Измена. Обман. Развод или другие приключения разведенки (СИ)

Измена. Обман. Развод или другие приключения разведенки

Пролог

— Дианочка, какой развод, — кричала мама, заламывая руки, в кухне родительской квартиры пахло Корваланом. — Все мужчины рано или поздно ходят налево, ну сходил один раз. И что? Для них это иногда необходимо, чтобы понять, как хорошо ему живется с родной женой.

— Мам, как я могу лечь с ним в постель после того, как его стручок побывал во рту секретарши! — возмущалась Диана.

— Ай, вай! Устрой ему скандал, побей посуду, потом отмочи его стручок в марганцовке, и живите дальше. Мы все через это проходили, — возмущается мама.

— Может вы жили так, а я так не хочу. Не хочу ждать его с работы, когда он задерживается, и думать, кого он шпилит в этот вечер: у него на десерт Сусанна, а на ужин Ангелина, а может Инна ему помогает расслабиться.

— Вай! Девочка! Да какая разница, кого муж шпилит, главное, что он приносит все деньги домой, — машет руками мама.

— Да он оказывается еще тот ходок, мама, он сует свой стручок во все подходящие дырки, а потом тащит заразу в дом, мне еще болячек не хватает, — возмущается Ди.

— Своди его к нашему знакомому урологу, Федору Петровичу, он так ему мозги промоет, а за одним уретру, что надолго отобьет желание совать стручок по дыркам. Ди, надо бороться за брак!

— Поздно, мама, брака уже нет!

Может мамы наши так и жили, терпя походы своих мужей налево, но у Дианы был совсем другой характер. Она скорее фарфоровую супницу натянет на голову своему муженьку и постучит по ней поварёшкой, разобьёт пару сервизов, чем простит муженьку измену.

Жди, муженек, мести.

Диана не зря носит королевское имя, поплачешь ты у нее кровавыми слезами.

Глава 1

Диана стояла и смотрела, как секретарша ее мужа, стоя на коленях, бодро двигает головой, посасывает и причмокивает член мужа, а над ее лицом нависало пузо Бореньки.

Она зевнула, чуть не вывихнув челюсть. В подглядывании за любовниками было что-то порочное. И все ж она стояла и смотрела молча, прокручивая в голове картинку, как подойдет к девке, схватит ее за выбеленные перекисью волосенки да об столешницу мордой ударит.

Или лучше будет оттаскать ее по полу? По грязному полу в голом виде, чтобы она своими сиськами силиконовыми грязь с пола собрала?

А может испугать их? Вдруг она с испуга хвостик у Бореньки откусит? Ди даже представила в своих мечтах, как заспиртует хвостик в баночке и будет показывать подружкам.

Но она оставалась на месте, наблюдая за любовными утехами мужа, испытывая болезненные извращенно-патологические эмоции. Если бы ей ещё месяц назад сказали, что она вот так будет разглядывать два обнаженных тела, она бы этого человека обозвала извращенцем. Но вот стоит и смотрит, только немножко тошнит от этого, во рту неприятный привкус. Да мысли не о том в голове гуляют.

Потолстел Боренька, — подумала она. — Вон и брюшко колыхается, еще годик другой и «зеркальная болезнь», свой хвостик и два тухлых яичка только в зеркало и рассмотреть сможет.

Вместо поджарого живота и железных грудных мышц теперь висит две дряблых титьки и довольно волосатый обрюзгший живот. Да и красивая попа куда-то делась, два сдувшихся шарика не в счет.

Секретарша была худая, аки швабра, с впалым животом, и только силиконовая грудь неестественно была вздыблена и торчала двумя конусами вперед.

Белобрысая секретарша и ее муж были абсолютно голыми. На муже из одежды остались только черные носки, на секретарше не было даже лоскутка ткани. Все, что раньше служило одеждой, была разбросано в беспорядке по кабинету.

Боренька выглядел полководцем, воителем, мачо, самцом. Одну ногу муж поставил на стул, чтобы было удобно, как полководцу, обозревать поле сражения. Он в последнее время начал очень быстро толстеть, и, как у всех толстых людей, которые долго проводят время, сидя за столом, у него бывают проблемы со спиной. Поэтому он частенько сгибал одну ногу и ставил ее на стульчик или возвышение, когда приходилось долго стоять, разгружая таким образом поясницу. Было в этой позе что-то Наполеоновское.

Боря активно двигал задницей, вколачивая в рот секретарше, та чмокала силиконовыми губами, часто давилась и останавливалась, чтобы унять рвотные позывы и отдышаться. При этом томно спрашивала: Тебе хорошо Борюсик?

— Здравствуй, жопа, Новый год! — громко произнесла Диана, нарушая тишину и чмоканье.

— Дианочка? — только и смог вымолвить муж и так боднул вперед членом, что у секретарши глаза вылезли на лоб и полились слезы. Она резко дернулась в сторону и Боря сердито зашипел. Никак зубками Сусанна по его стручку прошлась.

— Дианочка, а ты кого ждал? Или должна еще одна шмара подойти? — спокойно проговорила она, проходя вглубь кабинета и удобно устраиваясь в кресле.

Цирк уехал. Клоуны кинулись разбирать свои шмотки, пытаясь впопыхах натянуть на себя вещи. Сусанна нервничала, то краснее, то бледнее, силилась застегнуть тугую застежку лифчика, который ей явно был узок. Искоса поглядывая на законную супругу, секретарша сгребла шмотки и почти бегом вылетела из комнаты в приемную. А Боря прыгал на одной ноге, пыхтя, потея и сверкая передо Ди голым задом, тужился попасть ногой в трусы.

— Ты хоть бы вышла, — зло вырвалось у Бориса. — Дала бы нам одеться.

— Ага, ты бы еще сказала «дай нам кончить», — презрительно хмыкнула Ди.

— Чего приперлась? — огрызнулся Боря.

— Соскучилась, родной, — пропела Ди лилейно. — Давно не виделись.

Боря нервно натягивал штаны, брякая пряжкой брючного ремня. Его секретарша оделась вдвое быстрее, наверное, выполнила норматив пожарных. Видно побоявшись, что законная жена может и за патлы оттаскать. Но Диана была спокойна, как айсберг в океане. Не пристало ей, носящей красивое имя Британской принцессы, устраивать скандалы и бить шмар. Пока ее муж застегивал мелкие пуговки рубашки, Сусанна уже накинула пальто и бодро застучала каблуками на выход.

У Бори была своя юридическая контора, к концу рабочего дня в конторе никого постороннего не было, служащих давно разошлись по домам, только у дверей сидел старый дед охранник.

— Чего хотела? — зло бросил ей Боря, садясь на свое рабочее место.

— Чего хотела, то теперь не актуально, — усмехнулась Диана, — сейчас, видимо, нас ждет с тобой встреча с адвокатами на бракоразводном процессе.

— Хочешь у меня отобрать имущество и фирму? На! Вкуси, — и муж сунул ей под нос фигуру из трех пальцев.

— Это ты себе покажи, Борис Маркович! — отодвинула она его дулю от своего лица. — Потому как я успела сделать пару снимков твоих занятий с этой…как там ее…Сукой, то есть Су-сан-ной. Могу и в интернет кинуть видосик. Слу-чай-но! Интересное видео для твоих клиентов. Теперь доказывай дамочкам, которые разводятся с мужьями, изменившими им, что ты очень верный семьянин.

Она говорила с долей ехидства и сарказма, при этом её муж скрипел зубами. Львиная доля его доходов — это бракоразводные процессы очень богатых людей. Иной раз один такой процесс приносил ему годовой доход. Поэтому держать реноме для него было особо важно. А тут такой пассаж. От такого не обелиться, не отмыться. Уйдут клиентки — уйдет и прибыль.

— Что ты от меня хочешь? — рыкнул Боренька.

— Развода, — зевнула Диана.

— Я тебе его не дам! — взвизгнул Боря. — Ди, ну сама подумай, тебе за тридцать, кому ты нужна…

— Боря, ты охамел?

— Ди, на переправе коней не меняют, — усмехнулся Боря. — Это тебе сейчас кажется, что встала, отряхнулась и пошла дальше, и мужики вокруг тебя, как мотыльки порхают. Но ты через полгода будешь рыдать в подушку от одиночества.

— Да, ты чё! — язвительно прилетело в ответ.

— Да, Дианочка! Ты будешь одинокая старая кошелка, разве на остаток денег, после продажи твоего авто, ты сделаешь себе пластику лица, — ткнув пальцем в сторону ее головы, елейно пропел Боренька.

— Борюсик, — Ди скопировала тон и интонации Сусанны, от чего Боря поморщился. — Тебе давно надо сделать пластику пуза, а еще член увеличить.

В глазах Бореньки зажегся злой огонек.

— А где ты члены другие видела? — зло выплюнул Боря.

— Боря, мы не в СССР живем, у нас есть секс, представь себе, даже порно можно посмотреть, — язвительно добавила Диана. — Твой член не самый большой, знаешь ли. Да и в сексе, я смотрю, ты совсем не гигант. Твой предел пять минут.

— Это ты в своем порно насмотрелась? — зло цедит Борис.

— Борь, мне без разницы, что ты там себе обо мне надумал, ты мне изменяешь, поэтому я подаю на развод.

— А может это ты мне рога давно наставила. И теперь срулить к молодому хахалю решила? — зло шипит Боря.

— Боря, ты уже определись, а то я у тебя голодная, безмужняя, всеми брошенная разведенка, то я развратная давалка, которая сбегает к любовнику.

— Вот я и не понимаю, кто ты, Диана. С чего это вдруг развода захотела?

— А с того, Борис, что ты только что шпилил свою секретаршу в рот.

— Ой, прости, запамятовал…

— Пей. Боренька лекарства для памяти, а то забудешь, зачем тебе нужен тот стручок, что болтается между ног.

И она вышла, громко хлопнув дверью.

По дороге набрала номер своей самой близкой подруги.

— Привет, Манюнь.

— О, Ди! Привет! — раздалось радостно из динамиков. — Как дела? Чо с голосом?

— Манюнь, пришла не вовремя в офис и застала Бореньку с секретаршей.

— Прости, Ди, — подруга замялась, немного помолчала и потом выдала. — Ди, это уже давно не секрет, что твой Боренька трахает все, что хоть немного движется.

— И вы молчали, подруги? — взорвалась Диана.

— Ди, Ди, ну успокойся, — прервала ее возмущенную речь Маша. — В древности убивали гонца, принесшего дурную весть. Боясь, нашей дружбе бы пришёл конец, расскажи мы тебе тогда.

— Когда? — зло оборвала ее Диана. — Когда это началось?

— Года два назад, я первая увидела твоего Бореньку с девкой в кафе, правда он тогда оправдывался, что это клиентка, — начала рассказ Машуня. — Потом и Стелла его встретила в ресторане, он был с женщиной, которой под столом гладил коленку. И тоже это была его клиентка.

— То есть, он мне уже два года наставляет рога, а я ни сном, ни духом?

— Ди, мы долго думали, как тебе это все рассказать, но так и не придумали. А обидеть тебя боялись, — оправдывается Машуня.

— Манюнь, лучше бы вы сказали, — с горечью произнесла Ди. — Лучше бы я развелась с ним еще два года назад.

— Ди, ничего не поменялось, ты это можешь сделать сейчас!

Глава 2

Диана застала мужа с секретаршей, когда та делала ему минет.

Тривиальный и скучный сюжет.

Она стояла в дверях кабинета мужа, смотрела на это действо, и ей так и хотелось сказать его секретарше Сусанне: Не подавись, родная!

Вот так семь лет брака пошли коту под хвост. Хотя, возможно, Диана не очень то и расстроилась. Ведь их брак последний год трещал по швам.

Как много поменялось за эти годы. Вначале их совместной жизни им пророчили долгий и счастливый брак, так как их отношения построены не на безумной любви или безумного влечения, а на трезвом расчете и взаимном уважении.

Мама Дианы, когда девушке исполнилось двадцать пять лет, сказала ей: Девочка, пора выходить замуж.

Но вокруг ее не было подходящих кандидатов, и тогда подруга мамы Циля привела их в гости к Фридманам, Фаине и Давиду, что воспитывали своего троюродного племянника. На данный момент племяннику уже было тридцать лет, и Боренька был не женат.

