Помоги проекту - поделись книгой:
— А я, значит, послушная овца, очень скромная и не мечтаю о славе?
— Ещё он хвастлив! А ты нет.
— Вау. А я сейчас что делаю? Разве не хвастаюсь, что была самым ярким из четырёх героев?
— То есть ты хочешь, чтобы я сказал, что ты похожа на Д'Артаньяна?
— Иди в баню! — я обиженно открываю книгу и пялюсь в неё.
— Вот зря ты обижаешься! Я не знаю какая ты была в школе. А сейчас ты настолько глубока, что похожа на всех четырёх мушкетеров.
Я смотрю в книгу, но душа моя в полёте от счастья потому, что я глубокА! ГлубокА! ГлубокА!
Сейчас самое главное знаете что? Оглохнуть на пять минут. Потому что такой приятной ноткой мой муж никогда не заканчивает речь. Но я не успеваю оглохнуть.
— Нет, все же ты вылитый Портос! — выдаёт муж и прелестно улыбается.
Убила бы!
Вернемся к школе.
В девятом классе я влюбилась по самые уши. Раньше только по шею влюблялась, а тут — накрыло по полной. Мальчика звали Альберт Удальцов!
Представляете? Наталия Удальцова!
Мальчик был старше меня на год, имел симпатичные чёрные усики, кучерявые волосы и красную, дутую куртку. Полгода я страдала молча. Потом решила объясниться — позвонила и помолчала в трубку. Каждый день. Раз двадцать за вечер. В течении трёх месяцев. Потом как Танька Ларина решила признаться и через парня подруги, который дружил с Альбертом было передано: тебя любят, хотят детей, кормить борщом (правда, пока варить не умеют) стирать носки, ходить в кино ну и просто любоваться усами. Ответ последовал незамедлительный и вполне адекватный:
— Передай этой чокнутой, чтобы она перестала мне звонить. Она не в моем вкусе.
Я долго смотрела на себя в зеркало и думала:
— Ну что? Что со мной не так? Узкие глазки? Причёска бобра? Прыщи? Длинный нос? Кривые зубы? Чуть выше его?
Нет, я понимала, что все перечисленное не входит в прекрасный вкус Альберта, но смириться с этим было очень сложно.
Я рыдала, перестала учиться (ха, когда это я училась?) и страдала. Страдания ведь очищают душу?
Но звонить перестала! Да, я была гордой девочкой. Не хочешь такую прелесть как я? Тогда и звонить тебе не буду. Сиди себе в тишине и спокойствии томными снежными вечерами.
А слезы все лились и лились, и чтобы это не было впустую, подруги посоветовали приворожить его по фото.
Был у нас в классе Костя, типа фотограф. И я его уговорила пойти в класс, где учился Альберт и сфоткать его. Костик отснял мне целую пленку. Понятия не имею как он уговорил Альберта фотографироваться. Надеюсь, не сказал правду, что этой малолетней дуре нужна твоя фотография…
В этот же вечер я проявила плёночку и наделала себе кучу фоточек Альберта.
Потом разложила по всей кровати и поимела бедного парня со всех сторон.
Вру. Конечно, вру! Я тогда слово секс плохо выговаривала, а вытворять в постели тройные тулупы научилась только ближе к сорока. Не градусов. Лет.
Итак, план был такой: надо сжечь его фото, приговаривая "Альберт любит Наташу" и пепел от фото подбросить под коврик у входной двери.
Я проделала все, как мне сказали, узнала, где живет Альберт и вместе с лучшими подругами, которые не могли бросить меня в такой тяжелый момент, пошла привораживать Альберта.
Было очень страшно. Оказалось, что он живет на пятом этаже из пяти возможных. И если, вдруг, его дверь откроется — у меня не будет никаких отмазок. Что я отвечу? Что я делаю у его двери с пеплом в руках?
Подруга Ирка предлагала сказать:
— Это прах парня, который меня не любил. Тебя ждёт тоже самое! Одумайся!
Но все обошлось. Никто дверь не открыл и пепел оказался под ковриком.
Но приворот начал действовать неправильно. Альберт действительно влюбился в Наташу. Но не в ту Наташу, которая я, а в другую — его одноклассницу. И он начал с ней встречаться.
Ирка предложила сжечь фото Наташи, смешать с пеплом фото Альберта и похоронить их на кладбище. Да, подруга у меня дерзкая, но все же на кладбище идти не захотела, и предложила мне угомониться и перестать любить.
Но на носу были святки. А все влюблённые и уважающие себя девочки, которые очень хотели замуж за Альбертов, гадали.
Резалась бумага на тонкие полосочки, на ней писались имена, потом писульки скручивались, все это помещалось в шапку и под подушку.
Всю ночь спишь, утром проснулась, вытянула из шапки имя Альберт и пошла готовиться к свадьбе. И совсем неважно, что ты пока еще в 9 классе.
Конечно, я мухлевала. И имя Альберт написала десять раз. А некрасивые имена, такие как Вася, Федя и Жора — вообще не писала.
А у Ирки, моей любимой подруги, тоже была любовь. Но настоящая. С поцелуями и почти сексом. Парня звали Артур.
То есть вы понимаете, что у нас был план — вытащить бумажки с именами Альберт и Артур?
Я проснулась, поковырялась в шапке и вытянула имя Андрей. Естественно, очень расстроилась и вытянула ещё пять имён, но и там Альберта не было.
А у меня как раз был поклонник из молдавской деревни, на пять лет старше — учился у моего отца в техникуме. Поджидал у подъезда, читал стихи и даже сватался. Папа его выгнал, конечно, мне всего шестнадцать было. Но он не сдавался и из деревни привозил родителям брынзу, сало, домашний хлеб. Подкупал тестя и тещу. Отец, хоть и прогонял его, но брынзу, сметану и другие деревенские вкусности принимал. И смотрел на меня со вздохом, мол, вырастешь, там и решим, где вы с ним жить будете.
Ирка ржала, что меня за него выдадут.
А сама тоже не Артура вытянута, а Сергея. А у неё сосед — Сергей: лысый, страшный и немного больной, убивался за ней с первого класса.
Вот мы и ржали над друг дружкой. Пока замуж за Андрея и Сергея не вышли. Хорошо, что не за тех поклонников!
Вот и не верь в эти гадания…
И после этих святок я сделала выводы и решила вырасти (у меня получилось только вширь), выйти замуж за Андрея, в высшем свете являться я должна и быть богата и знатна и муж… и потом Альберт на коленях, а я:
— Я вас люблю, к чему лукавить, но я другому отдана и буду век ему верна!
Альберт, в конце концов, чего ты ждешь?
Все, что я планировала сбылось! Я выросла (вширь) и вышла замуж за Андрея. Про высший свет трудно говорить, но у меня уже первые признаки склероза, я забываю, что я вчера хотела, не говоря уже о стихах Пушкина! Где ты?
Приходи, хочу посмотреть на твои потертые коленки и обкусанные локти!
Но, ничего в этой жизни не бывает просто так.
Мой Альберт закончил десятый класс, уехал из нашего молдавского городка в Одессу и там поступил в Институт Связи.
Моя любовь была слишком огромной, чтобы просто так — бах и закончиться.
Нет, я перешла в десятый класс и ровно год страдала, мучилась, но продолжала его любить.
Потом я подумала и решила бороться за свою любовь. Вдруг вкусы у Альберта изменились? А вдруг я похорошела? Надо дать ему ещё один шанс меня рассмотреть и влюбиться.
Для этого я решила бросить свою молдавскую родину, мамалыгу с брынзой и тоже уехать в Одессу, там вареники вкусные и Альберт.
Лучшая подруга Ирка меня поддержала.
В июне мы приехали и сообщили УССР, а в частности Институту Связи имени Попова, что он имеет честь видеть нас абитуриентами. Но чтобы мы ими точно стали — нам предложили подготовительные курсы. Это целый месяц в Одессе, в общаге с тараканами и крысами!
Ну не романтика ли? А ведь ещё где-то в коридоре можно встретить Альберта!
Но молдавские девушки немножко не такие как все нормальные, и они не приезжаю в другую страну без алюминиевых тазиков, вёдер и швабр. Кроме того, они настолько тупые, что не знают, что в магазинах в Одессе все это продаётся.
Если молдавские девушки страдают, а страдание у них в кровь поступает через брынзу, то они сразу кидаются к тазикам, убирают и моют полы. Видимо мы знали — придётся много страдать…
И вот представьте себе картину. К общежитию подъезжает горбатый запорожец из которого выходят двое мужчин: мой отец и Иркин. Потом попой вверх вылезают две молдаванки — я и Ирка. И начинают вытаскивать из машины тазики, ведра, швабры, метелку и сервиз на шесть персон.
Весело подхватив все это мы двигаемся ко входу в общагу. А на пороге стоит Альберт и на все это смотрит. Конечно, с ужасом в широко раскрытых глазах.
Вот в тот момент я поняла, что не видать мне этого Альберта никогда и ни за что.
И мне так легко сразу стало.
В институт я поступила, кстати, а через десять дней встретила своего будущего мужа.
Так что ладно, Альберт, не нужны мне твои искусанные локти. Просто спасибо, что ты был в моей жизни!
Кстати, совсем недавно он написал мне «Привет!» в «Одноклассниках», и мы очень мило с ним начали общаться.
И я могу точно сказать, что мне совсем не стыдно за ту мою большую любовь к нему. Я влюбилась в шестнадцатилетнего парня и совсем не знала какой он. Сейчас понимаю — выбор был достойный — он и внешне не запустил себя и с головой у него все в порядке.
Муж, видя, что я с кем-то переписываюсь и постоянно лыблюсь, спрашивает:
— С кем общаешься?
— С Альбертом. Клевый мужик, кстати. Приглашает к себе в гости.
— Аааа, ну езжай, конечно! — спокойно отвечает муж.
— Не могу. Я толстая. Как я покажусь перед Альбертом толстой?
Муж отрывает взгляд от своего компа и осматривает меня, как будто видит впервые.
— Да. Не надо меня позорить. Не езжай!
Я делаю паузу, в это время пишу сообщение в одноклассниках, отправляю его и выдаю:
— Я сначала похудею. А потом уже поеду к Альберту.
Муж закрывает комп.
— Если ты похудеешь ради Альберта, а не ради меня — то я с тобой разведусь!
И демонстративно уходит спать.
Не, вы вообще хоть что-то понимаете???
Где логика у этого мужчины? Он всю свою жизнь просит меня похудеть! Какая ему разница каким образом я сброшу с себя этот лишний жир? Нет, чтобы радоваться! Он мне ультиматумы ставит!
Хорошо, что я не вредина и ничего не делаю назло! Пойду съем тортик. Не видать мне Альберта в этой жизни. Не видать!
Красота-то какая! Лепота!
Я не знаю будет ли на задней обложке этой книги мое фото, но если нет, то я легко сейчас опишу себя.
Я оооочень похожа на Серсею!
Что? Не знаете кто такая Серсея? Я тоже не знала, мне ее показали. Погуглите.
Посмотрели? Вот. Я — вылитая она. Но только когда «она голая и её водят нагишом по городу».
Это слова моего Маэстро мужа, знатока женской красоты! И он эти слова говорит всем, с кем ведёт беседы про «Игру Престолов»:
— А вот Наташа — копия Серсея голая.
Честно говоря, я даже боялась смотреть на эту голую Серсею. Представляла себе женщину с картины Рубенса, небрежно прикрывающую плюшевым покрывалом свою рыжую, мохнатую Изольду. Но все оказалось намного интересней! Оказывается, я совсем неплохо сохранилась к пенсии, и с фигурой у меня все отлично. С сисями беда. И «рыжика» надо побрить, а так, вроде все ок, правда?
Иногда мы себя видим нежными феями или толстыми поросюшками. А ведь это не так! Спросите у родных на кого вы похожи, и вы ооочень удивитесь. Обещаю!
Не хочу хвастаться, но не могу этого не сделать.
Меня стали узнавать на улице.
Поделиться книгой: