую цветастым покрывалом кушетку. Сняв с нее верхнюю одежду, он разыскал одеяло, прикрыл ее и распахнул окно. Потом прошел в ванную, где его снова вырвало. После этого он вернулся в гостиную, лег, не раздеваясь, на диван и уснул.
Неда Бомонта разбудил телефон, зазвеневший над самой его головой. Он открыл глаза, спустил ноги на пол и огляделся. Увидев телефон, он успокоился к закрыл глаза.
Телефон продолжал звонить. Нед застонал, заворочался и снова открыл глаза. Высвободив левую руку, он поднес ее к глазам и прищурясь, посмотрел на часы. Стекла на циферблате не было и, стрелки остановились на без двенадцати минут двенадцать.
Еще поворочавшись, он устроился на левом боку, подсунув под голову согнутую в локте левую руку. Телефон продолжал звонить. Нед огляделся тоскливыми мутными глазами. В комнате горел свет. Через открытую дверь он видел укутанные одеялом ноги Фединк.
Он снова застонал и приподнялся, приглаживая рукой растрепавшиеся темные волосы, сжимая виски ладонями. Его губы пересохли и потрескались. Он провел по ним языком и скорчил гримасу. Затем он встал, покашливая, снял перчатки и пальто, бросил их на диван и прошел в ванную.
Выйдя из ванной, Нед подошел к кушетке и посмотрел на Фединк. Она спала тяжелым сном, уткнувшись лицом в подушку. Одна ее рука в голубом рукаве была закинута высоко над головой. Телефон перестал звонить. Нед поправил галстук и вернулся в гостиную.
На столике между двумя креслами в открытой коробке лежали три сигареты «Мюрад» с золотым пояском. Он взял одну, пробормотал без тени юмора: «Пижонство», — нашел спички, закурил и направился в кухню. Там он выжал в высокий бокал сок из четырех апельсинов и выпил.
Потом он сварил и выпил одну за другой две чашки кофе. Когда он выходил из кухни, раздался безнадежно унылый голос Фединк:
— Где Тед? — Она слегка приоткрыла один глаз.
Нед подошел к ней.
— Кто такой Тед? — спросил он.
— Парень, с которым я была.
— А ты разве была с парнем? Откуда мне знать?
Она зевнула так, что хрустнули челюсти.
— Который теперь час?
— Этого я тоже не знаю. Утро, наверное.
Она потерлась лицом о подушку.
— Хороша же я! Вчера обещала выйти за него замуж, а потом бросила, чтобы притащить к себе домой первого попавшегося пьянчугу. — Она сжала в кулак и снова разжала затекшую руку. — А может, я и не дома?
— Во всяком случае, ключ от этой квартиры был у тебя, — ответил Нед. — Хочешь апельсинового соку и кофе?
— Ничего на свете не хочу, только умереть. Можешь ты уйти, Нед, и никогда больше не возвращаться?
— Мне это будет тяжело, — раздраженно сказал он, — но я попробую.
Он надел пальто, натянул перчатки, вынул из кармана помятую темную кепку, нахлобучил ее на голову и вышел.
Полчаса спустя Нед Бомонт был в своей гостинице и стучался в дверь 734-го номера. Через некоторое время из-за двери раздался сонный голос Джека.
— Кто там?
— Бомонт.
— А-а-а, сейчас, — Восторга в голосе не слышалось.
Джек открыл дверь и зажег свет. На нем была пижама в зеленую крапинку, из-под которой вылезали босые ноги. Глаза у него были заспанные, лицо раскрасневшееся и припухшее от сна. Он зевнул и снова лег в кровать, вытянувшись на спине и уставившись в потолок. Потом спросил без особого интереса:
— Как вы себя чувствуете сегодня?
Нед захлопнул дверь. Он стоял около кровати, мрачно взирая на лежащего в постели человека.
— Что произошло после моего ухода? — спросил он.
— Ничего не произошло. — Джек снова зевнул. — А может, вы хотите узнать, что делал я? — Он не стал дожидаться ответа. — Я тут же ушел и болтался на противоположной стороне улицы, пока они не вышли. Диспейн, и девица эта, и тот парень, что вам двинул. Они вышли вместе и отправились к Бакмену, сорок восьмая улица. Диспейн там окопался под именем Бартона Дьюи — номер девятьсот тридцать восемь. Я проторчал на улице до начала четвертого, а потом смылся. Они все еще там оставались, если, конечно, они меня не обдурили. — Он мотнул годовой в сторону кресла, стоящего в углу. — Вон ваша шляпа. Я подумал: может, она вам еще пригодится.
Нед прошел в угол комнаты, взял с кресла шляпу, которая была ему маловата, и надел ее, а мятую кепку засунул в карман пальто.
— Если хотите выпить, на столе есть джин, — заметил Джек.
— Нет, спасибо, — сказал Нед. — У тебя есть пистолет?
Джек отвел взгляд от потолка. Он сел на кровати, потянулся, в третий раз широко зевнул и спросил:
— А что вы намерены предпринять?
Казалось, он спрашивает просто из вежливости.
— Собираюсь повидаться с Диспейном.
Джек обхватил колени руками и замер на месте, уставившись на спинку кровати. Затем он медленно произнес:
— Мне кажется, вам этого делать не следует. Во всяком случае, сейчас.
— Нет, следует, и именно сейчас, — ответил Нед.
Тон его заставил Джека поднять глаза. Нед выглядел больным. Лицо его было желтовато-серого цвета. Мутные глаза с красными ободками век так опухли, что почти не было видно белков. Сухие, как будто обветренные губы сильно распухли.
— Всю ночь не спали? — спросил Джек.
— Немного подремал.
— Перебрали?
— Да. Так как насчет пистолета?
Джек высунул ноги из-под одеяла и опустил их на пол:
— Почему бы вам сначала не выспаться? А потом пойдем к нему. Сейчас вы не в форме.
— Пойду сейчас, — повторил Нед.
— Ну ладно, — сказал Джек, — только зря вы это затеяли. Они не какие-нибудь мальчики, чтобы идти против них в таком состоянии. Они люди серьезные.
— Где пистолет? — повторил Нед Бомонт.
Джек встал и начал расстегивать пижаму.
— Дай пистолет и валяй спи дальше. Я ухожу.
Джек застегнул расстегнутую было пуговицу и снова забрался в постель.
— Пистолет в шкафу, на верхней полке. Там же и патроны, если они вам нужны. — Он повернулся на бок и закрыл глаза.
Нед нашел пистолет, сунул его в задний карман, кинул «До скорого», погасил свет и вышел.
Квадратный, выкрашенный желтой краской многоквартирный дом Бакмена занимал почти целый квартал. Нед Бомонт вошел в холл, назвал себя и сказал, что хочет подняться к мистеру Дьюи.
Пять минут спустя он вышел из лифта и зашагал по длинному коридору к открытой двери, в которой стоял Берни Диспейн.
У низкорослого жилистого Диспейна была несоразмерно большая голова. Длинные, пышные, подвитые волосы делали ее еще больше, создавая впечатление физического уродства. Глубокие борозды морщин резкими линиями разрезали его лоб и сбегали от крупного носа к широкому тяжелому подбородку. Только глаза у него были маленькие. Одну щеку украшал розовый шрам. Его синий костюм был тщательно отутюжен. Никаких драгоценностей он не носил.
Берни стоял в дверях, саркастически улыбаясь.
— Доброе утро, — приветствовал он Бомонта.
— Мне нужно поговорить с тобой, Берни, — ответил Нед.
— Я уже догадался об этом. Как только мне снизу сообщили, что ты поднимаешься, я сразу же сказал себе: «Держу пари, он хочет со мной поговорить».
На желтом отекшем лице Неда не дрогнул ни один мускул. Он молчал.
Поделиться книгой: