Четыре сыщика

«Скажу далеко, еще пойдет за мной. Вот так и становятся героями криминальных передач. И сценарий ничего такой: бодрый артист расскажет под тревожную музыку, как нашли молодого сыщика на заливе бездыханным. Или, чего хуже, уцелели только кости, остальное Егорыч в мясной сдаст», – пронеслось в голове у Мити, а вслух он уверенно произнес:

– Иду в соседний дом. Там свои.

– К бабушке Лине, что ли? Дома только Пашка Иванов, ее внук-инвалид. Бабушка ускакала. Чего-то я раньше тебя не видел у них. На Тузика позырить, что ли, пришел? Много тут вас, зевак всяких. Так только хвостатого недавно сперли. Не знаю, кому понадобился этот кабысдох, хоть и дрессированный. Щей с него точно не сваришь! – заявил Егорыч и добавил: – Заболтался я тут с тобой. Ты иди, иди. Только гляди в оба. А то тут на заливе много всякого странного брата можно встретить: художники, писатели, поэты, вечно как волки голодные. Еще съедят, – не унимался мужичок с длинными клыками.

Митя быстрым шагом, оглядываясь, прошел мимо одноэтажного домика с вывеской «Мясо на любой вкус» и улыбающегося у входа высокого тучного человека с огромным красным лицом.

«Мясник, – понял Филин и прибавил скорость. – Может, и Тузик уже там, в „Мясе на любой вкус“. Собак в некоторых странах едят, дикари», – содрогнулся от одной этой мысли Филин.

Митя подошел к дому бабушки, давшей объявление, и осмотрел двор. Небольшие елочки, ухоженные дорожки, уютная деревянная беседка перед двухэтажным домом, окна с расписными ставнями и разноцветными горшочками на подоконнике – все это вернуло Мите душевное равновесие. В доме горел свет.

Филин уверенно постучал в дверь.

– Добрый день! Меня зовут Митя. Я к бабушке Лине по объявлению, – представился Филин вышедшему на стук молодому, лет двадцати пяти, рыжеволосому парню на костылях.

– Да, заходи, ее до вечера нет дома, а объявление она попросила дать, да. Слишком бабушка доверчива, поэтому я и телефон не оставил, решил взять дело в свои руки. Я Паша, ее внук. Жаль, у меня ноги плохо работают, а то поймал бы ворюг да накостылял им, – пожаловался парень. – А ты, наверное, еще в школе учишься? – спросил он удивленно.

– Да, в школе. Но я уже не одно серьезное дело раскрыл, – заявил Митя, слегка покраснев, и добавил: – Со своей командой.

– Понимаешь, Митя, я очень хочу помочь бабушке, но не знаю как. Старинный самовар ей достался по наследству – семейная реликвия в общем. А Тузик – настоящий артист. Кто бы мог подумать, что существо весом в полкило может так соображать, как этот малец! Он и тапки подает, и кружится на месте – танцует, и в картишки в дурачка сыгрануть может: возьмет из колоды карту лапками и бросит мне, смешной такой, компаньон. А то мне, инвалиду, что делать? Один он друг у меня. А бабушка его Малышом называла. Ну вот какой он Малыш? Восседает на лошади, словно царь. Настоящий Туз! Они с конем дружбаны! – добавил Паша.

– Ничего не понимаю. Какая лошадь? И что за собака весом в полкило? – спросил Митя.

– Какая собака? – удивился внук.

– Тузик, – ответил Митя.

– Так он крыса. Белая, – засмеялся Паша. – А вон скачет бабушка Лина, – указал он на окно.

И без того удивленный рассказом о Тузике, Митя выпучил глаза: стройная седовласая дама лет шестидесяти подъезжала к дому на лошади.

– Это наш Василёк. Старый добрый конь. Соседи, хозяева его, уехали жить за границу, бабушка Лина себе его забрала, не дала усыпить. И Тузика взяла себе, в довесок. Хозяева деньжат присылают иногда на пропитание коня, – пояснил Паша.

– Паша, у нас гости? Василёк почуял, волнуется, он без Тузика стал сам не свой, – грустно сказала бабушка Лина, войдя в дом.

Глава третья. Начало расследования

– Добрый день, меня зовут Митя Филин, я по объявлению! Помогу найти Тузика с самоваром, – выпалил он, внезапно для себя заикнувшись на последнем слове и представляя себе лица ребят в момент оглашения дела о поиске дрессированной крысы!

– Юный сыщик, значит, – хозяйка тяжело вздохнула, – ну, присаживайся, будем пить чай с морошкой, да моим фирменным печеньем угощу. Правда, чай не такой вкусный, какой получался в нашем самоваре. Из него еще мои предки-дворяне пили.

– А почему вы не позвонили, прежде чем приехать? – спросила бабушка Лина, наливая чай внуку и Мите в чашки.

– Так номера телефона в объявлении не было, – ответил Митя.

– Прости, бабушка, это я недотепа, – сказал Паша.

– А у вас есть фотография самовара? – приступил к опросу Филин, угощаясь мягким, воздушным творожным печеньем с запахом ванили.

– Конечно! Смотрите – вот наша семейная реликвия, – бабушка Лина бережно сняла с полки фотографию в рамочке и протянула Мите.

Посеребренный, с потертостями, самовар выглядел настоящим раритетом.

«От него веет историей», – подумал Митя, вертя фотографию в руках.

Бабушка Лина вытерла слезы, закатала рукава свитера, и на ее правой руке Митя увидел большую татуировку в виде букета ландышей. В лучах света, исходящего от люстры, краски так играли, что казалось: ландыши переливаются серебром.

– Ого! – Филин удивленно поднял брови.

– Да, я ходячая реклама. Я ведь художник, вот на пенсии научилась тату набивать. Принимаю на дому. Нужно внука поднимать, реабилитация стоит денег. Главное, хороший доктор в наших краях нашелся.

– Митя, если бы не бабушка Лина, то надежды у меня было бы ровно ноль. После аварии могу ходить только с костылями. Кучу денег на реабилитацию потратили! Бабушка Лина согласилась меня приютить, а я ей всего лишь троюродный внук, седьмая вода на киселе, в общем. Я из деревни приехал. У нас там ни врачей, ни больниц нормальных. Святая женщина, приютила меня! – Внук поцеловал бабушке руку.

– Ладно тебе, Паша, лечись! Главное, ноги восстановить. Еще попляшешь на своей свадьбе! – ответила бабушка Лина.

Митя внимательно осмотрелся по сторонам.

– А что у вас такие розы странные, концы лепестков словно пожеваны? – обратил он внимание на цветок в горшке.

– А, да это наш проказник Тузик цветочки любил продегустировать! Вот осталась от него память, – прослезилась хозяйка.

– Что обычно еще ел Тузик? Что ему нравилось? – продолжил расспрашивать Митя.

– Он печенье любил, мною испеченное. Бывает, спрячется где-то, но, как почует запах, так бежит скорее.

«Как я понимаю Тузика – оно действительно очень вкусное», – подумал Филин.

В дверь постучали.

– Участковый пришел. Я его вызвал, пусть ищет, – прошептал внук.

– Эх, Паша, зачем? Ты же знаешь, я хотела без него обойтись. Вечно он занят не пойми чем, – запротестовала бабушка, но впустила полицейского в дом.

– Ух как вкусно чаевничаете! – потирая руки, сказал участковый. – Можно мне вашего печенья?

– Ну, садись, коль пришел, – бабушка Лина пригласила его к столу и налила ароматного чая.

– Так позвали, вот и пришел, – участковый указал рукой на Пашу. – Думаете, других дел нет, кроме как вашего Тузика искать? Вот о пропаже самовара заявление можете написать.

– Наш Тузик дороже самовара. Вот когда Василёк заболел, так он день и ночь в его гриве копошился, не отходил ни на минуту. И конь выздоровел! А умный какой да ласковый – я раньше и не знала, что крысы такими бывают! – Глаза бабушки Лины налились слезами.

Участковый с аппетитом ел печенье, прихлебывал чай и между делом разглядывал Филина.

«Только бы все не съел – нужно попросить с собой как приманку для Тузика», – волновался Филин.

Участковый перекусил, рассказал анекдот, над которым сам посмеялся, подмигнул Мите, бросил напоследок «жду от вас заявление» и откланялся.

– Бабушка Лина, а что вы можете сказать про Егорыча и мясника? – глядя на часы, продолжил опрос Филин.

– Ну что сказать, Егорыч – рукастый, к нему всегда можно обратиться за помощью. Но дела у него плохо идут. А мясник… Ну что мясник… бизнесмен и не очень-то дружелюбный дядька. Как даст своим тесаком по столу – страху на сельчан нагоняет, – рассказывала бабушка Лина. – Да, и тату самого себя в образе короля попросил набить. Несколько часов работала – все покрасивше себя хотел изобразить и моложе, – добавила она.

– Бабушка, ты забыла сказать, что в тот злополучный вечер, когда пропали Тузик и самовар, участковый видел Егорыча с мясником у нашего дома, – взволнованно произнес внук.

– Эх, Пашка, мало ли что он видел!.. Егорыч часто мимо ходит и что? Мужик он простой, но не вороватый, – уверенно произнесла бабушка Лина. – А у мясника и так денег море. Зачем ему наши самовар и Тузик?

– А что-нибудь необычное в последнее время вокруг происходило? – выяснял Митя.

– Я вот что каждые выходные замечаю: по вечерам, когда стемнеет, на заливе иномарки паркуются. У одной в номере три четверки, у другой – три шестерки. Мажоры всякие, любят красивые комбинации. Соседка говорила, что еще девушка приезжает на новеньком «мерседесе». Из города погулять? Почему нет? Но странно, что машины есть, а людей на заливе в это время не видно. Может, бандиты какие-то, – высказала свои опасения бабушка Лина.

– Да тут еще с металлоискателями парочка вдоль залива ошивается. Вот странные. Ищут потерянные на пляже золотые украшения или чего еще вынюхивают. Один к нам заходил, водички попить просил, а сам глазами зыркает по двору! – добавил внук.

– А что вы можете сказать про хозяина здания «Пиковая дама»? – спросил Митя.

– Да это доктор мой, Тадеуш Ульянович Здоровенький, он порой даже ночью пациентов принимает в своем уютном кабинете, дай Бог ему здоровья! К нему кто только не ездит! Кстати, в кафе у него и Егорыч с мясником бывают, пивом балуются, – сообщил внук.

– А что еще есть в здании, кроме кафе и кабинета? – спросил Филин.

– Только небольшой тренажерный зал, рядом с кабинетом. Доктор для реабилитации сделал, – уверенно сообщил Паша.

– Мне нужно ехать, я хотел бы попросить ваш номер телефона, – сказал Митя бабушке Лине.

Она по старинке записала номер на листочке и протянула Мите.

Митя выпучил глаза: номер кончался на три семерки.

– А откуда у вас такой красивый номер? Вы любите красивые комбинации цифр? – удивленно спросил Филин.

– Ай, да это мне Тася оформила, моя клиентка, так легче запоминать, – сообщила она.

«Тася, „Пиковая дама“…» – мелькали мысли в голове у Филина.

– Бабушка Лина, а какое вы ей тату делали?

– Пиковую даму. А что такое? – удивилась она такому вопросу.

– Да нет, просто спрашиваю, – ответил Митя, подумав: «Наверное, потому, что кафе так называется, да и у самой Таси черные как смоль волосы».

– Можно мне взять с собой вашего печенья? Вдруг Тузик на запах прибежит! – спросил Митя у бабушки Лины на прощание.

– Да, конечно! Правда, только три штучки осталось, – бабушка сложила в пакет все, что осталось.

На берегу залива было пусто, голые деревья дрожали на ветру. Филин превратился в одно большое ухо, прислушиваясь к каждому звуку. Вдруг Митя резко обернулся – ему показалось, что он слышит чье-то дыхание.

– Не боишься здесь шататься? А то мы тут разное откапываем, – крикнул ему женский голос.

Митя увидел парня с металлоискателем, а рядом с ним стояла девушка.

Он ничего не ответил, а лишь прибавил скорость. Недалеко от «Пиковой дамы», на обочине дороги, он заметил «Мерседес-Бенц» с тремя шестерками в номере.

«К доктору, наверное», – предположил Митя. Он быстрым шагом подошел к старинному зданию. На двери висело объявление: «Срочно требуются официанты и уборщики».

В «Пиковую даму» входила девушка в длинном платье и меховом манто. Митя, зевая, изо всех сил борясь со сном, решил побродить рядом, понаблюдать за домом. Через двадцать минут девушка выбежала из кафе заплаканная, в одном платье, за ней приехало такси.

«На работу не взяли и манто отняли? Не-ет, такая краля явно приходила за чем-то другим», – пытался разгадать загадку Митя.

* * *

Митя влетел в полупустой вагон электрички. «Дело бабушки с ландышами. Пропажа Тузика и самовара. День первый», – наговаривал он полушепотом на диктофон собранную информацию.

Филин приехал домой совершенно разбитый. Но его распирало от желания поделиться с кем-то из ребят.

«Сброшу отчет Ане, она вроде уже не температурит, да и в соцсети сегодня зависала, значит, полегчало», – подумал Филин и отправил ей запись с пометкой: «Новое дело. Слушать без свидетелей».

– Митя, привет! Интересное дельце! Завтра едем вместе! Родители допоздна на работе, а у меня, кроме насморка, никаких признаков болезни уже нет, – тараторила Аня по телефону после оперативно прослушанной информации.

– Сопливых не берем! – Митя попытался рассмешить Аню.

– Договоришься, друг, приснится тебе твой Егорыч с большими клыками! А рядом никого не будет. У-у-у-у! – завыла Аня и, хихикнув, спросила: – Что, реально такой страшный, прям герой из фильма ужасов?

– Не смейся. Подозрительный тип. До встречи на вокзале. «Ласточка» в десять ноль-ноль, – скомандовал Митя и с мыслью: «Пусть хоть комары, хоть птеродактили летают», – уснул без задних ног.

Глава четвертая. Поиск следов преступления

На вокзале Митя высматривал Аню. Пять минут до отбытия, а ее нет.

«И на сообщения не отвечает! Что-то случилось!» – разволновался Филин. Он словил на себе пристальный взгляд улыбающейся ему взрослой девушки в очках с розовой дымкой, которая показалась ему знакомой.

«Вроде без книг и газеты! Может, рот в шоколаде? Я же только что схомячил кусок», – подумал Филин, пытаясь незаметно рукавом куртки подтереть рот. Девушка подошла поближе.

– Три-три, будет дырка! – засмеялась Аня, похлопав Митю по плечу. – Ну, раз ты не узнал, значит, хорошо законспирировалась.

– Вот это да! Да тебе на пять лет больше можно дать! – воскликнул Митя.

– Не самый лучший комплимент! Но в нашем случае вполне даже клевый! – рассмеялась Аня и добавила: – У меня есть план. Я полночи шарила в Интернете, искала информацию про скупки старинных вещей и зоомагазины. В Комаринском всего два ломбарда и один зоомагазин, в которых продают и попугаев, и декоративных крыс. Вдруг все намного проще, чем кажется? Какой-нибудь алкоголик сдал за копейки самовар, а деньги пропил. А Тузик, предположим, сам сбежал или его поймал кто-то. Может, сидит в клетке в каком-нибудь магазине.

– Хорошо, что я добыл ценную информацию: Тузик любит печенье и жевать цветы. На всякий случай возьми с собой! – Филин достал завернутую в бумагу печенюшку и протянул Ане.

– Слушай, Митя, я вот еще про твою попутчицу Тасю думаю, администратора из «Пиковой дамы». Может, с ней поговоришь и мы проберемся внутрь этой старинной корчмы? Там под вечер наверное, много всякого народа собирается. Нужно что-то придумать.

– Лишь бы бабушка Лина не проговорилась, что мы сыщики. А то все медным тазом накроется. Она открытый, доброй души человек, всем верит, – ответил Филин.

– Ну и ты раньше времени никого не подозревай. В чем, собственно, можно заподозрить, например, Тасю? В любви к красивым цифровым комбинациям? – вздохнула Аня.

На станции ребята разделились: Филин пошел гулять по ломбардам, Аня – в зоомагазин.

* * *

– У меня ничего подозрительного! Везде висят объявления о пропаже Тузика, он, оказывается, местная звезда! Одни охи и ахи, продавцы в курсе! В клетках одни попугайчики сидят. А у тебя что? – спросила Аня по телефону с надеждой в голосе.