Родственники Дианы и Фридманы были людьми не бедными, поэтому очень хотели породниться с таким же семейством. Как поговаривала мама Дианы: Деньги всегда идут к деньгам. Если бедная девушка выходит замуж за богатого, то его родня ее всю жизнь тычет носом, что она приживалка. Если парень беден, то его всю жизнь будут звать альфонсом.

Так их с Боренькой свели родня и деньги.

Надо отдать должное, Боря был красив, статен, умен. Средний рост, не слишком высокий, но и не низкий, по-мужски скроенная фигура, темные волнистые волосы, красивые черты лица и большие карие глаза в обрамлении пушистых ресниц. При этом он был достаточно скромным, вежливым и обходительным. В общем, они друг другу понравились.

Как мама Виктории любила приговаривать: Боренька — хороший еврейский мальчик.

Хотя в Боре смешались кровь двух народов: еврейского и армянского. Мама у него была армянкой, а отец смесь еврейки и армянина. Но еврейские корни давали о себе знать.

Бореньку с детства водили в музыкальную школу, он играл на скрипке, и посещал шахматную школу. Боря не гонял во дворе в футбол и не бегал с мальчишками по гаражам. Его водила тетя Фаина в библиотеку и филармонию. Будучи юношей, он поступил и окончил юридический факультет Университета, став юристом. И сразу же открыл свою юридическую контору.

Но из всех своих занятий больше всего любил считать деньги. Поэтому, по окончании Университета, он сразу же занялся бизнесом и не только юридическим. К своим тридцати годам преуспел на этом поприще. И был достаточно обеспеченным человеком.

Диану с Боренькой ждала вполне обеспеченная жизнь.

Так все и было до сего момента.

Боря занимался бизнесом, Ди была домохозяйкой. Жили они в четырехкомнатной квартире в центре Москвы, имели два автомобиля и загородный домик. Среднестатистические миллионеры. Звезд с неба не хватали, но жили вполне хорошо. Могли слетать в отпуск в любую страну мира. А так как у Бориса было много родственников, разбросанных по разным странам, то они успели объехать почти половину земного шара.

Фаина с Давидом и мама Дианы смотрели на них, и нарадоваться не могли.

Вот только с детками им не повезло. А во всем оказалась виновата дурная мамаша Бореньки. Его маман хоть и была армянкой и воспитывалась в строгой армянской семье очень строгим отцом, но была еще та оторва. И сумела забеременеть в шестнадцать лет. Семьи были благопристойные, поэтому отца Бори быстро женили на его матери, чтобы скрыть позор. Вот только мамаша та так прославилась, что стала мамашей года. Бросала грудного ребенка одного дома. За Борей она не следила, даже кормить забывала. Однажды мамаша «усвистала» на очередную дискотеку с подругами, забыв о сыне, Боря в тот день заболел. Отец же был молод, не очень разбирался в уходе за ребенком. В результате Боря получил серьезное осложнение и попал в больницу. После перенесенных детских болячек, Боря уже не мог иметь детей.

Когда Боре было восемь лет, его отец случайно попал в аварию и погиб. А его горе мамаша ускакала в Америку, покорять Голливуд. Борю же усыновили бездетные родственники Фридманы и воспитывали, как собственного сына.

Через три года после свадьбы Бори с Дианой умерла сначала тетя Фая, а за ней ушёл дядя Давид. Они словно ждали, когда пристроят Бореньку в хорошие руки, чтобы спокойно уйти на тот свет.

У Дианы из живых родственников осталось только мама.

Но не прошло и года после смерти любимых тети Фаи и дяди Давида, как из-за бугра нарисовалась мамаша Бори — Марианна Авозян. И хоть данная мадмуазель совсем ничего не дала своему сыну, не воспитывала его и не растила, ее сын воспылал к ней сыновьей любовью.

Как только на пороге их жилья появилась сия особа, брак с Борей дал трещину и медленно стал распадаться. Потому что все, к чему прикасались руки Марианны, разваливалось. Вот такая странная особенность была у свекрови Дианы.