Девиант (СИ)

— Кто?

— Закадровый голос. Рассказчик по-простому. А мы совершили невозможное, детишки. Преодолели барьер физической определенности и теперь находимся сразу в двух местах. Мы с вами одновременно в кинофильме и в полной жопе.

Получено достижение «Мама, я в телевизоре». Награда: мама может вами гордиться.

Глава 8. У меня очень большая колода. Если ты понимаешь, о чем я

— А ты чего сразу такой дерзкий стал, — набычился Важн. — Дохрена умный я посмотрю. Сдохнуть захотел.

Он двинул в мою сторону, но тут же наткнулся носом на дуло пистолета. Он же не знает, что у меня нет для него карты.

В остальном же да, было весело поиграть глупенького случая, но я узнал достаточно информации об этой троице, а дальше носить маску не вижу смысла. Они ничего не умеют, но еще могут быть полезны, если все сделать правильно.

— Ты сам сказал, что вообще не понимаешь за киноиндустрию, — произнес я. — Это из моего мира, так что я единственный, кто хоть немного разбирается в происходящем. Хочешь пройти испытание — перестань строить из себя альфа мачо и делай, как я говорю. Не нравится — вали нахрен. Копье.

Последнее было адресовано розовой. Тон, голос, положение тела, взгляд. В этот раз было проще демонстрировать свое превосходство, потому что я действительно в данной ситуации был сильнейшим игроком.

У меня было какое-никакое понимание того, что может нас ждать впереди. У меня было оружие и то, чего не было ни у кого из этих молокососов. Характер.

— Копье, — повторил я с нажимом и девушка молча протянула мне оружие, а следом и карту.

Хорошо, демонстрация силы и подчинения пройдена. Остальные промолчали, значит временно признали мое лидерство в данных обстоятельствах.

— Как вы понимаете, шансов без меня у вас не то, чтобы много, — начал я вдохновляющую речь. — С другой стороны, вы сами мне не очень-то и нужны. Но мы не знаем, в чем именно заключается испытание. Вполне возможно, что преодолеть его легче вместе, а не по отдельности. Так что и держаться я предлагаю вместе.

— Да кто ты вообще такой, — набычился Важн. — Что тут командовать решил.

— Не командовать, а предлагать разумные вещи. Я тот случай, что своровал колоду карт. Вы не могли не слышать обо мне, свинья на весь город верещала тогда с неба.

— Врешь, — с недоверием произнес Важн.

Я молча достал целую колоду карт и продемонстрировал ее, тасуя и мельком показывая содержимое.

— Посох с молниями, второй ранг, — выставил я козырь. — Еда третьего ранга, духовный ключ и многое другое. Откуда еще я мог бы за один день набрать столько карт? К тому же не забывай, что последователи Барона Чумы не могут врать.

Аргументы сказаны и с их точки зрения подкопаться было не к чему. Я не стал светить гончую, как главный козырь, но проблема в том, что сам песик почему-то остался в кинотеатре. То ли не успел войти в зал, когда погас свет, то ли фамильяра просто нельзя взять на испытание.

Но так или иначе я по лицам понял, что мне поверили, а мой авторитет мгновенно вырос в их глазах. А еще я заметил знакомую жадность при виде моей колоды. Но нужного эффекта добился, так что надо завершить начатое.

— Знаете, как мне удалось добыть эту колоду? Обокрасть свинорожую тварь? Нас было много в буферной зоне. Я объединился с другими ребятами, мы составили план и действовали сообща, как одна команда. У каждого была своя роль, кто-то отвлекал внимание, кто-то устраивал хаос, кто-то пытался атаковать свина, подгадав момент. Моя же задача была выхватить колоду и уйти с ней в портал. Но мы не знали, что нас раскидает по разным местам. Теперь я должен найти остальных, чтобы отдать им их долю. Так и мы можем поступить сейчас, объединиться, прикрыть друг друга, чтобы выйти всем живыми. А затем поделить добычу. Не думаю, что испытание с низким уровнем будет сложнее, чем отобрать колоду ценных карт у того свинорожего ублюдка.

— Да, говорят, проклятые те еще твари.

— Тем более тогда у нас ничего не было, кроме простой одежды. А сейчас есть оружие и снаряжение. Да и вы не случаи, а серьезные игроки.

— Предлагаешь пройти вместе, а затем поделить добычу? — со скепсисом произнес Важн.

— А затем и чертоги. Мы неплохо сработали с теми чумными на фудкорте, потому что действовали как одна команда. Ты отлично руководил зачисткой.

— Несомненно, — важно кивнул блондинчик.

— Но здесь я все же чуть лучше разбираюсь в происходящем. Это кино, что-то вроде выдуманной реальности, но она тоже подчиняется определенным законам. Вариантов много, но я могу узнать что-то, и это спасет всем жизнь. Поэтому просто будем действовать сообща и работать по ситуации. А не мешать друг другу. Идет?

И как жест доброй воли я протянул копье Важну.

— Дальнобой экономим, — пояснил я, — а это будет получше твоей клюшки. Как пройдем испытание — вернешь.

— По рукам, — произнес он, принимая оружие.

Дело сделано. Как заставить людей пойти на невозможное действие? В данном случае на работу в команде ради результата. Очень просто. Надо убедить их, что все возможно. А проще всего это сделать, продемонстрировав. Мол, ребята, смотрите, все реально. Потому что я уже так делал и нам надо просто повторить. А так как я это уже делал, то и опыта у меня чуть больше, поэтому старайтесь прислушиваться к моим советам, а лучше вообще делать то, что я говорю. Потому что это в ваших же интересах.

Было ли мне страшно? Да. Тревожно? Да. Нервно? Однозначно, ведь я попал в ситуацию, о которой не знал вообще ничего. Ни предварительного анализа, ни вводных данных, ни даже намека на то, чего нам ждать. Поддался ли я панике? Был близок, не буду лукавить, подобные ситуации выводят меня из себя.

Но если я не могу контролировать происходящее, то смысл переживать? Внешне я старался оставаться спокойным, нацепив маску легкомыслия, которая транслировала эмоцию «да я эти испытания как орешки щелкаю, че вы паритесь».

Внутри же я сосредоточился на тех вещах, которые был способен контролировать. Тело, эмоции, состояние и команда. У меня было три живых щита, осталось лишь мягко направить их в нужном направлении. Мягко, чтобы не сопротивлялись. А дальше сосредоточиться и перевести серое вещество в турборежим.

— Если с этим решили, то идем парами, — начал я. — Вы с Гордоном впереди и смотрите по сторонам. Мы с Лейлой вас прикроем, если что-то пойдет не так. На крайний случай у меня в колоде есть защитные карты. И давайте поторопимся, час не резиновый, а нам еще бомбу обезвреживать.

— А ты знаешь, как обезвреживать бомбы?

— Киношные — да. Нужно будет просто перерезать один из двух проводов.

Ребята кивнули и двинули вперед по туннелю, куда убежал наш злодей. Мы пошли следом, но по ходу движения я приблизился к девушке и сделал это так, чтобы оказаться немного ближе, чем было необходимо. Сильно ближе.

— Держись меня, красотка, — прошептал я. — Со мной не пропадешь. У меня очень большая колода. Если ты понимаешь, о чем я.

Тяжело считывать реакцию, когда двигаешься параллельно, а поворачивать голову было слишком палевно. Но по прижавшейся ближе Лейле я все понял. Девочка умная, сделает правильный выбор. И если я все правильно рассчитал, финал этого испытания будет очень интересным. С отличным сюжетным поворотом, так сказать. Потому что моя рука невзначай прошлась по ее спинке и опустилась чуть ниже, а никто и не возражал.

Несмотря на мои предостережения, никаких ловушек в туннеле не было. Я даже расстроился, ведь именно на этот случай я отправлял вперед парней. Никакого чувства вины при этом не было. Я прекрасно понимаю, что может быть мы и пройдем испытание, но из торгового центра вместе уже не выйдем. Уж слишком всем нравятся мои карты.

Так что, если ребята случайно провалятся в яму с острыми кольями, их разрубит топор, упавший с потолка или пристрелит стрелами, вылетевшими из стен, будет обидно, но проще. Обидно, что опыт достанется не мне, а проще, потому что не придется тратить заряд посоха.

А Лейла… Скажем так, я уже заложил фундамент наших будущих отношений, которые вряд ли продлятся долго.

Так мы и дошли до поворота, где скрылся наш карикатурный злодей и объявился закадровый рассказчик.

— Герои продвигались вперед, соблюдая осторожность, благодаря чему потеряли всего десять минут драгоценного времени. Успеют ли они спасти свои жизни или в этот раз зло восторжествует?

— Это таймер, — пояснил я. — Скорей всего он будет либо каждые десять минут давать свои комментарии, либо после того, как мы пройдем определенные рубежи. В любом случае он будет лишь нагнетать обстановку, так что не ведитесь и сохраняйте спокойствие.

Первое препятствие появилось, когда мы вошли в большой крытый ангар, вроде тех, где размещаются самолеты. Тут было светло, воздух вообще казался каким-то слишком уж стерильным, но в целом, после аромата протухшего города, мне здесь даже нравилось.

Мы шли вдоль рядов высоких контейнеров. С направлением угадать было не трудно, потому что наша цель постоянно злобно хихикала, выдавая свое местоположение. Однако и мы не спешили.

— Маловероятно, что у нас вообще есть возможность быстро его нагнать, — объяснил я. — Иначе бы никакого испытания и не было. Двигаемся аккуратно, время нам позволяет.

Первая ловушка была… Я даже не знаю, странной, что ли. Просто в какой-то момент вперед выкатился ниндзя. Да, именно ниндзя и именно выкатился колесом на руках. Тут же достал катану и с каким-то нелепым криком сделал сальто на месте.

Тут же показалась еще парочка за спиной, вооруженная традиционным оружием в японском стиле, еще четверо спрыгнули с контейнеров, беря нас в кольцо. Спрыгивали, разумеется, сделав несколько ниндзя-кувырков.

Мы уже стояли спина к спине и смотрели на подходящих врагов.

— Стреляй в них, — орал Важн, на которого все эти кульбиты и грозные выкрики явно произвели впечатление.

— Не стреляй, — холодно произнес я, обращаясь к розовой.

Что-то эта картина мне напоминала. Вглядываясь в абсолютно одинаковых условных злодеев, которые различались лишь оружием, я ковырялся в памяти. А потом меня осенило, это же типичный старый боевик. А это значит…

Ниндзя с мечом бросился в атаку и напоролся пузом на простейший выпад копья. Вряд ли в старых боевиках было столько кровищи. Нет, серьезно, я думал, что тут и раны будут киношными, когда герой просто держится за грудь, типа в него попали. Но чертоги внесли свою лепту в возрастной ценз, так что через пару секунд весь пол был залит кровью, а ниндзя очень громко стонал и корчился в агонии.

Второго нападающего уже я встретил прямым в челюсть. Признаюсь сразу, драться я не умею от слова вообще. Но я же тут положительный герой, а значит легко должен побеждать. Так и вышло, противник просто упал без сознания.

— Они будут нападать по одному, выглядят страшно, но слабее чумных.

— Что за бред? — проворчал вечно недовольный Горди.

— Не бред, а безумие, — похлопал я его по плечу. — Или ты забыл, где находишься?

Все происходящее было слишком реалистичным, даже от крови в воздухе начали появляться металлические нотки. Но в то же время происходящее не укладывалось в голове, отчего казалось, что я схожу с ума. В каком-то смысле так оно и было, разум просел на единицу.

Противники все прибывали и прибывали, но нападать при этом не спешили. А вот когда Горди не выдержал и бросился в атаку, на него сразу накинулись втроем и он тут же получил увесистый удар катаной в шею.

Мы на мгновение остолбенели, но крови не было. Крепыш отмудохал мечника монтировкой и отобрал его оружие. Оглядел, а затем с легкостью сломал лезвие пальцами.

— Это не духовное оружие, — с удивлением произнес он. — Даже не больно.

— Муляж, — понял я. — Реквизит. А, не забивайте голову. Это не испытание, они просто отвлекают нас, чтобы мы не успели обезвредить бомбу.

И под заливистый смех злодея, который стал еще громче, мы побежали вперед. Нападающие сделали вид, что преследуют нас, но тут же быстро отстали.

Мы бежали на смех, пока не попали в очередной туннель, который вывел нас в следующий ангар, на этот раз заставленный ящиками, коробками и паллетами, которые создавали что-то вроде лабиринта. Вернее, создавали бы, если бы пространство не просматривалось на всю площадь. Тут просто было очень мало ящиков высотой в человеческий рост.

Зато по периметру ангара были балкончики, заполненные солдатами в масках и серой форме без опознавательных знаков. И они тут же начали по нам стрелять со всех сторон. Мы бросились в рассыпную, пригибаясь и прячась за ящики.

— Срань, это что еще за херня? — вопрошал Важн.

— Почему они стреляют так часто? — удивлялась Лейла.

— Так у них же автоматы, — не понял я ее вопроса.

— Авточто?

— Автоматы.

— Сколько там пуль? Такое оружие должно перезаряжаться не меньше недели.

У меня в голове сразу всплыли слова о том, как Шап рассказывал про дозарядку магического посоха по несколько часов. Неужели у них на огнестреле подобная механика?

Тем временем стрельба стихла и со всех сторон послышались щелчки.

— Идиоты, — лыбился Важн. — Все заряды потратили.

Он почти успел выпрямиться во весь рост, прежде, чем я сбил его с ног. Сам удивился тому, насколько быстро среагировало мое тело, да и рывок был не самым коротким. Это из-за прибавки в характеристики?

Так или иначе, Важна я успел повалить на пол ровно в тот момент, как пули вновь начали высекать искры из контейнеров, ящиков и стен.

— Да как так-то? У них бесконечные заряды? Это какой-то перк на оружие? Мгновенная перезарядка?

— Обычные автоматы, — проворчал я, перетасовывая колоду в поисках нужной карты.

— Все просто, — воскликнула Лейла, — я поняла. У них тоже оружие не наделено духовной силой, поэтому оно так много может стрелять.

— Точно, — поддержал ее мысль Гордон.

Я же просто активировал карту и поднял над головой появившуюся ковбойскую шляпу. Ровно через секунду ее вырвало у меня из рук под напором автоматных очередей. Мы дружно смотрели на шляпу, которая прямо на наших глазах превращалась в решето.

Карта обзавелась жирной надписью «повреждено», которая в последствии сменилась на «безвозвратно повреждено». А затем карта просто самоочистилась.

— Что-то не похоже, — подвел я итог.

А еще что-то не складывается. Первый этап испытания нас всего навсего задерживал, а тут не просто реальная угроза. Они нас положить могут меньше, чем за секунду, всех разом. И единственный вариант, это ползком пробираться между ящиками и контейнерами в сторону противоположного выхода.

Что означает, что этот этап тоже предназначен задержать нас по времени. Проверка физических сил? Маловероятно. Стрелять в ответ нам особо нечем, да и не укладывается перекрестная перестрелка в правило «любой может пройти испытание». Я огляделся внимательно, может, тут найдется пулемет или хотя бы потайной люк для быстрого перемещения.

Нет, ничего такого. Никаких подсказок в окружении, только однотипные ящики и бесящий смех с той стороны ангара. Раздражает.

— Деви, ты же разбираешься в этом вашем кино. Это ненормальная перестрелка.

— Это ненормальная? — удивился я. — Это ваше зарядить оружие по патрону в час ненормально. Или как там у вас стреляют. А это обычная киношная перестрелка, куча пуль, искры, гильзы, хренова туча врагов с автоматами, которые бесконечно стреляют…

Я запнулся, потому что мозг наконец сложил пазл и выдал решение головоломки. Если я не прав, то потеряю щит, но если прав, то мы очень сильно ускоримся.

Я резко вскочил и побежал прямо под градом пуль. От этого грохота в ушах начало звенеть, а сердце обещало разорвать грудную клетку и выпрыгнуть наружу. Но в какой-то момент я понял, что ничего страшного не происходит. Мои беспорядочные метания сменились на бег трусцой, а затем и вовсе на шаг. В конце я просто остановился и даже постоял немного, раскинув руки в стороны.

На самом деле надо было просто унять дрожь в ногах, потому что я идиот. Уже побежав, вспомнил одну маленькую деталь, которая могла стоить мне жизни. Все-таки импровизация — не мое.

Ничего не произошло, искры, шум, звон сминаемого под градом пуль металла. Но я был цел. Улыбаясь, спокойным шагом вернулся к своим, остановившись во весь рост.

— Все в порядке, они не попадают. Это имперские штурмовики, только с автоматами.

— Что? — на меня смотрели, как на психа. Впрочем, почему как?

— Не важно. Пошли, только давайте быстрее.

Очень не хотелось, чтобы это оказалось драматическое кино, где одного из героев подстрелят, а другие будут его тащить на себе под градом пуль. Да, мне просто не хотелось быть подстреленным. И тащить никого не хотелось. Потому что я отрицаю любой физический труд, предпочитая работать мозгами.

Но нет, второй этап был пройден, когда мы вновь вошли в широкий и освещенный туннель. Если не считать странной бомбы в самом конце, которую нам требовалось обезвредить, то у меня сложилось такое впечатление, что на этом этапе в принципе сложно умереть. Даже если очень стараться.