Помоги проекту - поделись книгой:
Но тут произошло неожиданное.
Стражи из каменных статуй вдруг ожили и преградили путь.
— В чём дело? Вы меня не пустите?
— Приказ Его Величества. Из замка вас выпускать не велено, леди Юлия, — вежливо поклонились мне.
Я смерила подозрительным взглядом мужчин, сурово сдвинувших брови, и поняла, что умолять бесполезно. Развернулась на пятках и поспешила назад к лестнице.
— Юля, ты куда? — воскликнула мне вслед Камилла.
— За разрешением! А заодно за рюкзаком!
Переводя дыхание после лестницы, я забарабанила в покои Императора.
— Его Величества там нет, — подсказали стражи.
Отлично! Шанс забрать рюкзак!
Я надавила на ручку, но стражи подались вперёд и опять преградили путь.
— Да, что вы сговорились что ли⁈ — пробормотала я. — Я хочу вещи забрать, забыла утром!
— Вам нужно дождаться Его Величества, — вежливо ответили мне. — Никто, даже любовница Императора не имеет право войти в покои без его присутствия. Простите, леди Юлия, мы всего лишь выполняем приказ.
Любовница Императора!
Мои глаза полезли на лоб. Всего лишь позавтракала с ним, а уже такие слухи пошли! Не Императорский замок, а змеиный клубок!
— А где Он⁈
— Его Величество на совещании, — стражи кивнули на позолоченную дверь, расположенную напротив.
Подоспела задыхающаяся Камилла и проводила меня, пересекающую анфиладу, ошарашенным взглядом.
— Не надо, Юля, — только и успела проговорить она.
Но я уже распахнула двери, стражи у зала совета меня не остановили. Видимо, такого приказа не было.
Вильгельм сидел во главе стола с задумчивым видом и крутил в руках карандаш, пока седоволосый, одетый в мундир господин что-то докладывал, теребя в руках лист бумаги.
Наши с Императором взгляды встретились, и в груди что-то оборвалось. Меня захватила буря чувств. От непроглядной злости на мужчину, усложнившему мне жизнь, до пронзительной тоски о том, что я никогда не буду принадлежать ему.
Прошло мгновение, я продолжала стоять, как истукан, под взглядами суровых властных мужчин, собравшихся за столом, и не могла вымолвить ни слова.
Вильгельм осмотрел мой наряд и победоносно отклонился к спинке кресла. Взмахнул рукой, останавливая речь докладчика, и кивнул мне, как бы спрашивая, зачем пришла.
— Добрый день, господа, — проговорила я, смущённая всеобщим вниманием. — Можно мне выйти в сад, Ваше Величество?
Вильгельм снова ощупал меня глазами. Да так осязаемо, что жар прилил к щекам.
Прошло мгновение тишины, в которой оглушительным ударом бухнуло сердце.
— Можно, — наконец сказал Император и тепло улыбнулся.
Не улыбайтесь так, пожалуйста, Ваше Величество! Вы что-то со мной такое делаете, что я дышать не могу!
— Благодарю, — коротко поклонилась и юркнула за дверь.
Блин, про рюкзак спросить забыла! Но увидеться с ним ещё раз — нет, такого моё сердечко не выдержит. Да и он может заподозрить, что я собралась умотать!
Я отступила от дверей. Меня встретило белое, как снег, лицо Камиллы, выражавшее искреннее недоумение, как меня ещё не прибили.
— Мне разрешили! Идём! — сказала я.
16
— Ваше Величество, чтобы провести отбор невест без накладки для бюджета, может, повысим налоги?
— Свадьба Императора должна вызывать радость у народа, а не желание проклясть правителя мужской несостоятельностью, нет! — ответил Вильгельм. — Я не буду устраивать из отбора карнавал. Приглашу только трёх-четырёх самых сильных кандидаток — мне нужен быстрый и качественный результат. Всё, довольно об отборе. Расскажите, как выполнили мои прошлые поручения?
Докладчик начал говорить. Вильгельм наклонился над столом и потёр виски, с досадой отметив, что мыслями сейчас был где угодно, только не на совете правительства.
В его голове прочно засели мысли о чужестранке. Юлия пришла к нему на рассвете в личные покои, огонь и когти! И нарушила весь его распорядок дня! Да если бы только распорядок дня, она всё в его душе нарушила!
Какая возмутительная девчонка!
Он даже девушкой не мог её назвать: похожа на щуплого подростка! Мальчишку! Девчонка!
«Взрослая моя женщина… Юленька…» — усмехнулся он в мыслях, вспоминая сияющую улыбку девушки, столь юной и прекрасной.
Юля явилась к нему в покои с такой дерзостью, что он даже не решился её выставить! Вместо ежедневной тренировки с боевыми магами, он сел завтракать, как какой-нибудь имперский интеллигент, а не маг-Дракон!
«Ох, Юленька, что ты со мной делаешь?»
Она была такая маленькая и смешная. Милая! И заставила его улыбнуться впервые за десяток лет…
А потом пришла леди Мирэль, его мать, которая лет двадцать, с момента появления на свет любимчика Кристиана, ни разу не посещала покоев старшего сына.
Мама начала обижать Юлю, и Дракон внутри Вильгельма взревел, будто покусились на самую большую его ценность. Потребовались все силы, чтобы усмирить зверя и не позволить себе нагрубить матери. Вильгельм мягко выставил леди Мирэль за дверь и застыл в оцепенении.
«Может, я плохо старался, целуя её? Может, Юля всё же та, кто так мне нужна? Моя саэни? Ведь я так хочу её снова поцеловать!»
Вильгельм предложил Юле пойти на отбор — это было делом чести. Он не мог её не позвать после всего, что между ними было. Мужчина всегда несёт ответственность перед женщиной, которую целовал и тем более видел без одежды.
Да, у неё не было ни единого шанса, ведь ему нужна магически одарённая жена, которая родит сильного наследника, способного принять магию Дракона. Но он окажет ей честь. Это долг. А ещё просто потому что ему так хочется. Дракон от мыслей увидеть Юлю на отборе быстро присмирел.
Она сказала, что не девственница. Вернее, не сказала, а красноречиво промолчала, чтобы он так подумал. Подумал и не звал на отбор? Смешная девочка! Только скромные девственницы могут так смущаться и прятать глаза.
Он не поддался, с отбора снимать не стал. Не мог. Всё же, он постарается ещё раз проверить, что тоги не проявились, и только когда будет полностью уверен, отпустит её.
Вильгельм хотел проверить поскорее, ещё одним поцелуем, но Юля осадила его, сказала, что его поцелуи отвратительны! У Вильгельма ухнуло сердце. Дракон снова начал раздирать человеческую оболочку, чтобы вырваться наружу, сорвать с Юли странную иномирскую одежду и сделать эту дерзкую девочку своей! Своей навсегда!
Он позволил ей сбежать от него, потому что боялся за неё. За то, что может с ней сделать.
«Идите», — приказал он.
Понадобились нечеловеческие усилия, чтобы отпустить. Успокаивала только одна мысль, что отпускает всего лишь в соседние покои. Из замка он её не выпустит. Никуда он её от себя не отпустит, пока точно не убедится, что она не его истинная.
Сомнения, несмотря на все противоречия, разрастались с каждым ударом сердца.
Когда Юля ушла, в груди болезненно закололо. Вильгельм никогда не страдал ни ревматизмом, ни другими хворями — регенеративная магия Дракона оберегала его от всех болезней. И он не сразу понял, что это тоска.
Чужестранка оставила свою странную наплечную сумку, и Вильгельм не удержался, взял её и вытряхнул содержимое. На стол посыпались пишущие палочки, цветные бумажки — всё было необычным, интересным и пахло сладостями. Но наибольшее внимание привлекла маленькая коричневая книжечка с портретом Юленьки. Она тут ещё совсем ребёнок с большими печальными глазами и длинными светлыми волосами. Кто бы мог подумать, что такая прекрасная нежная девочка на портрете могла стать такой отчаянной хулиганкой?
Вильгельм положил книжечку в нагрудный карман и отправился на совещание.
Двери зала распахнулись, и на пороге предстала она, Юля. Вильгельм изумлённо уставился на платье, одно из тех, которые приготовил для своей женщины. Как удивительно оно ей подошло! Миниатюрная фигурка, пушистые светлые волосы и большие голубые глаза — Юля была похожа на куколку. Открытые плечи и отсутствие лямочек заставили задуматься, что вчерашней тряпочки на ней больше не было. Вильгельм признался себе, что ни о каком совещании сегодня думать больше не сможет…
Юленька попросила погулять в саду. Он не мог сейчас ей ни в чём отказать: такой красивой и нежной девочке.
— Можно, — сказал он.
Юля выпорхнула за дверь, а Вильгельм прижал ладонь к груди, к карману с портретом, и подумал, что нужно скорее заканчивать это бестолковое совещание и поторопиться в сад, самому погулять с Юленькой.
17
Я думала, как буду объяснять стражам на выходе, что мне разрешили погулять, но когда мы подошли к дверям, то воины сами отворили их перед нами с Камиллой.
— Как они поняли? — прошептала я на ухо девушке, когда мы спускались по широким ступеням в зеленеющий сад.
— Маги воздуха могут слышать друг друга на расстоянии, — улыбнулась Камилла. — Именно благодаря связи стихии воины-маги Императора Вильгельма одержали верх над хаосом в давней битве. Маги воды, маги огня и земли так не умеют, как и не умеют открывать порталы.
Широкая, посыпанная мелким гравием аллея с подстриженными газонами вела нас к кромке цветущей рощи. Аромат цветов благоухал и успокаивал встревоженное сердце. Меж стволов блестело в лучах солнца небольшое озерцо или речка, чьё журчание ласкало слух. Пели птицы. Казалось, я попала в волшебную сказку. А ведь так и было… только сказка оказалась триллером.
Камилла распростёрла руки навстречу тёплому ветру, заулыбалась и как-то подозрительно на меня посмотрела.
— Что? — пожала я плечами.
Настроение у меня было скверное. Улыбаться не хотелось. Поскорее бы вернуться домой и без лишних приключений!
— Юля, ясного неба в долине не было уже много лет! — воскликнула Камилла. — И всё благодаря тебе!
— Да что ты. Я на погоду не влияю, знаешь ли, — безразлично отозвалась я.
— Ты не влияешь, а Дракон бури влияет. Из-за проклятия и мрака в душе Его Величества у нас каждый день клубились тучи и гремели грозы. А сегодня ясное небо и солнце! Значит, Виленна права!
— В чём? — поморщилась я, сворачивая за Камиллой на поросший мхом каменный мостик, а затем на узкую тропинку, пролегающую меж фигурно выстриженных кустов.
— Она говорит, что ты, Юля, на самом деле саэни Императора, но проклятие не позволяет проявиться тогам, — доверительно произнесла Камилла.
— Вильгельм позвал меня на отбор. Тоже не верит, что ошибся, — пробормотала я.
В голове вновь прозвучало его снисходительное: «Первым испытанием будет проверка на магию, вы его не пройдёте, и не придётся позориться на проверке девственности».
— Но зато я уверена! — воскликнула я. — Уверена, что он ошибся и испортил мне жизнь! Я хочу убраться отсюда поскорее. Хочу домой!
Камилла с досадой поглядела на меня, передёрнула плечами в изящном зелёном платье и двинулась вперёд.
Мы пересекли широкую гравийную аллею и снова свернули на тропинку. Закрались подозрения, что мы ходим по кругу.
— Скоро мы уже найдём Кристиана?
— Мы почти пришли к поляне рокков. Принц, наверное, уже готовит зверя для вылета.
Опять это странное «вылет». Приглядевшись, я увидела за деревьями загончик, а в загончике крылатых не то собак, не то коней и от удивления у меня быстрее забилось сердце. Захотелось рассмотреть ближе.
Нас окружали диковинные деревья с тонкими стволами и раскидистыми кронами, увитые цветущим вьюном. Рядом, делая изгиб, протекал ручеёк, который издали показался мне озерцом. Я подняла голову и увидела вдали, откуда тёк ручей, порожистые водопады. А ещё каменные мостики и уютные скамеечки, на которых захотелось посидеть и посозерцать открывающееся великолепие: над садом высились белоснежные горы, в вышине неба летали птицы или рокки? А замок, оставшийся позади, больше не казался ужасной тюрьмой, а представился восторженно прекрасным, сиющим белым мрамором дворцом.
Красивый парк, прекрасный.
— О, Кристиан уже тут! — воскликнула Камилла, заулыбалась и помахала рукой юноше, двигающемуся на крылатом звере по широкой зелёной поляне меж деревьев. Принц явно готовился к взлёту.
— Камилла! — возмутилась я. — А если бы он улетел⁈ Ты специально не торопилась! Кристиан, подождите!
Я устремилась к молодому мужчине, восседающим в седле на могучем фантастическом звере с мордой пса, крупом лошади и мощными крыльями, покрытыми серебристыми перьями.
Но не зверь вызвал во мне изумление, а вид принца. Нет, лицо у него было симпатичное и умное, красивые смоляные волосы спускались до плеч — красавец, просто модель с рекламного щита. Но у парня были непропорционально тонкие бёдра, и ткань брюк не могла этого скрыть. Принц, что, инвалид?
18
Я стояла, разинув рот от изумления, разглядывала принца, и не заметила, как мои ноги облепили маленькие мохнатые существа. Их влажные носики защекотали щиколотки, и я вздрогнула.
— Ой, мамочки, кто это⁈
Пять маленьких щенков с чёрно-серебристыми шкурками, маленькими глазками бусинками и едва проступающими на спинках крыльями вились вокруг. Один даже встал на задние лапки и потянулся на ручки, высунув язык.
— Это маленькие рокки! — воскликнул Кристиан, двинув к нам с Камиллой своего большого крылатого зверя. — Приветствую, леди Юлия, леди Камилла.
Молодой мужчина отвесил нам почтительные поклоны из седла. Какой приятный молодой человек! Не то, что его величественный грозовой брат!
— Смотрю, меня уже все знают, и представляться не надо, — процедила я, краснея.
Сделалось как-то неловко. Меня действительно знали все, кого я встречала. Вот интересно, как меня Вильгельм представил? Так, как орала его мать: «Это моя ошибка, знакомьтесь, Юлия»?
Отвратительно.
Поделиться книгой: