Кто ты, Такидзиро Решетников. Том 4

Он сейчас отдает свой долг Эдогава-кай, пусть и через старшего брата. Если останется без работы на спорткомплексе, Семья поможет не умереть с голоду, куда-нибудь да пристроят.

Сколько-то лет тому, когда Масахиро ещё подростком пристрастился к неким интересным таблеткам и не совсем законным азартным играм, выпутаться из нехороших обстоятельств ему помогали не полиция и не государство, а крепкие ребята из Эдогава-кай (хорошо, Наунобу не постеснялся обратиться с просьбой к старшим).

Сегодня, глядя на себя тогдашнего с высоты возраста, Мияки-младший благодарил всех богов дважды: за то, что помогли попасть в нужную клинику и за то, что прикрыли от «кредиторов». Помнится, кто-то из сятэйгасира приезжал лично объяснять оперившимся содержателям подпольного заведения, что на несовершеннолетних они бизнес делать не будут, по крайней мере, в этом районе.

И успешно объяснили, что интересно. И в клинике щуплому тогда Масахиро тоже помогли, благо, любимые им таблетки принадлежали к какому-то там не первому списку и при желании самого пациента терапия от них спасала.

С той стороны стекла, потеряв терпение, начала что-то громко говорить Йошида Йоко, но ему было всё равно: Хьюга Хину-сан, поблагодарив за заботу о своём госте безвестного парня из низов, попросила задержать процессию чиновников хотя бы ещё на пять минут.

Сказано — сделано. Хину-сан — очень близкая подруга Моэко-сан, стало быть, её просьба весит столько же, как если бы просила дочь оябуна.

Свой долг Эдогава-кай можно отдавать и по частям, и таким вот образом. А там, глядишь, после степени бакалавра юриспруденции (если получится доучиться как старший брат) и в офис вслед за ним можно перебраться.

Не всю жизнь же турникет бассейна охранять.

* * *

— Брассом даже близко не догнала. Монстр, — констатировала она, задыхаясь и с трудом переваливаясь через бортик после ещё одних четырёх сотен.

После ставшей традиционной полторашки они решили погонять ещё одну дистанцию, сменив стиль.

— Ты не говорил, что брассист. Странно, — продолжила Хину, чуть отдышавшись. — Кроликом плаваешь как родной, я и подумала, что ты наш.

— Да наш я! Не брассист и никогда не был, — на автомате то ли удивился, то ли возмутился Решетников. — Просто ты стопой воду не чувствуешь. Технически исполняешь заученное движение правильно, но видно, что именно на брасс тебя отродясь не затачивали.

— Я и говорю, — ровно кивнула она. — В отличие от. Не спорю же, сама о том же.

— Тьху, что за манера! — пожаловался хафу ей на неё же. — Постоянно с глубокомысленным видом указываешь на то, что считаешь расхождениями между фактами и заявленным. Ещё эдакое лицо делаешь снисходительное — дескать, вижу, но добивать не буду. Живи, типа.

— Бесит? — с интересом уточнила она. — Хочется из себя выйти?

— Если б был кто другой, я бы ещё подумал, что сказать. Но с тобой — однозначно нет, — пожал плечами Такидзиро, поднимаясь над бортиком, укладываясь на него животом и протягивая освободившуюся руку за досками. — На, — он бросил ей розовую. — Километр без учёта времени, держишься руками. Гребёшь только ногами, брасс.

— Мне уже поздно ставить технику, которая, теоретически, много лет стоит, — возразила она.

— Буду плыть рядом со второй доской, — пообещал он. — Сколько у тебя сотня брассом в норме?

— Понятия не имею, брассом последние годы не засекала.

— СТОП! Тогда первая сотня — полноценно и на время, сейчас. Дай свой браслет, засеку.

— Ок, — Хьюга послушно полезла на тумбочку из воды. — Потом?

— После километра одних ног проплывёшь повторно: секунды три точно уйдёт, гарантирую.

* * *

— Ты думаешь, меня в сборной так с доской не гоняли? — снисходительно ухмыльнулась она, добросовестно дрыгая ногами пятую сотню из десяти. — Уж поверь. Результат ты видишь. Я скорее поверю в твою универсальность либо в какие-то хитрости подготовки.

— Не бывает брассистов, так же хорошо плавающих кролем, — вздохнул светловолосый, отрабатывая ногами рядом, по второй половине дорожки. — И наоборот тоже не бывает. То есть, на начальных этапах возможно, но уже на уровне префектуры, если твоими словами, одна специализация всегда будет душить вторую.

— Чем поможет твоё плавание со мной рядом?

— Колдовать буду, — буркнул Решетников. — Подсказывать и руководить, — продолжил он нормальным тоном. — Так, меняем режим. С этой сотни — один толчок в секунду, просто скользишь.

