Помоги проекту - поделись книгой:
Учась у Эйрина все эти дни, я впитываю буквально каждое его слово. Философия его командования весьма проста — на войне нет места интригам и соперничеству, здесь правят лишь железная дисциплина и взаимовыручка.
— Извините за дерзость, капитан, но в некоторых отрядах я видел немного иное, — произношу, обшаривая взглядом окрестности, где может скрываться противник
Большая часть наших разговоров проходит в движении. Во время привалов мы ведём себя максимально тихо.
— И что это за отряды, ты не скажешь? — Эйрин движется бесшумно, выдерживая высокий темп, но при этом не даёт бойцам быстро уставать.
— Да всех и не упомнишь, — уклончиво отвечаю я. — Однако даже в гвардейском подразделении я видел, как старшие гоняют более младших и слабых вместо того, чтобы натаскивать их.
От моих слов офицер плюётся.
— Это всё дурные примеры свежей дворянской крови. Кстати, я удивлён, что ты не такой, Зено. Да, конечно, в армии такое можно встретить, но это быстро лечится. И мы, командиры, должны подавать правильный пример. Вот взять, к примеру, моего зама. Как ты думаешь, кто это такой?
Я кручу головой по сторонам. Помню, что возле Эйрина постоянно держался лейтенант, но в нашем отряде его не вижу.
— Не могу знать, капитан. Видел, что вам помогает офицер. Лет тридцать пять. Шатен. Сломанный и сросшийся нос. Зелёные глаза.
— Хорошая память… И ты не знаешь, кто он такой? — уточняет Эйрин. — Здесь ты его не увидишь, он остался за главного в моём подразделении. Разве я смог бы доверить такую ответственность своему заклятому врагу или сопернику?
— Нет, конечно, — качаю я головой.
Это даже звучит, как глупость.
— А меж тем мы с Лэйром были таковыми. Наши кланы соперничают уже много лет. И когда я пришёл под командование Кариссы, мы оказались в одном отряде новобранцев. Наше соперничество лишь возросло, но боль и кровь быстро открывают глаза. Из-за наших необдуманных поступков чуть не пострадал весь отряд. И вот тогда мы с Лэйром наконец прозрели, — Эйрин на бегу оборачивается и смотрит назад, за горы. — Не знаю, как сложатся дела, когда мы оба вернёмся с войны. Однако с того самого злополучного часа мы стали лучшими друзьями. Не думаю, что что-то изменится. Ведь мы уже не раз приходили на выручку друг другу и спасали жизнь. К чему я это говорю? Всё просто. Детские обиды и семейные ссоры оставь в мирной жизни. В Гвардии есть место только долгу и взаимовыручке.
— Капитан, — к нам приближается один из сержантов. — Сколько мы ещё будем двигаться в таком темпе? Бойцы уже порядком устали, небольшие привалы — это хорошо, но мы уже давно не спали нормально.
— Отставить нытьё, я знаю, на что вы способны! — фыркает Эйрин. — Осталось немного, сегодня ночью мы дойдём до места, где можно разбить лагерь.
Глава 4
Райдо тем временем, по приказу зама Эйрина присоединяется к Дисциплинарному Корпусу. Это армейское подразделение следит за соблюдение порядка и поддержанием норм поведения в такое непросто время.
Его новая роль раскрывается во всей красе именно здесь, в призрачном безмолвии заброшенного города. Это совсем не то, что следить за дисциплиной в лагере, где люди жмутся к своим палаткам под бдительным оком командиров. Среди пустых улиц и покинутых домов витает дух соблазна, заставляя в прошлом трезвомыслящих людей совершать глупости.
Город, покинутый людьми несколько лет назад, застыл в странном оцепенении. Демоны, равнодушные к человеческому быту, оставили его нетронутым, словно музей ушедшей эпохи, но для многих простых солдат, которых немало даже в элитной Гвардии, эти брошенные вещи мерцают призрачным светом искушения. И пусть большинство солдат родом из знатных семей, алчность не знает сословий.
Все эти дни, пока Зено отсутствует, Райдо лишь, тренируется отдыхает и ходит в наряды. Он предпочитает ночные, потому что днём бойцы всё же ведут себя поспокойнее, а вот ночью, когда офицеры спят, в них будто просыпается вульгарная корысть, что весьма нехарактерно.
В последние дни, после того как Император покинул их, таких инцидентов происходит всё больше. И этой ночью Умник уже сделал предупреждение одному из бойцов. Тот утащил красивую вазу из богатого дома. Ну зачем эта ваза понадобится ему на поле боя? Что он с ней будет делать? Превратит в ночной горшок⁈ Сколько этот недоумок с ней таскался бы, прежде чем бросить? И нет же, всё равно она ему приглянулась. Райдо вынес ему предупреждение и отпустил, обещав доложить о происшествии командиру его подразделения.
Однако это только начало непростой ночки. Добравшись почти до конца маршрута своего караула, Райдо улавливает отголоски перепалки.
— Вы тоже слышите это? — негромко обращается он к своему отряду.
— Так точно, сержант.
«Рядом» оказывается в паре кварталов от них. Возле таверны стоят несколько сильно возбуждённых солдат. Двое — у дверей заведения, ещё полдесятка — напротив них. Среди этой компании Райдо замечает Вана и Сейдра.
— Я сказал, прочь! — рявкает последний на дежурящих постовых. — Это приказ!
— У нас тоже приказ. Не велено никого пускать, — с ноткой напряжённости в голосе отзывается безымянный солдат, и по нему ясно, что он уже не в первый раз повторяет эти слова.
— Друзья, — Умник жестом приказывает своим ждать, — что у вас тут происходит? Все запасы алкоголя под охраной. Во-первых, они огнеопасны, а во-вторых…
— Рано ты, Райдо, нос до небес задираешь, — разворачиваясь к нему, Сейдр кривится. — Только звание младшего получил, а уже в командира играешь?
Представитель клана Земной Дрожи — не самый приятный собеседник, но даже к нему Умник раньше находил подход. Однако сейчас глаза первого буквально налились кровью.
— Во-первых, — тот тычет пальцем в грудь дежурящему на входе в заброшенное здание бойцу, — вы ослушались приказа старшего по званию! Во-вторых, мне плевать. Мы уже столько времени топчем эту проклятую землю без глотка спиртного, и я получу его в любом случае!
— Отставить! — повышает голос Райдо, подходя ближе.
В какой-то миг в висках Умника словно взрываются мощнейшие техники, посылая по всему телу волны обжигающей ярости. Реальность будто искажается, приобретая кроваво-красный оттенок. Он смотрит на Сейдра совсем иначе, чем раньше. Каждая черта лица соратника, каждый его жест и само существование вдруг начинают вызывать у Райдо неконтролируемую агрессию.
Стоящий напротив гвардеец теперь видится ему не просто неприятным типом, а смертельным врагом, воплощением всего самого мерзкого в этом мире. Всё естество Весны вопит, требуя немедленно наброситься на ненавистного ублюдка, вцепиться зубами в его глотку, выдавить большими пальцами эти наглые глаза. Жажда крови становится почти осязаемой, застилая разум алой пеленой.
Лишь огромным усилием воли Райдо удаётся сдержать этот иррациональный порыв. Сквозь пульсирующий туман в голове пробивается мысль, что это неправильно, что Сейдр — его сослуживец, пусть и не самый приятный. Что-то извне влияет на его сознание, заставляя видеть врага в своём же брате по оружию.
Стиснув зубы так, что на скулах проступают желваки, Умник медленно выдыхает, пытаясь взять себя в руки. Но чужеродная ярость никуда не уходит, она лишь притаилась, ожидая малейшего повода, чтобы вырваться на свободу. И Райдо со смесью ужаса и изумления понимает, что долго сдерживать её у него не получится.
— Послушайте, или вы отойдёте с дороги… — угрожает караульным Сейдр, издав резкий свист.
К таверне шустро стекаются бойцы его взвода.
— … Или мы войдём внутрь по вашим телам! — скалится младший сержант. — Времени у вас в обрез!
— Я сказал, прекратить! — Райдо делает шаг назад, лихорадочно оценивая обстановку.
Ситуация накаляется, но пока её ещё можно разрешить миром.
— Что, струсил? — встревает Ван, явно подначивая Умника. — Так и думал, что ты слабак.
— Вы совсем с ума сошли! — не выдерживает Райдо. — Хотите устроить безобразный дебош из-за какой-то выпивки?
— Чего⁈ Да как ты смеешь, щенок⁈ — взвиваются бойцы из чужого взвода, подступая ближе.
— Эй, да опомнитесь же! Вы не в себе! — Умник без особого успеха пытается достучаться до разума товарищей. — Это всё влияние трупоедов, что вами управляют!
— Хватит молоть чушь! За дураков нас держишь⁈ — рычит Сейдр, явно не в настроении слушать доводы рассудка.
— В пекло болтовню! — надрывается Ван. — Хватай их, парни! Сейчас мы научим их Империю любить!
И тут начинается форменное безумие. Бойцы Сейдра бросаются в атаку, но, ослеплённые яростью, принимаются лупить и друг друга в том числе. Мордобой мгновенно превращается в свалку, где уже не разобрать, кто на чьей стороне.
Райдо, пытаясь сохранять ясность рассудка, приказывает своим людям вмешаться и достаёт сигнальную печать. Надо любой ценой прекратить этот хаос, пока дело не дошло до поножовщины. Несмотря на мороки в голове, Умник видит — у многих при себе оружие, а значит, кровопролития не избежать.
Его отряд ввязывается в потасовку, стараясь скрутить одурманенных бойцов, но куда там… Обезумевшие солдаты дерутся с удвоенной силой, не разбирая друзей и врагов. Даже подоспевшее подкрепление не может сразу навести порядок. Вокруг царит полный хаос.
Осознав бесплодность попыток, Райдо командует отступать, оттаскивая особо ретивых от таверны. План срабатывает — стоит бойцам отдалиться от злополучного места, как их ярость идёт на спад. Многие приходят в себя, удивлённо озираясь по сторонам. Кое-кто и вовсе не помнит, что тут только что творилось.
— Это всё демоны, не иначе, — цедит сквозь зубы Весна, потирая ушибленную челюсть, привкус крови во рту раздражает его. — Одурманили ребят, словно куклами поиграли.
Бунт у таверны подавлен, но передышка выходит недолгой. Едва Райдо успевает перевести дух, как мимо пробегает гонец с донесением — один из взводов поднял открытый мятеж против командования. На улицах уже идёт нешуточная схватка — обезумевшие солдаты атакуют штаб своего батальона.
На мостовые льётся кровь, но, к сожалению, это не кровь демонов, а людей. Умник в составе усиленного отряда Дисциплинарного Корпуса прибывает на место, чтобы подавить ополоумевших. В ход уже идут даже техники.
— Мы хотим домой! Мы не хотим умирать! — звучат требования восставших. — Долой офицеров!
В городе разгорается настоящая братоубийственная схватка.
Несколько дней в бешеном темпе порядком измотали бойцов, но наконец мы выходим на широкую равнину, а там вдалеке словно поднимается ещё одна гряда Чёрных Гор. Ветер навевает гнетущее чувство, и чем ближе мы подходим, тем тяжелее становится дышать.
— Мёртвый Лес, древний аванпост демонов, — объявляет Эйрин. — Вот на его краю мы и разобьём лагерь. Нет места спрятаться лучше, чем у врага под носом. Ускорить шаг. Последний рывок.
Вблизи это место вселяет ещё больше тревоги. Я ощущаю непередаваемую горечь, и благодаря
Я помогаю соратникам найти безопасное место на окраине.
— Капитан, позвольте высказаться, — обращаюсь я.
— Говори свободно, Зено, — одобрительно кивает он.
— Лагерь лучше разбить на деревьях. Я немного практикую древесные техники и помогу с этим. Внизу будет слишком опасно, и нас легко заметят.
— Вот как? — удивляется он. — Разве твой клан не специализируется на водной стихии?
— Вода питает корни. Обе стихии хорошо работают в тандеме.
— Отлично, тогда ты этим и займёшься, — он продолжает раздавать указания остальным участникам похода.
Несколько отрядов разведки уходят осматривать окрестности близ нашего лагеря. Я помогаю организовать спальные места и наблюдательные пункты. Ночь накрывает лес непроглядным саваном. Тени сгущаются ещё сильнее. Воздух наполняется зловонием, словно рядом кто-то разрывает свежие могилы.
Большая часть отрядов поднимается в свои гнёзда. Я постарался на славу, и мне помогло ещё несколько бойцов, владеющих сходными древесными техниками. Нам удалось создать неприметные убежища в кронах деревьев, которые даже опытный лесник не сразу распознает как нечто чужеродное.
Разведчики возвращаются один за другим, докладывая капитану. Последний отряд обнаруживает пропажу бойца.
— Капитан, — обращается их взводный к командиру, встречающему их на земле. — Один из наших по имени Керрин не вернулся. Он должен был осмотреть вон тот сектор, — взмах рукой.
Пока Эйрин выясняет подробности, я наблюдаю за ними с ветки дерева, скрываясь в пожухлой листве. Пытаюсь прочувствовать окружение, но враждебный лес не пропускает меня. Здесь моя родная стихия не может помочь, она сама взывает о помощи.
Из леса вокруг доносится зловещий вой. Что-то непередаваемо смертоносное приближается к нам.
Несколько дней в городе пролетают в постоянных стычках. Воины словно обезумели. Они даже нападают на своих. И вот после череды беспорядков и сумятиц в город прибывает майор Кантор, глава специального отряда контрразведки. Уже ночью он собирает на плацу всех офицеров и сержантов. Совещание проходит под присмотром генерала Кариссы, но она даже не вмешивается.
Новоприбывший офицер славится своей суровостью. Мрачные слухи окружают его имя. Солдаты шепчутся, что он известен жёсткими методами решения проблем. Кантор стоит перед строем, расправив широкие плечи. Его серые глаза пронзительно изучают каждого присутствующего. Волевое лицо украшают морщины, а лёгкая седина уже тронула волосы.
— С сегодняшнего дня, — объявляет он, — и до момента, пока в армии генерала Кариссы не будет восстановлен порядок, я принимаю командование над городом. Подразделения Дисциплинарного Корпуса, отлично проявили себя в подавлении беспорядков, поэтому вы окажете контрразведке содействие. Пока положение шаткое, будет организована военная тюрьма для смутьянов. Будут проведены массовые проверки — надо допросить всех причастных к наведении смуты, подрыву дисциплины и организации мятежа.
В отряды Дисциплинарного Корпуса вливаются свежие бойцы контрразведки, принимая командование на себя. Рейды начинаются сразу же после собрания. Райдо со своим отрядом приходится участвовать во всём происходящем. Под арест отправляют целый взвод, поднявший восстание, но количество задержанных растёт. Младший сержант Сейдр, получивший выговор, вместе со своими бойцами тоже попадает в заключение. Даже среди членов Дисциплинарного Корпуса идут допросы и проверки.
Город всё больше напоминает настоящую тюрьму. Умник старается сглаживать углы и не хватать всех подряд, выбирая лишь провинившихся — тех, чья вина была доказана. Он понимает, что такой отсев грозит большими нагрузками на оставшихся солдат. К тому же обвинения вырастают буквально из воздуха. Так вот какова тактика офицера Кантора? Сгрести как можно больше, а потом уже разбираться?
Хотя в этом Райдо тоже не уверен. Ходят слухи о методах добычи признаний — пытках. Вот этого Умник никак не может допустить. Пусть у бойцов и случилось временное помешательство из-за трупоедов, но арест солдат не решит проблемы. Надо искать первоисточник, а не устранять последствия демонического влияния.
Эйрин проводит срочное собрание. Все отряды подняты по тревоге. Мы начинаем готовиться к сражению. О покое остаётся только мечтать.
— Вы слышали! Пропал один из разведчиков, необходимо обыскать окрестности лагеря и обезопасить его, — Эйрин раздаёт назначения. — Зено со своим отделением возьмёт западные окрестности, с вами пойдёт ещё одно отделение. Действуйте слаженно и прикрывайте друг другу спины!
Объединившись с ещё одним отделением, я принимаю командование на себя.
Продвигаясь по лесу, всё сильнее ощущаю враждебность растений. Деревья цепляются за нас ветвями, заросли смыкаются в колючие стены, словно не желая пропускать нас дальше.
Стараясь пробиться сквозь одно из препятствий, выросшее прямо у нас на пути, я улавливаю приближение десятка аур.
«Приготовиться», — бесшумно подаю знак отряду. Они своевременно занимают позиции, когда сквозь заросли прорываются мелкие лесные демоны. Их тела похожи на человеческие, будто это дети и подростки, только они сотканы из колючей лозы, а в глубине, на месте сердец, пульсируют источники демонической силы.
Я высвобождаю водную стихию, древесная сейчас практически бесполезна — лес и окружающие растения не подчиняются мне. Заморозив первую волну, разбиваю их кулаками. В других местах лезут новые волны врагов. Противник лишь кажется лёгким, но так просто его не убить. Внутри тел, сплетённых из растений, таятся ядра, подобные тем, что имелись у ледяных монстров Зао или тех, что можно добыть из тел духовных зверей. Пока это ядро целое, демон может восстановиться. Трупоеды это или проявления вражеской техники сейчас неважно. Главное, что это враги, и они продолжают прибывать со всех сторон.
Пока мы отражаем первые волны, изгородь разрастается, окружая нас кольцом. Со всех сторон нападают новые лесные отродья. Я командую перегруппироваться и организовать защитное построение.
Впереди встают практики, использующие каменные техники. Они воздвигают перед нами прочные шипастые стены. Остальные атакуют стихийными снарядами, сметая врагов и не давая им подобраться близко. Огонь эффективно расправляется с оболочкой демонов, а мелкие снаряды льда и камня разбивают странные ядра. Лопнув, кроваво-алые сферы выплёскивают багровую жижу, от которой растения становятся ещё злее.
На помощь демонам приходит само окружение. Из земли вырываются корни, юркие, словно змеи, лианы тянутся к нам. Изгородь, уже достигшая верхушек деревьев, начинает смыкаться вокруг.
Положение кажется безнадёжным, но вдруг свет озаряет темень леса. В растительной преграде появляется брешь. Мощная огненная техника прокладывает путь отряду Эйрина.
— Что это за твари? — ругается капитан. — Словно их порождает сама чаща.
— Для Мёртвого Леса этот слишком живуч! — не отрываясь от боя, гаркаю я. — Спалить бы его дотла!
Взобравшись на верхушку мёртвой ели, я убиваю в ветвях нескольких засевших там демонов. Сверху отлично видно, что живая изгородь продолжает разрастаться.
— Капитан, дальше есть небольшая прогалина, стоит сдвинуться туда и занять более выгодную позицию, — торопливо докладываю по возвращении на землю.
Эйрин отдаёт соответствующие приказы, прокладывая нам путь сквозь заросли мощными огненными техниками. Однако лес толком не горит, а всё сильнее заполняется агрессивной флорой.
Одного из бойцов окутывают лианы, но мне удаётся вовремя вырвать его из смертельных объятий. Все мои попытки использовать древесные техники проваливаются, вся растительность вокруг словно восстала против нас. Правда, мне удаётся уловить странное течение энергии. Нас будто направляют вглубь леса, где таится источник угрозы, и он не очень быстро, но неумолимо движется в нашу сторону.
Добравшись до прогалины, мы можем вздохнуть чуть свободнее. Демоны и растительная преграда достигают границы деревьев, нападения продолжаются, но пока слабые, словно они пытаются нас отвлечь. А вот с другой стороны пробуждается нечто ужасающее. Весь лес вздрагивает и трясёт кронами. Из него, ломая деревья, к нам движется неведомый монстр.
— Приготовиться, — командую я.
Поделиться книгой: