Азм есмь царь (СИ)

Но тут открывается новая грань тебя! Уподобляясь японским мастерам кинцуги, ты покрываешь трещины и шрамы изящной позолотой. Ты никогда не станешь таким же, как прежде. Но это и не нужно. Ведь «трещины» и несовершенства делают нас лучше, как бы парадоксально это ни звучало. В чём ценность нового «горшка»? Да, он красив и по-своему совершенен в своей простоте, но делает ли это «восстановленный» хуже? Отнюдь! Ведь красота есть во всём…

Так и с человеком. Шрамы делают нас только сильней и самую малость странней! «Трещины» в сердце, напротив, же закаляют. А изящная позолота украшает, то что осталось! Наше «несовершенство» преобразуется в душевную красоту. И неважно что ты сгорел дотла! Последуй примеру феникса и попросту восстань из пепла собственных иллюзий, переживаний, боли и тоски.

Прогнав тоску, я вновь приободрился и громко произнёс во тьму.

— Самуэль.

— Государь… — дьяк вышел из тени и уже мало чем напоминал, привычного в повседневной рутине секретаря.

— А где у нас пропадает Гиперион?

— Вы лично отправили его на карательную миссию, дабы проучить зарвавшегося магната. Промышленники забылись, так что пришло время напомнить кто здесь власть! Цитата… — лаконично отозвался Самуэль.

— Добро. Отправь воеводе сообщение, что хочу видеть его сразу после выполнения всех поставленных задач. — дьяк лишь кивнул и вновь растворился в тенях.

Бессарабская Марка

Первые лучи раннего солнца уже активно начинали, пробиваться сквозь тьму, и это играло им на руку! Едва заметно улыбнувшись, Гиперион бросил изучающий взгляд на поместье. Он никогда не понимал подобную самонадеянность и жажду пускать пыль в глаза другим. Но что взять с подобных ничтожеств, неспособных даже выбиться в люди без помощи рода и влияния предков, сделавших когда там, что там! Возможно, они чувствуют себя в безопасности. И такова ошибка любой добычи пока ещё не знающей, что на неё уже объявлена охота. Приговор был подписан, ещё на той неделе, но бюрократия и неспешность административной машины, приводила его в действие только сейчас.

— Скоро рассвет. — прервал размышления воеводы грозный сотник в чёрной папахе и бурке. — Твои воины уже изголодались по славной битве, атаман! — он низко поклонился, ожидая приказа.

— Ты, как всегда, прав Аслан. — Гиперион лишь хмуро кивнул сотнику, скинув с себя шинель и без лишней суеты, передал её адъютанту. — Скоро выступаем.

Аслан хищно улыбнулся и лихо скинул бурку и папаху, играя мышцами, он начал разогреваться, тихо шепнув своим людям готовится. Львиная сотня всегда была гордостью воеводы. Отборные казаки со всей империи, что были вышколены лучшими инструкторами, которых, Гиперион только сумел переманить в своё воинство. Аслана же и вовсе готовил старик синоби ренегат прикреплённым лично царём-батюшкой.

— Аслан…

— Да, атаман? — тут же склонил голову сотник.

— Пленных не брать. — спокойно произнёс воевода. — И не мешайтесь у меня под ногами. — произнёс он уже более сурово, миг и из ножен показался булатный клинок.

Львиная сотня тут же учтиво поклонилась и растворилась во тьме, а Гиперион без какой-либо спешки направился к главному входу с другими сотнями. Он шёл впереди всех и совсем не скрывался, так что они успели перетянуть всё внимание на себя. Из укреплённого поместья тут же выбежали наёмники, иноземцы, пусть их и было больше, но воеводу это ничуть не смущало. Со стен полетели первые залпы сырой магии и первостихий, но казаки оперативно выставили магические щиты и спокойно продолжили двигаться к воротам.

Лаконично отдав приказ открыть огонь, Гиперион хладнокровно наблюдал за тем, как первые ряды иностранных наёмников буквально выкашивало огнём. Но их было слишком много, и вот первые ряды уже начинают теснить. Новый приказ и казаки вступают в ближний бой и последующее магическое противостояние.

Воевода спокойно прорубался вперёд. Всюду сверкали магические всполохи и был слышен лязг оружия. Молодецким ударом зарубив какого-то мавританца, Гиперион со всей силы пнул ногой следующего противника, намеренно освобождая пространство для магического выпада. Залп чистой плазмы выжиг всё живое на сотню метров вперёд, образуя брешь в рядах наёмников.

— Мы победим! — вложив в голос магию, он тут же вдохновил своих людей и они с новой силой продолжили рубиться с наёмниками.

Направив свободную руку на мощные ворота, воевода тут же сотворил воздушный таран. Секунда и мощные ворота из крепкого дуба разлетаются в щепки. Огонь со стен уже прекратился, и Гиперион увидел знакомые тени, что безжалостно вырезали всех защитников.

Переступив через тело молодого мулата, он вновь сотворил таран, и тот лихо сбил пару десятков наёмников с ног. Снова вложив магию в голос, воевода громогласно произнёс.

— Подчинитесь! И тогда ваша смерть будет лёгкой… — волна магии ужасающе быстро прошлась по поместью и все слабые духом тут же цепенели или бросали оружие, трусливо сбегая с поля брани.

Казаки были привычны к столь колоссальной силе и оттого без какой-либо жалости начали добивать всех защитников и просто уцелевших наёмников, что вышли против них. Спустя миг бой на стенах окончательно затих, а львиная сотня уже начала занимать внутренний двор. Вскоре показался и сотник Аслан. Уважительно склонив голову, он преподнёс к ногам атамана ногам искусно украшенный меч в русском стиле.

— Вам стоит это видеть, атаман. — безразлично произнёс сотник и увлёк воеводу за собой в сторону гостевого двора и конюшен для иномирных зверей. — Наёмники. Иноземцы. Но, по всей видимости, наши! — продолжил делиться наблюдениями Аслан. — Мои люди взяли их в окружение, но эти шакалы выставили магический щит. — сотник впервые проявил эмоции.

— Хватит прятаться за щитами! Сдохни как воин… — рычал Аслан.

— Пососи мою дуду. — огрызнулся ему воин на чистом русском, пусть и с лёгким балканским акцентом.

— Идейные мерки. — с каким-то пренебрежением произнёс сотник и сплюнул.

Гиперион хлопнул Аслана по плечу и сделал уверенный шаг вперёд, воины тут же напряглись, но покинуть магический щит не спешили. Дюжина крепких дружинников в артефактной броне была весомая сила в любом конфликте. Их десятник выглядел не менее колоритно и носил воронёный доспех, а в руках и вовсе держал двуручный меч.

— Подчинитесь. — властно произнёс воевода, уже готовя для выключения щита молнию, что зажарит их разом.

— А ты, что мне царь? — показательно грубо ответил десятник. — Я человек вполне свободный и хожу где, хочу. Так что исчезни, иначе уничтожены будете вы!

— В моих жилах течёт благородная кровь… — спокойно ответил он и молния тут же соскользнула с пальцев Гипериона.

Магический щит ожидаемо лопнул, словно мыльный пузырь. Воины дёрнулись от цепной молнии, поскольку с каждой целью урон падал, то больше всех пострадал десятник, но его доспех с честью выдержал всё. Воины тут же ощетинились мечами, и уверенным строем пошли на воеводу, подав сигнал не вмешиваться, он сделал шаг навстречу бравым воинам.

Оружие как влитое лежало в его руке и предавало уверенности. Один из воинов тут же попытался ранить Гипериона стремительным выпадом, но он лишь лениво сместил корпус вбок. Не прошло и секунды, как воевода нанёс рубящий удар по сочленению его доспехов. Схватившись за горло, воин тут же захрипел, похоже, он ещё не понял, что мёртв! Без медицинской помощи с повреждённой артерией у него нет шансов.

Шаг назад. Мгновенно используя таран и тройка дружинников изломанными куклами впечатывается в ближайшую стену. Признаков жизни они уже не подавали. Забирая жизнь, он не испытывал радость или горечь утраты. Воеводе было безразлично! Ведь его долг защищать людей и землю.

Изредка ускоряясь и парируя наиболее неудобные удары, воевода всё так же наносил скупые рубящие удары, и спокойно выводил одного воина за другим. При каждой попытке окружения, он из раза в раз применял магию, дабы уровнять шансы, и количество нападающих стремительно сокращалось.

Зарубив очередного ратника, воевода наткнулся, на спокойный взгляд, от десятника. Он совсем не бережёт своих воинов? Но теперь это неважно, ведь остался лишь он. И чего и только ждёт?

— И правда, силён. — утвердительно хмыкнул воин. — Позволь бросить вызов?

— Больно много чести будет… — сухо произнёс воевода и резко ускорившись обезглавил воина одним ударом.

Поднявшись на последний этаж и быстро отыскав кабинет одного больно уж ушлого проходимца, воевода открыл дверь с ноги, слегка усилив удар магией. Впечатав в пол промышленника своей подавляющей аурой, что уже развернулась в полную мощь, он спокойно прошёл в самую глубь кабинета.

Человек смотрел на него со страхом, а молчание Гипериона лишь ещё больше напрягало магната. Сейчас он походил на кролика, забывшего, как дышать при виде спокойного удава. Хмыкнув, воевода спокойно зарубил свою цель и придал его кабинет пламени.

— Миссия выполнена. — Гиперион улыбнулся.

Как только, воевода покинул пределы поместья ему навстречу вышел гонец.

Примечания автора

Самуил

Древнееврейское שמואל, — широко распространённое как в прошлом, так и в нынешнее время прежде всего среди иудеев имя. В переводе с древнееврейского языка — «Бог услышал» или «имя Божье». У русских встречалось в форме Самойла, на севере — Самыло. На Западе — Самуэль. У армян — Самвел. Мусульманский вариант — Шамиль

Кинцуги

Японское искусство реставрации керамических изделий с помощью лака, полученного из сока лакового дерева, смешанного с золотым, серебряным или платиновым порошком. Техника близка к маки-э. Философская основа искусства кинцуги заключается прежде всего в том, что поломки и трещины неотъемлемы от истории объекта, и поэтому не заслуживают забвения и маскировки.

Глава 3

Поспав пару часов, я снова был бодр и свеж. Алхимические стимуляторы и правда творят чудеса, но разве не для этого нам и нужна магия? Немного усердия и, казалось бы, невозможное становится возможным. Толика магии и былые трудности превращаются в сущую мелочь. К волшебству чертовски быстро привыкаешь и вот уже прошлой жизни как не бывало. Удобство магии неоспоримо, а уж возможность продлить и без того долгую жизнь и вовсе пьянит. Есть в этом что-то по-настоящему древнее и архаично загадочное. Но мне пока рано думать о бессмертии, от своей бы жизни не устать, да и в целом всякое бывает: покушение, переворот, революция. Мало ли что может случиться. Жизнь — сложная штука. Сегодня ты царь, а завтра тебя уже ведут на гильотину. Завидная участь, не правда ли? Впрочем, к «высшей мере» мне не привыкать, так что страха как такового нет. Особенно когда знаешь, что по ту сторону есть шанс на новую жизнь. Но обесценивать эту жизнь я не намерен!

Нужно лишь немного разобраться с делами государственной важности и провести парочку значимых реформ и жить сразу станет легче. Упразднить деструктивные сословия. Приручить купечество и различных магнатов, дабы эти ушлые капиталисты работали на благо империи, а не собственного кармана. Реформировать и перевооружить всю армию, а затем и взяться за борьбу над умами простого люда. Всё это требует времени, ресурсов и, конечно же, подходящих для этого дела специалистов. Впрочем, это пока терпит и сейчас имеются задачки и посерьёзней.

После моего воцарения на трон все династические браки и многие союзы внезапно стали недействительны и требует повторного заключения. И тут как нельзя кстати мне написала наследная принцесса соседнего государства. Сейчас они не в лучшем положении чем мы сами. И посему союзник нужен не столько нам самим, сколько им. Так что такой шанс упускать нельзя, но я не забыл и про встречные условия. Ведь одно дело, когда в роли просителя ты, и совсем другое, когда просят у тебя! Вопрос в том согласятся ли они на такую дерзость с моей стороны. Но я требовал с расчётом в дальнейшем поторговаться, так что можно будет и уступить в паре мелочей и заработать тем самым немного балов в глазах кайзера.

Гибкость мышления и возможность договариваться крайне важны в любом начинании, а уж при общении с власть имущими и подавно. Так что я привык просить больше чем мне нужно, дабы получить желаемое, ну а излишки лишь приятное дополнение к изначальной цели. Кто-то назовёт меня жадным и до одури меркантильным, но мне будет плевать на их мнение, пока всё идёт по плану! Главное — не перегнуть палку с показной «жадностью», ведь если тебя будет дешевле убрать или кинуть, то они, скорее всего, так и поступят и неважно, какие у вас были соглашения и отношения. Это правило работает во многих сферах. Ведь человек человеку волк, как минимум в их понимании, так что заметив твою слабость эти шакалы тут же ударят в спину. За годы придворной жизни я успел сполна насладиться всем этим серпентарием. Впрочем, держать маску благочестивого императора всё же придётся, иначе начнутся проблемы иного рода.

Прогнав лишние мысли и вновь перечитав сообщение, я кивнул в такт своим мыслям. Быстро сменив пижаму на одежду для дипломатического ужина и с помощью магии, приведя себя в порядок, я был готов к ночным переговорам. Уведомив секретаря о важной дипломатической миссии, я спустился в подземный гараж. Здесь была моя небольшая коллекция машин, собранных под заказ. В своё время удалось переманить солидную часть итальянских инженеров и пристроить их для работы на моей маленькой мануфактуре по созданию элитного авто. Небольшая, но разорительная война в Италии позволила империи впитать множество талантливых людей.

Кто-то теряет, кто-то находит. Баланс — страшная вещь. С другой стороны, это позволило мне создать концерн по производству прекрасных машин, так что я ни о чём не жалею. Зачарованная сталь делали мои машины особенно прочными, а мощные артефактные двигатели, усиленные рунической магией, и вовсе превращали отечественный автопром во что-то воистину сказочное и недостижимое. И это грело мою тёмную душу. Коснувшись холодной стали рукой и немного пройдясь по эргономичным изгибам, я улыбнулся. Руаатти Чирон была одной из любимых игрушек во всём гараже. Двойной цвет делал машину ещё более интересной и по-своему необычной. Вскоре показался и дьяк, что тихо уведомил меня о готовности стражи выдвигаться, я лишь скупо кивнул. С комфортом устроившись в салоне машины, без каких-либо проблем запускаю магический двигатель, что спустя миг приветливо ответил на мой зов. Быстро покинув подземный паркинг, я выбрался в город.

Ночь была по-своему притягательна и прекрасна, очищенные улицы позволили мне не ограничивать себя в скорости, так что я вовсю наслаждался скоростью, и даруемой свободой. Кортеж из машин охраны тактично следовал рядом. Улицы были заранее очищены, так что проблем не возникло. В такие моменты кажется, что вся столица превратилась в город призрак, но спустя ты вспоминаешь кто ты и всё тут же встаёт на свои места, устраняя весь иллюзорный диссонанс в голове. Подобное разделение весьма характерно и по-своему архаично, так что я считал его пережитком старых империй, но идти против традиций, как правило, было себе дороже, так что нет смысла ломать то, что и так работает. Но со временем я всё же режу и эту проблему. Например, можно усилить защитную магию, и тогда охрана станет лишь статусной «вещью», а не чем-то жизненно необходимым. Стану ближе к народу и люди увидят, что монарх ходит по такой же земле и катается на метро как и все. Впрочем, сильно злоупотреблять не стоит и всего нужно в меру, иначе у простого люда могут появиться нежелательные мысли. Так что вопрос в том, а стоит ли ломать то, что и так работает? Перестав быть помазанником божьим сразу начнутся проблемы иного рода. Однако имея мощную магическую защиту, можно смело ходить среди смертных ничуть не опасаясь. Но так ли надо оно мне? Вопрос. Устало вздохнув, я всё так же неспешно наслаждался красотами столицы, немного ускорившись, я наконец-то увидел и нужный мне ресторан, что славился своей кухней по всему континенту.

Припарковав свою новенькую Руаатти Чирон, я хмуро кивнул. Кортеж из личной охраны привычно расчищал путь впереди, так что я доехал до нужного места без пробок. Лучший ресторан всея империи встречал меня всё так же прохладно. Стиль здесь был определённо имперский, но мне он казался безмерно архаичным. Ведь новое время требует свежего взгляда, глупо держаться за старину и традиции. А иллюзорная польза от них ничуть не перекрывает весь вред и пагубность последующей консерватизации общества.

Я планировал привести наши земли к процветанию, так что излишне закостенелые граждане мне не нужны. Впрочем, как и агрессивные либералы, ведь всего, должно быть, в меру.

Припарковав свою двухцветную красавицу прямо у входа в ресторан, я быстро поправил костюм и уверенно, но без лишней спешки направился на деловую встречу. Ведь не каждый вечер тебя приглашает на ужин принцесса соседней империи. Так что нужно как минимум её выслушать, ведь такие «птицы» даже в наших столичных краях большая редкость.

Наши соседи были всё ещё молодой, но крайне амбициозной страной, так что такой союзник будет нелишним в скором конфликте с Алеманией. Но вот можно ли им доверять? Тот ещё вопрос. Однако, им мы нужны не меньше, после Гражданской войны они обескровлены, так что можно получить солидное количество уступок при заключении пакта или возможном союзе.

Привычно натянув на лицо располагающую улыбку, что я освоил за долгие годы политической жизни, мгновенно замечаю и голубоглазую принцессу. Два застывших озера с величественным спокойствием проводили меня прямо до столика. Естественная красота блондинки, была по-своему очаровательна, и я уже вполне мог представить, то какие прелестные детки будут, если «ужин» пройдёт в нужном ключе.

— Отрадно видеть вас в здравии Катарина. Насколько помню лично, мы ещё не были представлены. — вежливо улыбаюсь. — Признаться, я не ожидал увидеть столь прелестную отраду моих глаз. — продолжил я с провокации.

— Восстание ничуть не сказалось на моём здоровье, но всё равно спасибо. — принцесса лишь холодно улыбнулась. — Вы правы. К моему глубочайшему сожалению, я не смогла посетить вашу коронацию. — ну да, когда осаждают твой замок, слегка не до светских раутов. — Не ожидали, значит? — блондинка хищно улыбнулась. — Думали, что кайзер пришлёт вам одного из своих любимых «драконов»? Но нет, вашим собеседником буду лишь я, хрупкая и невинная девушка. — её улыбка стала чуточку мягче.

— Извинения принимаются. — спокойно киваю в ответ, но она никак не отреагировала на столь простую игру, видимо, их настолько прижало, что нужен союзник в моём лице. — Признаться, я искренне сражён вашей красотой Катарина. Ведь вы подобны ангелу, сошедшему с небес. Так чем я могу вам помочь? — теперь уже моя улыбка приобрела хищные нотки, и я устроился рядом.

Вскоре появился и официант. Заказав себе кофе, я с удивлением отметил, что скромная девушка выбрала бутылку окситанского Бурбона. Но осуждать других никогда не входило в мои планы, так что я лишь делал мысленные пометки, ведь такие мелочи нужно помнить. Мелочь здесь, мелочь там, нюанс про запас и вот уже в голове построена картина и архитип нужного тебе человека, ведь дьявол кроется в деталях, так что порой стоит обращать внимание. Иначе есть совсем непризрачный шанс что-нибудь упустить. А этого мне не хотелось, так что я скрупулёзно собирал любую информацию, что так или иначе, могла мне помочь в тех или иных начинаниях. Ведь знания — это сила, а неведенье лишь блажь!

— Разговор предстоит долгий, так что нет ничего более лучшего для утоления жажды, чем старый добрый Бурбон. — Катарина натянуто улыбнулась, я же, напротив, сохранял былое равнодушие и был крайне заинтригован. — Для справки. Я не пью. — её улыбка стала лишь ещё более натянутой, но я лишь всё так же равнодушно кивнул.

Мне никогда не было дела до чужих грехов, пока наши интересы не пересекаются. В противном случае компромат всегда можно найти. Был бы человек, а грешок за душой найдётся всегда. И неважно, насколько человек «кажется» нам святым. Люди есть люди. С другой стороны, как говорил один Папа: грехом может считаться лишь то, что рассматривается, как грех! Так что люди сами плодят внутренних демонов. Духовные догмы нужны для скрепления той или иной группы людей во что-то единое, ведь страдать всегда проще с кем-то ещё. И посему это идеальный цемент для основы чего-либо. Ведь трудности закаляют, а совместные трудности ещё и сближают.

И что же эта верная дочь своего отца планирует мне предложить? Ещё до моего воцарения они покупали оружие и оплачивали услуги наших наёмников для своих нескончаемых войн, но вот собственной персоной нашу империю, так и не удостаивали. Интересно, что же поменялось в германской политике? Доклад от разведки, как назло, ещё не читал, но тем любопытней будет наш диалог. Впрочем, мыслишки у меня, как всегда, имеются, так что будет, как минимум любопытно услышать, с чего они начнут диалог в этот раз. Ведь слова о заключении союза или брака вполне могут оказаться только предлогом. Да и ту же помолвку всегда можно разорвать. Это ударит по престижу и репутации, но такое весьма быстро забывается, так что порой цена может оказаться вполне себе доступной. Так что не стоит обольщаться на все эти предложения. Слабый пообещает тебе всё, лишь спасти свою шкуру, и европейские монархи мало чем отличаются от простых людей. Такое же смертное тело, одинаковая кровь, ни разу не голубая, разница лишь в положении и власти, но лиши кайзера всех этих атрибутов, и он станет ничем не выделяющимся гражданским.

— Как вы знаете, нас окружают одни еретики, иноверцы и попросту дикари. — начала голубоглазка. — Но вы верой и правдой помогали нашей стране и моему дому. Именно поэтому отец и предлагает заключить союз и последующий брак для его закрепления. — ожидаемо продолжила наследная принцесса, на что я лишь степенно кивнул.

Мы и правда им помогали, но вполне себе поддерживая определённые цели, ведь повстанцы и прочие фракции уже были проплачены тем же окситанцами и австрияками, так что заиметь преданного лично тебе монарха было нелишним. Но конфликт затянулся, как и войны развязываемые ими на чёрном континенте и в конечном итоге всё это вылилось в полномасштабное восстание. Люди, конечно, терпимы и по своему преданы правящему дому, но у всего есть предел, а уж когда твой желудок требовательно урчит и подавно. Но кайзер удержал власть, пусть и не без нашего содействия и поставок оружия и брони, но кому интересны такие мелочи. Так что теперь соседи в долгах как шелках и солидную часть этого долга должны были стребовать именно мы. Посему ход был по-своему неплохо, но продавать свою дочь ради такой мелочи? Впрочем, не мне судить, ведь своих повстанцев мы давно и успешно подавили, так что лишь одному богу известно, во что бы это всё вылилось и чем завершилось. С другой стороны, понятно чем, ведь иллюзий я не питал.

Однако как они сладко запели. Враги, еретики, иноверцы, словно священную войну собираются объявить всему миру, крестоносцы мать их! А ведь и у нас вера уже отличается. Или они решили тактично умолчать данный момент? Но по этой логике и мы завтра можем оказаться в рядах «еретиков», ожидающих священный поход. Впрочем, если она примет нашу веру, то никаких проблем не предвидится, нужно лишь закрепить брак на нашей земле и озаботится наследником. Ведь, как известно, договор договором, но скреплённый кровью и детьми, он всё же будет крепче.

Нужно лишь подумать, через кого это всё провернуть. Союзник в грядущих войнах нам совсем не помешает, даже если они и не выступят в открытую, то безопасный тыл с одной из сторон уже неплохой плюс, дабы рассмотреть и этот вариант. Главное — подобрать не слишком амбициозного и преданного семье.

— Мой племянник как раз в поисках невесты… — но договорить мне не дали.

— Вы не поняли Светлейший. — девушка мягко улыбнулась и быстро налила себе Бурбона в бокал. — Бастарды и ненаследующие члены вашей династии нас не интересует. — огрызнулась она.

А ведь за такую дерзость я уже могу разорвать с ними все отношения, но посмотрим, что они предлагают.

— Отец хочет, чтобы его зятем стали именно вы! — молниеносно произнесла девушка, залпом осушив весь бокал, дабы хоть немножко унять весь мандраж.

— И вашего батюшку совсем не смущает, что многожёнство «наша вера» совсем не позволяет? — мне было искренне любопытно узнать, ведь гарем — это больше прерогатива магометанских владык, а не Царей Куси Матушки. — Так что потянет ли ваша семья подобный ущерб репутации? — я хмуро кивнул, внимательно следя за голубыми глазами.

— Князь-архиепископ одобрил сей брак для усиления государства. — холодно произнесла Катарина. — Отец же лишь настаивает на роли Старшей жены. Наследники претендуют на оба престола, первенец остаётся в Куси, а младший будет взращён как правитель и будущий кайзер своим дедушкой. Только так и никак иначе. Отец свято желает объединить два наших народа, дабы сокрушить всех врагов истинной веры! — с фанатичным огнём в глазах ответила девушка.

— Как я вижу, вы настроены крайне решительно, но мне нужно подумать, ведь такие вопросы не решают в один миг. Честь имею… — лаконично закончил я диалог и поспешил покинуть ресторан и уже успевшую захмелеть принцессу.

Это было слишком неожиданно. Но жизнь та ещё «прелестная барышня», что вечно заставляет тебя выбирать! И это мучает тебя из раза в раз. Снова и снова, заставляя проживать одно и то же событие, гоняя по кругу, словно зацикленную картинку. Выбор между сердцем и разумом! И нет хуже мига чем этот. Жестоко, не правда ли? Но могу ли я вообще выбирать? Или же иллюзия выбора всё же даёт мне свободу? Отнюдь. И как же быть? Пустить всю империю под откос и сжечь уйму народу в горниле бессмысленных войн, но при этом остаться верным самому себе? Или же наступить на горло собственной гордости, но смотреть с оглядкой на будущее? Впрочем, у меня всегда был выбор без выбора и неважно, что я такой же человек, что любит, страдает и мучается как и все. В голове тут же мелькнул эпизод из академии, где я бился со всеми за свою любовь. Горячая кровь и гормоны бурлили, так что я не думал о чём-то ещё, вовсю наслаждаясь молодостью и даруемыми ей возможностями.

Загрузка воспоминая

И это ничтожество смеет бросать вызов мне? Ярость мгновенно вспыхнула в грудной клетке, но внешне я оставался всё так же спокоен. Дуэль значит? Без магии? Он настолько в себя верит? Что ж значит самое время спустить этого «первородного» с небес на нашу грешную землю.

— Хорошо.

— Прелестно… — расплылся в змеиной ухмылке дворянин. — И если я тебя одолею, то ты отступишься от мадемуазели Изавур. Я, конечно, уважаю вашу семью, да продлятся лучшие годы Царя ещё множества зим, но и ты не серчай, если я тебя немного сломаю, хорошо? — надменно произнёс первородный. — Ты же не побежишь жаловаться Царю, если проиграешь? — он рассмеялся.

— Если… — мой ответ был крайне лаконичным, но при этом он был преисполнен величием и статью спартанских царей.

В моих глазах тут же вспыхнула холодная ярость.

Вот и посмотрим, насколько красная кровь у дворян!

Враг не стал дожидаться моего первого удара, и сам яростно ринулся в бой. Мгновенно блокирую его джеб. Удар был неплох, но при этом мощи ему всё-таки не хватало. Злорадно усмехаюсь ему прямо в лицо и тут же ловлю на простейшую подсечку. Оппонент явно не ожидал от меня подобной скорости и тут же оказался у моих ног. Но это только начало!

Ведь эта ошибка эволюции посмела покуситься на «моё». Так что я переломаю ему все кости. Секунда и моя правая нога задирается ввысь, и словно карающий молот со всей силы устремляется к голове оппонента.

Экс кик или говоря проще рубящий удар ногой. Это был один из моих любимейших ударов для добивания особенно сволочных оппонентов.

Но первородный оказался самую малость шустрей, чем я ожидал. Ловко перекатившись он избежал моего сокрушительного удара и спустя какой-то миг крайне быстро поднялся вновь готовый продолжать бой.

— А дуэль становится всё интересней. Не так ли? — но я не стал вступать с ним в пустую полемику и тут же ускорившись нанёс новый удар стопой прямо в корпус.

И будем честны, враг оказался в меру стойким и достойно принял удар. Но это его не спасёт! Пользуясь его дезориентацией тут же наношу молниеносную серию ударов прямо по холёной морде ублюдка. Выбив ему челюсть мощным ударом ноги с разворота, я ничуть не успокоился. Ничтожество! Скрипя зубами и сдерживая себя от желания добить оппонента, я всё же услышал голос моего секунданта.

— Противник сдался и молит о пощаде. — словно сквозь какую-то вату донеслось до меня, и я по-новому взглянул на врага.

На нём не было живого места, а лицо напоминало неплохую отбивную, нос был сломан, челюсть выбита, да и сам уже просто скулил, подняв руку, желая сдаться. Кровавая пелена постепенно сошла на нет и я всё же вернул былой контроль. Но покушаться на «моё», я никому не позволю. Спокойно приняв белоснежное полотенце из рук секунданта, я начал медленно вытирать кровь и моей там не было.