Помоги проекту - поделись книгой:
— Ладно, — кивнул я. — Ты можешь валить, — кивнул я, увидев, как обрадовался Бурбулис. — А ты задержись, — кивнул я Михаилу.
— Проблемы? — нахмурился Бухич.
— У меня никаких, а вот у тебя — да. Будем тебя немножко лечить.
— Как это? — с некоторым испугом спросил Бухич.
— Мне кажется, твою Душу нужно немного почистить. Уж слишком много на неё всего налипло. Я откладывал это так долго, как мог, но после нынешнего поступка…
— И чем мне это грозит? — осторожно спросил бывший Император Михаил.
— Ну, кто знает… — я улыбнулся самой доброй улыбкой, которую мог изобразить. — Ничего не могу обещать, кроме одного: будет очень больно.
— Эй! Эй-гей-гей! Эй-гей-гей-гей! — раздался знакомый голос издалека.
— Долбаные дегенераты! Да как так можно было? Весь план насмарку, — это был уже другой голос.
— Выходи, пожалуйста. У нас гости, — снова первый голос, в котором Неназываемый узнал Морфея.
Прямо сейчас выпадать из медитации ему не очень-то хотелось. Его силы начали восстанавливаться, и вернуть былую мощь, которую он потерял только что при встрече с Охотниками, значило потратить ещё много времени и, возможно, жизней. Если жизней у него было предостаточно, то времени не было. Поэтому Неназываемый прервал медитацию и вернулся в свой тронный зал, где на Морфея наседал странный пришелец.
— Я тебе сказал туда не лезть!
Да, божественные сущности тоже могут вести себя как люди и трясти коллегу за шкирку.
Тут пришелец повернулся и увидел Неназываемого:
— Ага, ещё один дегенерат появился.
— Здравствуй, Мудрейший! — вежливо поприветствовал Неназываемый одного из старейших своих собратьев.
Мудрейший — так любил называть он сам себя. Кто-то называл его Первым, предполагая, что это первый из богов. Но, в основном, эпитеты, что шли по отношению к этому могущественному существу, были более обидные. Их никто не говорил вслух, но за спиной с радостью использовали. Дело в том, что Мудрейший, даже по меркам богов, был существом с чрезмерно завышенной самооценкой. Он точно знал, что существует либо его мнение, либо неправильное, и не стеснялся всем об этом говорить.
На самом деле, последнюю тысячу лет о нём не было видно и не слышно. Если можно так выразиться, забираясь в сложные понятия несуществующих добра и зла, то Мудрейший большую часть времени занимал нейтральную позицию. Ну, а когда ему что-то было нужно, он не брезговал никакими средствами, как, впрочем, и все остальные боги. Ему не нужна была власть над всей Вселенной, как Неназываемому. Ему не нужна была власть над всеми людьми, как Морфею. Ему не нужно было доказывать свою силу, как Моране. Да и развлекаться с людишками, опускаясь до уровня Тёмной Богини, он тоже не собирался. Его сила была предметом зависти и уважения, ну и немного страха других высших сущностей.
Мудрейший познал тайны Вселенной и черпал силы отовсюду. Ему не нужно было трогать души людей, ему не нужно было охотиться за великими тварями. Долгое время он находился вообще в одиночестве, по меркам богов, будучи отшельником. Но это не значило, что сил у него не было. Даже наоборот.
— Со всем уважением, Мудрейший, но, возможно, ты расскажешь, что произошло?
— Я говорил ему не лезть и не подбивать тебя, — продолжал трясти Морфея Мудрейший.
— Да о чём вы говорите, и о чём подбивать? — нахмурился Неназываемый. — Скажи чётко, я постараюсь дать объяснение.
— Мир, куда вы полезли. Я знал, что ты пытаешься туда пробиться, — Мудрейший откинул Морфея, и повернулся к Неназываемому. Вокруг него затрепетали эфирные потоки. — Ты просто лоб разбил бы, и ничего не добился.
— Почему ты так думаешь? — расстроился Неназываемый. — Я был близок к цели!
— Да-да, близок к цели… Ты был близок к тому, чтобы ничего не получить. Сейчас ты к этому ещё ближе, — нахмурился Мудрейший. — Только с помощью этого дегенерата, — он кивнул на молчащего Морфея, что было для этого болтливого бога неестественно, — вы вдвоём испортили всё, что я строил. А ведь я почти было перехватил Нить судьбы этого Мира…
— Нить судьбы? — Неназываемый нахмурился. — Что это такое?
— Вот! — ткнул указательным перстом Мудрейший в сторону Неназываемого. — Вот об этом я и говорю, когда называю вас дегенератами. Как вы могли попытаться захватить Запретный Мир, даже не понимая, как это делать?
— Это не первый Запретный Мир, который я захватываю! — всё ещё пытался ерепениться Неназываемый.
— Да что ж такое! — Мудрейший вполне по-человечески закатил глаза. — У вас даже ума не хватило понять, чем этот Мир отличается от других, в том числе, Запретных Миров. Иначе как бы он получил свою уникальность?
Неназываемый молчал, не зная, что ответить. И тут ему на помощь, наконец, включился Морфей:
— При всём уважении, Мудрейший, но я знаю, как это делать, и мы с Неназываемым…
— Заткнись! — прервал его Мудрейший. — Просто заткнись! Ты понимаешь, что Морана уже вступила в битву? А Тёмная Сучка прекратила хихикать, и тоже пытается строить вам козни! Я готовился тысячу лет! Слышите? Долбанных тысячу лет я потратил на один единственный мирок, чтобы перехватить его Нить Судьбы и совершить, наконец, Слияние. У меня было всё почти готово. Почти! И тут влезли вы!
— Я не понимаю, Мудрейший, при всём уважении… — продолжал хмуриться Неназываемый, всё ещё сдерживая себя. Он понимал, что где-то накосячил, но до конца не мог понять, где именно. Зато он прекрасно знал, что Мудрейшего лучше не злить.
— Конечно же, ты ничего не понимаешь! — тут он внезапно скривился в усмешке, — птичка на хвосте принесла, что тебе недавно здорово щёлкнули по носу Охотники.
— Ничего особенного. И ничего критичного, — попытался безразлично отреагировать Неназываемый.
— Да? Треть божественной силы — ничего критичного… — Мудрейший весело засмеялся, а Неназываемый чуть не лопнул от злости. Удивительно точная информация.
Потеря даже незначительной части божественной сущности — это большое подспорье для друзей и конкурентов, которые тут же готовы будут ударить тебя в спину. А здесь целая треть!
Конечно же, взгляд Морфея неуловимо поменялся. В глазах у него блеснул азарт хищника, который приценивается к жертве, пытаясь понять, достаточно ли она слаба, чтобы нанести последний удар. И это Неназываемому очень не понравилось.
— Что мы такого сделали, что помешали тебе? — нахмурился он.
— Что вы сделали? Равновесие, чёрт вас подери! Долбанное равновесие! Великий Охотник, переродившийся в этом зачуханном мирке, куда у Ордена долгое время не было никакого доступа. Это вам ни на что не намекает?
— Охотник перерождённый. Он не представляет для нас никакой опасности, — уверенно сказал Неназываемый.
— Аха-ха-ха! — Мудрейший начал истерически смеяться, из его глаз потекли слёзы. — А как ты думаешь, Охотники тебя нашли?
— Хм-м… — Неназываемый смутился. Честно говоря, он думал с этим разобраться позже, после восстановления сил. Сейчас он только-только вышел из медитации. — Я работаю над этим.
— Хреново ты работаешь. Очень хреново, — сказал Мудрейший. — Так вот, тот самый перерождённый Великий Охотник поставил метку на твоего миньона. Ты знаешь, что метка Охотника позволяет открывать порталы Охотникам в любое место?
Внезапное осознание надавило Неназываемому на плечи. Он понял, как прокололся, но всё ещё не понимал, как это произошло. Ведь Горгас в разы превосходил силу перерожденца. А он сбежал, ещё и с меткой на спине. Это всё объясняло.
— Да ещё, я уверен, есть у этого перерождённого Охотника, про которого вы стесняетесь говорить, много всего интересного. Тебе, Морфей, нечего сказать? — спросил Мудрейший.
— Ну… — почему-то смутился Морфей. — Один Астральный Воин недавно метеором пролетел через мои владения. Он опустился в место, где заперта одна раса. И я «снял» остаточную энергию от его прохода. Там есть след энергии, которую в него закачали. И это была энергия того самого перерождённого Охотника.
— Вот! — теперь палец Мудрейшего был направлен на Неназываемого. — И как ты думаешь, если твои Спящие Миры, которые дают тебе львиную долю силы, начнут пробуждаться, долго ли ты продержишься, если этого не случится?
Морфей скривился.
— У меня там надежный запор стоял, никому не пробиться.
— «Никому не пробиться!» Реально? Это же сделал какой-то несчастный драконит, — засмеялся Мудрейший.
— Стоп, я не говорил, что это был драконит, — нахмурился Морфей, осознавая, что Мудрейшему известно гораздо больше, чем надо.
Тем временем Мудрейший тяжело вздохнул.
— Вы всё ещё забываете, с кем имеете дело. В общем, слушайте сюда! Мне пришлось активировать своих миньонов раньше времени. Но и сейчас туда припёрся перерождённый Охотник. Мне пришлось поднимать божественный купол, чтобы не случилось непоправимого. Теперь оттуда никто не сможет выйти, но и попасть туда тоже невозможно.
Он снова тяжело вздохнул и покачал головой. В его мудрых глазах была злость и печаль.
— К сожалению, я не вижу другого способа, кроме как объединить наши усилия.
— О, ну это мы с радостью! — оживился Морфей, понимая, что наказания не будет. Объединиться с Мудрейшим мечтали все божественные сущности.
— Этот Мир должен был быть моим, — угрожающе начал Неназываемый, но через мгновение снова увидел палец Мудрейшего, направленный в его сторону.
— Так, стоп! Ни слова больше! Ещё пару слов, и я вычеркну тебя из уравнения. Перережу твою связь с этим миром, и тогда ты выйдешь из игры.
— А ты можешь это сделать? — Неназываемый нахмурился.
— Кто знает… — Мудрейший усмехнулся. — Кто знает… Но ты можешь попробовать это выяснить. Ну так как? Какое твоё решение?
Неназываемый тяжело вздохнул. Потеря трети силы, щелчок по носу, вполне осязаемое злорадство Морфея, неожиданное появление Мудрейшего — всё это выбило его из колеи. Но, в любом случае, всё всегда можно переиграть. В конце концов, бывшим союзникам всегда можно ударить в спину. Нужно только к этому подготовиться.
— Я готов выслушать твоё предложение, — согласно кивнул Неназываемый.
Глава 7
— Ты точно уверен, старина? — спросил мужчина у своего друга. — Это серьезное заявление, и оно несет необратимые последствия.
— Увы… уверен! — кивнул ему Мак. — Темные во всей Многомерной начали объединяться, и совместно наносить удары. Это точно неспроста, а еще есть информация от некоторых Темных, которые не присоединились к коалиции. Что-то серьезное, по видимому, готовится в данный момент.
— Интересно… — почесал бороду Валиборд. — Если это так, то всему Ордену нужно быть готовым к любым неожиданностям.
— Нужно! — согласился с ним Мак. — И не только нашему Ордену. Возможно, пришло время попросить о возвращении некоторых долгов.
— Возможно… — кивнул тот, а затем повернулся к другим Старейшинам, которые сидели за круглым столом. — А вы как думаете?
После его вопроса начались споры, которые были привычны в этом месте. Старейшины при этом не спорили о том, что им делать и как спастись. Ведь Охотники — люди, на которых точит зуб практически каждая темная тварь. Однако им на любые угрозы было наплевать. Вместо опасливых споров, они сейчас совещались о том, как лучше подготовиться, и не пустая ли это угроза. Ведь и раньше такое случалось, и ничем хорошим не заканчивалось для Охотников. Когда Охотники ждали грандиозных сражений, а вместо этого ничего не происходило, то… Такие случаи и назывались, как ничего хорошего. Все разочарованно вздыхали и расходились по своим делам.
— А еще я могу заявить во всеуслышание… — вдруг взял слово Мак. — Сандр не просто жив… Он действует, да с таким размахом, что Темные, хоть пока ещё не дрожат, как раньше, но уже пребывают в замешательстве и в гневе.
— Отлично! — радостно хлопнул в ладоши Ирвинг. — За это можно и выпить… Черт, может, такими темпами, он и здесь скоро появится. Наверняка, при этом будет слабым, и я смогу на равных с ним выйти в спарринге, как в старые добрые времена.
После его слов все присутствующие захохотали. В то же самое время каждый, кто здесь находился, в том числе, и сам Ирвинг, понимали, что такого никогда не произойдет. Чтобы Сандр, и был слабым? Нет… Они охотнее поверят в то, что сам Неназываемый вдруг станет светлым, и перейдет на сторону добра.
Ведь Сандр был легендой, Великим Охотником, не знающим поражений… Правда, он погиб, но зато, как! Там, где не смогли справиться две сотни Охотников… Справился только Сандр!
Ему противостояла Пепельная Гидра, которую специально подкармливал анклав из двадцати шести Темных и двенадцати Хаотичных, при поддержки шести светлых божков… Это существо одолеть, практически, было невозможно. Для этого нужно было созвать весь Орден, со всех мест, но увы… Гидре удавалось отожраться в самые короткие сроки, ведь она питалась, как плотью, так и душами. А Мир, в который ее выпустили, был очень непростым. Люди, живущие там, веровали в Кодекс, как в самого себя. За это Охотники и защищали этот Мир столетиями. Там, грубо говоря, даже длительных войн никогда не происходило. Когда назревал какой-либо конфликт, то приходил Охотник, и усаживал всех за стол переговоров. И тогда правители мирно договаривались между собой. Люди верили в Кодекс и Охотников, и Сандр доказал им, что их вера была не напрасной. Стоит ли упоминать, что даже в самых захолустных деревнях этого Мира стоят статуи Сандра.
Охотники даже шутят по этому поводу, что когда Сандр вернется из запретного и закрытого Мира, то очень удивится. Ведь прана… она никуда не девается, а копится годами. И когда он появится здесь, то она сразу найдет своего владельца. А вот что тогда произойдет, Охотники пока точно не знают. Оказывается, даже такое может быть в этом Мире. Что любопытно, обычно вся прана уходит прямиком Кодексу, и это нормально. Но здесь Охотники случайно обнаружили, что его энергия никуда не девается, и это… кажется, его награда от Кодекса. Что ж, возвращение Сандра весь Орден ожидает теперь даже еще сильнее… Уж очень любопытно, что произойдет. Хотя казалось, куда еще больше.
— Есть еще одна… гхм… загвоздка. Морана! — решил вынести эту тему на совет Мак. — Морана хочет помочь Сандру, и клянется нам, что ее сын больше не потеряет над собой контроль. В этот раз она знает, что делает.
— Хм… Ее стоило бы немного прижать, вместе с ее мерзкими детишками, — вмешался Фивий. — Однако, если это вопрос помощи Сандру, то я считаю, что мы сможем с ней договориться.
— Тоже так думаю, — согласно кивнул Мак, и отхлебнул из своего кубка. — Помимо боевой помощи, она сообщила, что у нее есть возможность передать ему небольшую посылку.
Вот тут все старейшины подорвались со своих мест.
— Какого размера посылка? — уточнил Дилан.
— Небольшого… Там действительно все не так просто, ведь она потратит на это дело достаточно много своих сил.
— Доспехи Сандра! — воскликнул один из них.
— Браслеты Изиды! — снова новый голос.
— Зелье быстрой печати! — пробормотал один из старейшин.
— Ящик Пандоры! — выкрикнул самый младший из них Торин.
Охотники замолчали и с укором взглянули на него.
— Ты лучше не перегибай! Морана не бессмертна, как и Мир, в котором живет Сандр.
— Тогда нам надо хорошенько всё обдумать, — молвил Ирвинг и задумался.
Однако Мак не успокоился и продолжал говорить.
— Морана дала подсказку, что сейчас ему нужно больше всего, — его слова привели к тому, что все взгляды снова сфокусировались на одном человеке. — Она дала мне чертеж предметов, какого они должны быть размера, и что в них должно быть заложено.
Тут же бумаги были выхвачены из рук старейшиной, который отвечал за артефакторику, и…
— Хрень какая-то… — зачем Сандру такие маленькие браслеты. Он что — ребенок или женщина? А серьги… Да и набор очень странный. Защита разума… Полный блок сознания… Защита Виего от физических повреждений… Кажется, она хочет нас обмануть, и подбирает защиту для себя.
Все Охотники задумались над этими словами. Почти все. Была парочка людей, которые усмехнулись, в том числе и Мак. Их улыбки были вроде неприметными, но в то же самое время они говорили о многом. Словно эти Охотники о чем-то догадались.
Поделиться книгой: