Повелитель механического легиона. Том V

Ох, такое точно нельзя спускать. Репутация дворянина стерпевшего подобное оскорбление будет разрушена, все подумают, что я испугался. Ненавижу эту черту аристократического общества — любовь выяснять отношения через насилие.

— Вы публично оскорбляете меня, моих родителей и мой род. Вы настолько не боитесь смерти?

«Да не такая я и злая», — пошутила бывшая повелительница мёртвых. Я невольно улыбнулся, а вот Уваров принял мои слова за издёвку и шагнул ближе, понизив голос.

— Мы найдём способ уничтожить тебя, псина. И никто тебе не поможет.

Вот как. Должно быть, угроза и попытка сманить Николая происходила от них.

— Хорошо, я принимаю вызов при условии официального подписания вашим родом соглашения о запрете приближения каких-либо представителей Уваровых, включая наёмных людей, к собственности графов Соколовых ближе, чем на полкилометра. И раз уж мы находимся здесь, ставкой послужит снаряжение и мотоцикл. А ещё вы принесёте публичное извинение, я не собираюсь обрывать вашу жалкую жизнь. Сражаемся без ограничений на оружие.

Он скривился и смотрел на меня совсем как на грязь под ногами.

— Надеешься получить дорогую игрушку даже на дуэли защиты чести? Что взять с нищего рода. Пускай, мне хватит твоей смерти и оружия — сущая формальность.

Телохранители княжича смотрели на меня чуть иначе. Вдруг начало доходить? Один подошёл к своему господину, окружив их глушащим барьером и что-то сказал, но тот пренебрежительно отмахнулся.

У Пожарских имелся юрист прямо на треке, как и арена: в такой компании всегда найдутся горячие головы. Пока всё оформляли, пришла Лина, великолепно выглядевшая в защитном гоночном комбинезоне. Девушка посмотрела на Уварова с некоторой жалостью к болезному идиоту.

Я же лениво размышлял, как его лучше отделать. Показать новое копьё с эффектом разложения и гниения? Просто избить? Я сейчас сильнее его физически, а с гравитацией хватит железной палки.

— Кстати, а какой у него дар? — уточнил я, широко зевнув. Очередная дуэль навевала на меня смертельную скуку.

— Ты даже не знал? — усмехнулась Лина. — Телепортёр ранга А-плюс!

Ого, как интересно! Много их нынче развелось, нужно быть аккуратнее. Но меня внезапной атакой не возьмёшь. Я не только отлично умею чувствовать точку выхода, но и сам обладаю подобным даром и смогу уйти из-под удара. И если на этом у него закончатся фокусы, то для меня это всего лишь начало.

Правда ситуация опять резко переменилась. Ему кто-то позвонил, он какое-то время спорил, а потом подошёл ко мне с покрасневшим лицом.

— Дуэли не будет я… отказываюсь от своих слов, и готов принести официальные извинения.

Я вскинул брови и переглянулся с Линой, которая сразу же возмутилась.

— Княжич, думаете можно оскорбить главу графского рода, извиниться и просто уйти? Это довольно наивно.

— Мы выплатим компенсацию за нанесённые оскорбления, — он стиснул зубы, яростно сверля меня взглядом.

— Снова тысячу рублей? — иронично уточнил я, пораскинув мозгами. Оскорбление меня не задело, но ущерб репутации нельзя спускать на тормозах.

— Пятьсот тысяч, — нажим на зубы усиливался, ещё немного и придётся отращивать новую челюсть. — И мои публичные извинения.

Лина тихонько засмеялась. Вообще, можно и не усиливать конфликт с Уваровыми, заодно не придётся портить день бессмысленной дракой.

— Публичные извинения и поклон прямо сейчас. Компенсация в четыре раза больше, мотоцикл и подписание соглашения о запрете на приближение.

— Да как ты, — начал он говорить, сжав кулаки, но на его плечо легла тяжёлая рука телохранителя. — Мы… принимаем эти условия.

Видимо про меня успели что-то узнать, а вызов был инициативой болезного. Надо было содрать больше… Нет, нужно знать меру, без лишней жадности, недостойной дворянина. Тем не менее, жизнь княжича, пусть четвёртого сына, не может стоить дёшево.

Соглашение запрещало подходить к моему родовому поместью. В законе имелись оговорки насчёт подобного: в городской черте сложно соблюдать условия. К нам это не относилось, наше поместье расположено на большом отдалении в глухом лесу.

Парень с перекошенным лицом громко выдавливал из себя стандартный текст, он совсем не поменялся с моей прошлой жизни.

