Горячий танец смерти [сборник]

— Почему? — спросил Дербенев, посмотрев на девушек.

— Чокнутая она была, — сквозь зубы процедила Наталья, и глаза ее зло зыркнули на оперативника.

— А подробнее развить эту тему нельзя? — поинтересовался Крячко. — В чем была ее странность, так сказать?

— Нам кажется, что она что-то принимала, — после недолгого молчания ответила Арина. — Нет, вы не подумайте, — подняла она глаза на Станислава. — Когда она приехала, мы очень хорошо ее приняли, и все поначалу было нормально, но потом…

— Потом Айнура стала странной, — перебил Арину Егор. — Она нас всех избегала, грубо отвечала девушкам, не хотела в свое дежурство убирать в квартире, а вернее, в местах общего пользования. Часто из-за ее поведения стали случаться скандалы. Она могла сказаться больной и не пойти на работу, кричала, что не будет платить за свет или за воду… Постоянно ссорилась со Светланой. Та в конце концов из-за нее и уехала обратно в Крым. В общем, Айнура словно с цепи сорвалась.

— И когда это случилось? — уточнил Крячко.

— Ну, не сразу, а постепенно она такой стала, — поспешила ответить Арина. — Я даже и не могу сказать, когда именно она стала неадекватно себя вести.

— Да, это постепенно началось, — поддакнула подруге Наташа. — Но примерно месяца через два с половиной или, может, три после того, как она приехала.

— Знаете, — Арина заговорщически наклонилась над столом к Крячко, — мы думаем, что она какие-то наркотики принимала. Скажи сам, Егор, — повернулась она к парню.

— Да, что-то такое было наверняка. Я на ее зрачки несколько раз обращал внимание. Они у нее какие-то неестественно большие были. Чуть ли не во всю радужку.

— Айнура посещала ночные клубы в Москве? — спросил Станислав.

— Да мы все туда время от времени ездим, — усмехнулась Наташа. — Не только ведь вкалывать, надо и расслабиться иногда.

— Расслабиться — как? — пристально посмотрел на нее Дербенев. — Алкоголь, соли?

— Алкоголь — да, — ответил за девушку Егор. — А вот все эти новомодные СНИКерсы и амфетамины — нет. Я — старший в нашей группе, поэтому строго слежу за этим.

— А Айнуру ты, значит, проморгал? — наклонив голову, с интересом посмотрел на него Дербенев.

— И почему я должен был за ней смотреть, если она сама этого не желала? — усмехнулся Егор.

— Она приехала черт знает откуда и сразу же поставила себя этакой независимой недотрогой и воображалой! — воскликнула Наташа. — Мы что, должны были на цырлах перед ней носиться и в глазки заглядывать? Кто она вообще такая?!

— Угомонись ты! — прикрикнул на нее Егор.

— Вы чего тут шумите?

На кухню вошел коренастый блондинчик лет двадцати трех — двадцати пяти, в драных (по моде) джинсах и в красной футболке с надписью на английском.

— Я Матвей Тарасевич, — протянул он руку сначала Станиславу, а потом Михаилу. — Арин, сделай мне кофе, — попросил он черноволосую девушку и, придвинув ее стул к себе, когда она встала, сел. Но потом, под многозначительным взглядом Егора, нехотя поднялся и поплелся в другую комнату за вторым стулом.

— В какой комнате она жила? Посмотреть можно? — спросил Крячко у Егора, и тот, кивнув, повел оперативников в дальнюю небольшую комнату. Дверь была заперта на врезанный замок, и парень, достав из кармана ключ, открыл ее.

— У вас все комнаты на ключ закрываются? — поинтересовался Станислав.

— Только одна. Хозяева не разрешили ставить замки на все. Сказали, что не нам первым, не нам последним квартиру внаем сдают, а другим такое может не понравиться, — ответил Березин.

Комната, в которой жили Айнура и Светлана, была небольшая, примерно восемь квадратных метров, но аккуратненькая и чистая. Из мебели были платяной шкаф, диван на первом и кровать на втором уровне. У одной из стен — компьютерный стол, и пара обычных стульев у окна. Небольшая этажерка с каким-то комнатным цветком примостилась в уголке и придавала комнате видимость жилого помещения.

— Цветочек отчего давно не поливали? — подошел к цветку Крячко и ткнул в горшок пальцем. — Загнется без воды.

— Забыли про него, — махнула рукой Арина. — Потом полью, — пообещала она.

— Инга Леонидовна сказала нам, будто вы утверждаете, что Айнура уехала домой, — сказал как бы между прочим Дербенев.

— Да, это мы ей сказали, что она уехала. Но ведь так оно и выглядело, — ответила Наташа. — Во всяком случае, она собрала все свои вещички и умотала, даже не попрощавшись с нами. А раз она не пришла на работу после выходных, то мы сделали вывод, что она улетела домой, а не сняла какую-то комнату в другом месте.

— А может, она к парню своему съехала? У нее, кстати, был парень? — поинтересовался Дербенев.

— Может, и был кто-то, да мы не знаем. Не видели мы, — ответил Матвей. — Когда она только приехала, то мне она очень понравилась, и я даже к ней пробовал подкатить, но она такую фифу из себя строить стала, что я это дело быстро задвинул. Девчонок мне и без нее хватает, — усмехнулся он.

— Ясно. — Крячко цепким взглядом осмотрел всю комнату, открыл шкаф и заглянул в него. — Это не ее пиджачок тут висит? — спросил он, кивнув на плечики, на которых висел красный блейзер с лацканами.

Арина заглянула в шкаф и воскликнула, обращаясь к Наталье:

— Натка, это ведь твой блейзер! Помнишь, ты его еще в июле потеряла? Вот он где нашелся!

— Она, оказывается, еще и воровка! — Наталья подскочила к шкафу и сдернула одежку с плечиков.

— Так разве Айнура не в конце августа к вам присоединилась? — удивился Крячко.

— Это я не про Айнуру, а про ее подружку, про Светку, говорила, — смутившись, стала неловко оправдываться Наташа.

— А почему вы сказали «еще и воровка»? Кто она еще была, эта Светлана? — быстро спросил Станислав, поймав девушку на слове.

— Ну, я имела в виду… — нерешительно начала она и растерянно посмотрела на Егора.

— Она имела в виду, что Светлана еще и подрабатывала, предлагая себя… Как это сейчас принято говорить — в качестве эскортницы, — ответил Егор и посмотрел прямо в глаза Крячко. — В общем, вы поняли меня, да?

— Да, все понятно, — кивнул Станислав и перевел разговор на другую тему. — После ее отъезда тут уборку не делали, я так понял, — сказал он и посмотрел на Наталью.

— Нет, не делали, — быстро ответила та, прижимая к себе красный блейзер.

— Получается, что Айнура, уезжая, прибралась тут сама? Я не вижу ни одной бумажки, ни одной забытой заколки или вообще какого-то мусора, который бы говорил, что тут кто-то жил долгое время.

Все четверо переглянулись. Девушки, опустив головы, молчали. Тогда Матвей, вдруг хлопнув себя по лбу, сказал:

— Вот у меня же и память, совсем вылетело из головы! Это же я тут уборку наводил, когда Айнура уехала. На следующий день была как раз моя очередь. Вспомните, — обратился он к девушкам, — ведь вы втроем уехали за продуктами, а я остался. Ну, и решил в этой комнате прибрать. Все, что оставалось, собрал в мешок и выкинул. А это, — он показал на блейзер, — я думал, что это Айнура забыла, — пожал он плечами.

— Ну, вот все и разрешилось. — Егор вздохнул, как показалось Крячко, с облегчением.

— Вы, значит, не знаете, улетела Айнура в Крым или на поезде уехала… — начал задавать вопрос Дербенев, но Егор его перебил.

— Нет, не знаем, но ушла из квартиры она в субботу утром — это точно.

— А за сколько дней до Айнуры уехала Светлана? — спросил Крячко.

— Дня за два или три, — нерешительно ответила Арина.

— За три дня до нее — это точно, — подтвердила Наташа и, обращаясь к Арине, добавила: — Помнишь, это было как раз на следующий день, когда мы с тобой отпросились у Инги Леонидовны пораньше и поехали в «АлиЭкспресс»? Нам тогда Элька позвонила и сказала, что они классные пальто на весну от ZANZEA выкинули со скидкой.

— Точно! — встрепенулась Наталья. — Я тогда еще предложила Светке с нами поехать, но она отказалась, сославшись, что завтра улетает в Крым. Я еще удивилась, что она втихую ото всех собралась смотаться. Никому ничего не сказала.

— Да. А перед ее отъездом, вечером, они еще с Айнурой так сильно погавкались, то есть поругались! — вспомнила Арина.

— Вы знаете, из-за чего? — спросил Крячко.

— Да, знаем, — ответил Егор, и все четверо опять переглянулись. — Айнура обвинила Светлану в том, что она ее обворовала. Украла у нее какие-то деньги, которые Айнура якобы откладывала на покупку квартиры. Но что там между ними на самом деле случилось — мы не знаем. Айнура нам об этой ссоре ничего не рассказывала.

— Ну, что ж. — Станислав, который все это время стоял у окошка, прошел к выходу из комнаты. — Пока что больше вопросов у меня нет. Михаил, ты что-то еще хочешь спросить у ребят об Айнуре? — с многозначительной интонацией в голосе обратился он к Дербеневу, и тот, поняв его, ответил:

— Так вроде бы тоже пока никаких вопросов нет.

— Ну, а раз так, то я бы хотел взять у вас номера телефонов, — повернулся Крячко к парням. — Телефоны девушек у нас уже есть благодаря Инге Леонидовне, а вот ваши нам тоже могут понадобиться.

Егор и Матвей продиктовали оперативникам свои номера, и все отправились гуськом по узкому коридору к выходу из квартиры. Двери и в комнату девушек, и в гостиную, где жили парни, были предусмотрительно прикрыты.

— Можно мне глянуть, как сегодня живут молодые в таких вот съемных квартирах-общежитиях? — Крячко внезапно остановился у комнаты Егора и Матвея. — Любопытно, знаете. Я сам когда-то во время учебы жил в общаге. Но то была совковая общага и не чета нынешним по комфорту.

— Давайте мы вам лучше комнату девушек покажем. А то у нас с Матвеем там холостяцкий беспорядок. — Егор сделал вид, что смутился.

— Да мы вроде бы как в одной девичьей уже были. — Станислав кивнул в сторону комнаты, из которой они только что вышли. — Давайте свою показывайте. Ничего, что там бедлам, — махнул рукой Крячко. — Я тоже мужик холостой, — соврал он, — и вас пойму.

— Хорошо, но входить вы туда не будете. Договорились? Еще ноги переломаете, а мне отвечай, — рассмеялся Егор и открыл двери.

Да, комната парней и вправду была заставлена какими-то коробками и разобранными ноутбуками, кругом валялись какие-то запчасти и прочий чисто мужской хлам.

— Это Егор у нас еще иногда подрабатывает ремонтом ноутбуков и всякой электроники, — пояснил Матвей. — В коробках разный хлам, детали и старые мобилы на запчасти.

— Понятно. — Крячко быстрым и профессионально острым взглядом окинул комнату и, чуть помешкав, развернулся к выходу из квартиры. — Ладно, — сказал он, — думаю, что мы еще с вами свяжемся, чтобы порасспрашивать об Айнуре. Обычно так и бывает при расследовании — что-то вдруг неожиданно новое на поверхность всплывает, и нужно проверить или подробнее об этом неожиданном разузнать. Поэтому надолго не прощаюсь, но желаю удачи.

Едва оперативники вышли и дверь за ними закрылась, Крячко обратил внимание на глазок и понял, что за ними из квартиры наблюдают. Не дожидаясь, когда придет лифт, он, под удивленным взглядом Дербенева, стал спешно спускаться по лестнице. Миша, немного потоптавшись, отправился за ним следом и, догнав уже почти на выходе, спросил:

— Станислав Васильевич, что за спешка?

— Ты обратил внимание, как они дружно нам врали? — не отвечая на вопрос Миши, спросил Крячко.

— Ну да, я почувствовал, что в чем-то они юлят, — неуверенно ответил Дербенев.

— Не юлят, а нагло врут, — поднял указательный палец Крячко. — И наверняка после нашего ухода советуются, как им дальше себя вести и что говорить, если мы снова к ним нагрянем.

— Им есть что скрывать? — с сомнением в голосе спросил Дербенев.

— Есть, Миша, есть. Но вот что они скрывают, это нам нужно выяснить. Быстро садись, сейчас мы будем делать вид, что уехали.

— А сами попробуем проследить за тем, куда они поедут после разговора с нами.

— Или поедут, или поедет, — задумчиво проговорил Крячко и, выехав со двора дома, огляделся. — Нужно встать так, чтобы они нас не видели, а нам — был виден подъезд. Ага, вот хороший обзор.

Крячко поставил машину у торца дома, но так, чтобы ему был виден подъезд, откуда они только что вышли, и автостоянка. Ему нужно было знать, какая машина принадлежит Егору Березину.

Немного погодя из подъезда вышла вся четверка. Крячко увидел, как Егор быстрым и цепким взглядом оглядел двор, пока остальные садились в машину, а потом сказал Мише:

— Послушай, давай-ка я за ними сам прослежу, а ты дуй обратно. Походи по подъезду и поспрашивай у соседей об этом милом квартете. Но не напрямую. Не говори, что из полиции, а скажи, что ты сосед, которого они беспокоят. В общем, придумай что-нибудь.

— Понял, сделаю. — Дербенев быстро выскочил из машины и свернул за угол, решив обойти дом и войти в подъезд с другой стороны, чтобы не привлекать к себе внимание Егора и его компании.

Глава 15

Пока Станислав Крячко вместе с Мишей Дербеневым «охотились» на бывших соседей Айнуры, Гуров с Викторией Зиминой беседовал с Аленой и Тарасом, которые, как оказалось при знакомстве, были парой.

— Я с Аленой через Игната и познакомился, — сообщил Тарас, когда они с бывшей девушкой Сергеева пришли на назначенную сыщиком и психологом встречу в парк Сокольники.

— Что ж, это даже еще лучше, — улыбнулась Виктория. — Сэкономим и вам, и себе время. Можно я задам ребятам первый вопрос? — спросила она у Льва Ивановича.

— Спрашивайте.

— Ребята, вы хорошо знали Игната и его друзей. Скажите, он часто принимал наркотики?

— При мне это было только несколько раз, — ответил Тарас. — Раза три или, может, четыре. А я его знал дольше, чем Алена. Мы с ним в одной гимназии, в параллельных классах, учились. Алену с Игнатом познакомили…

— Три месяца назад, в ноябре, — вставила девушка, увидев, что Тарас задумался над датой ее знакомства с Игнатом.

— Да, где-то так, — подтвердил Тарас. — Я как раз уезжал с друзьями в Краснодар и на той вечеринке, на которую Лена с Аленой пришла, отсутствовал. А то бы сразу еще тогда тебя перехватил, не отдал бы Игнату. — Паренек взял руку Алены, но та смутилась и отняла ее.

— Замечательно. — Виктория с улыбкой посмотрела на девушку и хотела что-то еще спросить, но ее опередил Лев Иванович.

— Алена, а почему Игнат перестал с тобой встречаться и как скоро это произошло? — Гурову надоела вся эта канитель, и он решил вести диалог по своим правилам. — Ты уж извини, что прямо в лоб такой нескромный вопрос задаю, но нам нужно знать характер Игната, чтобы понять мотив преступления.

— Кривляка он был, себя только и любил, — вспыхнула девушка. — Не скрою, он мне сначала понравился. — Она быстро посмотрела на Тараса и тут же отвела глаза. — Но я быстро, уже через неделю, поняла, что он из себя представляет. И это скорее я его бросила, а не он меня. Он за каждой юбкой волочился! Неважно, какая девушка — красивая или страшная как смерть, лишь бы давала ему, когда и где он захочет, — возмущенно ответила Алена. — А я не из таких, — гордо встряхнула она светленькими волосиками и теперь уже сама взяла руку Тараса в свою.

Лев Иванович, заметив этот жест, сдержал улыбку и спросил:

— А кто были те, кто соглашался на предложения Игната? Много было таких?

— Не знаю, много или нет, я их не считала, — надула губки Алена.

— Вертелась тут возле Игната одна, — сказал Тарас. — Он звал ее «штучкой-тянучкой» и всегда смеялся над ней за глаза.

— Описать девушку можешь? — спросила Виктория. — Как ее звали?

— Полина ее звали, во всяком случае — она так назвалась. Полненькая такая, рыжая. Липла к нему и вправду как тянучка, да еще и ревновала к каждой девчонке, с которой Игнат встречался. Я вообще подозреваю, что Игнат с ней был только потому, что она ему скидку на соль делала.

— Она солями торговала? — Гуров переглянулся с Викторией и уточнил: — Что именно она ему продавала и кто еще пользовался ее услугами как дилера?

Тарас замялся, но потом признался:

— В общем-то, в нашей компании все у нее иногда покупали. Так, легкую соль. Просто чтобы расслабиться, побалдеть. Но я уже завязал, — сказал он поспешно. — Как с Аленой мы стали встречаться, так и завязал. А продавала она мефедрон, а по местному — СНИКерс. Слышали про такой? В него еще иногда что-то добавляли, чтобы эффект продлить, но я такими экспериментами не увлекался, поэтому что именно добавляли — не знаю. А потом, незадолго до гибели Игната, эта Полина пропала куда-то.