Дальше была самая обычная рутина, которая надоела ей ещё в детстве: постоянные указания инструктора, плывущего рядом; окрики, чтоб ставила ногу, а не протыкала, далее по списку.

На удивление, контрольная сотня после километра действительно получилась на три и три лучше, несмотря на всю тренировочную нагрузку.

— Хорошо колдуешь, — констатировала она уже из шезлонга, когда они отдыхали.

Пришёл вызов на личный номер, правда, от незнакомого абонента.

— Хьюга-сан, меня зовут Мияки Масахиро. Я — дежурный охранник на турникете на входе в бассейн, вы сегодня мимо меня два раза проходили.

— Слушаю внимательно, Масахиро-кун. — Парня она в лицо помнила, однако должна быть причина, чтобы он вот так позвонил.

Выслушав, Хину уточнила пару моментов, повесила трубку и сообщила Решетникову:

— Тут тебя арестовывать пришли. Полиция, прокуратура и ещё какой-то государственный орган. — Она, не стесняясь, смотрела на его реакцию.

— Регулятор, — неожиданно оживился светловолосый. — Из-за акций, смена статуса и ещё по мелочи. Подача из Сингапура.

— Ты спокоен?

— Разберёмся, — Такидзиро пренебрежительно отмахнулся и потянулся из шезлонга.

— Стой! Без моего разрешения в бассейн они не войдут ещё минимум час. Не хочешь позвонить Хоноке-сан?

Глава 3

— А ей зачем? — искренне удивился Решетников. — Во всяком случае, прямо сейчас?

Хину слегка подвисла:

— Внизу — полиция, представитель прокуратуры и, как ты говоришь, Регулятора. Таким внушительным составом за вчерашним стажёром могут прийти только по вполне определённому поводу.

Такидзиро промолчал, она продолжила:

— В ваши дела лезть не хочу, но. Человек на турникете говорит — он понимает в теме — это арест либо задержание, хотя лично я разницы не улавливаю, не юрист.

— Хоноке-сан зачем звонить? — кое-кто, похоже, так глубоко размышлял об ином, что по инерции не врубался.

— Адвокат, хороший. Не формальная отбывальщина, а от их семейства толковый специалист, раз, — хозяйка бассейна начала отгибать пальцы от кулака. — Согласование вашей с ней позиции, поскольку за тебя как за миноритарного акционера своей группировки Хаяси наверняка впишутся, два. — Подумав, она добавила, — возможности у них есть. Опять же, здравый смысл подсказывает: точек опоры много не бывает, три. С Регулятором я тебе точно не помогу при всём желании, я не финансовый юрист.

— Рановато пока для точек опоры, — легкомысленно отмахнулся Такидзиро. — Это задержание просчитано ещё на этапе оформления займа из-за океана.

— Да ну⁈ — пловчиха позволила себе демонстрацию эмоций, чего обычно не делала. — Ладно, плевать на приличия, спрошу в лоб. Тебя что, совсем не смущает какое-то время за государственными стенками? Это я как могу деликатно и иносказательно, чтоб тебя раньше времени не травмировать.

— С пробуксовкой за решётку не стремлюсь, — он пожал плечами. — Но если на каком-то этапе цепочки событий это тактически рационально, почему не разыграть расклад? Особенно если заранее сам эпизод учитывался?

— Я не знаток полицейских историй, но даже на своём дилетантском уровне понимаю, что, возможно, есть смысл вести себя иначе.

Хину осеклась, красноречиво замолкая.

— Кое-кто улучшить и правда можно, — вроде как спохватился под её влиянием Решетников через пару секунд. — Можешь набрать Моэко-сан?

— Делаю. Так… в ответ смс: «Я сейчас за рулём, перезвоню вам вскоре». Рулит сюда. Наверное, наберёт снизу, как запаркуется.

— Это минут семь, успеем, — беззаботно заметил тот, кому бы следовало начинать беспокоиться.

— О чём с ней говорить собрался? Если не секрет. — Хину вернула на лицо невозмутимость.

Ладно. Если человек знает, что делает, последнее дело — вмешиваться.

— Да какой там секрет. Рассчитываю, что долго моё задержание не продлится, однако…

— Всегда что-то может пойти не так, — фыркнула Хьюга. — Особенно в таких вопросах.

— Именно. В случае, если меня задержат чуть дольше запланированного, её компетенции могут стать актуальными.

— Подробности будут? — поинтересовалась она с максимально нейтральным видом. — Если конфиденциально — пойму и не обижусь.

— Не-а, не конфиденциально. Во всяком случае, от тебя. Подсказка: у кого нужно учиться уходить от таможенных пошлин?

Вид Решетников напустил занудного школьного учителя, о чём она ему тут же сообщила. Затем добавила:

— У меня, конечно, есть версии, но у тебя наверняка собственный нетривиальный вариант.

— Как раз самый тривиальный. Обходить таможенные пошлины должен учить тот таможенный офицер, который их налагает. Это во-первых.

— Впечатлил. Есть во-вторых?

— Да. Ещё — отдел таможенного дознания, который на втором этапе ловит тех, кто ухитрился прорваться сквозь первого офицера. Вот когда твоя методичка по уходу от пошлин, — Решетников не пойми чему обрадовался, — написана этими двумя компетентными парнями…

— Ясно, — Хину отчего-то занервничала, тут же этому про себя удивляясь. — А Моэко зачем тебе сейчас?

— Шутишь⁈ Хм. Ладно, по аналогии. Травить без следов должен учить патологоанатом или продвинутый профильный врач. Маскировать пожар под самовозгорание — офицер пожарной охраны. Уклоняться от налогов — сотрудник налоговой администрации. Это всё общий принцип. — Во взгляде хафу плескалась откровенная снисходительность вперемешку с оттенком озабоченности.

— Занятный подход. — Видимо, волнение не способствует сообразительности. Чувствуй теперь себя дурой на ровном месте. — А Моэко ты хочешь потеребить на случай?..

— Когда я шёл с журналисткой в сторону Йокогамы из Итальянского Паба, а вы с ней ушли раньше, случился инцидент.

— Помню. Ты ещё опоздал на тренировку.

— Парень из организации её отца тогда бросил кое-кому: «Ты не ориентируешься в элементарном, в тюрьму тебе лучше не попадать».

— Поняла, — наконец-то дошло, хотя не сказать, что догадка обрадовала.

Логично. Если кое-кто реально предусмотрел на этапе открытия кредита собственную будущую возможность оказаться за решёткой, у верхушки любых борёкудан такому человеку действительно есть, о чём спрашивать. И о чём договариваться, благо, отношения на короткой ноге позволяют.

Моэко отзвонилась через четыре минуты. Чтобы не тратить времени, пловчиха в двух словах описала ситуацию и передала трубку Решетникову: пусть сам наводит мосты. Тема деликатная, меньше посредников — перспективнее результат.

Она специально не прислушивалась к их разговору из соображений такта, потому сразу заметила семенящую к ним по бортику Уэки.

На каблуках.

Что интересно, айтишница вынырнула на водную арену со стороны мужских душевых.

— Стесняюсь спросить, зачем было топать через мужскую раздевалку, — поиронизировала Хину, усиленно абстрагируясь от не очень приятных мыслей. — Не подумай, что отговариваю, случайно вырвалось.

— Какая ближе была, туда и свернула! — огрызнулась айтишница, по-видимому, банально перепутавшая проходы с той стороны спорткомплекса. — Внутри никто не возражал, пока шла! Просто отправлялась сюда сюда с одними новостями, а по пути на входе!.. — она сменила тон на нормальный. — Я в замешательстве.

— Мы тоже в курсе, — кивнула Хьюга. — Полиция, представители прокуратуры, прочие приятные люди по его душу, — кивок в сторону Решетникова. — Он как раз на эту тему общается.

Два топ-менеджера, не сговариваясь, смерили задумчивыми взглядами вчерашнего безвестного стажёра.

— Раз полиция для вас не новость, тогда к первому пункту. Я вообще-то к тебе изначально.

— Заинтриговала, — признала Хину. — Кстати, тебя нормально пропустили?

— Да. Возле стакана четверо из вашей физзащиты, или как там это называется, без проблем дали пройти. С омавари-сан и прокуратурой они о чём-то ругаются, но если есть оплаченный абонемент — шагай смело.

— А какие новости несла лично для меня?

— Ты в курсе, что Сузуки Сёго вошёл в здание под ручку с Йошида Йоко?

— Не-а. Давно? — равнодушно поинтересовалась Хьюга.

Уж что-что, а это известие точно больше не волновало. Уходя, уходи.

— Около тридцати минут тому. Потом они проследовали к ней в новый кабинет, вот выгрузка видео с камер коридора…

— Да не надо! Не трать время, верю. И что?

— Тебе реально пофиг? — Уэки неподдельно озадачилась. — Я думала, тебе важно знать, что Сузуки-сан сперва вручал сувениры аппетитной фемине на директорской парковке. Затем заперся с ней и из её кабинета пока не вышел. А она рысью понеслась сюда через какое-то время!

Видимо, стоит встать с лежака.

Хину пружинисто поднялась из шезлонга, чтобы поблагодарить, как полагается:

— Спасибо, я оценила.

— Сбросить тебе все видео? Как они идут вместе, как на парковке разговаривают? — Уэки явно не была готова оставить в покое недопустимый с её точки зрения проступок наследника известной фамилии.

Айтишница так всматривается в моё лицо, подумала Хьюга, словно случившееся задевает её больше, чем меня. Вслух же она ответила:

— Благодарю, абсолютно незачем.