– Я все еще не знаю, о чем ты говоришь, Джонни, – сказал он. – Но что бы это ни было, я думаю, что ты работаешь сейчас по какому-то делу, так?

– Примерно, – ответил Джонни.

Милройд открыл чемоданчик и вынул оттуда пачку денег таких размеров, что при виде ее у меня глаза полезли на лоб. Я взглянула на верхнюю бумажку и увидела, что это были пятьдесят долларов. Если все они были такого же достоинства, то в пачке было больше денег, чем я видела когда-нибудь в своей жизни.

– Это плохо, – с сожалением сказал Милройд. – Видишь ли, мне сейчас нужен хороший сыщик, Джонни. Один человек во Флориде должен мне очень много денег. Я чувствую, что он не собирается мне платить. Мне нужен кто-нибудь, кто повидал бы его и заставил раскошелиться. Это просто совпадение, что мы встретились сегодня ночью. Я собирался позвонить тебе утром и предложить это дело. Тебе придется поработать всего неделю. Короче, я оплачу все издержки.

Джонни твердо покачал головой.

– Не пойдет, Алекс, – сказал он. – Все, что я говорил, остается в силе.

– Ты делаешь ошибку, – мягко сказал Милройд.

– Не думаю, – ответил Джонни. Милройд взглянул на бритоголового, который открыл нам дверь.

– Мистер Рио уходит, Чарли, – сказал он. – Проводи его.

Джонни пошел к двери, и я потянулась за ним, когда Милройд резко сказал:

– Не ты, красавица! Ты лучше сядь и отдохни. Ты останешься здесь!

Я уже хотела ему сказать, что он ошибается, но потом поняла, что он прав. Еще два типа вытащили пистолеты и направили их на меня. Я быстро села обратно на диван и попыталась представить, что меня здесь нет.

Джонни резко обернулся, лицо его потемнело от злости.

– Чего ты хочешь добиться, Алекс? – сказал он угрожающе. – Мевис пойдет со мной!

– Ты ошибаешься, Джонни, – сказал Милройд. – Она останется здесь. Она погостит у меня несколько дней – обычная страховка, знаешь ли. Если полиция будет интересоваться тем телефонным звонком, о котором ты упомянул, тогда с этой дамой произойдет несчастный случай. Ничего особенного: просто случайно появится на лице кислота или что-то в этом роде.

Я увидела, как правая рука Джонни скользнула под пиджак, затем внезапно остановилась, когда бритоголовый упер ему в спину дуло пистолета.

– Не будь героем, Джонни, – Милройд тепло улыбнулся. – У тебя уже есть одна дыра в голове, ты хочешь еще одну – в спине, для комплекта? – Он кивнул Чарли. – Проследи за тем, как мистер Рио уйдет, и чтобы он не пытался вернуться после того, как ты его проводишь. Если же он все-таки вернется, то закон разрешает нам стрелять в разбойников, прячущихся на чужой территории!.

– О'кей, – ухмыльнулся Чарли, вдавливая дуло пистолета в спину Джонни. – Ты слышал, что сказал босс?

– Только одно, Алекс, – с натугой сказал Джонни. – Если с Мевис что-нибудь случится, я…

– Я знаю, – прервал его Милройд. – Я смотрю телевизор, а там вечно говорят такие фразы. Пока ты держишь язык за зубами, с ней ничего не может случиться, Джонни. Помни это.

Внезапно я почувствовала сквозняк по ногам. Я подняла голову и посмотрела, откуда может дуть. Стеклянная дверь во внутренний дворик распахнулась, и все остальное произошло так быстро, что я и глазом не успела моргнуть. Два типа с пистолетами в руках стояли спиной к стеклянной двери, наблюдая за Джонни. У одного из них внезапно подогнулись колени, и он грохнулся на пол. Другой начал было поворачиваться, но в этот момент рукоятка черного пистолета ударила его по горлу, и он упал на колени, схватившись за шею обеими руками и выпучив глаза. Дышать он больше не мог.

Мужчина, которому принадлежала рука, державшая пистолет, ступил в комнату, и я еще никогда не была так рада при виде его темных очков.

– Буэнос менос, – вежливо сказал Рафаэль. – По-моему, я помешал?

– Бросьте свой пистолет! – громко закричал Чарли. – Или я, не раздумывая, застрелю Рио.

– Бедный Джонни, – с сожалением сказал Рафаэль. – Я буду оплакивать его. Но уж раз я не могу его спасти, то я, по крайней мере, могу за него отомстить.

– А? – недоуменно сказал Чарли.

Дуло пистолета-автомата, который держал Рафаэль, мягко повернулось и уставилось прямо в живот Милройду.

– Ты изрешетишь Джонни, а я следом застрелю Милройда, – охотно объяснил Рафаэль. – Это будет только справедливо.

Он отвесил элегантный поклон.

– Сеньор, я предоставляю вам право стрелять первому.

– Брось пистолет, ты, идиот! – заорал Милройд на Чарли. – Ты что, хочешь, чтобы меня прикончили?

Глава 7

Чарли бросил пистолет, и на несколько секунд в комнате наступила тишина, прерываемая только свистящими хрипами того типа, который получил пистолетом по горлу и теперь пытался восстановить дыхание.

Джонни не двинулся, и я было совсем уже решила, что он прирос к месту от страха, когда внезапно он резко отвел локоть назад и ударил Чарли в солнечное сплетение, тот попятился и уселся на пол. Он ничего не сказал, он просто сидел на полу, в глазах его стояли слезы, а лицо стало бледно-зеленым.

– Я тут какое-то время стоял за дверью, Джонни, – сказал Рафаэль, – Милройд, как я слышал, не отвечал на твои вопросы, а это крайне невоспитанно. Полагаю, нам, может, и удастся научить его лучшим манерам, чтобы он вежливо отвечал на вопросы, которые ты хочешь задать ему.

Рафаэль подошел к Милройду на шаг поближе, на губах его играла мечтательная улыбка.

– Я редкостный учитель хороших манер, сеньора мягко сказал он, – В моей стране я еще не встречал человека, который не усвоил бы их после моих уроков. Техника проста: мы начинаем с ушей. Отрезаем мочки, по очереди, конечно, и если это не убеждает человека изменить свои манеры, мы отрезаем ему кончик языка. Как вы понимаете, говорить он после этого все равно может. Правда, он будет шепелявить до конца дней своих, если, конечно, сразу же не скончается от потери крови.

Рафаэль сделал еще один шаг, и Милройд в страхе попятился. Он взглянул на Джонни с выражением загнанного оленя.

– Рио! – воскликнул он срывающимся голосом." Убери от меня этого маньяка! Джонни пожал плечами.

– Ты же слышал, что сказал этот человек, – ответил он обрадованно. – Я просто наблюдатель!

– Он это сделает! – взвыл Милройд. – Он сумасшедший! Одни его темные очки чего стоят! Я знаю таких людей! Он в душе садист, вот он кто!

– Мевис! – сказал Рафаэль жестко, – На кухне должен быть острый нож. Тебе не трудно принести его?

– Нет! – в страхе закричал Милройд. – Не давайте ему нож! Я все скажу! Все, что хочешь, Джонни! Спроси меня, только спроси, и я отвечу!

– О, прекрасно! Только постарайся не лгать, Алекс. Другого случая тебе может не представиться.

– Клянусь, я скажу всю правду! – с горячностью воскликнул Милройд. Рафаэль выглядел разочарованным.

– Значит, нож пока не понадобится?

– Пока нет! – ответил Джонни.

– Тогда я постараюсь помочь вам в другом, – удовлетворенно проговорил Рафаэль. – Я прослежу, чтобы вас не прерывали.

Он подошел к тому типу, у которого подогнулись колени и который уже поднялся на четвереньки. Рафаэль резко опустил рукоятку своего пистолета на его затылок, и тип сразу же в беспамятстве свалился на пол. Второй тип, который держался за горло, успел только разок пискнуть до того, как Рафаэль проделал с ним то же самое. Потом Рафаэль пересек комнату и подошел к Чарли, все еще сидевшему на полу. Увидев приближающуюся к нему грозную фигуру, Чарли заслонил руками голову и закрыл глаза.

– Ха! – сказал Рафаэль, задумчиво глядя на него, – Да он мыслитель!

Потом он отвел свою правую ногу назад и носком ботинка изо всех сил ударил по тому месту, где так недавно побывал кулак Джонни. Руки Чарли упали вниз, схватившись за живот. Слезы ручьем полились у него из глаз.

– Буэно! – удовлетворенно произнес Рафаэль. – Сейчас ты можешь задавать свои вопросы, и никто тебя не прервет, Джонни.

– Ну, хорошо, – сказал Джонни. – Почему вдова Вторма велела этим двоим доставить его труп тебе?

– Я не знаю, – ответил Милройд.

– Принеси из кухни нож, Мевис, – коротко распорядился Джонни.

– Нет! – взвыл Милройд. – Это правда! Боже, помоги мне! Я не знаю!

– Подожди минутку, Мевис, – сказал Джонни. – Посмотрим, что он ответит на второй вопрос. Кто этот парень в очках и с бородой, тот, которого зовут Бен?

Взгляд Милройда был почти признательным за то, что Джонни наконец-то задал ему вопрос, на который он мог ответить.

– Его зовут Хэролд Андерсон, – быстро ответил он. – Я не знаю, кто он и чем занимается, и это тоже святая правда!

– Откуда ты вообще его знаешь? – настаивал на своем Джонни.

– Он пришел ко мне, – ответил Милройд, – и сказал, что ему нужна моя помощь. Он слышал обо мне и о том, что я умею устраивать дела. Он сказал мне, что Артуро – сын президента одной из южноамериканских стран и что он прибыл сюда, чтобы занять денег у Джонатана Вторма. Андерсон хотел, чтобы я вел наблюдение за Артуро и за человеком, которого он привез с собой, – каким-то тощим типом.

– Вот как? – холодно спросил Рафаэль.

– Это то, что он мне сказал! – взвыл Милройд, – Вы ведь хотите знать правду?

– Почему Андерсон заинтересовался Артуро? – спросил Джонни.

– Я не знаю, – ответил Милройд. – Он ничего не сказал, а я ничего не спросил. Это было его дело. Он швырялся деньгами, а мне больше ничего не было нужно.

– А как ты вел себя, когда они попытались подбросить этот труп тебе? – продолжал Джонни. – Откуда ты знал, что Вторм был уже мертв?

Рука Милройда, которой он вытер пот, дрожала.

– Мои ребята держали дом Артуро под наблюдением, – сказал он. – Они сообщили мне, что Вторм пошел туда поздно вечером, но обратно не вышел. Они проследили Вегу от дома до твоей конторы сегодня утром. Когда он уехал, увозя с собой эту блондинку, они наблюдали за ними издали. Никто не мог понять, чем они занимались весь день, но потом мои ребята сообщили, что они едут в этом направлении, и Хэролд быстро направился на пляж якобы для того, чтобы купаться, на тот случай, если они остановятся где-нибудь поблизости. Он решил, что если они выйдут из автомобиля, то ему, может быть, представится возможность обыскать его. Но вышло даже проще: он увидел, как они пытались закопать труп, и напугал их до того, что заставил увезти труп обратно, – Милройд глубоко вздохнул, – После этого ребята не выпускали их из поля зрения ни на секунду. Они проследили их до дома Вторма и видели, как они уезжали оттуда, так и не избавившись от трупа. Когда они убедились, что машина направляется сюда, они немедленно дали мне знать, и мы поджидали их.

– Почему Андерсон заставил их отвезти труп обратно в дом Артуро? – спросил Джонни. Алекс умоляющим жестом вытянул руки.

– Не спрашивайте меня, – сказал он. – Я не знаю. Это была его идея. Я уже говорил тебе, что он швырялся такими деньгами, что я ничего не хотел спрашивать.

– Где он сейчас?

– Не знаю, – с отчаянием сказал Алекс. – После того как мы уверились, что они опять увезли труп в дом Артуро, он велел мне позвонить в полицию и сообщить им, где они могут найти тело. Потом он уехал. Он сказал, что позвонит мне утром.

– Ты говоришь не все! – угрожающе проговорил Джонни.

– Ну так перережь мне глотку! – воскликнул Алекс. – Я сказал тебе все, что знаю о нем, Джонни. Может, он предпочитает вообще ничего никому не говорить о своих планах. Может, он решил нажиться на шантаже. Хотя я так не думаю: на него это не похоже.

– Почему?

– Хотя бы потому, что у него великолепное английское произношение, – сказал Алекс, – и оно не наигранное, это сразу же чувствуется. Он больше похож на профессора из колледжа, чем на кого-либо другого. – Алекс пожал плечами. – Если бы я только знал, что из-за него у меня будут все эти неприятности, я бы спалил его бороду в первый же раз, как только увидел!

Джонни помедлил и закурил сигарету.

– Что это за битник живет в доме миссис Вторм? – спросил он.

– Битник? – Алекс недоуменно уставился на него, – Ты имеешь в виду одного из этих пижонов, что я видел в Сан-Франциско? – Он покачал головой. – Я видел однажды на пляже, когда раздались звуки джазовой музыки, как один из этих битников выскочил вперед и начал что-то орать. Я уже хотел было как следует ему поддать, но моя девушка сказала мне, что это сейчас такая последняя мода – читать стихи под звуки джаза. Стихи! В них не было даже рифмы! "Я воющая в дождливый день собака без угла", – голосил этот тип многозначительным голосом, – "но я свободен ничего не делать без всякого костюма!" Что это за стихи?

– Я все время читаю стихи американских поэтов, – признался Рафаэль. – Может, это Гертруда Стайн?

– Я хочу знать о битнике в доме Вторма! – нетерпеливо сказал Джонни.

– Я не знал, что там кто-то есть, – ответил Алекс. – Я даже не видел его.

Джонни кивнул.

– Ну, хорошо, Алекс, думаю, тебе больше не надо беспокоиться за целость своих ушей. – Он взглянул на Рафаэля, – Думаю, нам можно уйти отсюда: ничего нового здесь уже не узнаешь.

– Как скажешь, амиго, – кивнул Рафаэль. – Только сначала мне надо позаботиться об одной известной предосторожности Он подошел к Алексу, который пятился до тех пор, пока не уперся в стенку. Рафаэль приветливо ему улыбался, затем спрятал свой пистолет в кобуру. Алекс облегченно вздохнул…

Все еще мило улыбаясь, Рафаэль поднял обе руки до уровня плеч, а затем с силой свел их вместе – на пути их оказалась голова Милройда. Может быть, в стране Рафаэля так дерутся. Я не была в этом уверена. Алекс без сознания свалился на пол.

Рафаэль окинул прощальным взглядом комнату и двух типов, распростертых на полу.

– Мы оставляем после себя тишину и покой, – сказал он удовлетворенно. – Я начинаю чувствовать себя мирно. Пусть теперь покрутятся.

Я кивнула Рафаэлю и пошла к машине Джонни.

– Как ты сюда попал? – спросил у Рафаэля Джонни. – Моя машина стоит чуть подальше на улице, – сказал Рафаэль. – После того как я отвез Мевис домой, я вернулся к себе, и Артуро уже к тому времени очнулся. – Он ударил себя по щеке. – Санта Мария! Как только он меня не обзывал! И заговорщиком, который привез какую-то бабенку, чтобы его убили. Он не верит, что его побила Мевис. Он считает, что его атаковали сзади по меньшей мере шестеро мужчин. Он сказал мне, как небрежны были мои родители, производя меня на свет, он описал всех моих предков и дошел до козла со стороны отца и до коровы по материнской линии. – Рафаэль остановился и закурил сигарету. – И это только начало. Артуро сказал мне, что произойдет, когда мы вернемся в нашу страну. Он меня подвергнет пыткам и разорвет на куски. Он посадит мою голову на кол у ворот города. Он издаст закон, по которому каждый, кто хочет въехать в город, должен плюнуть на мою голову!

– Думаю, это уж слишком! – горячо посочувствовала я. – И плеваться – это некультурно!

– Я человек не гордый, – сказал Рафаэль (это он, конечно, врал), – но через некоторое время я устал слушать Артуро, тем более, что он стал повторяться. Поэтому я поднял его одной рукой – он маленького роста, ты помнишь чикита? – и отнес к бассейну, где поглубже, и там уронил.

– Он умеет плавать? – поинтересовался Джонни.

– Понятия не имею. – Рафаэль пожал плечами, – Я не стал ждать, выясняя это. Ты же понимаешь, я был раздражен. Вот поэтому-то я и вернулся сюда, я решил, что, может, мне удастся разбить хоть несколько голов, кого-нибудь убить, сделать что-нибудь для разнообразия: мне надоело, что всякие неприятности случаются со мной, и я подумал, что будет лучше, если они станут случаться с другими.

– Ты приехал как раз вовремя! – сказал Джонни. – Сделай мне еще одно одолжение, ладно?

– Только скажи что, амиго, и все будет в порядке. Рафаэль церемонно поклонился.

– Отвези Мевис домой в своей машине, – сказал Джонни, – Сегодня вечером мне предстоит еще кое-что сделать, прежде чем я смогу лечь в постель.

– Ты хочешь сказать – ночью, – поправила я. – Уже половина второго. Джонни не обратил на мои слова никакого внимания.

– С удовольствием, амиго! – сказал Рафаэль.

– Эй, подождите минутку! – слабо сказала я. – Я не…