— Я, княжич Алексей Уваров, приношу свои глубочайшие извинения графу Кириллу Соколову за нанесённое оскорбление ему и его семье, и необоснованное обвинения. Прошу простить мою горячность и недальновидность, совершённую в импульсивном порыве. Моим действиям нет оправдания, но перед всеми присутствующими я прошу вас забыть об этом конфликте и готов заплатить компенсацию соразмерно тяжести своего проступка.

После чего он поклонился. Чуть-чуть не дотянул угол: нужно ещё немножко ниже. Лицо покраснело настолько, что я не иронично испугался, как бы его не хватил удар. Журналисты потом скажут: «Соколов довёл княжича Уварова до сердечного приступа!» Я буквально видел, как ему хочется распрямиться и закричать, что он выходец из великого рода, который может раздавить жалкого графа левым мизинцем. Не зря дуэльный кодекс обязывает следить за языком.

— Согласно оговорённой компенсации, я принимаю извинения. И не буду иметь претензий по поводу нанесённого оскорбления.

Покрасневший княжич выпрямился и отошёл в сторону кому-то звонить. Вызванный юрист Пожарских занялся оформлением бумаг: компенсация в два миллиона, переход в собственность мотоцикла под брендом Урал и обязательство не приближаться к нам на год. Жаль, оно не может быть бесконечным. А ещё не действует в случае войны и экстренных ситуаций. Но всё равно неплохо.

Интересно, откуда поступила информация, что они так меня перепугались и согласились на подобные условия. Само собой, Уваровы на этом не успокоятся, просто найдут способ, не предполагающий самоубийства княжича об меня. Чтобы заставить их отступить придётся убедить их в моей силе, как рода, так и личной.

Написал Полине, что скоро наш бюджет получит солидное пополнение. Она ответила сердечком. Вообще-то огромные деньги для Соколовых.

Девушки к тому моменту откатали заезд, с интересом послушали о произошедшем и ушли общаться с кем-то из друзей Лины.

Наконец началось маленькое соревнование с Шелби. На мой новый мотоцикл села Света, уступив мне немного более мощного аспида. Даже дали специальное объявление.

— В заезде разрешено использовать дар для облегчения мотоцикла или его усиления! Никаких помех в езде другим гонщикам! Обратите внимание на участников. Ян Шелби, привёзший нового скакуна из Америки, и известная ценитель Лина Бреннан соревнуются, поставив свои машины. Открыты ставки!

— Может, мне тоже поставить? — хмыкнул я.

— Да там мелочи, — Лина повела плечами и надела шлем. — Даже не думай уступить Яну!

Я посмотрел на Соню, девушка пыталась что-то сделать со своей пережатой грудью. Заметив мой взгляд, она улыбнулась и бодро кивнула.

— Мне нравится так ездить! Но я боюсь за мотоцикл.

— Ты отлично управляешься. Просто наслаждайся поездкой, не нужно пытаться за нами угнаться.

С лица девушки не сходила улыбка, когда она надевала шлем. Перед стартовой линией разместились хаотично. Ян откровенно стремился собрать на себе побольше внимания. Лина сосредоточенно подгазовывала на своём мотоцикле.

Загорелись красные сигналы, и мы приготовились. Не участвующие дворяне наблюдали за шоу, также как и их телохранители. Я проанализировал структуру мотоцикла и немного его облегчил. Не настолько, чтобы возникли проблемы со сцеплением, но так будет гораздо веселее. Энергии тратит много, но мне не нужно делать ничего другого.

Сигнал сменился на зелёный и округу заполнил оглушительный рёв. Всюду сияла разноцветная духовная энергия. Ян использовал ветровой дар, чтобы уменьшить сопротивление, Лина же исполнила аналогичное обычной магией. Я позволил себе немного проехать за ними, любуясь множеством едущих мотоциклов, а потом втопил.

«Твой верный штурман здесь! Буду сообщать о поворотах и оптимальной траектории! Не отказывайся, я же буквально часть тебя!»

Сирин рассмеялась и сразу стала давать советы, причём — весьма дельные. В очередной поворот зашёл фактически идеально. Этот аспид был слабее новейшей модели, но я также добавил ему закиси азота и буквально летел, манипулируя массой.

Мы проскочили памятное место, где нас атаковали в прошлый раз. Дроны-разведчики внимательно наблюдали за ситуацией, но не обнаружили ничего подозрительного. Я вырвался вперёд, обогнав Яна, Лину и ещё какого-то гонщика. Сочетание мастерского управления гравитацией и возможность всячески усиливать работу двигателя очень помогали. Первый круг закончил первым.

Стоит признать, я бы не справился без Сирин. Она вообще полюбила технологическую часть нашего мира. Двигатель понемногу перегревался, и я сбавил скорость, удерживая позицию. Пять кругов напряжения, скорости и перегрузок, даже лёгкого чувства опасности, пролетели как один миг. Если вылечу на такой скорости без защиты и не смогу полноценно затормозить своими методами, сильно пострадаю. И это минимум!

Но в защите было слишком скучно, да и переодеваться лень. Так и не пропустив никого перед собой, я первым пролетел финишную черту, потом Лина, с небольшим отрывом обогнала незнакомого мне гонщика и только потом Ян. Соня и Света пришли в числе последних. Их всё так же не интересовал результат, они просто наслаждались поездкой.

Ян снял шлем на парковке и вытер влажные волосы.

— Я не знаю, что у тебя за дар, но у твоего байка словно прибавилось лошадей! Как я мог проиграть русскому!

— Тебя это так удивляет? — вскинул я бровь.

— Аспиды очень надёжные, но тяжёлые! Скажи честно, ты раньше участвовал в гонках под чужим именем? Идеально входил в повороты и выбирал траектории!

— Просто по наитию, — сказал я. — У тебя же не самый привычный аппарат?

— Есть такое, — признал он. — Лина, и ты отлично выступила! Признаю поражение, кому отдавать ключ?

— Лине, у меня уже есть трофей, — я посмотрел на подъехавший Урал. У него была чуть более открытая конструкция — меньше стали и более скруглённые и выпуклые элементы. Вполне стандартная модель, мне такие лучше подходят, чем импортные да ещё малосерийные модели для показухи.

Рыжая девушка прилюдно обняла меня, не забыв про пару комплиментов, а потом занялась Яном. Он был расстроен поражением, но не слишком — хороший спортивный интерес.

Дальше не было ничего интересного. Я подписал пару документов, Лина сделала ещё несколько кругов на Индиане вместе с девушками и потом они ушли переодеваться. Мотоциклы погрузили в грузовик, кое-как вместив трофейного американца. Мой пока оставили так.

Соня вышла из раздевалки со счастливым лицом, дыша полной грудью и расстегнув на одну пуговицу больше. Она вообще не замечала многочисленных завистливых или заинтересованных взглядов. И хотя на ней не было никакого макияжа, природа одарила её естественной красотой. Мы заняли столик в имеющемся тут ресторанчике и заказали много вкусной еды, в том числе сложные десерты.

Нас никто не беспокоил. Вечерело, когда звякнул мой телефон, также как и моих подопечных.

— От ликвидаторов, — сказал я, пробежавшись по тексту. Лина напряглась.

Глава 8

Княжна первым делом поинтересовалась, чего от меня хотят ликвидаторы.

— Недовольны двухдневным отсутствием? Ещё можешь успеть долететь до какой-нибудь стигмы и формально поучаствовать в закрытии.

— Нет, напротив, мобилизацию отменили. Мы столько стигм зачистили, что сильно перевыполнили так называемый норматив для силы нашего рода. На завтра объявлено всеобщее перемирие.

Лина задумчиво потёрла подбородок.

— Я ни в коем случае не сомневаюсь в тебе, но если хочешь надавить на Белозёровых, уверена, отец поможет.

— Нет нужды, пусть приходят, — я хмыкнул. — Родовые конфликты с такими слабаками — выгодная вещь. На фоне остальных они меня вообще мало волнуют. И, кстати, как с распространением слухов? Уваровы явно узнали, что для меня один магистр особой опасности не представляет. Только множество, или имеющий в арсенале что-то исключительное.

— Не забывай, ты ещё порубил людей Кувалды, — добавила Света. — Получить доступ к таким сводкам гораздо проще.

— А там могли и про моё спасение выяснить, — сказала Лина. — Этот идиот — обычный прыгун. Официально он примерно равен тебе, но с даром слабее и без других граней. Телохранители поняли, что ты легко насадишь княжича на копьё.

— Преимущества демонстрации силы, — подтвердил я. — Так, поздно уже, а завтра много дел. Я сразу в поместье поеду, можем встретиться на завтрашних переговорах.

Лина недовольно вздохнула, но кивнула. Видимо, собиралась остаться у нас. Но уж точно — не сегодня. Заодно узнаем друг друга получше, и посмотрим, не охладеет ли девушка. Эффект «подвесного моста» может сойти. И если я хочу не любовницу на какое-то время, а одну из спутниц жизни, то отношения нужно проверить временем и долгим знакомством — когда мы узнаем все недостатки друг друга. Не зря говорят, что любовь живёт три года.

Кроме того — Сильвия ждёт.

Лина ещё раз обняла меня, не стесняясь показывать наши отношения на публике.

— Главное не обращай внимания на недовольство Эрики. И будь осторожен, ты нажил себе сильных врагов.

— Это их проблемы, — я ободряюще подмигнул девушке. — Я буду аккуратен, не волнуйся.

Так-то Лина совершенно права — я не понравился целому ряду родов, каждый из которых представляет собой серьёзную опасность. Но надо становиться сильнее, и они рано или поздно отступятся.

Сел на свой новый мотоцикл. Конечно, у меня ещё электрический Шин-су собирает пыль в гараже, ну будет сразу два. Пускай вон девушки ездят. Вообще какое-то расстояние я мог бы проехать с Линой, но мне не хотелось сажать на него девушек, как и заказывать доставку. Она тоже не предлагала: благоразумно решила не рисковать лишний раз.

Разделились около Москвы, и мы оказались у своего поместья. Наёмники теперь расположились комфортнее и в силу отсутствия угрозы родовой войны брали меньше. Вели себя также расслабленнее. Нам осталось восстановить сад, но это потом.

Егор, брат Сони, уже был здесь, и они ушли болтать в хорошо защищённый кабинет, за артефактную блокировку которого я отдал целое состояние. Конечно же я проверил, чтобы строители не оставили никаких сюрпризов. Им повезло, работали добросовестно.

А вот другой фактор испортил настроение.

— Что-то случилось? — спросила Света, севшая рядом со мной на диван в соседнем, пока чуть менее защищённом кабинете для помощника. Она с некоторой тоской оглядывала всё вокруг.

— За нами следят, причём внимательно. Пока не более того, так что не волнуйся.

На самом деле это мешало. Гораздо больше меня волновали артефакты. Наверняка у следящих имеются датчики на экзотическую энергию. А что будет при подключении Сильвии, я и представить себе не могу. Нужно или потеряться в глуши, или дождаться следующего дня. Пока же сделал вид, что скрытники остались незамеченными. Однако на всякий случай создал Стикс и внимательно следил за домом. Мои машины не всевидящие и не смогут засечь хорошего скрытника. Стикс позволил убедиться, что один из них сидит довольно близко и пока никуда не двигается.

Девушка рядом со мной отвернулась и уставилась на пустой шкаф.

— Света, я вижу ты хочешь что-то сказать.

Девушка украдкой утёрла глаза и несколько раз глубоко вздохнула, после чего заговорила обычным голосом.

— Я немного устала, завтра придётся решить много дел. Я, наверное, пойду спать.

— А если честно? — уточнил я, придержав её за руку. — Я не стану насильно лезть в тебе в душу, но попробую побыть заменой Сони.

Мне нужны надёжные люди, а она с таким усилием подавляет эмоции, что это даже поражает. Кстати…

«Сирин, а как она тебе с точки зрения души?»

Та усмехнулась.

«Ну, почище тебя вообще-то: убивала гораздо меньше. Но это не показатель. Во всяком случае, она не из маньяков или безумцев и порой ей очень больно. В любом случае я одобряю твой порыв!»

Света повернулась, её лицо немного подрагивало.

— Обычно здесь сидела мама. Когда я была маленькой, часто проводила с ней время на этом диване. Читала, пока она работает, а потом мы играли. Иногда приходили братья. Помню, как на день рождения меня привели сюда… я ничего не просила. Никогда не просила, но мне нравилось… Подарили ножик из мифрила с очень красивой рукоятью, украшенной большим сапфиром, внутрь которого инкрустировали узор с нашим гербом. Мама сказала, что камень под цвет моих глаз. А отец, что это теперь моя родовая реликвия и он только мой. Очень хорошо помню тот день.

По щекам девушки потекли слёзы, голос сильно дрожал. Она захлёбывалась нахлынувшими эмоциями, которые наконец прорвали выстроенную стену. Это я немолодой князь, переживший великое вторжение и страшные потери. Чтобы не сломаться, я жил одним днём. И теперь чувствовал себя гораздо лучше, а она…

Обнял девушку, поглаживая по голове.

— Всё будет хорошо. Род возродится, и ты будешь достойна его. Выпусти всё накопившееся и живи настоящим, тебе станет легче. Если с этим местом связано столько воспоминаний, можешь жить в городе.

— Нет, всё хорошо. Спасибо, я… справлюсь.

— Не говори так, — я поглаживал её по спине, позволяя успокоиться. Параллельно слушал разговор Сони с братом через паучка. Она спрашивала его о планах на жизнь и отношении к Соколовым. Рассказывала о наших достижениях. Егор, судя по всему, пребывал в некоторой прострации от понимания, что перед ним сидит магистр.